Фарфоровая мечта

И вот, настал тот день, он неделями думал, строчка за строчкой, выкидывал листы, швырял канцелярские предметы, он был зол, на что сам не понимал. Ему не хватало воздуха в груди, он задыхался на сцене, впервые, балет ставший ему воздухом, сейчас был чудовищной пыткой. Они не могли быть сильно близко, но ему хотелось быть рядом с ней, но Николай не мог допустить, мешала этика. Этика, устои, в конце концов совесть и мораль, всё кричали в один голос, душа сердце плотной удавкой. А глаза улавливали каждое её движение на репетициях, стоя она даже в самом дальнем углу, а она сносила все его высказывания и поддёвки, как солдатик, она не огрызалась никогда, ему видно было, как её ранят слова. В своё время учитель доводил юного Николая до истерики, зато сейчас каждодневные пытки укрепили его психику , он был алмазом с прочностью гранита. Он воспитает в ней такую же личность, но дело в другом, выживет ли она в конце этого пути. Часть его души искренне хотела помочь ей дойти до конца, а вот педагог в нём заставлял эту особу истязаться в усладу балета и сцены. Николай обратился к классике, что может быть столь вечно и безупречно, как истинное начало. Великолепно и светло, он вселял в себя образы влюбленного юноши, задумчивого графа, гордого Нарцисса, в ней же он видел, юную Татьяну, или загнанную Джейн Эйр, она была для него, словно голубка в горящих руках, он бы мог назвать Нину неограненным агатом, но ему не хотелось, для него она была чем-то живым, тем что дышит, чье сердце бьётся с трепетом. Он раздал роли, но главную оставил для двоих, но не людей, а сердец, они не играли влюбленных, а играли лишь двух ненавистников, которым чужда любовь и её светлое чувство но, как говорили классики: от любви до ненависти один шаг, и тот шаг в пропасть. Готовы ли они шагнуть вместе, или же кто то из них попятиться назад и отпустит руку? Пока неизвестно. Готические декорации, приглушённый свет, пёстрые костюмы во тьме, этот спектакль напоминал Булгаковский бал нечисти. Она была на нём как Маргарита, сильна под чувством страха, несмотря на то , что репетиция заняла почти месяц, она знала спектакль от корки до корки, страх перед ним, она ни столько боялась выступать, сколько боялась быть рядом с ним , ведь от Николая шла такая энергетика, что девушка чувствовала себя, словно мышь в лапах у кота. И вот, финал спектакля, он кружит её, словно волчок, её руки в миллиметре от его щеки, но она не дотронулась, она не смогла, его губы дрогнули, он попытался улыбнуться забыв что на сцене, затем посмотрел с такой ненавистью что по её спине пробежал легкий холодок. Он был злым гением во плоти, губы были подведены синими тенями, словно улыбка кота Чешира. Голубые тени вокруг глаз придавали загадочности и суровости , лицо было слегка выбелено, чёрные одежды волочились по полу , кожаные перчатки прятали руки. Скала и речка, кто же победит, будет ли скала так неприступна, или разобьёт себе тихий проход река. Зазвучала музыка, финал, они приблизились к друг другу, слушая стук сердца, она положила голову ему на грудь, словно кошка. Как только опустился тяжёлый занавес, он оттолкнул её и ушёл. Она немного растерявшись пошла с остальными выступающими,оборачиваясь ему в след. Он вбежал в кабинет,словно пуля, прикрывая лицо руками, Николай посмотрел в зеркало, тяжело дыша - Что с тобой? Что она пробудила в тебе? -, спрашивал он в отчаянии у самого себя. Но ответа так и не добился, он не был растерян, скорее всего зол, зол сам на себя. Ему были неприятны эти тёплые мысли и чувства. Из мыслей и переживаний его выбил стук в дверь. - Войдите!, - он принялся стирать театральный грим, нервно поправляя волосы рукой. В кабинет вошла она, только уже не в ажурном голубом платье, а спортивном костюме. - Николай Максимович, вы не заняты, можем поговорить? - Да, Ниночка, можем, присаживайся. - он любезно указал на стул, а сам остался у зеркала. - Николай Максимович, простите меня, - проговорила она стеснительным голосом. - За что?, - спросил он, не подав виду. - Ну, за то, что я....я - Не извиняйся, ты сделала всё достаточно....прилично. - Да, не слышала ещё такого комплимента.- застеснялась она с улыбкой - Тебе нужно немного практики, и всё будет. - Надеюсь, но мне не светит ничего больше кордебалета, - сказала она с небольшой досадой. - Запомни - у тебя всё получится, мысли материальны, и ты заслуживаешь намного большего, ты трудолюбива и достаточно умна, а в кордебалете мозги не пользуются большим спросом. Она засмеялась, он видит в ней артистку и это ей очень льстит. Нина не смотрела на него, но солнечный свет позволил разглядеть ненароком ей все его черты, которые он удачно подчеркнул гриммом, сделал тёмные скулы, подвёл глаза и губы, хотя и без этого всего он был прекрасен, словно лебедь. Он взглянул на неё, сейчас она напомнила ему маленького воробушка, что прячет голову в плечи, боясь холодного ветра. Они немного поговорили и она удалилась из кабинета, сегодня была пятница, все разбредались домой, темнело рано, на город опускались тучи, с которых спадал снег. Он слегка притрушивал замершие лужи. Нина вышла из здания полна эмоций, ей не терпелось рассказать обо всём Римме. Девушка шла, смотрела на мимо проплывающие облака, и не заметила как земля ушла у неё из под ног, подвёл скользкий тротуар, как вдруг, в полёте её руку схватил кто-то, приведя в исходное положение - Не выйдет из вас лебедя - графиня. Она услышала его голос и застыла, пока не придя в себя от прерванного падения. - Спасибо, дорогой граф,- она позволила себе эту небольшую дерзость, взглянув на Николая, девушка не могла назвать его по-другому, уж яркой была совсем не крестьянская внешность. - Боже, кто тебя взял в балет,- сказал он прокрутив у себя в голове всё. - Вы и взяли. - Больше не допущу такой ошибки.