Большое путешествие: Ветер перемен

(Дворец Удовольствий. Покои Слаанеш. Курьер.) Возвращение выдалось не таким каким все его себе представляли. Для начала, в покои богини заявилась Ола с Козюлей на шее, следом за ними Тзинч с Ужасами. После них появился Кхорн. Как всегда последним пришаркал дедушка в образе магистра. Вся это братия, хорошо встряхнула несчастного Курьера, высказала ему за неосмотрительность, после чего женская часть коллектива окружила огромную и ничего не понимающую Присциллу. Которую завалили комплиментами, утащив в сторону и пытаясь затискать расспросили. Курьер же, поймав пытающуюся присоединиться к девушкам Слаанеш, собирает Тёмную Четвёрку уводит в другую комнату и… Нет, устроить разбор неожиданного приключения в другом мире не получается. Курьера просто заваливают информацией по большей части не особо приятной. Но обо всём - по порядку. Итого, Курьера и Слаанеш, не было целых двадцать дней. За это время случилось очень и очень многое и виной тому были выбросы энергии с Победы. Первым делом, это учуяли тираниды и теперь целый осколок флота подбирается к форпосту тау. Никто точно не знает, с какой именно стороны они подбираются, но со слов Кхорна это факт. На второе идут некроны. Выбросы энергии разбудили спящих роботов. Куда они полетят когда проснуться, все и так понимают. И все понимают, что они очень опасный противник, возможно, даже опасней чем тираниды. На третье идёт Империум человечества. Чихи Курьера услышали все псайкеры, даже те кто был настолько слаб, что его и псайкером не считали. Некоторые даже пострадали - астронавигаторы от того что Победа слишком ярко вспыхнула, на пару дней ослепли. К счастью, зрение и ощущения варпа восстановились, но по-другому. Варп перестал обжигать их и сводить с ума. Они избавились от уродств, вернули рассудок и только и делали что рассказывали о чуде, то есть о вспыхнувшем свете. Астропаты проделали тоже самое, то есть избавились от приобретённых мутаций и усилили свои способности. А вот Ордо Маллеус идентифицировало эти выбросы как крик новорождённого бога Хаоса. Очень интересные ребята, именуемые Серые Рыцари, тоже всё слышали, и гипотезу поддержали. В Империуме творится нечто невообразимое, дело пахнет новым крестовым походом. — Ну спасибо, — зыркнув на притихшую Слаанеш мрачно произносит Курьер. — Надеюсь ты довольна? — Я ещё не знаю… — опустив голову пожимает плечами богиня. — Какие ещё новости? — демонстративно отворачиваясь от Слаанеш спрашивает Курьер. — Много всяких, — кивает странно довольный Тзинч. — Все рассказать, жизни не хватит. Однако… Младшая, а то что у тебя тут восстание было… — Восстание подавили, я уже знаю. Виновных разорвали, Фулгрим… Я найду его. Но давайте поговорим о другом, например о нашем приключении. — Я бы очень хотел послушать, — закуривая ворчит Курьер. — Ну, начинай, любимая, я весь внимание. На всякий случай встав за спину Нургла, богиня глубоко вздыхает и приступает к рассказу. От которого Курьер бледнеет, едва не садится на пол, но Слаанеш не перебивает. Однако, выводы делает и пытается понять как? Как всё это так лихо закрутилось? И выводы, особенно после того как свою гипотезу выдаёт Тзинч, немного настораживают. Но, отбросив всю шелуху и совсем неправдоподобные домыслы, Курьер всё же выстраивает логическую цепочку. — Ага… — затягиваясь садится он на пол и глядя перед собой бормочет. — Игрок… Есть Игрок. Тзинч его отражение, а есть я и Слаанеш. Если верить Игроку, а он никогда не врёт, наверное… То что у нас получается? — А получается у нас следующее, — улыбается Тзинч. — Я и Игрок, по сути мы одна и та же сущность. Наша энергия практически идентична. Ты, Курьер, сотворён из его энергии, значит ты очень близок к нам. Слаанеш, после случая в Комморре и последующей подпиткой от Олы, тоже обладает нашей энергией. — Ага, — задумчиво кивает Курьер и выдохнув дым продолжает. — Выпив зелье, она не только обрела удачу, она и с нами поделилась. По крайней мере со мной. Я провалился в другой мир и нашёл там предназначенную. В процессе Слаанеш всё же заполучила меня. А как повезло Тзинчу и Игроку? — Хи-хи, я не знаю, — краснея кусает губы Слаанеш. — Я знаю, — рычит Кхорн. — В мире начались изменения. Все жители нашего болота зашевелились. И нет, Слаанеш не виновата. Своими действиями она только ускорила события которые должны были случится. Рано или поздно, но война всё равно бы началась. Возвышение