Большое путешествие: Ветер перемен

Мир тёмных душ. Игрок и Кхорн молча стоят и смотрят на покрытую пеплом равнину. Теперь уже Бог Войны бережно держит на ладони переливающийся всеми цветами радуги шар энергии и вопросительно смотрит на Игрока. — Начинай уже, — качает головой Игрок. — А как? Что надо делать? Бросить его? Вложить во что-нибудь? Или как? — Вечно вам всё объяснять надо, — обходя вокруг него ворчит Игрок. — Мы боги, мы боги… А сами нихрена не знаете. Вытяни руку, сверхсущность недоделанная. — Вот так? А точно сработает? — Да хрен его знает, — разводит руками Игрок. — Такого я ещё не делал. Телекинезом Игрок снимает с ладони Кхорна шарик и опускает его на землю. Присаживается рядом с ним, прикасается пальцем. — Хм-м-м… — Что? — осторожно подходит Кхорн. — Ну, у меня два варианта. Или сработает, или нет. Если сработает и Курьер догадался правильно, то всё хорошо. А если нет… Попробуем найти другой выход. Если конечно этот мир не схлопнется. Чего я тоже не исключаю, но… Сам понимаешь, всё может быть. Однако, на всякий случай. Прощай, Кхорн. — Хватит нагнетать. Я и так на нервах весь. А ты… — Ладно, не буду, — проводя с шариком какие-то непонятные манипуляции усмехается Игрок. — А ты знаешь, Курьер не такой придурок. Всё таки додуматься заменить души энергией богов… Как бы не ебануло. — Сильно бабахнет? — У-у-у, старшие боги разбегутся. Но ты не парься, всё под контролем. Наверное… — Может тогда не будем? Ещё подумаем. Посмотрим, подберём варианты. Игрок ждать не собирается. Отделяет от шара маленький шарик, отдаёт его Кхорну и просит употребить. Как только Бог Войны вдыхает энергию, Игрок прячется за него, щёлкает пальцами, садится, закрывает глаза и затыкает ушу. Шар вспыхивает, начинает вращаться и быстро увеличивается в размерах. Оглушительно гудит и… По засыпанной пеплом равнине вспыхивают языки пламени. Быстро разгораются и превращаются в огненный шторм. Пламя ревёт, бушует. Успевший испугаться Кхорн, понимая что огонь не обжигает, снимает перчатки и прикасается к огню. — Тепло, приятно, немного щекотно. Игрок, кажется получилось. Игрок? — Нихрена себе! И правда сработало. А… Кхем… Всё по плану. Значит слушай сюда, Бог Войны. Теперь это твой мир. Ты здесь главный, тебе о нём и заботиться Я же… За помощь, я просто возьму себе скромные семьдесят пять процентов выдаваемой миром энергии. И ты доволен, и я в плюсе. Ты не против? Ну вот и чудно. Тогда мир спасён, все рады, а я пошёл… — Эм… Подожди. Там… Ты же… — Д-а-а-а? — вопросительно тянет Игрок. — Шестьдесят. Без торга. Мне останутся жалкие крохи, всё остальное уйдёт обратно. Ещё и добавить придётся. — Кхорн мрачно посмотрел на Игрока — И…побудешь со мной, там, в Храме Огня? Я… Это самое, боюсь. Я ведь неожиданно ушёл, а они… Наверняка они не захотят меня видеть. Да что со мной? Такое поганое чувство… Страх… — Хорошо. Без торга… — кивает Игрок — Страх это нормально, — прикасаясь к языкам пламени улыбается Игрок. — Все боятся и даже я этому подвержен. Тзинч, например, опасается что мир всё-таки погибнет. Теперь ему добавились опасения что дочки его не примут. Что с ними что-то случится. Нургл боится что больше не увидит Ишу. Слаанеш того, что потеряет Курьера и всю семью. Сам Курьер что никогда не вернётся домой. Чувства, страх тут не исключение, делают нас лучше. Иди, тебя ждут. Все они в Храме Огня. Они знают что их мир спас ты и ждут тебя. — А Тзинч опять оказался прав. Ты действительно не настолько добр, как хочешь показаться, и не насколько сволочь, каким кажешься… Вы этим с ним очень похожи… — ухмыльнулся Кхорн. — А я… Не слушая Кхорна дальше Игрок качает головой и