Luka's Story

В чувства меня привело странное чувство ностальгии. Примерно как в моменты, когда я изредка осознавал себя, будучи душой, оторванной от тела в собственной статуе. Я помнил, что Илиас приходила ко мне, но не то, о чём мы разговаривали. Но даже так, у меня оставалось впечатление, что эти моменты проходили позитивно, успокаивающе. В отличие от того, что я ощущал теперь. Этот внезапный контраст окончательно заставил меня проснуться. Я открыл глаза, но ничего не видел. Пошевелиться тоже едва мог. Что я понимал точно – я уже не в кровати. Обе руки и ноги были внутри чего-то… мягкого и мокрого. Вокруг торса я ощущал холодный металл. Также я слышал громкие звуки, будто я в аппарате МРТ. Что-то стучало, приводилось в действие, вращалось, набирало скорость, затем медленно останавливалось. Каждый такой цикл ощущался так, будто душу пытались вырвать из тела. Я с облегчением обмяк, когда процесс не запустился снова. Это даже не было болью, как недавно… что? Будто со мной произошло что-то плохое, но никак не мог вспомнить, что. Я по привычке попробовал найти утешение, представив лица моих любимых. Воображение послушно дало мне картинку. Но ни Тамамо, ни Алиса, не дали успокоения. Наоборот, мне было будто неприятно на них смотреть. Что же это такое? Чем бы ни являлась эта машина, она запустилась снова. Всё тело непроизвольно напряглось. Это было ужасное чувство. Не физическое, но метафизическое. Это был настоящий ад? Где тело держат только затем, чтобы пытать душу? Кто мог со мной это сделать? Кто ненавидел меня настолько сильно? Машина постепенно стихла. ‘Боль’ тоже сразу моментально прошла, вместе с памятью о ней. Я помнил, что только что было ужасно, но не как именно. Хоть какое-то милосердие. Пока машина не запустится ещё раз, чтобы я переживал каждый, как первый. “Чтоб его!” осознал я чей-то голос. Не услышал, а именно понял, распознал. Ушами слышал только стихающий рокот машины. “Почему никак не работает?!” “Твой план провалился,” сказал другой голос. “Пора это признать.” “Но мы слишком близко к тому, чтобы сдаться!” “Делай, что считаешь нужным, сестра. Но если не получится, верни его к своим. И молись каждой Тёмной Богине в мультивселенной, что он не вернётся как Дитя Суда.” “Тогда просто убьём его. Когда вернётся, будет уже не до него.” “На то нет воли матери. Тебе разрешено делать всё, что посчитаешь нужным, но не больше. Не затягивай. Нам пора обсудить альтернативы.” “Нет никаких альтернатив! Это или сработает, или мы умрём! От хаоса или ангелов, результат один! Я не сдамся!” Ответа второго собеседника больше не последовало. Голоса звучали знакомо, но я никак не мог понять, где я их слышал. Вроде, более высокий даже любил. Или наоборот? Машина опять ожила, в этот раз ещё интенсивнее. Я не кричал вслух, но каждая часть меня кричала внутри. Казалось, это длилось вечно. Звуки гремели всё громче, давление нарастало… и всё снова выключилось, оставив только страх ожидания чего-то ужасного, что я даже не мог осознать. “Е-ежовые рукавицы!” …? Это нелепое выражение пробудило во мне что-то знакомое. Я будто окончательно проснулся, несмотря на то, что уже как несколько минут точно был в сознании. Физическая боль начала давать о себе знать. Я понемногу вспоминал, что со мной было до того, как я оказался в этом положении. Тамамо. Я вспомнил её окровавленное лицо, демонический взгляд. Её жестокость. Как она могла сделать всё это со мной? Рациональная часть меня понимала это. У неё, как и у меня, были те, кого она хотела защитить. Но какая ценность в этом желании, если любовь и стремление защищать основаны не на моральном компасе? Я смутно помнил книгу про одну королеву, которая так сильно любила своих детей, что строила козни, заговоры, подставляла, и даже убивала, чтобы держать их в безопасности. В конце она потеряла их всех, в основном как раз поэтому, а её сына убили, потому что он перенял всё ‘лучшее’ от матери. Жестокость может породить только ещё больше жестокости. Та же рациональная, милосердная