Умница

Принц только однажды предложил своей учительнице сыграть в башечки. Теперь он ученый, что отвергает земные наслаждения в пользу науки. Падишах, смотря на то, как духовно развивается его сын, решил, что девушке место во дворце, раз стремление к науке превозмогает все остальные чаяния принца. Дочь бедняка стала знатной дамой, которая целыми днями проводит за свитками. В гарем она забрела по ошибке однажды и увидела тысячи прекрасных девушек, что смотрели на нее непонимающе, будто бы не понимали, кем является эта девушка. Но принц однажды заметил, что его учительница все чаще заглядывает в гарем и задал ей прямой вопрос, почему так происходит. Дочь бедняка честно призналась, что питает слабость к одной из молодых девушек, что еще не стали наложницами. Принц улыбнулся, понимая, что его учительнице не чуждо ничего человеческого и попросил назвать имя будущей наложницы, чтобы избавить учительницу от лишних страданий. Пятно разума, что заметила в нем она, с этого момента разраслось. Тайну сердца учительницы звали Асмира. В скором времени девушка перекочевала в покои учительницы, а падишах даже ничего не заметил. Ему сын доложил, что Гули, дочери бедняка, требуется помощь в повседневных делах, и какая разница сколько девушек в гареме. Падишаха подобное объяснение устроило. Дочь бедняка сдувала пылинки с Асмиры. Та же питала к ней глубокое уважение и сильную благодарность. Она улыбалась, когда смотрела на нее и все чаще ловила себя на мысли, что хочет взять Гули за руку, что бы это ни значило. — Я покажу тебе звезды, — улыбалась в ответ дочь бедняка и поправляла телескоп, с которым почти никогда не расставалась. Асмира с интересом воспринимала то, что слышала от Гули. Ее интересовало, почему такая прекрасная девушка, как она, выбрала науку своей светочью. Асмира задавала вопросы и получала на них ответы, всегда распространенные, полные глубоких измышлений. Звезды ей нравились. — Я расскажу тебе о глубинах океана, — держа лицо Асмиры в ладонях, произносила Гули. Асмира, пленная, увиденная из семьи девушка, уже считала, что дочь бедняка и есть океан. Бойкий, хитрый, трепещущий. Невероятных размеров разум раскрывался перед ней. К нему хотелось тянуться, что есть силы. Асмира, неграмотная девушка, через месяц научилась писать и считать. Сердце ее билось впервые в жизни, и в каждом ударе было только одно имя — Гули. — Я пропою тебе красоту стиха, — хитро улыбалась дочь бедняка, протягивая к несостоявшейся наложнице руку. Асмира часто смотрела на то, как Гули засыпает за своими свитками. Она садилась рядом и гладила ее по голове, затаивая дыхание. Гули же однажды проснулась, сонно улыбнулась и взяла Асмиру за руки, проводя их обеих до ложа. Асмира в ту ночь стала самой счастливой девушкой в мире. Она прижималась к боку дочери бедняка и считала ее вздохи. Ее наполняло счастье. — Я люблю тебя, — тихо шептала Асмира столько, сколько было возможно. Гули целовала ее лицо. Маленький мир, созданный умом, никуда не девался, а разрастался, делался крепче. Ни принц, ни падишах ему не мешали.