Только моя

***

Йосано, в черном обтягивающем атласном платье и красных каблуках на такой же черный капрон, красивая, такая властная, и безумно сексуальная. Тебе кажется, что ты уже готова душу продать всем бесам мира лишь бы она никогда не переставала давить своей божественной ногой на твою грудь, немного затрудняя дыхание. Ты пол вечера чувствовала себя хреново. Откровенно хреново. Работа была просто хуевой, куча встреч, и казалось, что именно она тебя вытрахала, а не жгучая брюнетка, стоящая над тобой, так мило и дьявольски улыбающаяся губами, на которых в полумраке еще виднелись остатки яркой помады. Странно. От ваших поцелуев на губах обеих обычно оставались лишь следы страсти. Акико без слов знала, что тебе нужно. Всегда. Без каких-либо объяснений. Она легко могла определить, когда тебе нужна нежность, понимание и массаж, а когда - немного (или много) грубости, жесткости, которая всегда приводила тебя в порядок. И сегодня, тебе нужно именно второе, особенно сейчас, когда ты лежишь на полу, в полурасстегнулой рубашке и почему то во все еще присутствующих на тебе брюках. - Как мило, что ты решила надеть сегодня галстук, милая, – практически мурчит Йосано – мне так удобнее тебя держать тебя на привязи. Твое дыхание учащается к каждой проходящей секундой, и холод паркета под тобой не помогает, в комнате жарко, безумно жарко. Йосано наклоняется к тебе, приближаясь, наматывая галстук на ладонь, и тянет вверх, что заставляет тебя приподняться на локтях, хватая воздухов вздохи. Тонкий каблук сильнее впивается в грудь, но тебе наплевать. -Детка, - мурчит Йосано, - признайся, ты же ждала меня? <Рвано выдыхая, ты киваешь. Но это не то, что хочет Йосано. Твоя девушка резко убирает ногу с твоей груди, переступая через твое тело, и садиться сверху на твои бедра, одной рукой продолжая тянуть за удавку, а другой резко хватая за подбородок. - Эй. Сучка. Отвечай когда я с тобой говорю. Акико слышит, как ты хватаешь ртом воздух прежде чем вышептать тихое «да». Тебе совсем не хочется разговаривать, или думать, все что ты хочешь, это лишь Йосано на тебе, в тебе, ее руки, губы, тело, везде, ты хочешь забыть предыдущий день как страшный сон и больше не вспоминать... Ты уже тянешь руки к брюнетке, двигающей бедрами на тебе, и уже хочешь прикоснуться, когда ощущаешь удар по обеим рукам. - А-а-а. Прикосновения для хороших девочек. А ты, - наклонясь к твоему уху шепчет Акико, - сегодня решила, что имеешь право переживать из-за какой-то стервы типо работы. Так вот имей в виду, моя милая – Йосано облизывает твое ухо, прикусывая мочку, а затем опускается чуть ниже, к пульсу, кусая, больно, но так, что она точно слышит бешеный пульс, - единственная стерва, о которой ты имеешь право думать – это я. Резко выпрямившись, Йосано также грубо тянет тебя вместе с ней за галстук, наконец то целуя, рвано, глубоко проникая языком в твой рот, выбивая жалкие скулящие стоны. Ей определенно это нравится, Акико обожает твои реакции, все и каждую, ведь они только ее. Как и ты. Ты хочешь сорвать одежду с Йосано, избавить ее от этого прекрасного, явно не нужного платья, но боишься пошевелиться без разрешения – ты знаешь, что ведет сегодня именно твоя красотка. Поцелуй прекращается также резко, как и начался. Йосано отстраняется с ухмылкой на губах, смотрит в твои огромные зрачки, и на мгновение сбивается с ритма, нежно улыбаясь. Она целует тебя в щеку, так спокойно, словно желая успокоить и уверить в том, что никогда не причинит тебе боль. Просто она знает, как и ты, что иногда бывают дни, когда тебе не помогают ласка и нежность. Во всяком случае, не сразу. Йосано встает, выпрямляясь в полный рост, а ты также сидишь на полу, глубоко дыша, и ждешь указаний, похотливым взглядом смотря снизу вверх. Никто не заменит ее для тебя, и никто кроме Йосано не может говорить тебе, что делать. - Ну же? Чего ты ждешь? Перевернувшись на колени, опираясь руками перед собой, ты пытаешься встать, не спуская глаз с Йосано, но та бьет тебя по щеке. - Нет. Повинуясь, ты следуешь вгзлядом за своей девушкой, которая наконец отпустила твой галстук, и медленно направилась, покачивая бедрами, явно для виду, к твоему дивану у окна. Завороженная, ты смотришь, как Акико плавно опускается на диван, кистью руки смахивая волосы с лица, затем смотрит на тыльную сторону своей ладони, якобы изучая свой маникюр. Ты прекрасно знаешь, что она играет, притворяясь будто бы не обращает на тебя внимания, ведь один вид тебя, полусидящей на полу, заводит Йосано, а внизу живота начинается пожар. - Снимай брюки и ползи сюда. На коленях. И не вздумай отводить взгляд, красавица. Ты говоришь, что сказано, выполняя указания брюнетки как можешь. Присев на пол, ты расстегиваешь ремень и ширинку, стягивая с себя ненужную ткань, отталкивая ее куда-то в сторону кухни. Опуская ладони и колени на пол, ты, все еще каким-то чудом выдерживая невозможный взгляд девушки, медленно начинаешь двигаться к ней. Йосано закусывает губу. Черт. Как же ей нравится смотреть на тебя в таком состоянии. Переставляя