"Как закалялся Клан"

Зиму пятого года потратили на планирование дальнейших действий и постройку нового зеркального телескопа системы Ньютона с главным зеркалом диаметром в 400 миллиметров. Основные строительные проекты для обеспечения выживания сообщества были сделаны и работали. Теперь настало время заняться изучением окружающего мира дальше расстояния вытянутой руки от поселка. Который как-то сам собой начался в обиходе называться "Новый Обозерский". Осталось выкопать свое озеро, не сейчас, в будущем... С постройкой телескопа на самом деле особых проблем небыло. Глава клана сам увлекался астрономией еще с детства и раньше строил любительские телескопы. Начав с линзовых рефракторов и позднее на готовых зеркалах собрал два зеркальных телескопа Ньютона. И автоматический астрограф с зеркальной цифровой камерой на длиннофокусном объективе системы Максутова "МТО-1000". Забытый астрограф, который лежал в дальнем ящике багажа передали Яшме для ее наблюдений и начали вместе читать одну очень полезную советскую книгу. В книге "Телескоп астронома - любителя" написанной М. С. Навашиным и изданной в 1979 году было подробно описано изготовление зеркал телескопов и постройка других конструкций. Причем в книге были описаны не только практические приемы изготовления деталей, но и приведены элементы теории оптических системы. Оборудование для шлифовки зеркал, контроля качества зеркал и юстировки оптических системы было очень простым. Запас абразивного порошка, а главное - стеклянные заготовки под зеркала тоже были, глава клана сам собирался построить телескоп "долгими зимними вечерами" и купил необходимое еще до переезда в глухомань. Заготовки под зеркала диаметром 200, 300 и 400 мм были проверены дифракционным способом на однородность внутренней структуры и напряжения в стекле. Помогли контакты на форуме астрономов - любителей, удалось выйти на профессионала который когда-то работал на оптическом производстве и после изготавливал оптику для любительских телескопов. Он был загружен заказами и сам сделать большие зеркала не взялся, но заготовки зеркал изготовил и поделился некоторыми секретами шлифовки. Поскольку заготовки были в количестве, то решили не мелочиться и взяв "блин" диаметром в 400 мм построили шлифовальный станок и начали работу. Конечно с соблюдением мер предосторожности - надышаться стеклянной пылью это не лучшая идея. Одновременно с процессом шлифовки главного зеркала изготавливалась его оправа с необходимыми регулировками и системой разгрузки зеркала на 18 точек. Сразу же был даже установлен небольшой электрический вентилятор для обдува зеркала, чтобы ускорять его температурную стабилизацию под окружающую среду перед началом работы. Так же был изготовлен "паук" с тремя плоскими пластинами - креплениями для наклонного вторичного зеркала и начала его шлифовка. Телескоп с параболическим зеркалом D=400 мм и фокусным расстоянием f=2500 мм был большим сам по себе, его "труба" была равна по длине фокусному расстоянию. Для такой большой "трубы" надо будет строить свой астрономический купол достаточно прочный, чтобы выдержать летние и зимние ураганы. Руками ее на улицу не натаскаешься, с риском сбить юстировку или вовсе повредить конструкцию и зеркала. Монтировку телескопа решили сделать простой, обычная монтировка Добсона которая позволяла поворачивать телескоп по двум осям. Да она сама не вела "трубу" за движением звезд по небу в отличие от "экваториальной" монтировки, но была намного проще. И ее можно было автоматизировать установив электрические приводы. Пока проверяли оптическое качество и серебрили зеркала по старому советскому рецепту была собрана монтировка и сама конструкция "трубы". Была использована силовая решетчатая ферма в которой крепилась оправа главного зеркала и "паук" вторичного зеркала. Снаружи к ферме были закреплены цапфы для подвески в монтировке, а сверху ферма закрывалась панелями из окрашенной жести оклеенной изнутри черным бархатом, чтобы исключить посторонние засветки. Монтировка Добсона была моторизирована электромоторами с червячными редукторами и оснащена необходимыми датчиками положения. Червячные редукторы, специально отобранные и подшлифованные после проверки позволяли обеспечить нужную плавность перемещения при движении телескопа вслед за перемещением наблюдаемого объекта на