щелчком пальцев переносит его к Храму. Сам же стоит среди пламени и ликует. Его план, наконец-то воплотился. Заброс Курьера и Слаанеш в другой мир, человечность, изменения. На всё это боги клюнули. — А там дело техники, — довольно жмурится Игрок. — Найти подходящий обречённый мир, где не Уголь, а Человечность, усилить осколки энергией Курьера, подвести Кхорна к тому, кому надо и дело в шляпе. Бог Войны, Повелитель Жизни, Богиня Любви и Бог Знаний… А ведь к ним ещё и Повелительница Природы добавится… Надеюсь, Нургл не упустит Ишу… Теперь уже Пятёрка… Да, так будет значительно лучше. И пусть я скрыл свои планы, они будучи ниже меня на порядок этого не поймут… Тзинч… он поймёт… хотя уже давно понял. А за то что я усилил и возвысил их, будут ещё и благодарны, что радует. Всё таки, кроме Тзинча, изначально, никто из них, мне интересен не был. Теперь же, они, можно сказать, в моём пантеоне. Ладно… Пора будить некронов. Целая раса не должна погибнуть. Эх, многоходовки, долгоиграющие планы, как в старые добрые времена. Прям так когда я был единым целым, а не горсткой ничего не знающих друг о друге осколков. Пора. Да и надо изменить программу обучения Луны. Девочка пылает энтузиазмом и я уже знаю как это применить. Взяв на ладонь один из языков пламени, Игрок улыбаясь кивает и исчезает. В это время, стоящий у дверей Храма Кхорн, выдыхает, толкает отремонтированную кузнецом створку и не рассчитав сил валит её. — Я тебя вместо этой створки присобачу! — слышится полный ярости крик Кузнеца. — Идиот! Тьфу… Кхорн, улыбаясь этим криками заходит внутрь и видя бегущую к нему Танцовщицу закрывает глаза и раскидывает руки. — Я дома… **** То же время. У озера. Курьер валяясь на берегу курит и глядя в небо охреневает от обрушившейся на него информации. Совет Эфирных, почуяв что Небесный пришёл в себя закидывает его сообщениями интересного содержания. Первым делом идут никассар, которые ещё сильнее желают встретиться и зазывают Саске в гости. Судя со слов Совета, улитки просто изнемогают, от чего достают всех с требованиями подать им Небесного. Далее идут, вот неожиданность веспиды. Не те которые на Рассвете или Победе, а те которые лидеры. И вот они то и задумали нечто невообразимое или же сделать Небесного духовным лидером. Потому как он относится к крылатым как к своим, защищает и выделился тем, что заимел в жёны Королеву Клинков которую веспиды успели объявить божеством. Конечно, к тиранидам веспиды особой любви не питают, но тут, в случае с Сарой, про то что она разум флота тиранидов, они не вспоминают. Своя и всё… Следующим идут крууты и их вспыхнувший интерес к Курьеру. Интерес, как показалось Саске нездоровый потому как крууты, в открытую заявили, что после того как Небесный сдохнет, они съедят его. Звучит это более чем грубо и может вызвать опасения, но если перевести с круутского на более понятный, то выражение «как только ты убьёшься мы сожрём тебя» то получится следующее. Мы тебя уважаем как воина и восхищаемся. Поэтому, нами было принято решение, в случае твоей гибели усвоить твою днк и сохранить её в будущих потомках. От всего этого, у Курьера возникает ощущение, что ебанулись даже ёбнутые. И хоть ему приятно такое внимание, почему-то хочется держаться от всех подальше. Особенно от круутов. Остальные новости, как радовали, так и не очень. Например в Империи Тау, всё шло гладко. Ориентируясь на полученные от Курьера знания, технологии новоорков и помощь перешедших на их сторону механикус, выкатывали одно открытие за другим. Модернизировали технику, оружие, скафандры. Строили и создавали новое. Приходили новости с Победы, где количество зелёных секси