часть меня, напомнила, что эту Тамамо следовало наоборот пожалеть, ведь то, что она стала такой – само по себе трагедия, а не повод её ненавидеть. Но другая часть меня, которая очень редко выходила наружу, хотела возмездия. Изувечить её так же, как она меня. А постоянная, пульсирующая боль, всё больше склоняла меня ко второму варианту. Когда я привык к странному ‘видению’ окружения, начал анализировать ситуацию. Меня вокруг торса удерживал металлический цилиндр, уходящий от груди где-то да середины бедра. Я был перевязан, но бинты уже пропитались кровью, и не похоже. чтобы она засыхала. Пальцев на руках и ногах я не видел, они были в чём-то из разряда техно-органической темы. Находились они в неожиданном комфорте, кстати. Мягкая, скользкая внутренняя часть ощущалась вполне ничего. Я понимал, что скорее всего, кажущаяся хлипкость этого материала была обманчивой. Вряд ли у чего-то, что должно было проводить через себя мою силу, могли быть настолько базовые недостатки. Так вот в чём заключался их план. Привязать меня к своей машине смерти, и запитать её моей силой. У них получилось? Вряд ли, иначе они бы не продолжали попытки. Или получилось, но им всё мало? Меня собирались использовать для массовых убийств невиданных масштабов. Да, за мою долгую жизнь как меня только ни использовали. Большинство случаев я даже простил. Но этот… Впереди меня, хоть и не в поле зрения, находилось большое окно. Или иллюминатор, потому что за ним я видел только космос, и огромное дуло какой-то пушки. Должно быть, это и было супер-оружие. Увиденное дальше заставило меня испытать ужас, несравнимый даже с последними мгновениями недавних пыток. По линии огня орудия находились два мира. Видимо, я был в подпространстве, оттуда и странности восприятия. Не знаю, как я это понял, но я был уверен, что мир слева – Парадокс. Мир цветущей зелени, но искажённый семью разломами, которые я каким-то образом видел даже оттуда.Правее него висел Мир Ангелов, который мой смертный мозг интерпретировал как яркий, почти ослепляющий, полный света и красоты. Но намного выше, где-то примерно над нами, если в трёхмерных обозначениях вообще был смысл, был ещё один. Кроваво красный, мир тьмы и зла. Мир Монстров. Или Макай, как они сами его называли. Я всё ещё не мог почувствовать силу. Но я был уверен, что она на месте, потому что машина упорно пыталась из меня её высосать. Да, как по расписанию, попыталась снова. Все осознанные мысли вылетели из головы. Я не терял контроль над телом, и как мог пытался сопротивляться физически, но без толку. Мембраны только с противным, чавкающим звуком заглатывали мои конечности ещё глубже. “Лука!” услышал я высокий голос… откуда-то. Нет, совсем близко. Тамамо! Не злая версия, а из Парадокса! Она пришла за мной! “Вытащи меня отсюда!” сказал я, даже не задумываясь о том, слышит ли она меня за герметичной капсулой, в которой меня держали. “Они хотят сделать что-то ужасное!” “Я знаю, Лука!” сказала она. “Но я не смогла попасть сюда напрямую. У нас получилось только отправить проекцию! Ты должен освободиться сам!” “Не могу! Я без Духов, и не могу найти силу! Я не вырвусь без помощи!” “Ты должен! Наши жизни в твоих руках!.. Эта штука высасывает из тебя силу, верно?” “Н-не знаю, но будто да!” “Это значит, она у тебя есть! Используй её!” Я попробовал, но это было всё равно что пробовать ухватиться за бурный поток. Когда я чувствовал хоть крупицу силы, её моментально всасывала машина. “Не… получается!” сквозь зубы сказал я, продолжая пытаться. “Вытягивает… слишком быстро!” Маленькая Тамамо задумалась, смотря то в сторону ствола пушки, то на меня. “Лука, у меня идея! Ты мне доверяешь?” Я посмотрел на неё. Ничто в ней не напоминало о той Тамамо, которая хотела убить всех, кого я любил. “Конечно!” ответил я. “Только скажи, что делать!” “Если не можешь вырваться силой, тогда надо перегрузить машину! Не сопротивляйся- Нет, даже толкай всё туда! Столько, чтобы их дурацкая пушка взорвалась! А когда когда