тау, никто не стал бы терпеть. Люди, эльдар, орки, некроны, тираниды, они все явились бы. Да, Владыка Перемен, я прав? Ты ведь этому так радуешься? — Именно, — кивает Тзинч. — Но не только. Меня радуете вы все. Да, вы все. Ты Кхорн, не размахиваешь топором и не грозишься убить всех. Речь твоя осмысленна и пряма. Рассуждения кристально чисты и правильны. Слаанеш, ты наконец-то добилась того, чего хотела. Нургл не цепляется за постоянство и тоже здесь. Так что ты, Курьер, стал ключом зажигания не только для тау, но для всего мира. — Мы отошли от темы. Давайте по-новой. Итак, теперь я могу восстановить картину событий. Соня пьёт зелье, получает удачу и делится ей с нами, то есть со мной, Тзинчем и Игроком. Мне же походу везёт больше всех. Соня ломает меня, я проваливаюсь в другой мир, чувствую предназначенную, проваливаюсь в нарисованный мир и… И? У меня вопрос. А в чём, собственно, везение? Если то что Соня теперь со мной, так вскоре это всё равно бы произошло. Да и другой мир… Если бы я туда не попал, то о Присцилле не узнал. А если бы попал, но при этом не поехал крышей, то всё это заняло бы несколько минут. Так в чём безграничное везение? — В том что вы изменились, — глядя на них ухмыляется Тзинч. — Да, вы оба. Ты ведь помнишь свои действия? А поступки Слаанеш? Ладно, Младшая, что ты чувствуешь? — Да вроде ничего необычного… А что должно быть? — Эх, — потерев лоб вздыхает Тзинч, принимает птицеподобный облик, садится в позу лотоса и взлетает над полом. — Изменения. Ты, Курьер, неосознанно признал что любишь Соню. Признал что будешь защищать и оберегать её. Сама Слаанеш, или теперь Соня, приобрела куда как больше чем ты. В ней проснулась совесть. Она осознала что ты смысл её существования. Но самое главное, она получила человечность. Получила и теперь будет беречь её, ровно как и ты. — Ну да, — чешет голову Курьер. — Теперь понимаю. И даже понимаю почему меня понесло на нижний уровень моста. Пройти можно было и по верхнему, дракон не распался на две части. Но я… Там я увидел как моя любимая гибнет и, видимо, записал в подсознании её значимость для меня. Так что да, нам повезло. Я понял. — Кхорни, — призвав светящийся шарик улыбается Слаанеш. — Это тебе. Кровавый щит. Как сказал Курьер, который мой любимый, ну ты знаешь… Кровавому богу, кровавый щит. — Нда, — качает головой Курьер, вскакивает и растрепав себе волосы закуривает. — Хорошее вышло приключение. Пойдём, жена, привязываться будем. Хотя… Тзинч, у тебя есть теории как работает предназначение? — Шесть тысяч семьсот двадцать пять теорий из тех, что доказуемы или опровергаемы. Ещё несколько десятков тысяч относительно согласованных, без логических противоречий. Пара сотен миллиардов предположений. Тебе как, все рассказывать, или только основные? — Давай основные. Хотя нет, зная тебя — запутаешь окончательно. Лучше просто объясни. —Хорошо. Итак, главное — в каждом мире есть предназначенные тебе. В каком-то больше, в каком-то меньше, но они есть и это факт. Возможно, ты всех сразу не видишь. А видеть начинаешь после того, как твоя семья вырастет. Вы неосознанно тянетесь друг к другу… — Э нет, в этом путешествии своих я чувствую. Ола и Присцилла Полукровка тому пример. Так как это происходит? Ну допустим. Ола и Присцилла, с ними всё ясно. Сенмай и Хиши можно списать на твои эксперименты с моей кровью. Но, в концепцию не вписываются Соня, Игни и техномилфа Иса. Как с ними быть? Использовать правило, что любовь должна быть взаимной? Но так техномилфу я не люблю. Да, она мне нравится, но на этом всё. Однако, я считаю её своей и более чем уверен что смогу привязать. То же и с Игни. — Действительно, — щёлкает клювом Тзинч. — Но тут… — А тут у меня три варианта, — выдаёт Курьер. — Первый: Игрок специально связывает нас, для взаимного усиления. Второй: предназначенные есть, но большую часть из них, а точнее почти всех, я создаю сам. Третий… — Игрок не может врать, — качает головой Тзинч. — Это невозможно. Умалчивать, недоговаривать, юлить. Но врать… — Так я и не это хотел сказать. Игрок и врёт — нонсенс. Он пиздит. Ладно. Короче, он что-то не договаривает. И если вернуться к предназначенным и отбросить мир шиноби где из-за стимуляторов и моего становления демоном чёрт знает что творилось, то таких я могу насчитать всего троих. И эти трое: Шала, Присцилла Полукровка и Ола. Только с ними была мгновенная и полная совместимость. — То есть