орчанок многократно увеличивалось. От чего увеличивалось производство, количество изобретений и многое другое. А также произошло знаменательное событие. Тау и орчанка поженились. Поженились несмотря ни на что, потому как любовь. Здесь, на Рассвете, тиранидки они же дочери Курьера забабахали полуподземный город. Теперь водят туда экскурсии, сами шатаются по городу и возделывают поля. Потому как сами не безрукие и всё что им надо могут сами вырастить. К плохим же новостям, можно смело отнести уже шесть случаев пробуждения некронов. По данным дальней разведки, кровожадные роботы выбираются из гробниц. Выбираются пока в пространстве Империума, где и творят кровавые вакханалии. Но, их корабль, несколько раз засекали в непосредственной близости от Победы. Из раздумий Курьера грубо выдёргивает Эйми. Лисица садится на него и проведя хвостами по голове, начинает массировать плечи. Проводит по спине… — Стильные татуировки, — ёрзая на Курьере томно стонет лиса. — Накопители… — Я знаю, — ложась на него и кусая за ухо шепчет кицуне. — У меня твоя память. Твоя и твоих жён. Так что… А ты горячий. И пахнешь вкусно. Я возбуждаюсь. — Я заметил… — Нравится? Тогда… Что там тогда, Курьер уже не слушает. Наблюдая за окружением, он понимает что лиса, хоть и попала невзначай, но принесёт много пользы. Всё потому что она часть принадлежащего Соне мира, и её связь с семьёй позволит Богине Любви лучше управлять этим самым миром. Ещё Курьеру мешает сосредоточиться Тзинч, который с Авророй и Тха’фис сидит чуть в стороне и увлечённо рассказывает им про египетскую силу. Чуть дальше обновлённый Нургл. Приглаживая бороду, старый пень, теперь в буквальном смысле, чему-то учит Соню и так и не пришедшую в себя Ишу. И глядя на этого лешего, Курьер понимает что где-то уже видел его. Видел, потому как его внешний вид ему почему-то знаком. Слышал, манера говорить тоже знакома. Ну и способность управлять растениями, тоже… Но что и кого, Курьер вспомнить не может. Да ещё и лисы всякие мешают. — Саске, ты меня слышишь? — тормошит его лиса. — Эй, я здесь. — Ага. Слушай, — поднимает её в воздух и фиксирует Курьер. — Я тебя про бомбу биджу спрашивал? — Быстро отпусти меня, — мрачнеет лиса. — Отпусти иначе обижусь. Что с тобой потом будет, даже думать страшно. — Ладно, копия Ари из Лиги Легенд. Только не ругайся. А вообще… Договорить Курьер не успевает, что-то с огромной силой бьёт его в затылок. С такой огромной, что Курьер падает, катится по земле, вспыхнув красным принимает демонический облик и рыча ищет наглеца. Находит только довольного Нургла и… — Старый! Ты совсем охренел? Да я тебя сейчас… Ты у меня… Какого хера, блядь? — Послание, — приглаживая бороду улыбается дедушка. — Блядь от кого? — От Лаши, — уже не сдерживаясь смеётся Нургл. — Понимаешь, он всё-таки согласился стать агентом. А поскольку у него твоя память, то напросился в мир массы. Так вот, у него из-за твоих воспоминаний целая куча синих проблем и одна рыжая. Вот он и попросил передать тебе подзатыльник. Ну как? — Так вот кого ты мне напоминаешь. И как… Ага! Так вот почему ты лешим стал. — А ты думал только из-за человечности? Ты ещё слишком молод. Но если хочешь, я поделюсь знаниями… Нургла грубо прерывают аж четыре красные вспышки из которых появляются… Первым выходит Кхорн, в броне, но без шлема и перчаток. За ним Хранительница Огня, Ирина из Карима и мать её Танцовщица Холодной Долины. Девушки прячутся за Кхорна, что с ростом Танцовщицы не так просто и… Кашлянув, Кхорн шагает вперёд и смущаясь просит Курьера о помощи. У Ирины глаза не видят, у Хранительницы фобия, она не может без маски. С Танцовщицей всё в