взорвётся, просто телепортируйся обратно! Вложи в это всего себя! Уничтожь машину, и возвращайся!” Точно! Я ведь уже побеждал похожим образом, и это сработало! По аналогии с течением реки, теперь я не пытался его задержать, а наоборот прыгнул в него, и поплыл по течению, ускоряясь быстрее и быстрее. Дуло пушки засветилось знакомым, прохладным свечением. “Давай, Лука! Ещё! Ты сможешь!” Смогу! Я ещё не выдохся! Я стал закачивать силу ещё быстрее. Решимость спасти друзей подняла меня на новые высоты. Внезапно, пушка взорвалась- Нет, не взорвалась. Сдетонировала где-то внутри, да, но осталась целой… И из дула, в сторону Мира Ангелов, вырвался ослепительный белый луч. “У тебя получилось!” радостно сказала Тамамо. “Ты сделал это!” Нет. Не может быть. Меня обманули. И теперь из-за меня все!... Нет, я этого не допущу! Приняв это решение, паника ушла. Я хочу не допустить, значит, так и будет. К сожалению, машина продолжала вытягивать из меня силу, и моё желание не стало законом. Но у меня было немного времени, пока луч достигнет планеты. Он был быстрым, но летел точно не со скоростью света. Должно быть, в нём был какой-то снаряд. У меня получалось ‘плыть по течению’, но что будет, если я попробую ‘плыть’ против? “Чем ты там занимаешься?” спросила Тамамо, сбросив иллюзию. “Всё, поздно дёргаться! Мощности уже хватит, чтобы с одного выстрела поджарить всех ангелов!” Тамамо была настолько довольна собой, и ослеплена жаждой крови, что даже не задумалась, что будет со следующей целью, которую уничтожить так же не выйдет. Что тогда? А ничего. То проблема завтрашней Тамамо, а сегодня она будет смотреть, как погибают ангелы. Но в одном она была права. ‘Дёргаться’ было действительно поздно. ‘Пуля’ уже вылетела из дула. Её нельзя вернуть обратно. Луч расширялся, готовый покрыть собой весь диаметр планеты, как фазер в Стар Треке. Но почему это должен быть фазер? Очевидно, потому что Тамамо спроектировала оружие под что-то подобное, пусть и вряд ли сама смотрела сериал. Или потому что чем-то подобным его представлял я, а выстрел произошел во многом на моей силе. В таком случае, я не хочу, чтобы это был фазер. Но что тогда? Тамамо триумфально подняла руки, когда луч столкнулся с Миром Ангелов. Но её радостный клич замер на середине, когда она поняла, что он не взорвался. Луч тоже остановился на месте. “Что ты наделал?! Почему не сработало?!” “Потому что я так решил.” “Решала нашёлся! Демиург мой! Я построила его! Я! Он будет делать то, что я хочу! Уничтожишь их! Убей! Или я достану тебя, и покажу, на что я по-настоящему способна!” Я больше не боялся. Я выбрал путь, и каким бы сумасшедшим он ни был, я не сверну. “Тамамо… заткнись. Я занят.” Было бы неплохо просто взорвать её, но машина продолжала удерживать всю силу себе. Как и я удерживал всю машину под контролем. Я направил энергию в иллюминатор. Стекло треснуло, затем лопнуло, улетев в подпространство. Вместе с воздухом этого отсека, и Тамамо впридачу. Ну и отлично. Меньше будет лезть под руку. Что же я сделал? Я поверил, что это был гравитационный луч. Хорошо, что я читал за жизнь столько научной фантастики. Если у меня получалось сделать ‘настоящий’ щит Капитана Америки, чем хуже гравитационный луч? Он мягко соединился с силовыми линиями Мира Ангелов, и потянул ко мне. Тем временем, я уже направил орудие на Макай, выстрелил, и повторил то же самое. Третий луч полетел к Парадоксу. Затем я стал подтягивать все три мира в одну точку. Это было самым рискованным, что я делал за всю жизнь. Мне нужна была предельная концентрация. Не просто хотеть, а по-настоящему поверить в то, что в этом был смысл. Души могут соединяться, так? И когда-то они были едины, если бы не хаотизация. Почему то же самое не касается самих вселенных? Они же тоже когда-то были одной. Кто сказал, что процесс необратим? Я просто возвращал состояние вещей ближе к изначальному. Три мира столкнулись, но не совсем. Не было катастрофических разрушений, смертей, даже землетрясений. Вместо этого они