Большое путешествие: Ветер перемен

Колония Рассвет, довольная Королева Клинков, держа Курьера за руку взмахивая крыльями походкой от бедра шевствует знакомиться с семьёй. И нет, она не капли не боится, но немного всё же волнуется. Хоть она и Разум маленького флота, но в тоже время девушка. Поэтому… — Пришли! — указывая на дверь большого дома улыбается Курьер. — Проходи, теперь это твой дом. Не стесняйся, девушки у меня хорошие, добрые и понимающие. Ты главное держись естественно и всё будет хорошо. — Это ты меня успокаиваешь или себя? — А чего мне волноваться? Девчонки… С этими словами Курьер открывает дверь, заходит… Тут же получает сковородой в лицо и падает на пол. — Скотина! — схватив его за воротник и подняв над полом кричит изящная беловолосая девушка с загнутыми рогами, одетая в фиолетовое платье. — Сонечка, ты чего… — Ненавижу тебя! — тряся Курьера кричит она. — Я справлюсь, я справлюсь. Справился? Снова подставился и чуть не сдох! Да сколько можно? Ладно в мире массы ты постоянно подыхал, но здесь ты как умудряешься? Вы чего молчите? Тут же подрываются все остальные, коих много. Намного больше чем знала Королева. Все трясут Саске, высказывают ему. А после того как высказались обнимают и целуют. — Беспокоятся, мои хорошие, — глядя на них улыбается Королева и тут же пятится назад. Взгляды всех девушек сходятся на ней. Все они отпускают Курьера и медленно идут к ней. Не зная чего ожидать, Королева растерянно улыбается, отступает, как вдруг… Девушки бросаются к ней, обнимают и искренне благодарят за спасение своего оболтуса. Утаскивают её на диван, где засыпают вопросами. Сара же замечает, что одной не хватает. Вилы нет… И это несмотря на то, что Курьер очень любит её. Хоть и, по каким-то невыясненным причинам не признается в этом. — Козюль, — вытянув руку говорит Саске. На руке его появляется импа, садится на предплечье, обнимает, целует и тут же показывая два пальца что-то шепчет ему на ухо. От этого чего-то Саске мрачнеет, качает головой. Однако особо не расстраивается, гладит хихикающую импу, щекочет её, целует в макушку и пересаживает к себе на шею. Улыбаясь идёт к дивану… Королева глядя на всё это, облегчённо выдыхает и мысленно хвалит себя за такой выбор. По её мнению она поступила более чем правильно, нашла семью, спасла дочерей своих. Конечно, у неё ещё очень много вопросов и главный из них — кто она? Как появилась? Зачем? Ведь не может быть так, что Разум появился сам по себе, из ниоткуда. Но это есть. Она просто возникла и сразу осознала себя. Знала что было, помнила и сразу же предполагала. Думала, мечтала… Курьер подходит к дивану, резко отшатывается назад поднимает кулаки, как вдруг… — Идиот! — схватив его за шею щёлкает клювом появившийся в своём полуптичьем обличии Тзинч. — Сам такой, — пытаясь разжать его руку шипит Курьер. — Чо припёрся? Я… — Ты безрассудный самоуверенный кретин! Ладно ты рискуешь собой, но о семье своей подумай! Аврора, Тха’фис, Игни… Остальные, в конце-концов? — нервно дёрнув головой, Тзинч медленно разжимает руку, выпускает Саске, и уменьшаясь в размерах отходит назад. Поправляет галстук, проводит руками по лацканам пиджака, хмыкает… — Погорячился? — язвит Курьер. — Решил пустить всё под откос? Хули ты явился сюда, кретиноид? — Надо так. И вообще, здесь тираниды. Планета даже для меня теперь едва различима. Если бы не Тха’фис, я бы вообще вас не нашёл. Дед… — На хуй твой дед одет и им же подпоясан. Пошёл вон. — Нда… Всё хуже чем я думал, — качает головой Тзинч. Курьер создаёт в руке клочок бумаги, отдаёт его Тха’фис и глядя на Тзинча скалится. Козюля, спрыгивает на пол, отдаёт Архитектору бумажку и возвращается на плечи Курьера. Тзинч задумчиво читает записку, кивает и… — Сенмай, Хиши, Игни, Тха’фис — светясь злобой высказывает Архитектор. — Я запрещаю вам общаться с Курьером. Все в хрустальный