ты… — прикусывая губу бормочет Слаанеш. — Ты… — Нет, всё нормально. Я больше демон-инкуб чем бог. Поэтому… Пока мы совсем в непролазные дебри не залезли, предлагаю закончить собрание. Мне надо познакомиться с Присциллой и начать готовиться к пиздецу, который не за горами. Всё, благодарю вас… — Заглянуть в себя должен ты, — проходя мимо говорит Нургл. — Там ответы найтись должны. Ухожу я, дела в Гниющих Садах у меня. — Ага, — весело машет ему рукой Слаанеш. — Ише передавай привет от меня. — Ише? — мгновенно цепляется за это слово Курьер. — Кто такая? Почему не знаю? Хотя ладно, потом разберусь. Присциллочка. Довольно улыбаясь, Курьер кивает богам, подхватывает Слаанеш на руки и уносит. Но, внутри, за всем этим напускным весельем, Курьер собран, серьёзен и даже немного мрачен. Внешне он выглядит весёлым, излучает похоть и любопытся, но в глубине души, всё совсем не так. Потому что Курьер более чем уверен в том, что все эти события начиная с того момента как он впервые очнулся в серой комнате и далее, хорошо продуманный план Игрока. Игрок, как дирижёр управляет не только Курьером, но и всеми остальными. Всеми! И сейчас, Саске уверен в том, что нет в его жизни никаких случайностей. Что все люди и представители других рас, все члены его семьи, даны ему именно Игроком. Специально, с какой-то целью. Недавний случай с Присциллой Полукровкой, всё это доказывает. И дело тут не в случайностях которые не случайны, и даже не в предназначенности потому что сейчас Курьер эту теорию принять не может, потому как она начинает выглядеть не более чем отмазкой. Всё дело в том, что всё идёт слишком гладко. Вздохнув Курьер разбирает в памяти все свои жизни и складывает довольно интересную картину. А если точнее то примерно такую. Первую жизнь Курьер отбрасывает, как и вторую. Всё интересное начинается в третьей или в мире шиноби. Где Курьер лечит Аи хитровывернутым стимулятором и получает с ней нить связи. Потом получает такую же с Юхи Куренай и пошло поехало. Нарисовывается Люциана, потом Дала и Ирис. Всё идёт по нарастающей. Но кроме того что Курьер стал демоном особо ничего не происходит. Силы растут, девушки привязываются, но на этом всё. А в массе? По мнению Курьера в мире Массы всё происходило как-то вот так. Твой организм конфликтует с биотикой? Ты к ней уязвим? Вот тебе Виктория Шепард. Мало? Тогда вот тебе Лиара, Миранда, Самара, Джек, Тевос, Рила, и Фалере. Все они биотики, получай от них способности и развивайся. Слаб телом? Пробивают пули? Держи Солану. Нихрена не понимаешь в технике и ну ни разу не инженер? Да не вопрос. Вот тебе Тали, Шала и Ину которая не Ину, а Морё которую ты не добил в мире шиноби. Нет пси способностей? Так вот тебе Мараи. На, Курьер, на, всё для тебя. И синтетиков тоже возьми. А чего мелочиться, бери сразу двоих. Бери, побеждай Истинного и вали дальше. Там ты получишь ещё больше. Барбара Гордон для разогрева. Потом Ворона и прицепом к ней Старфайер. А потом по отлаженной схеме. Все подряд и по две сразу. Шайера пусть погибнет, ты её вытащишь и привлечёшь внимание Смерти, а вместе с ней к тебе придут Страсть и Счастье. Ну и чтобы ты не искал ответы на вопросы, вот тебе полезная информация. Всё это не просто так, не потому что ты по воле Игрока превратился в смазливое, воняющее феромонами и излучающее во все стороны особые волны существо, а потому что девушки тебе предназначены и ты не можешь от них отказаться. — Фарс… — совсем наглухо закрывая свой разум мысленно вздыхает Курьер. — Фарс, фальш, обман, жадность и шкурный интерес. И я, марионетка. Безвольная, идущая по прописанному сценарию. Все местные персонажи… Они могут и не знать что выполняют волю Игрока. А может… Мотая головой, Курьер отгоняет плохие мысли и старается убедить себя в том, что всё это он выдумал. Напридумывал фактов, доказательств, уцепился и снова начинает изводить себя. Такое уже случилось… — Но что если меня заставляют так думать? — всё так же мысленно спрашивает Курьер. — Что если меня убедили в этом? Очень хотелось бы верить, что всё это бред. Но… Но зачем? — Саске, — гладит его по щеке Слаанеш. — Мы к Присцилле шли. Ты о чём так задумался? Уже минут пять стоишь и с места не двигаешься. Пошли. Надо установить связь. — Подожди. — Но как! Ты же обещал! Я же… — Присциллу я привяжу, с этим тянуть нельзя. А вот тебе принцесса придётся подождать. Недолго, пару дней. — Почему? — Потому что установка связи бьёт по