соединились. Обнялись, как давно разделённые временем родственники. Когда силовые линии окончательно соединились, три мира стали одним, будто так было всегда. Удовлетворённый результатом, я уже хотел отключать машину… да только машина выключилась сама. Более того, меня вырвало не только из состояния безмятежности, но и из этого странного восприятия реальности. Это означало только одно – ‘Демиург’ уже не в подпространстве. И судя по резко возросшей перегрузке, со всей скорости падал на поверхность. Если с примерно того же положения, как мы его видели с Алистроемерией, то падать ему недолго. Упади он в населённый пункт… или даже не населённый, это бы несло катастрофические последствия. Сегодня был день единения нового мира. Я не мог опорочить это падающей ‘Звездой Смерти’! Удержать её в воздухе я тоже не мог. С отключением машины сила вернулась ко мне, но чувствовал, что у меня осталось не так много, а на медитацию не было времени. Оставалось только контролировать снижение. Ещё недавно я бы наверняка с треском в этом провалился, но опыт левитации десятков тонн руды сделал своё дело. У меня получилось замедлить падение как минимум настолько, чтобы не вызвать массового вымирания. Столкновение было тяжелым, но не уровня катастрофы. Мягкие мембраны, держащие меня за конечности, выступили как амортизаторы. Я даже ничего не сломал! А вот машине, судя по тому, что я теперь видел, когда капсула со мной разгерметизировалась, повезло меньше. Повсюду валялись какие-то железяки, пол пошел трещинами, и откуда-то клубился едкий дым. Скорее всего, если бы машина не отлючилась целиком, я бы уже оглох от сирен тревоги. Я одним усиленным рывком вырвал руки, а затем и ноги, из мембран. Стальной цилиндр уже отказался поддаваться так же охотно, но я не гордый – протиснулся по-старинке, и упал на пол, как мешок картошки. Конечно, я не планировал супергеройское приземление, но у меня не вышло даже сгруппироваться. От эйфории успеха я успел забыть, что тело у меня оставалось, мягко говоря, не в лучшем состоянии. Я выставил руку, чтобы смягчить приземление, но забыл, что на ней не было указательного пальца, и остаток фаланги с оглушающей болью окончательно раскрошился. Обычно в похожих случаях, когда я переживал что-то уровня откровения, я наполнялся силой, и излечивался, превращаясь сам в себя, но не в этом случае. Управление Демиургом таких бонусов не давало. Я попробовал телепортироваться в замок. Ничего не произошло. Выходит, антителепортационные печати стояли чисто магические, без электроники. Либо эта часть была самой защищённой, что тоже имело смысл. Я выглянул в разбитый иллюминатор, через который было видно только землю. Демиург всё же смог частично закопаться под грунт. Кратера от такого удара возникнуть было не должно, так что я оставался почти уверен, что всё обошлось. Но надо было убедиться наверняка. Я вышел в соседнюю комнату, где нашел коридор с двумя направлениями. Не имея ни малейшего понятия, куда какой вёл, выбрал случайно. В крайнем случае, если бы быстро не нашел выход, взрывал бы потолок, и так пока не доберусь до поверхности. Всяко лучше, чем пробираться через грунт без Гномы. Там, где держали меня, это место и правда напоминало Звезду Смерти, но теперь, поверх какого-то наверняка сверхпрочного сплава металла и электроники, я видел и биологические элементы. Не такие, как в первой лаборатории Промештейн, а встроенные, выполняющие одной Тамамо известные функции. Часть этих ‘внутренностей’ чавкала у меня под ногами, и если нос меня не обманывал, уже даже начала разлагаться. Похоже, воспользоваться этой машиной снова получилось бы не скоро, если она вообще подлежит восстановлению. Может, когда выберусь, сделать так, чтобы точно не подлежала? Я нашел лифт. Естественно, нерабочий, но где лифт, там и ступеньки. Да, так и есть. Я усмехнулся, глядя на легко читаемую, контрастную схему эвакуации. Макай практически полностью освобождён от регулирований. Мне даже пытались доказать, что законы зло, и