лабиринт. Бегом. Саске вздыхает, подходит к Тзинчу и внимательно смотрит. Девушки все как одна понимают что сейчас два бога устроят мордобой, который скорее всего закончится катастрофой галактического масштаба. Слаанеш встаёт перед ними и поднимает руки. Пытается успокоить, призывает подумать… — Девочки, идите с ним, — скалится Курьер. — Я позже вас заберу. — Не надейся, — принимая облик Тота, ехидствует Тзинч. — Хотя можешь попробовать. Мы с Нурглом, с радостью сразимся с тобой. — Изыди, зяблик, — жутко скалится Саске. — Девочки, вперёд. Я скоро верну вас. — Ага, лет через пару миллиардов, — кивает Архитектор Судеб, щелчком пальцев заставляет девушек исчезнуть и показав Курьеру средний палец исчезает сам. — Что с вами происходит? — спрашивает Слаанеш. — Вам самим не… — Он забрал у меня моё! — полыхая злобой рычит Саске. — Значит… Значит… Ага! Я отомщу. — Саске… — Уроды комнатные, — злобно рычит Саске, но в то же время подмигивает Соне. — Попугай и мешок гноя. Разорву. — Я с тобой! — восклицает Соня. — Порвём их. — Не сейчас. Надо подумать и подготовиться. Начать издалека. А потом… Потом уничтожить их. Королева открыв рот смотрит на происходящее. И ей очень хочется задать вопросы и узнать что здесь творится. И она уже пытается начать спрашивать. Как вдруг Соня смотрит ей в глаза, улыбаясь подмигивает и в довесок присылает мысль, что Саре пока лучше молчать. Но потом, она всё узнает и даже поучаствует в авантюре. После чего вся семья рассаживается на полу в гостиной. Аль’гата приносит поднос со сладостями, ставит его на столик… Ставит слегка своеобразно. То есть она слегка присаживается перед лицом Саске. От чего он выдаёт что-то похожее на «Гы» и вываливает язык. Получает тычок от Олы, шипя хватает пироженку и ест. Королеве этот жест не нравится. В её душе поднимается то, что она знала, но сама ещё не испытывала. И это что-то — ревность. Однако, видя что остальные на это никак не отреагировали, Королева решает не выпендриваться, но просто так этого оставить не может. Подходит к столу, слегка присаживается и хмурясь делает вид что выбирает пироженку. Выбирает недолго, потому как с ней Курьер церемониться не собирается и кусает за попу. Тут же целует место укуса и шлёпает по заднице. — Хм-м-м, — мысленно тянет Королева. — Вот значит как. Значит к Аль’гате он не прикасается. А ко мне. То есть к нам… Интересно. Память памятью, но мне ещё многое предстоит узнать и научиться. **** Мир Тёмных Душ. Какие-то подземелья. Кхорн выдёргивает топор из стрёмного дракона без чешуи, пинает тело и садится на камень. К нему тянется светящееся облачко, шлем сообщает что душа Снедаемого Короля получена. — Нда, а ведь мне предстоит собрать ещё много таких, — вытянув ноги вздыхает Кхорн и погружается в воспоминания. И ему есть что вспомнить и о чём подумать. Например человечность, которую он употребил в огромных количествах, оказывается работает. Работает, ещё с первого осколка. Потому что Кхорн не узнаёт себя. Расчувствовался, стал мягким. Как дурак всё время несётся в Храм Огня чтобы рассказать Ирине и Хранительнице о своих подвигах. А потом посидеть у костра, почувствовать на своём лице пальцы Ирины. Услышать её смех, увидеть улыбку Хранительницы. Подколоть Лудлета, поссориться с кузнецом, поговорить с Юрией, и высказать Анри и Горацию, что на самом деле они кретины. Потом свести всё в шутку и посмотреть на их вытянутые рожи. Но дело не в этом. Кхорну нравится, что с ним общаются как с равным. Перед ним не преклоняются, а просто говорят с ним. Смеются, ругаются, спорят, а самое главное ждут и теперь надеются. В него верят, по настоящему. — Теперь я понимаю почему Курьер так рвётся вернуться. Его просто ждут. А я… По мнению Кхорна всё происходящее более чем странно. Странный мир, в котором с его приходом даже время ускорилось и теперь идёт быстрее чем в