мозгам. Мы трое… Я, ты и Ола, сорвёмся и закатим групповуху к которой присоединятся полудракончик. Понимаешь? — Не совсем. Ну и что? Мы же семья? — Да, но нас троих, Присцилла не переживёт. Бог-демон, крутая демоница и богиня Хаоса против полудракона. Придётся подождать несколько дней. Извини. — Но мы же можем и без связи… — Можем, ну лучше всё же подождать. Без связи ощущения не те. Впрочем, скоро ты это поймёшь. Всего неделя, а потом… Потом у нас будет вечность… — А я хочу сейчас! Саске, я же… — Да шучу я. Шучу, — кружась на месте смеётся Курьер. — Мне самому не терпится. Кстати… Сет Велки наденешь? Мне хочется закончить начатое. А то из-за проблем с головой, я прервался на самом интересном. — Уи-и-и-и! — светясь неподдельным счастьем оглушительно пищит богиня. — Эх, пусть я ошибаюсь насчёт себя и своих жизней. Надо… Как там сказал дедушка? Заглянуть в себя должен я? Хм-м-м… **** Курьер и Слаанеш возвращаются в покои богини где вовсю идёт веселье. Ола и Присцилла пьют чай и кушают тортики. Причём если Ола как ей и положено отламывает вилкой небольшие кусочки, то огромная Присцилла съедает торты целиком. Ужасы сидят с ними, обнимаются и почему-то вытирая слёзы всхлипывают. Козюля тоже особо довольной не выглядит, скорее задумчивой. — Я вижу вы нашли общий язык, — присаживаясь к ним и усаживая богиню к себе на колени спрашивает Курьер. — Да, — ставя на стол небольшую, литров на пять чашечку смущённо улыбается Полукровка. — Только вот… Я невзначай расстроила твоих жён. Я не хотела, но Сенмай и Хиши… — Сенмай и Хиши много фантазируют, — фыркает Тха’фис. — Ага, очень много. Я бы сказал через чур. Так что у вас случилось? Из-за чего мои телохранители сырость разводят? — Я рассказала им о себе, — виновато улыбается Полукровка. — О прошлом, нашей семье, Гвине, Гвиндолине, Йоршке, Гвинотте. О… — Они твоя семья? — едва не уронив Слаанеш подскакивает Курьер — Ну да, — пожимает плечами Присцилла. — Они… Понимаешь… Сначала всё было хорошо. Меня любили, я росла в семье и ни о чём не переживала. Но потом… Я не знаю как, но все вдруг узнали о том кто мои родители. Они… — Кто? — округлив глаза спрашивает Курьер. — Гвиневир и Нагой Сит. — Чо? Нихрена себе. Извини. А что дальше? А дальше со слов Присциллы, на неё начались гонения. Семья от неё отказалась. Остальные же… Конечно, канон Тёмных Душ, в отличии от Вархаммера, Курьер неплохо знал. Канон, фанатские теории, прочие домыслы. И знал что Присцилла эксперимент Сита. Но чтобы так. Каким образом Гвиневир и Сит схлестнулись осталось тайной, Полукровка по очевидным причинам не знает. Но по мнению Курьера, это всё объясняет, потому как в гонениях на эксперимент он смысла никакого не видит. А тут… — А кто такой Гвинетт? — откопав в памяти информацию по теме спрашивает Ола. — Безымянный Король, — кивает Курьер и глядя на поникшую Присциллу глубоко вздыхает. Усаживает Слаанеш на стул, подходит к Полукровке и обнимает её. Нежно гладит по волосам, берёт за руку… — Я… — Всё закончилось, — ласково говорит Курьер. — Да, я понимаю. Прошлое долго будет преследовать тебя, но теперь мы с тобой. Я, Ола, Слаанеш и многие другие. Ты теперь не одна. Вот только… — Сейчас начнётся, — закатывая глаза ворчит Ола. — Готова ли ты. Хорошо подумай. Прис, не обращай внимания. Саске у нас зануда. Сейчас тебе все мозги своими вопросами выкрутит, а потом достанет гиперопекой. — Я покажу тебе свою память, — показав Оле язык улыбается Курьер. — Всю… Я понимаю, мы предназначены и предрасположены. Но, не хочу чтобы между нами была какая-то недосказанность. Ты готова? — Да, что надо делать? На это Курьер взлетает вверх, прижимает ладонь к голове Полукровки и аккуратно передаёт ей свои воспоминания. От чего Присцилла округлив глаза сидит и смотрит в пустоту. — Смотри, думай, решай… — Саске, а как так получилось что именно Прис вернула тебе рассудок? — ёрзая на стуле спрашивает Слаанеш. — Очень просто. Убойные триггеры. Высокая девушка в белом с жёлтыми глазами. Тогда, находясь в безумии, я видел ваши образы. Видел, но узнать не мог. Например после слов о рапире, я сразу вспомнил Олу. Только узнать не смог. Видел красно-синее пятно и всё. Но вот потом, когда увидел Присциллу… Я вспомнил Альсину. От чего мне открылась Шепард, а вместе с ней и вся моя жизнь в мире массы. Далее идёт коса и образ Люцианы. А потом, сознание моё окончательно прояснилось. И мне бы стоило выпороть Слаанеш за Феликс Фелицис