небе. Резьбовой бронзовый фокусер большого телескопа имел длинный ход регулировки и вместе с окулярами были более серьезными чем на его 150 мм собрате. На обычных любительских "телескопах из магазина" и самодельных, как правило, использовали фокусеры и окуляры внутренним диаметром 1,25" (31,75 мм). Здесь же был использован более профессиональный стандарт 2" (50,8 мм). Такие окуляры имели лучшие параметры, но были дороже. Зато и зеркальный фотоаппарат на 2" фокусер было крепить удобней. Обычно это делали через переходник который вставлялся в фокусер вместо окуляра, тут же была сделана точеная бронзовая "вставка" с резьбой как у подвижной части фокусера которая ввинчивалась в неподвижную часть закрепленную на трубе телескопа, на другом конце было закреплено крепежное кольцо для установки зеркального фотоаппарата. Закончив с телескопом быстро спроектировали прочный астрономический купол, который было решено построить на крыше одной из "боковых колонн" старого клуба. Как подозревал глава клана, этот "клуб" был должен быть опорой поворотного антенного комплекса системы контроля космического пространства или дальней космической связи. А теперь он будет использован для астрономических наблюдений. Возникла даже мысль "по быстрому" сделать второй такой - же телескоп и установить его на второй "колонне" по диагонали сделав интерферометр большей разрешающей способности чем одиночный телескоп. Но посчитав характеристики пока от этой идеи отказались. База для интерферометра в пару десятков метров была слишком маленькой. Но в будущем интерферометр из двух или даже трех - четырех телескопов надо будет построить с базой в километр или два. Это позволит сильно повысить разрешающую способность астрономических наблюдений. Немного отдохнув после "астрономического угара" вернулись к делам - необходимо было построить нормальные просторные лаборатории, для изучения образцов собранных при исследованиях планеты. В первую очередь требовались серьезная биологическая и геолого - минералогическая лаборатории. Посчитав оставшиеся стройматериалы - решили не строить под землей, а использовать здание бывшей школы. Кирпичное здание выдержало ураганы, было достаточно далеко от Подземного Дома и осталось его перестроить под новые нужды. Проблема отопления решалась аналогично радиорубке, на аэродроме еще остались две емкости от топлива по 25 кубометров. Труб, металлических листов, кирпича, стекла и стекловаты должно было хватить на постройку системы накопления тепла в водяных тепловых аккумуляторах. Проложить потерну, перестроить где надо и сделать отделку помещений, оборудовать хранилища образцов и лаборатории... Да, работы будет больше чем с радиорубкой, но зато потом будет где зимой проводить комплексные исследования. Пока длилась короткая весна - было принято решение вскрыть хранилище "спецзарядов" которое было на аэродроме. Объект был маленький, для хранения "спец-БЧ" для зенитных и авиационных ракет. Раньше к нему близко не совались, посмотрев на закрытые двери и ворота ограждения, а так же вполне себе серьезные бетонные колпаки огневых точек. Все-таки объект по своему назначению был крайне серьезный и от него можно было ожидать наличия автономных автоматизированных систем охраны. Хотя на поверхности была видна только пара обвалованных землей бетонных сооружений, не считая бетонных колпаков. Но теперь на него возлагали надежды разжиться хотя бы одним полноценным "перчаточным боксом" и полноценными герметичными защитными костюмами. К тому же за прошедшее время системы автономного питания объекта должны были уже выйти из строя. На то, что внутри их будет ждать "устройство" или даже его "практический" макет никто не рассчитывал. Даже в бардаке сокращений 90-х Ельцинской России "спецзаряды" не бросали. Было даже несколько спецопераций по вывозу "изделий" из бывших союзных республик. Так занялись вскрытием объекта со всеми возможными предосторожностями ожидая всего - мин на подступах, в том числе с интеллектуальным управлением, всевозможных датчиков, автоматических систем вооружения... Да, датчики системы охраны нашли - старые советские сейсмические, инфракрасные и старые не работающие телекамеры. Все технические средства охраны оказались давно обесточены. Нашли и места установки мин которые оказались все сняты и вывезены, к большому