порядке. В подтверждении слов Кхорна, она даже лицо открывает и мило улыбается. — Помоги, а? — натянуто улыбается Кхорн и неуверенно добавляет. — Братан. Курьер залепляет ладонью по лицу, бормоча что-то невнятное обходит девушек, ненадолго зависает и говорит что всё исправит. Касается лба Ирины, от чего она охает, трёт глаза и часто моргает. Потом касается головы Хранительницы, от чего она вздохнув снимает маску и хмыкнув отбрасывает её в сторону Ну, а потом… — Домой, живо, — рычит Кхорн и как только девушки скрываются в портале обращается к Курьеру. — Тут вот ещё что. Вопрос очень деликатный. По моему я слишком груб с ними. Но я по-другому не умею. Научи меня… — Я могу! — подпрыгивает Слаанеш. — Я! Кхорни, иди сюда. — Я сам, — закрыв глаза качает головой Курьер и прикасается к голове Кхорна. — Держи. А то, сам понимаешь, Соня перестарается и ты станешь таким как я. А может и ещё хуже. Здесь все мои воспоминания, отфильтрованные, от лишнего. Смотри, учись, сравнивай. Это поможет… — Спасибо… Я пойду. У нас там перестановка. Девочки, мои красавицы… Ох ты! Уже работает. Ладно, я ушёл. Ещё раз спасибо. Мы как-нибудь зайдём, на тортики. — Ага… Проводив взглядом уходящего в портал Кхорна Курьер вздыхает, глядя на мангал потирает руки, как вдруг… Ещё две вспышки, красная и фиолетовая. На берегу появляются двое. Демонетка Сони, разодетая как секретарша, с ней какой-то дрыщавый хрен в красной толстовке. Однако это всего лишь маскировка и высшего демона Кхорна Курьер узнаёт сразу. Парочка переглядывается, оба подходят к Курьеру, представляются Эньялой и Ур-Кефалом и сходу вываливают ворох информации. Так мол и так, Империум устроил охоту за еретиками, к ним наведались сароритки, получили по соплям. Какая-то часть перешла под управление Богини Любви, другие продолжают разбивать голову в надежде вызвать милость Императора. Но главное не это, а подробный отчёт парочкой предоставленный. Из которого следует, что они нашли способ переманить сарориток. Даже упёртые и отбитые канониссы сдаются и принимают новую веру. — Ну что я могу сказать, — просматривая документы улыбается Курьер. — Молодцы. Спасибо… Присоединитесь? — Да у нас как бы дела, — косясь на нарезающую салат Соню мямлит Эньяла. — Вы не подумайте, мы не отказываемся. Просто немного неудобно. Стесняемся мы. Тут четыре Бога, богини-демоницы и мы… — Проходите, всё будет нормально. И перестаньте мяться. Здесь все свои. Тзинч, можно тебя на минутку? За столом, во время приёма пищи и возлияний, документы изучаются, парочка получает награду в виде энергии от всех и совсем пьяные остаются дальше праздновать. Тзинч, Саске, Соня и Мири, отходят в сторону, где на основании действий Эньялы составляют подлый и коварный план по развращению святых дев. Всё это обсуждается, составляется пробный экземпляр особого журнала. Тзинч как самый умный составляет текст, Соня создаёт красочные иллюстрации, Мири вспоминая все лишения и тяготы жизни сарориток, а так же их слабости советует как лучше слелать. После обсуждения все гаденько хихикая возвращаются за стол. Курьер берёт бокал, добиваясь тишины стучит по нему вилкой, встаёт и… — Давайте выпьем за нас. За большую и дружную семью Хаоса. За Хаос! — За Хаос! — поддерживают все. — Подождите, — останавливает всех Курьер. — У нас не всё так гладко и к Победе летят… — Не скоро прилетят, — улыбается Тзинч. — Там ни с того, ни с сего варпшторм разыгрался. Демоны как с ума сошли. Пара недель, может даже месяц у нас есть. — Ну тогда… — улыбается Курьер. — За… — Саске, — звучит в голове крайне взволнованный голос Вилы. — У нас очень и очень большие проблемы. Скорее, времени нет…