и то в какое приключение она нас втянула, но… Во-первых, порка ей понравится и это нельзя будет считать наказанием. Во-вторых, пользы от такого больше чем вреда. Поэтому… — Я согласна, — всхлипывает полукровка. — Я тоже, — краснея и хихикая прикрывает рот руками Слаанеш. — Да подожди ты. Присцилла? Ты хорошо подумала? — Да, — уверенно кивает Полукровка. — Я всё видела, всё прочувствовала. Я хочу к вам. Хочу чтобы меня любили. Хочу быть нужной, необходимой, а не изгоем. Я… Вот только мне вам дать нечего. — Ошибаешься, — качает головой Ола. — Ты Даш нам очень многое. Свою любовь. И поверь мне, это очень и очень много. — Я… — вскакивает Присцилла, но не находит слов и хватает Курьера. Прижимает его к груди, целует и крепко, даже слишком крепко обнимает. От чего Саске, пискнув как детская игрушка, на всякий случай укрепляет тело и целует Полукровку. Вместе с поцелуем передаёт ей свою энергию, от чего оба они начинают светиться, поднимаются над полом и кружась летят над полом. — Мы всегда будем вместе? — закрыв глаза спрашивает Присцилла. — Да, целую вечность… Полёт светящейся и целующейся парочки, прерывает Слаанеш. Которая не может больше терпеть, нагло вклинивается между ними, отталкивает Курьера и вместе с ним отлетает в сторону. Обнимает и целует… — Это восхитительно, — плавно опускаясь на пол улыбается Полукровка. — Я больше не одна… Не одна! — Добро пожаловать в семью, сестра, — хихикает Ола. — Присаживайся, продолжим чаепитие. Можно чего покрепче попробовать. Есть турианский коньяк, кроганский ринкол, азарийское вино. Весь ассортимент тауситских напитков. Что будешь? — Я бы попробовала… — весело жмурясь говорит Присцилла. — Азарийское. Поцелуй богини. Кстати о богине… Она… Я чувствую, она теперь с нами. Богиня возвращается… На негнущихся ногах, постанывая и прижимая ладони к низу живота, она подходит к столу, хватает торт и с аппетитом ест его. — Соня, с тобой всё в порядке? — Угу, — уплетая торт кивает богиня. Как вдруг останавливается, наклоняет голову… — Соня? — осторожно спрашивает подошедший Курьер. — Ты бы прилегла… Слаанеш Курьера не слушает. Смотрит то на Прис, то на Олу, переводит взгляд на торт который только что кусала, ехидно улыбается и высовывает язык. Проводит раздвоенным кончиком между коржами и… — Ах! — синхронно вскакивают Прис и Ола и в один голос продолжают. — Соня! Ты что… Ух! — Надо же, — наклоняет голову Курьер. — Соня, ты даёшь нам полную синхронизацию. Попробуй ещё. — Нет! — так же синхронно кричат девушки. — Не смей думать о таком. — А вы остановите меня, — ехидно улыбается богиня, мечтательно закатывает глаза, ставит на стол торт, крутится на месте, щелчком пальцев надевает на себя сет Велки и наклоняется. Точне от сета там только лосины, но это действует и у Курьера срывает крышу. Он подходит, встает на колени, гладит бёдра и задницу богини… Тха’фис, фыркнув хватает Ужасов и вместе с ними исчезает. Присцилла и Ола смотрят друг на друга… — Платье можешь снять. Оно тебе не пригодится. — Думаешь? А мы не слишком торопимся события? — облизываясь и глубоко дыша спрашивает Полукровка, но видя что Курьер стягивает с богини лосины, встаёт и раздеваясь бормочет. — Нет сил сопротивляться. Нет… Да и не хочу я. Что происходит… — Мы едины, — раздеваясь выдыхает Ола. — Теперь едины. Прис, разве ты не в восторге? — Я? Да, но… А то что он её туда… Кхым… А, ну да. Ух! — Уй! — запрокинув голову вскрикивает Слаанеш. — Ещё… Стоп! Саске, кое-кто завидует нам. Я понимаю что у нас впереди вечность, но давай начнём с Присциллы. Она ещё толком не знает что это такое. Но должна узнать. Курьер отодвигается от попы богини, втягивает язык, пальцем вытирает губы и соглашается. От трёх плотоядных взглядов Полукровка икает и даже успевает испугаться. Однако, чувствуя тепло и нежность теперь самых дорогих для неё существ быстро успокаивается, уходит к кровати и ложится на неё. Переворачивается на бок, кусая губы смотрит на идущих к ней и спрашивает: — Вы же станете больше? — Зачем, Пушистик? — вышагивая спрашивает Слаанеш. — Да, мы можем, но стоит ли? Такая экзотика. Ола, давай, пошли. Девушки перемещаются на кровать, поворачивают Присциллу на спину и смеясь прижимают её руки к кровати. Целуют Полукровку в губы, шею, спускаются к груди. Восхищаясь размерами высовывают языки и начинают ласкать ими соски полудраконы. От чего сгорающая от возбуждения Присцилла закрывает глаза и гладя девушек