лучше живётся без них. Но когда дело касается супер-оружия, совсем другое дело. Я поднялся на три этажа вверх. Поднимался бы и выше, но проход завалило – пришлось проходить в какую-то новую, неизвестную часть Демиурга. Я выгнал Тамамо из её любимой игрушки, но это не означало, что я был один. В капсулах, похожих на мои, но поменьше, держали двух ангелов. Без сознания, но живых. Не теряя ни секунды, я сразу же принялся их освобождать. Первая, с ранами на теле ещё хуже моих, когда упала мне на руки, пришла в сознание, вскрикнула, и слабо попыталась меня оттолкнуть. “Всё хорошо!” прошептал я. “Ты в безопасности. Всё закончилось.” “Т-ты человек!” удивилась она. “Как ты сюда попал?” “Как видишь,” я указал на свой отсутствующий палец. “Я тоже не из персонала. Давай, помоги вызволить другую, и валим отсюда.” С помощью вызволенного ангела, которая назвалась Марией, вы вытащили ещё одну, которая тоже сперва запаниковала, но потом расслабилась, увидев плачевное состояние Демиурга. “Из вас тоже выкачивали магию?” спросил я. “Тамамо хотела синтезировать против хаоса… что-то,” ответила Мария. “Она брала из нас светлую магию. А потом, когда у неё по получалось…” Мария показала крыло, отрезанное почти до основания. Я думал, что пытки меня у Тамамо были чем-то особенным. Что она делала, потому что была уверена, что иначе никак. Но нет. Я был у неё не первым, и даже не самым пострадавшим. У неё не могло быть никаких причин отыгрываться на подопытных за собственные неудачи в экспериментах. Или даже без этого. Не удивлюсь, если она просто настолько ненавидела ангелов, что истязала бы их в любом случае. Если бы меня спросили, на какую сторону вставать, я бы не колебался. Этой Тамамо необходимо суждение. Но сейчас два ангела больше нуждались в спасении. Я спросил, знают ли они о других пленниках. Вторая, Уиллоу, сказала, что раньше их было больше, но она не знала, они погибли, или их просто переместили. У меня не было времени обследовать Демиурга целиком. Нам нужно было выбираться. Поисково-спасательную операцию организую уже вместе со своими. “Как хорошо вы знаете это место?” спросил я. “Нам бы подняться повыше. Там я вас вытащу, если надо будет пробить только пару стен.” “Лестница, вроде бы, была справа по коридору,” ответила Уиллоу. “Сможете подняться сами? Боюсь, я немного… не в форме, чтобы нести на себе двоих.” “Если это позволит нам выбраться, мы пройдём хоть сотню пролётов,” сказала Мария. “Хорошо. Тогда идём скорее.” “А она?...” спросила Мария. “Тамамо? Не знаю. Я выбросил её в подпространство, но не думаю, что это её прикончило. Поэтому надо сваливать, пока она не вернулась ещё злее, чем раньше.” “Ты победил её?” спросила Уиллоу. “Сможешь ещё раз?” “Не знаю,” честно ответил я. “Но у меня полно сильных друзей, которые нас выручат. Надо только добраться до них. Они точно заметили… всё. Наверняка уже идут сюда. Но всё равно надо выбираться.” “Если… не сможешь,” тихо сказала Мария. “У нас уже смертные тела.” Я сразу понял, о чём она. Ещё вчера утром я бы воскликнул ‘Никогда, это не выход!’, или что-то подобное… Но сейчас настроя на это совершенно не было. Я переживал пытки всего несколько минут. Кто знает, как я бы сам относился к жизни, если бы терпел такое дольше. Но мне всё равно было чем их утешить. “Ваша божественность уже скоро вернётся,” уверенно сказал я. “Обещаю.” Мы продирались через серверную, или чем там это помещение было, пока ещё работало. Определить это теперь было сложно, ведь всё лежало вверх дном. Из освещения не было ничего, кроме меня. Ангелы дрожали от страха. Несмотря на размер, комната всё равно ощущалась как ад клаустрофобии, из-за бесконечных узких рядов каких-то устройств. У нас не было обуви, и приходилось наступать на обломки. Моего света хватало непосредственно рядом со мной, но не дальше нескольких метров. Я подумал осветить всю комнату. По сравнению с тем, что я недавно провернул, это было проще простого. Но меня остановил страх. Сделав это, я бы прокричал врагам ‘Мы здесь!’