- сказал он с некой иронией и своей обыденной улыбкой . - Тоесть я - ошибка!?, - спросила она посмотрев ему в глаза. - Ты - оплошность, и мне теперь с этим жить. - Без нас ,учеников, ваша жизнь была бы скучна и однообразна. - Да, я бы скучал сейчас где-то на юге Франции. - Да, вы истинный граф, "скучаете" по родине где нибудь заграницей. - Да, Ниночка, как ты ещё глупа.. Она была так разнообразна, как причудливый камень, открывалась ему всё с новой и с новой стороны, она была ещё молода и немного наивна, а он был совсем другим, словно из другого теста, как говорят, его закаляли те обстоятельства, про которые сейчас страшно даже подумать, из его жизни так рано ушли всё близкие ему люди, он остался один, и в иные дни одиночество было ему подарком, а в другие , смертной карой, что мучила его мимолётно. Ему захотелось поговорить с ней, как тогда на выставке, непринужденно и открыто, но теперь, она стесняется его, или даже боится, в тот вечер они говорили как равные, но теперь исходя из событий, приобрели новый статус "учитель" и "ученик". "Родилась бы ты Ниночка на пятнадцать лет раньше", - подумал он Один день они могли быть влюблёнными, на другой, злейшими врагами, которым ненавистно одно упоминание о друг друге. В этом возможно и состоит творческая личность, они были немного не из этого мира, но были обое в своем мире, что зеркально отображал их души. Он мимо строк пригласил её на выставку живописи ряда известных художников, девушка с радостью согласилась, чем порадовала педагога. А педагога ли? Назвать их культурные походы свиданием не поворачивался язык, это напоминало просто тёплую дружескую прогулку. В обычные дни в академии, Нина не красилась вовсе, только если выходила на сцену, на сей раз, она накрасилась довольно не то чтобы ярко, а скорее выразительно, Риммы сегодня не было дома, что сыграло на руку Нине, она могла надеть всё, что только душа пожелает. Её взгляд пал на джинсы и блузу, но этот вариант она посчитала через чур вульгарным и неподходящим под концепцию данного вечера. Перебрав весь свой гардероб, она пришла к простой женской мысли - просто нечего надеть. И обратилась за помощью к бабушкиному шкафу, взгляд девушки пал на ситцевое чёрное платье до колен с бордовыми маленькими розами, оно было закрытое и не вульгарное, очень подходило под высокие сапоги на каблуке, лёгкий вечерний макияж, собранные волосы и вуаля. Нина словила себя на мысли, что очень нервничает, одела пару обычных колец, для того чтоб немного успокаивать нервы в процессе беседы. Тем временем Николай как ни в чём не бывало собирался на встречу, да цветовой гамме в этой гардеробной могла позавидовать любая женщина. Рубашки, футболки, брюки, всё было разложено по полочкам, в строгой последовательности, он не любит беспорядок - она любит его устроить, да, две столь разные личности, что были помещены в одну среду.Она пришла на место встречи нервно комкая в руках свой браслет, он стоял и ждал в компании двоих однокурсников Нины и подруги Марии - отличницы и новой соседки . Она огорчилась, это была встреча для отличников, которым не хватало культурного обогащения, а не их встреча, возможно он испугался, а возможно, просто не хотел оставаться тет-а-тет чтоб не дать волю чувствам, Нина поздоровалась с компанией и они пошли. Весь вечер Николай Максимович с упоением и неким восторгом рассказывал о Айвазовском , Дега и Моне, Нина попыталась сосредоточить своё внимание на предметах искусства, но для неё главным предметом искусства был он, каждое его движение: шаг, стиль, всё привлекало. Она всматривались в неаккуратные мазки картин и в томные образы героев. Он был героем её романа, её картины, её мира. Но, заслуживает ли мужчина уж такого обожания от неё? Она не знала, ведь говорить на посторонние темы он ей попросту не давал повода и намёка, да и она не торопилась открывать душу знакомому незнакомцу, она хотела открыться тому Николаю, которого увидела в галерее, а не тому, с кем танцевала на сцене. Толпа ходила из зала в зал, они ходили молча, говорил только он. Но тут тишину прервала Мария. - Николай Максимович, как вы это всё запоминаете, даты, имена, в чём секрет? - Мария, надо учиться, секрета нет. Нина лишь немного повела бровью, поняв что она не хочет его просто обожать, она хочет завоевать его сердце. Или хотя бы быть чем то важным и значущим. Нина была женщиной , хоть и молодой, но уже наученной литературой, что скрашивала её скуку, из небезызвестных произведений, она знала - если барышня хочет завоевать графа, она его в упор не замечает, пускай немного помучается. Так и стала поступать Нина, она томно вздыхала у пейзажей природы, грустила и улыбалась при виде барышень в чопорных чепчиках на полотне. Он не взглянул на неё ни разу за весь вечер, они были одновременно холодны, и это могло погубить их любовь, если бы не их упорство и характер. Нина не знала, что он, как и она, ведёт свой дневник, в котором описывает всё, что на душе и не только, если бы только их строчки встретились и переплелись, это была бы самая грустная история романа, в её истории нет места ему , а вот в его истории кромешный лёд, что сможет растопить лишь сильная женщина, что смириться с его известностью и ужастным характером. Укрощение строптивого, или строптивой? Да, мой читатель - история стара как мир, а боль такая как и прежде.