полностью отдаётся им. Отдаётся, но ждёт Курьера который ждать себя не заставляет. Забирается на кровать, садится между ног полукровки, гладит и целует её бёдра, переключается на живот и слушая как закипиющая от желая Присцилла тяжело и прерывисто дышит, медленно спускается ниже. Когда добирается до самого интересного, покои Слаанеш освещает вспышка. По полу катятся взлохмаченные Ужасы. Быстро вскакивают, видят что не вовремя и собираются снова уйти. Сенмай даже закрывает рукой глаза и тянет Хиши за руку. Однако у Хиши другие планы. Поправляя языком сползающие очки, она не моргая смотрит на кровать. Наконец вырывает руку, глубоко вздыхает и на ходу скидывая одежду решительно идёт к ним. Сенмай, не желая оставаться в стороне и видя что их никто не выгоняет просто телепортируется на кровать. Встаёт, собирается высказаться… — Подожди, — отрываясь от груди Присциллы шепчет Слаанеш. — Не мешай. Посидите в стороне. Пушистик, не сдерживайся. Млеющая от такого Присцилла кивает, облизывает пересохшие губы, осторожно прижимает к себе ласкающего её Курьера. Несколько секунд лежит неподвижно, как вдруг напрягается и стиснув зубы выгибается. Прикусывает палец, бьёт по кровати ногами, садится и с криком запрокидывает голову. Вздрагивая хватает всех троих, прижимает к себе и падает на спину от чего ножки кровати не выдерживают и ломаются. — В… В… В-вот это н-н-нихрена себе, — дрожа пытается прийти в себя Слаанеш. Она финишировала, а накрыло нас всех. И ладно вы, но я… — А вот когда нас станет больше, — пытаясь отдышаться шепчет Ола. — Ну или когда мы все вместе соберёмся… Вот это будет да. — Больше? — спрашивает богиня и поворачивает голову к притихшим и выкатившим глаза Ужасам. — Девочки, а идите-ка сюда. Вы же хотите к нам? Ну-у-у? — Ещё хочу, — потягиваясь урчит Полукровка. — А то было, и было как я понимаю замечательно, но я по прежнему девственница. — Я вообще-то тоже, — фыркает Слаанеш и хмурясь смотрит на хихикающую Сенмай. — Что? Я ни с кем не была. Чо ты ржёшь, розовая? Ух, зараза. Если бы ты Саске не нравилась, я бы тебе за такое рога поотшибала. А так… — Так я ему нравлюсь? — подскакивает Сенмай. — Ура. Ну что, продолжать будем? Кто первая? Или все сразу? Я всё равно готова. — Первой будет Пушистик, — заявляет Слаанеш. — Она теперь под моей опекой. Только сначала… Прис, дай хвостик потискать. — Пожалуйста, только нежнее, он у меня чувствительный. Хм-м-м… А что если так? С этими словами Присцилла переворачивается на живот, мгновенно уменьшается до размеров чуть повыше Олы, поднимает хвост и медленно размахивает им. — Молодец! Так быстро! — Ну, я всё-таки не простая девушка. К тому же наполовину дракон. Да и разобраться было несложно. Ой… Аккуратнее. Пока Ола и Слаанеш тискают хвост млеющей от таких нежностей Полукровки Курьер притягивает к себе Ужасов. По очереди целует, говорит что сегодня он их точно не привяжет и… Присцилла встаёт на четвереньки, поднимает хвост, оглядывается и смотрит на Курьера огромными жёлтыми глазами. От этого демон внутри ликует, Курьер же… Сейчас он не придаётся ностальгии из-за воспоминаний по Альсине. Сейчас он наслаждается моментом. Но не только тем, что перед ним красавица Полукровка. Хотя и этим тоже… Но, самое главное — Присцилла нашла счастье. Сейчас она просто светится всем спектром положительных эмоций, от чего Курьер, Ола и Слаанеш, сами начинают светится. Радость… — А может… Может я не такое чудовище каким себя считаю? — нежно поглаживая хвост Полукровки улыбается Курьер. — Всё таки, счастье и радость, нравятся мне больше чем боль и страдание. Присцилла, я люблю тебя. — И я… — поддаваясь назад выдыхает Полукровка. Слаанеш и Ола целуют её. Сенмай и Хиши обнимают Курьера который осторожно движется вперёд, жмурясь от удовольствия замирает… Резкое движение, вскрик Присциллы почти сразу же переходящий в довольный стон и настоящий взрыв эмоций. — Мы тоже тебя любим! — глядя на осторожно двигающуюся Полукровку возмущается Сенмай. — Когда мы… — Скоро, — наглаживая хвост улыбается Курьер. — Скоро… А пока… Подождите, про вас я тоже не забуду. (То же время. Пространство Империума. Система «Monile margarita», она же «Жемчужное ожерелье». Планета Жемчужина-3) Мартин сидел в баре, лениво потягивая амасек и предавался воспоминаниям. Совсем недавно, тогда когда его вызвал кардинал, он уже приготовился к худшему и успел накрутить себя. Но тот с постной миной произнёс дежурную