. Друзьям тоже, но страх пересилил надежду. Послышался отдалённый удар по металлу. “Ч-что это было?!” дрожащим голосом спросила Уиллоу. Мы услышали ещё один удар. В этот раз громче. “Не знаю, но нам лучше поторопиться,” ответил я. Мы побежали по обломкам. Мария вскрикнула, когда острый кусок металла до крови разрезал ступню, но она даже не замедлилась. У неё не оставалось магии, скорее всего, сил тоже. Вряд ли её даже кормили чем-то большим, чем базово необходимое. Но она бежала. Можно сказать, на одной мотивации, наконец, сбежать отсюда. Где-то сверху что-то оглушающе взорвалось, и часть потолка обвалилась. Затем сверху упала рыжая фигура. Которая приземлилась намного грациознее меня. Срань. Не успели. Тамамо выглядела не хуже, чем в момент до выброса в подпространство. Это только окончательно взбесило её. Она смотрела на меня с чистейшей яростью. Ангелы закричали, и спрятались за меня. “Нет!” сказала Мария. “Я не вернусь туда! Только не это!” “Не волнуйтесь, мои ангелочки,” неожиданно спокойно сказала Тамамо. “Герой сломал моё творение. От вас больше нет пользы. Просто посмотрите, пока я не разорву его на мелкие кусочки… а потом прикончу вас быстро. Заслужили за помощь. Или перережьте себе шею чем-нибудь, если невтерпёж.” “Никто больше не погибнет!” сказал я. “...Из нас. За тебя не ручаюсь.” Я высвободил силу узким конусом. Серверы, или то, что от них осталось, вновь полетели через всё помещение. Тамамо тоже, но я знал, что от неё осталось ещё много. Предки от такого не умирают. Хоть и в тот момент я бы не отказался. “Бежим!” приказал я. Ангелы, даже не отойдя от шока (надо было предупреждать, что так умею!), побежали за мной в другую сторону комнаты, к двери. Надеюсь, к лестнице наверх. Был вариант взрывать потолок, но я решил, что это слишком опасно. Не хватало ещё, чтобы всё окончательно обвалилось нам на головы. “Ты начинаешь действовать мне на нервы,” сказала Тамамо позади нас. “Мария, Виллоу!” крикнул я. “Бегите к двери! Если найдёте выход, уходите! Не ждите меня!” Им не нужно было говорить дважды. Они побежали, а я повернулся к Тамамо, которая стояла на поваленной серверной стенке. Теперь она выглядела уже не так уж безупречно. Кимоно порвалось, причёска растрепалась. Пара хвостов даже подгорела. “Ты хоть понимаешь, что сделал?” спросила она, медленно подходя ближе. “Ты мог выбрать уничтожить два мира из трёх, но решил убить всех!” “Или дать всем жить! Теперь мы все в одной лодке. Нет миров, которые можно было бы разрушить, чтобы остановить хаос, кроме того, на котором ты стоишь. Так что заканчивай свой идиотизм, и включай голову, как мы будем побеждать Чёрную Алису!” “Всё играешь миротворца,” саркастично усмехнулась она. “Готов работать со мной? Даже теперь? Прямо вот совсем-совсем не хочется свернуть мне шею?” “О, ещё как хочется. Но у меня есть цель покрупнее. Нет времени с тобой возиться.” “Нам времени хватит! Ты подписал нам всем смертный приговор! Единственное утешение, что я хотя бы успею заставить тебя заплатить за это, пока всё не полетело к чертям!” Она прыгнула на меня, раскрутившись в воздухе. Это атака была мне знакома. Да, в полёте она швырнула в меня огненными шарами с трёх хвостов. Я выставил свой обычный энергетический щит, и легко поглотил их. Но она и не надеялась, что сработает. Тамамо хотела просто отвлечь меня, чтобы порвать голыми руками. Или не такими уж голыми, если считать когти. Эти когти впились в меня по бокам, пока её челюсти сомкнулись у меня на плече. Я впервые видел такой ‘стиль’ боя от разумных монстров. Она не потеряла рассудок, ведь только что формировала осмысленные предложения, но всё равно больше напоминала бешеного дикого зверя. Я сжал зубы от боли, но по шкале ‘Испаряющего Меча’ это было просто ничто. Пришла пора напомнить Тамамо, что я больше не связан, и на мне нет негамитовых наручников. От адреналина я даже не почувствовал, когда Тамамо оторвала от меня кусок мяса, а вот она наверняка почувствовала мой усиленный кулак по животу, от