его родном. Странные существа: нежить, чудовища, монстры. И сам Кхорн… Раньше, убивая без раздумий всё и вся, круша и ломая, пробивая стены, теперь он осторожно продвигается и старается обходить скопления врагов. Нет, иногда он вспоминает кем является и с рёвом бросается в бой. Но былого азарта это всё уже не приносит. Черепа не радуют, кровь здесь не у каждого, да и перед Ириной неудобно. Рассказы о том, что Кхорн руками разорвал два десятка рыцарей, Ирине не особо нравятся, от чего Кхорн замолкает и отворачивается. Да и местные монстры… По мнению Кхорна не такие уж и монстры. Например недавний бой с Танцовщицей Холодной Долины. Девка успела знатно выбесить Кровавого Бога и ей грозила неминуемая гибель. И обезоружив её, Кхорн собирался размозжить ей её глупую голову. Даже для этой цели топор занёс. Но тут, девка делает кое-что странное. Нет, она не просит о пощаде, и не падает Кхорну в ноги. Она просто садится и вздрагивая закрывает лицо руками, от чего Кхорн просто уходит. Закидывает топор на плечо и ощущая спиной непонимающий взгляд уходит. — Человечность, — сняв шлем бормочет Кхорн. — Странная штука. Видимо, в нашем мире, люди лишены такого чуда. Или… Слышится шорох, Кхорн поднимается, как вдруг… В проходе показывается голова Танцовщицы. Девка, пригибаясь к земле заходит и осматриваясь, обходя почему-то не исчезнувшее тело Оцейроса, приближается. Осторожно, с явным страхом, она подходит и садится в метре от Кхорна. — Зачем ты здесь? От вопроса девка ненадолго зависает, мотает головой и сняв со спины мечи встаёт перед Кхорном. Пригибается и взмахивая оружием делает вид что отражает удары. — Защищать? Ты хочешь защищать меня? Аха-ха! Звучит как оскорбление. Танцовщица убирает оружие, садится и закрыв лицо руками начинает раскачиваться. — О нет, второй раз со мной это не сработает. Знаешь что, шла бы ты… Со мной. Только держись за мной, вперёд не лезь. Ты меня понимаешь? Танцовщица наклоняет голову на бок и по мнению Кхорна не понимает ровным счётом нихрена. У неё есть цель пойти с ним, есть желание помочь, но на этом всё. Она не соображает и понять что Кхорн согласился не может. — Ты пойдёшь со мной, — подкрепляя слова жестами пытается объяснить Кхорн. — Мы, ты и я, идём дальше. Издав не то хрип, не то стон, Танцовщица наклоняет голову в другую сторону. — Да что мне с тобой делать? Тупица. Совсем мозги прогнили? Или ты совсем озверела? Нежить тупая. Нежить… Иди сюда. Танцовщица не идёт. Крутит головой, вытаскивает мечи и демонстрируя что будет защищать Кхорна встаёт в стойку. Кровавый Бог от этого бесится. Снимает с пояса подсумок, достаёт из него осколок, хватает Танцовщицу за руку, отбирает меч и вкладывает осколок в её ладонь. Раздавливает и придерживая вспыхнувшую Танцовщицу, усаживает её на землю. — Теперь понимаешь? Девушка шумно выдыхает, часто кивает и поворачивает голову к Кхорну. Тянет руку, нажимает ему на нос. Указывает на себя, потом на него и сжимает кулак. — Наконец-то, — закатывает глаза Кровавый Бог. — С Ангроном легче договориться, а это знаешь такое себе занятие. — Ангрон, — тыча пальцем в Кхорна хрипит она. — Кхорн, — поправляет её Кровавый бог. — Я Кхорн. Танцовщица, Кхорн, мы с тобой. — Кхорн… Мы… С тобой… Мы… Идти. — Ух… Надо дать человечность Ирине, может ей со зрением поможет. Интересно, а у Хранительницы глаза от этого не вырастут? — Глаза… — подрывается Танцовщица. — Глаза… Лежат… Там… Покажу… — Глаза Хранительницы? — Глаза, — уползая вперёд хрипит Танцовщица. — Глаза! Знаю… Лежат… Там… — Да блин. Ну ладно. Следуя за Танцовщицей Кхорн осматриваясь идёт вперёд. Через дверь, через призрачную стену и наконец они попадают в мрачное подобие прихрамовых территорий. — Очень интересно. А Гундир здесь тоже будет? Я чувствую искажение времени… — Глаза, — выйдя вперёд шипит Танцовщица. Крутит головой, наклоняется к