речь о важности борьбы с врагами Империума, о рубежах битвы, пролегающих в каждом уголке великого государства, и вручил пакет документов. Но вот слабо скрываемое злорадство… Назначение, как и предполагалось, оказалось почётной ссылкой в глухомань. Планетарная система с пафосным названием «Жемчужное ожерелье» оказалась унылой и скучной дырой. Нет, тут была промышленность, было сельское хозяйство. Вот только самым тяжким преступлением за последние три месяца был бездомный, напившийся, и уснувший обняв ноги статуи Императора. Его обвинили в осквернении святыни, и благополучно отправили на каторгу ввиду искреннего раскаяния… Хотя… С учётом того, что осквернивший святыню бомж теперь имеет крышу над головой, работу и трёхразовое питание, ещё непонятно наказали его таким решением или наоборот наградили. Но всё же, по мнению Мартина, эта планета была той ещё дырой, существующей только благодаря добыче полезных ископаемых и кое-какому производству. Но в то же время, Жемчужина была настолько никому не нужной, что даже вездесущие орки по какой-то причине игнорировали систему и банально пролетали мимо. И Мартин более чем уверен, что даже если прилетят тираниды, то увидев местное «разнообразие» и ощутив царящее здесь уныние, они переглянутся и, плюнув, улетят обратно. Однако, не всё было так тихо, за последнюю неделю после необъяснимого психо-импульса, ослепившего псайкеров, произошло несколько малоприятных событий. Даже Мартин, с его мизерными способностями, тогда на несколько часов выпал из реальности, мучаясь головной болью, расстройством координации и прочими «радостями». А потом два дня сидел у постели Присциллы, и успокаивал несчастную псайкершу… Которая несмотря на крайне плохое самочувствие, почему-то восторгалась. Так вот, службы контроля пространства несколько раз засекли странные гравитационные аномалии. Вдобавок, в ближайшее время в системе должны были пройти концерты Ипполита Фарфорова, весьма известного певца, кумира множества девочек… Пусть система и была скучной и неинтересной, и располагалась несколько в стороне от основных торговых маршрутов, бедной она не являлась, и менеджеры певца, составлявшие маршрут турне, посчитали выгодным включить «Шоколадный глаз»…ой, простите… «Жемчужное ожерелье» в тур… (Разночтение названий происходило из особенностей местного диалекта, являвшегося тональным. Смысл слов сильно менялся в зависимости от способа произношения и расстановки ударений.) Отпивая амасек, довольно неплохого, что удивительно для заштатной системы, качества, Мартин тяжело вздыхает и думает уже о предстоящем, а не о прошлом. И всё дело тут в единственной девушке в команде. Присцилла заявила, что её совершенно необходимо быть на этом концерте, и вообще это уникальный шанс. Одну её Мартин отпускать отказался. Все остальные члены команды мгновенно нашли миллионы причин на этот концерт не идти. Михаил мгновенно вспомнил что ему нужно в госпиталь. У Мэта резко заболел живот и он слёг. Кайл получив приглашение сопроводить Присциллу на концерт, сначала завис, потом громко щёлкнул и, выпустив дым, заявил, что неисправен, ему срочно требуется ремонт, и никуда идти он не может. Теперь Мартин, попивая амасек, тоскливо ждал, пока Присцилла соберётся и приведёт себя в порядок… Что продолжается уже три часа и, как подозревает Мартин, продлится ещё столько же. И вроде бы, ему сейчас стоит расстраиваться, всё-таки на его карьере поставили крест. Но то, что команда беспрекословно и даже с каким-то энтузиазмом попёрлась за инквизитором, самого Мартина хорошо так согревала. В отличии от предстоящего концерта, который обещает быть тем ещё зрелищем. Плакаты размалёванного, разодетого в какие-то блестящие лохмотья и перья певца эти опасения подтверждают. Но при всём при этом, Мартин ловил себя на мысли, что именно сегодня, сейчас, всё почему-то стало светлее. Варп, который он едва ощущал стал приятным и тёплым. И впервые не пугал, а наполнял какой-то непонятной радостью. Как будто происходит что-то настолько хорошее и светлое, что для описания никаких слов не хватит. И оно, это светлое, только нарастает. Его как будто становится больше. От этого настроение Мартина уверенно лезет вверх. Ровно до тех пор пока он не цепляется взглядом за висящий на стене плакат. От чего инквизитор качает головой, допивает амасек и, сжав зубами позаимствованную у Присциллы дымную палочку, закуривает. — Это будет сложно, — глядя