которого сложилась пополам, за которым последовало колено в челюсть. Она упала, но вместе собой успела повалить меня. Вывернувшись из захвата, Тамамо схватила меня за шею, и попыталась меня задушить, но когда поняла, что не выходит, швырнула меня в ближайшую груду серверов. Удар чуть не сломал мне позвоночник. Я чувствовал, как из спины торчали осколки стекла. Не вставая, я разрядил в неё ещё один взрыв. Промазал. Её там больше не было. Тамамо заранее прыгнула, и уже летела на меня. Я успел перекатиться в сторону. Когти промахнулись, но зубы смогли зацепить щеку. Я был зол, боялся, и наполнен праведным гневом. Обычно в такой комбинации некогда думать, но я, ветеран сотен сражений и тысяч спаррингов, не мог не отметить, что атаки Тамамо… неэффективны. Да, они нагоняли ужас, но не более того. Если бы мне кто-то показал такое на тренировке, я бы сделал вывод, что этот кто-то ни разу в жизни не сражался против сильных противников. Несмотря на боль, я перевернул её на пол, оставив у неё во рту часть моего лица. Когда я готовился ловить очередной звериный выпад, она разнообразила ‘стиль’ усиленным землёй кулаком. Я буквально услышал, как у меня треснуло несколько ребёр. Не будь я человеком с Земли, мне бы этого удара хватило. Без Духов мне было нечем защититься от таких атак- Нет же, ещё как было! Духи не вернулись, но сила-то при мне! Я мог просто представить, что они со мной! Кулак Тамамо был уже на пути мне в челюсть. Он тяжело обрушился туда. Я не сдвинулся с места. Тамамо вскрикнула от боли сломанных пальцев. В это же время у меня в руке уже была моя копия Сияния Ангела. Я безжалостно ударил её дважды. Тамамо отступила. Должно быть, боль вернула ей часть разума. Я видел, что она готовила какую-то магию. Я не мог понять, какую… да и не собирался. Я просто взорвал её ещё одним направленным взрывом. Он получился слабее предыдущего, но достаточным, чтобы сбить концентрацию. Но у неё были и быстрые заклинания, а для некоторых вовсе не требовалось именно ‘заклинаний’, как для сотворения. Когда я собирался завершить начатое мечом, у неё в руках уже был свой. Она не учла лишь того, что я годами по праву разделял с Гранберией титул лучшего мечника в мире, а у Тамамо фехтование не входило даже в топ 10 её лучших способностей. Это не значило, что она совсем ничего в этом не умела. На каком-то человеческом, или даже межвидовом турнире, могла бы и победить. Но если сравнивать со мной, Тамамо просто не в моём классе. Она с диким криком замахивалась на меня снова и снова, но даже в таком состоянии я легко отводил а парировал её удары, моментально отвечая своими. Тамамо быстро слабела, допускала всё больше грубых ошибок. Её поражение было неминуемо. Я бы вот-вот запечатал её. А я не хотел её запечатывать. Меч Тамамо рассеялся, ей не хватало сил поддерживать даже проекцию. Я развеял свой тоже. Если она восприняла это приглашением на честную дуэль, то ошиблась. Не дав ей опомниться, я вложил всю воображаемую силу Гномы в хук справа. Ей этого не хватило. Сколько бы я не бил её, она всегда вскакивала на ноги. Она ответила той же ‘техникой’. В этот раз я почувствовал удар, но не более. Должно быть, сила была на исходе. Но у Тамамо тоже – она стремительно ‘вытекала’ из светящихся ран от моего меча. Теперь её очередь страдать. Или как я думал. Никогда не недооценивайте изворотливость Предков, особенно гения вроде Тамамо. Не то чтобы её ход был таким уж гениальным. Скорее, он был очевидным, грязным, но эффективным. Я закричал от когтей, впившихся в мою рану на груди. Всё. Я больше не думал, что будет дальше. Не заботясь о экономии, я вложил всю силу в кулак, и ударил её в нос. Разлетелись брызги крови. В этот раз, когда она упала, моментально не поднялась, а когда кое-как встала на ноги, я ударил ещё раз в то же место. Тамамо упала на спину. Я забрался на неё, и не переставал бить, даже когда её лицо превратилось в кровавое месиво. Вся моя боль и ярость, не только за себя, но и за тех бедных ангелов, за всех