земле… — Бесстыжая, — глядя на неё, точнее на её пятую точку качает головой Кхорн. — Зачем тебе такие обтягивающие штаны? Там же видно всё. Вообще ничего не скрывает, да я твой… Кхым… Это Соня на меня плохо действует. Задницу убери! — Глаза! — не меняя позы хрипит Танцовщица. Замирает, прислушивается, выхватывает мечи и срывается с места: — Враги. — Стой дура! Куда? Танцовщица не слушает. Прыгает вперёд, изящным движением разрубает напополам выпрыгнувшую собаку. Вторую собаку в воздухе лишает головы. Третью пронзает двумя мечами, валит на землю и и ногой ломает шею. Хватает труп за лапу и пригибаясь к земле тащит его к Кхорну. — Неплохо, — заключает Кровавый бог. — Но всё же… Ай, ладно. Иди впереди. Но только осторожнее. С этой минуты, похождения в этом странном мире, становятся совсем неинтересными. Танцовщица идущая впереди, сама убивает всех врагов. Замечая их раньше, она, всегда находясь в боевой готовности вступала в бой и быстро заканчивала его. Что невероятно бесило Кхорна, однако он не лез и молча созерцая её движения приходил к выводу что Хранительницы Секретов не такие уж и уродины. А их грация и телодвижения, не такие отвратительные. Таким образом, более чем странная парочка добирается до храма у дверей которого их и встречает старый знакомый. В этот раз Гундир, который не Судия, а Чемпион не медлит, хватает алебарду и рвётся в бой. Танцовщица прыгает ему навстречу, прогибаясь назад пропускает удар над собой, крутится и ударом меча подрезает Гундиру колено. Перекатом уходит в сторону и резко выпрямляется. Кхорн метает топор, подбежав хватается за рукоять, резко потянув оружие на себя валит Гундира на землю и раздавливает ногой его голову. Распинывает тело, встаёт над останками… — А у нас неплохо получается. Танцовщица? Ты где? — Глаза, — выходя из храма хрипит она. — Нашла… Глаза… Молодец? — Ну да, ты молодец. А… Вытянув руку Танцовщица подходит ближе, отдаёт глаза и пряча руки за спину, шаркает ногой по земле: — Глаза… Молодец… Хорошая… Помогла… Погладь. — Нет! — Погладь… — Отвали! — Помогла… — указывая на себя руками хрипит Танцовщица. — Благодарить… Гладить… Приятно… Хорошая… Гладь. — Ладно, — снимая перчатку ворчит Кхорн. — Но только один раз. Больше… Как только Кхорн снимает перчатку, Танцовщица сама лезет к нему. Хватает за руку, утыкается лицом в ладонь и вздыхая трётся об неё. Резко выпрямляется, прижимает его ладонь к своей груди и хрипло выдыхает. — Спятила? Я тебе не слаанешит какой-то. Успокойся… — Девушка… Красивая… Ласка… — Я подарю тебя Курьеру. Он у нас такой. Засунет свой стручок даже в орангутанга. Вы поладите. — Кхорн… Я… Мы… Ты и я… Ласка… Красивая. Нет… Курьер… Не хочу… Хочу… Кхорн… Красивая… — Я откуда знаю, красивая ты или нет. Тело вроде ничего, а лицо… Отойдя на шаг назад, Танцовщица открывает лицо и даже пробует улыбнуться. — Император Человечества, защити, — сложив аквилу бормочет побледневший Кхорн. — А как… — Красивая? — Как бы тебе сказать? Помягче… — Красивая? — Д-да… — Целуй… — Нет! Иди на фиг. С чего мне тебя целовать? Да ты же… — Красивая. — У меня правило. Я не целуюсь на первом свидании. Да и не умею я. — Научу… — Вот уж спасибо. Кхем… Подожди. Я всё понимаю. Да и мне и самому глядя на тебя трудно сдержаться, но давай не будем спешить. Узнаем друг-друга получше. А если не будешь мешать мне и дашь делом заняться, я дам тебе вот это. Смотри, два осколка Человечности. Тебе от неё лучше, я заметил. Отдай мне глаза, а я дам тебе осколки. Ты спрячешь свою… Закроешь лицо и мы пойдём в Храм Огня. Я познакомлю тебя с друзьями. Хорошо? Танцовщица отдаёт глаза, получает осколки и отходит в сторону. Шлем тут же подсвечивает полученное и тут же сообщает что это глаза Хранительницы. — Она наверное обрадуется, — держа глаза на ладони улыбается Кхорн. — А что если я ей не понравлюсь? А с чего я вообще об