на плакат затягивается инквизитор. — Да нет, не сложно. Это настоящее испытание. Император защити. **** Концерт прошёл ожидаемо весело для псайкерши, и столь же ожидаемо скучно для полностью лишённого музыкального слуха инквизитора. Что пели со сцены, Мартин так и не понял. Однако Присцилла была в полном восторге. А когда эта пытка закончилась, что заняло целых четыре часа, началась новая. Певец объявил о раздаче автографов, попросил подождать пару минут и скрылся за кулисами. Довольный инквизитор собрался уже было уходить, но тут случилось страшное. Присцилла заявила, что ей всенепременно нужен автограф, и потащила Мартина обратно. Терпеть подобные издевательства Лоран больше не смог. Пользуясь служебным положением, он провёл Присциллу за сцену, нашёл гримёрку певца и чтобы псайкер смогла быстрее получить вожделенный автограф, с инсигнией в руках вломился внутрь. Певец от вида инсигнии, нисколько не растерялся, а даже наоборот обрадовался. Не дожидаясь вопросов подписал пару плакатов, от щедрот своих отсыпал всяческих сувениров, подарил Присцилле букет цветов и предложил поучаствовать в раздаче автографов. На что Мартин залепил ладонью по лицу и уже собирался припугнуть певца, но видя восторженный взгляд девушки сдался и послушно поплёлся за ними на сцену. Но вот дальнейшие события… Сначала всё шло гладко. Толпа ликовала, народ, то есть всё женское население Жемчужины, валил на сцену за закорючками на плакате. Певец осыпая девушек комплиментами раздавал свои больше похожие на кардиограммы подписи. Но тут всё резко изменилось. Во время подписи очередного плаката и флирта с восторженной фанаткой, певец прикусывает язык и круглыми глазами смотрит перед собой. Потому что перед ним, из невидимости с радостным визгом выходит термагант… Причём вполне себе антропоморфная, симпатичная, и с приличным бюстом… Она вручает певцу букет, и смущаясь, просит подписать фотографию… Ошеломлённый Ипполит подписал, был оглушён счастливым воплем «Все девчонки мне теперь обзавидуются!», и получил поцелуй в щёку… После чего, покраснев, девушка попросила подписать фотографию её подруги, «Которую не выпустили, потому что она большая! Нет, не по возрасту, она большая и не умеет так хорошо маскироваться, а старшая сестра запретила выходить чтоб никого не пугать…» Певец и тут не растерялся, взглянул на фотографию, восхищённо присвистнул, улыбнулся и подписал… Мартин увидел фотографию мельком, но образ девушки в бикини, с пышными формами едва помещающимися на снимок, чешущей горло гаруспику, буквально врезался в память… То, что рук у девушки было явно больше двух, Мартин тоже запомнил. Счастливая термагант прижала фотографии к груди средней парой рук, и рванула вверх по стене, уходя в невидимость, напоследок ещё раз крикнув «Спасибо! Вы лучший!» А ещё, перед тем, как удрать, тиранидка неожиданно принюхалась к Мартину и Присцилле, и тихонько выдала «Передайте нашему папе привет, и что мы скоро придём в гости! Вы же его знаете, недавно встречались!» Странные тираниды, исчезли также внезапно как и появились. В городе началась паника. Мартин упрятал певца в госпиталь, сам же с трудом, но народ успокоил. После начал разбор неожиданного происшествия. Дальнейшее расследование показало, что не так давно соседнюю систему посетил рейдер тиранидов. Но, что самое странное, рейдер пробыл недолго, подобрал челноки, и скрылся. Ввели карантин, планету закрыли, провели полный комплекс мер биозащиты. Сканирование показало отсутствие спящих гнёзд и геносемян… Точно так же, как и здесь. Вот только здесь нашлись странности. Начальник отдела исследований биологических угроз выглядел несколько обескураженно и говорил что допросил всех кого мог. Выводы из этого следовали неоднозначные. Странные человекоподобные тираниды… Они ограбили библиотеку художественной литературы, магазин модной одежды, и… магазин интимных товаров… и всё… да, ещё… они взломали и скачали информацию из эскорт-агенства… элитного… и украли данные из компании, занимающейся изготовлением секс-кукол под заказ… Никого не тронули, общались вежливо и грабя магазины требовали выписать им чеки. Аккуратно собирали чеки и клятвенно заверяли перепуганных людей, что как только их мама встретит их папу, он сразу же и рассчитается. Дураком Мартин не был, два и два сложить тоже мог. Поэтому сразу понял о ком идёт речь. Однако, что это даёт и чем угрожает инквизитор придумать не мог.