тех, кого я даже не знал, за всех, кого она собиралась убить моими руками, перешла в эти самые руки. Я остановился, только когда заметил, что даже так она смотрела на меня с вызовом. Тамамо приглашала меня её прикончить. Действительно, что ей терять? Она думала, что всё равно мертва, днём позже, днём меньше. Она не видела, не могла понять, что я дал трём мирам надежду, а не смерть. Что мы всё ещё могли победить. “Чего ты… ждёшь?” спросила она, неожиданно неплохо разговаривая ртом, в котором больше не было зубов. “Хочешь… продлить мне мучения? Хе-хе… У нас больше общего… чем посмеешь… признать.” Я замахнулся ударить в последний раз… и не смог. Не из-за этих слов, а из-за лица. Оно напомнило о другой Тамамо, которую изувечил кто-то похожий на меня. Мотивы Дэниэла были даже лучше, чем у этой Тамамо. На него внезапно напали во сне, потому что боялись, и не собирались щадить. Он отреагировал жёстко, оставив в живых только Тамамо, чтобы его посыл был понятен. Согласно законам некоторых стран, и даже по негласному кодексу монстров, он поступил правильно. Но я считал, что выше этого. Что не буду оправдывать жестокость никакими аргументами. Лицо подо мной ярко доказывало обратное. “Лука, стой!” услышал я голос маленькой Тамамо позади меня. “Ты убьёшь её!” “В этом вся идея,” ответил я. Меня больше не обмануть проекциями- Нет, она и правда пришла! Позади неё бежала Илиас и Алиса. Это всё ещё могло быть трюком, если бы не ощущение светлой магии Илиас, которое не подделать тёмной. Облегчение от того, что всё наконец закончилось, выбило из меня весь боевой дух. Я поднялся с Тамамо, и отошел на шаг в сторону. Маленькая Тамамо сразу же заняла моё место. Я знал этот взгляд. Не то чтобы она не желала её смерти, просто не хотела, чтобы жить с этим пришлось мне. Хвосты маленькой Тамамо угрожающе подметали пыльный пол. Я отвернулся. Это её решение. Вступаться за кого-то вроде неё я не собирался. Алиса как раз успела поймать меня, когда я падал без сил. Даже удивительно, как я вообще стоял на ногах после такой потери крови. “Быстрее!” крикнула Алиса. “Помоги ему!” Илиас приложила руки мне на плечи. Стало легче. Немного. Маленькая Тамамо продолжала стоять над своей злой версией. Видимо, она не собиралась её убивать. Злая версия, тоже поняв это, медленно встала на ноги. Она прожигала меня взглядом из одного глаза, который у неё остался. “Ненавижу тебя. Ненавижу! Ты уничтожил всё, что мне дорого! Не смог даже закончить начатое!” “Тебе слова не давали!” сказала маленькая Тамамо, схватив свою версию хвостом за шею. Злая Тамамо была слишком ослаблена, чтобы вырваться. Хвост сжался. Она боролась, кашляла, хрипела… и затихла. Маленькая Тамамо убрала хвост. Я посмотрел на неё с очевидным вопросом. “Нет,” ответила она. “Я… боюсь её убивать. Она заслужила, но после этого она сольётся с кем-то из меня. Например со мной. Смерть сделает её ещё опаснее. Я не была настолько плохой, но во мне ещё остались отголоски тех времён.” “Думаешь, если вы сольётесь, она станет доминантной?” спросила Алиса. “Нет. Её разум и воля слабы. Богиня всегда говорила, что я брала со всех пример, и была права. Все жестокие? Что ж, такова жизнь. Значит, и я буду. Только ещё дальше, потому что хотела быть лучше всех. Быть любимой у матери. Но сейчас мне не нужно чье-то одобрение. Я легко стану главной… но она останется. Будет нашептывать идеи, причины, соблазны. Предлагать совершить то, что никогда не повторю. Я уверена, что ей не сломать меня. Проблема в том… что так уж сильно ломать не придётся.” “Что тогда будем делать?” спросил я. “Мы вообще можем её удержать?” “Оставим её,” ответила Тамамо. “Даже ей после такого не оправиться быстро. Пусть сёстры забирают её. Нам некогда с ней возиться. У нас проблемы посерьёзнее.” “Что именно ты сделал, Лука?” спросила Алиса. “Тартар исчез, география изменилась… ты что, устроил второй Катаклизм?!” “Нет,” ответила Илиас. “Он как-то объединил три соседних мира в один. А это означает…” “Войну,” закончила Тамамо.