этом думаю? Нужен костёр. Где он здесь? — В храме, где ему и положено, — грубоватым, но уже не хрипящим голосом говорит Танцовщица. — Пойдём, покажу. Может найдём что-нибудь полезное. — Эм… Пошли… В храме, ничего полезного кроме старухи которая предлагает свои услуги торговки они не находят. Осматривают руины строения и с помощью костра переносятся обратно. — Я дома, — отходя фыркает Кхорн, подходит к Хранительнице и протягивает ей руку. — Я тут это… Глаза твои нашёл. — С-спасибо. А… Спасибо. — Ирина! — не в силах спокойно видеть улыбку Хранительницы кричит Кхорн. — Я вернулся. Представляешь, на меня настоящий дракон напал. Старый такой, с клюкой. Похоже двинутый, Оцелота какого-то звал. Или Ацелота? Не важно... — Я чувствую постороннюю, — недовольно ворчит сидящая на полу Ирина. — Кто она? — Да никто… — Зачем ты меня обманываешь? От тебя пахнет чужой женщиной. А я? А со мной как? Кто эта мымра? — А что сразу мымра? — спрашивает Танцовщица. — Что сразу обзываться? — А кто ты? Увела моего… — Твоего? — взвивается Танцовщица. — Кто сказал? А ты знаешь что он меня за грудь трогал? Говорил что я красивая. Даже поцеловать обещал, потом. А ты? — Ах ты… Ах ты… Куртизанка! — встав кричит Ирина. Ничего не понимающий Кхорн, отходит в сторону, садится на пол и сняв шлем слушает перепалку. Женщины, готовы вцепиться друг в друга. Руки Ирины светятся магией, Танцовщица сжимает кулаки. Девушки переходят на личности, угрожают друг другу, матерятся. — Бедный Курьер, — округляет глаза Кхорн. — Если две женщины могут устроить столько шума из ничего, то как он живёт? У него же их… Теперь понятно почему он слабоумный. Где тут в здравом уме останешься. Они же… — А ты симпатичный, — присаживаясь рядом улыбается Хранительница. — Большой, мужественный. — Спасибо, — опуская голову бормочет Кхорн. — Ты тоже… То есть не большая и мужественная… Что я несу? Ты симпатичная. Очень. А… Ой… К Кхорну и Хранительнице подходят Ирина и Танцовщица. Обе злые, обе буквально кипят от ярости. Обе просят Хранительницу отвалить и выбрать с кем из них Кхорн останется. Выбрать немедленно, вот прямо сейчас. — Сложно… Сложно с вами. И как быть? Ладно, сейчас всё решим. Я не Курьер, мне в этих вопросах легче, а вы… Ты… — Я, — пожимает плечами стоящий за замершими девушками Игрок. — Неплохо устроился, Кхорн. Гарем собрал. Молодец. — Это не то что ты думаешь. Мы тут… Ну это. Ну… — Пора возвращаться, — улыбается Игрок. — В твоём мире, без тебя не обойдутся. — Так быстро. А они? А можно я доделаю? Этот мир умирает. А я души собираю. Мне Хранительница рассказала как можно помочь. И я… Я спасаю. — Кхорн, тебе не справится. Увы, но этот мир обречён. Тут нет самого важного звена, избранной нежити. А ты… Ты соберёшь души, я не сомневаюсь. И что потом? Ты их даже отдать не сможешь. Мир гибнет, он настолько безнадёжен, что даже я не стал отправлять сюда агентов. — А они? — указывает на девушек Кхорн. — А как они? Они ведь тоже погибнут. Могу я забрать их. — Куда? В варп? Они там не выживут. — Во владениях Слаанеш выживут, она умеет защищать от варпа. Игрок… — Они не выживут там, — качает головой Игрок. — Мир отторгнет их и они умрут в мучениях. Растворятся. — Тогда я остаюсь… — Без тебя ваш мир погибнет и ты, даже находясь здесь, тоже. Не время перепираться и спорить, мир нуждается в тебе. Прощаться не советую, потом тяжелее будет. Идём. Мрачно глянув на Игрока Кхорн надевает шлем и громко топая идёт к нему. Останавливается, оглядывается, смотрит на девушек и понуро опустив плечи топает к Игроку. — Да, ты прав. Пойдём, Игрок. И я… Мне в первые искренне жаль. Но хватит об этом. Уходим. — Хм… — Что значит хм? — останавливается Кхорн. — Значит что мне, нужно многое тебе рассказать. Сейчас обратись в слух и внимай мне. От услышанного и того как ты это выполнишь, зависит судьба вашего мира. Готов? Итак…