конечности, ты наконец то подползаешь к дивану, останавливаясь перед Йосано. Брюнетка поднимает ногу к твоей щеке, касаясь лакированной поверхностью туфли твоей скулы, высокомерно произнося «целуй». Снова, ты повинуешься, касаясь губами туфли девушки, но тебе так хочется прикоснуться к ней, что, не утерпев, ты легко берешь ее за лодыжку рукой, целуя уже выше, проклиная этот дорогой итальянский капрон, ведь тебе так сильно нужно почувствовать ее кожу под своими губами, лизнуть, укусить, что угодно, лишь бы унять эту безумную нужду в себе. Йосано тебя не останавливает, и ты продвигаешься выше, продолжая целовать ее ноги, колени, бедра, забираясь руками под юбку.... Ты приподымаешься на колени, и уже готова запустить руки еще выше, и наконец избавить Йосано хотя бы от этих блядских колготок, но тут она грубо хватает тебя за галстук, притягивая выше. Смотря в упор тебе в лицо, глазами полными похоти и легкого садизма, Акико развязывает твой галстук, стягивая его с шеи. Ты выдыхаешь ей в губы. Сколько же можно тянуть, немой вопрос, но Йосано еще не наигралась с тобой. - Эта рубашка.. это ведь моя, верно? Пожалуй, я оставлю ее на тебе. Ты киваешь. Акико сокращает расстояние между вами, нежно целуя в губы. В поцелуе снова нет грубости, лишь какая-то тихая нежность, напоминание, что все хорошо, это лишь понарошку. - Вставай, ложись на мои колени, задница вверх, руки за спиной. И не вздумай двигаться пока я не разрешу. Молча, ведь ты всегда молчишь когда ты в таких ситуациях, и Йосано знает, что ты хочешь забыться, ты встаешь, ложась поверх бедер девушки, ощущая ее теплые ладони на твоей заднице. Руки, так покорно сложенные, по указанию, за спиной, связываются твоим же галстуком. О господи. Акико мнет мягкие ягодицы, и, стягивая с тебя белье, целует, сначала нежно, а затем прикусывая. Ты уже изнываешь, и ты хочешь чтобы она прикоснулась к тебе там, где тебе нужно больше всего, но Йосано снова медлит, проводя ладонями по упругой коже. - Хммм.... и что же мне сделать с тобой? Вопрос риторический, ответа не нужно, Акико знает, чего ты хочешь. Резко, ты ощущаешь легкий, пробный шлепок на попе, вздрагивая. Акико потирает ушибленное место, а затем бьет снова, чуть сильнее. И снова удар. А затем снова. Резкие выдохи превращаются в стоны пока Йосано шлепает тебя своими прекрасными, великолепными, ахуенными, блять, руками. Она может сделать с тобой все что захочет, твои запястья напрягаются в их узах, а вагина откровенно ноет. Как и ты. - ммм.... Йосано.. ах, Йо..са..но.... Акико не прекращает свои удары когда ты ощущаешь как она вдруг резко опускает два пальца в во влагалище, ощущая влагу. - Как я и думала. Грязная девчонка. Нравится, когда я ставлю тебя на твое место? - Акико, я так хочу... – твой голос обрывается от очередного удара, и ты стонешь в голос когда пальцы твоей девушки находят клитор. Это лишь прикосновение, но тебя уже бросает в дрожь, как электрошок проходит по телу. Ты поворачиваешь голову в попытке поймать взгляд Йосано, но ее взор прикован лишь к месту, где ее пальцы касаются тебя между ног. Плавные движения мокрыми фалангами сводят тебя с ума, попеременно со шлепками по уже розовым ягодицам. Боль не сильна, она лишь добавляет остроты, но ты скулишь, чуть более жалобно, чем, может хотела бы, выстанывая: - А..аакико... посмотри... посмотри на меня... Взгляд Йосано тут же находит твои глаза, нежный, наполненный любовью. - Девочка моя... тебе хорошо? - Акико... пожалуйста... я хочу... - Хорошо, хорошо. Удары прекращаются полностью, и ты стонешь в голос когда Йосано вводит два пальца в тебя, другой рукой продолжая движения на твоем клиторе. Так приятно, боже, ахуенно, и будет только лучше, Акико не останавливается, сразу же добавляя третий палец, продолжая ритмично двигать запястьем, ускоряясь, все быстрее быстрее, резко, грубо, вбиваясь в тебя пальцами... Ты уже готова кричать, и Йосано это знает, чувствует, как ты течешь, жидкость крупными каплями стекает по бедрам, и тебе хорошо, так безумно хорошо! Ты двигаешь бедрами в такт движениям Акико, но ты уже сходишь с ума, щека, вжатая в диван уже ноет, но к черту, тебе так хочется кончить! - О боже... Йосано... я сейчас... Ааа!! - Давай Напряженность внизу живота наконец то отпускает, ты стонешь, кричишь, громко и в голос.... стенки вагины пульсируют вокруг пальцев Йосано. Акико отпускает твой клитор, не желая причинить тебе дисфоморт, вытаскивая пальцы из тебя, развязывает твои руки, вытирая пальцы об галстук. Ну и хрен с ним. Все равно его надо было в стирку. Ты пытаешься отдышаться пока Акико, перевернув тебя, сажает на колени, потирая твои запяться, целуя немного покрасневшие места. Ты прикусываешь губу, не в силах не улыбаться. - Акико, - ты зовешь, нежно, с легкостью в голосе, и наклоняешься к девушке, которая наконец то поднимает на тебя глаза, - поцелуй меня. Она обнимает тебя, обвивая руками тело, а ты запускаешь руки в ее волосы, усмехаясь в поцелуй. Кофе, что ты выпила восемь часов назад, наконец то заработал. Вас обеих явно ждет долгая ночь.