облегчению. Проникнуть внутрь бетонных колпаков сразу не получилось, но осмотр через амбразуры просунутым внутрь китайским USB-эндоскопом показал, что внутри они пусты. Вооружение и оборудование было демонтировано. Точно так же гермодвери бетонных сооружений оказались просто закрыты, но не заперты. Внутри было точно такое же запустение. Все "особое" оборудование было вывезено, из полезного нашлась дизельная электростанция с парой старых, но живых дизель - генераторов с остатками солярки в баках. Так же на месте осталась фильтро - вентиляционная установка и системы кондиционирования объекта. На полу сооружений были проложены рельсы узкоколейки с парой разворотных кругов, под потолком - рельсы тельферов. Сами тельферы оказались на месте и в хорошем состоянии. А вот тележек, которые ездили по рельсам когда-то тут небыло. Вероятно, они были секретным и их вывезли вместе со спецзарядами. Вообще ни одного клочка бумаги, даже старых газет не нашли. Но нашлись верстаки, немного старого слесарного инструмента, бутылки из под красного вина и водки, стаканы и стеклянные банки из под маринованных огурцов и соленых помидоров. Видимо под конец с горя тут бухали. Перчаточных ящиков и гермокостюмов на которые рассчитывали тут небыло, только десяток ОЗК разной степени сохранности, но в полном комплекте. По большому счету из действительно полезного были только тельферы и старые датчики системы охраны, которые все демонтировали и убрали на склад. Причем пульт охраны на который от них шли сигнальные кабели тоже когда-то демонтировали и вывезли. Или уничтожили где-то еще там. Хотя, при этом, при обыске аэродрома еще в самом начале нашли не только стенды и даже пару запасных реактивных двигателей "в масле", не считая того что было в "гараже - капонире" бывшего командира полка со спрятанным Миг-31, но и просто огромное количество документации с грифом "ДСП" и даже "Секретно". А вот по "спецзарядам" все было вычищено подчистую. И в общем это было правильно. Разобравшись с хранилищем спецбоеприпасов быстро собрали астрономический купол из бруса и толстых досок на одной из боковых "колонн" бывшего клуба. Деревянные конструкции намертво закрепили стальными шпильками проходящими насквозь толстое бетонное перекрытие. Купол был поворотным с электроприводом для обеспечения работы монтировки по слежению за движен звезд по небу, но пришлось делать мощные системы крепления чтобы во время ураганов подвижную часть не сорвало с основания. Конечно астрономический купол можно было сделать из металла и кирпича, это было бы проще, но деревянная конструкция была временной. Планировалась постройка нормальной стационарной обсерватории за пределами поселка. Вторую обсерваторию в будущем можно было построить рядом с аэродромом и использовать два одинаковых телескопа в режиме интерферометра с базой в 30 километров. В дальшейшем можно было построить и третью обсерваторию чтобы получился треугольник со сторонами по 30 километров, что даст возможность вести достаточно точные в их условиях астрономические наблюдения. Чем больше расстояние между отдельными наблюдательными инструментами и чем их больше, тем эффективней по разрешению работает интерферометр. Правда на Земле такие системы в основном строились для радиоастрономии, но почему бы не попробовать начать с оптического интерферометра? Радиорелейную линию на 30 километров можно было собрать даже на старых советских радиорелейных станциях Р-406. С ними глава клана был хорошо знаком, во время своей службы в погранвойсках куда его "сосали" после ранения в связисты. Причем не только ставил их, но и ремонтировал блоки в мастерской роты связи , так что проблем тут особых не предвиделось. Главной проблемой с радиорелейными станциями было закрепить антенны так, чтобы их не открывало ураганами. А дальше - через телефонные каналы просто пускался модемный сигнал. Конечно высокие скорости соединения получить бы не удалось, но это было самым простым и быстрым вариантом дальнобойной передачи цифровых данных. В дальнейшем можно было поэкспериментировать с высокоскоростными модемами и передачей через радиолелейную линию "цифры", но эта задача не была важной в текущее время. Так что сделав заметку на будушее смонтировали в астрономическом куполе монтировку телескопа и сам телескоп, который занесли наверх по частям, смонтировали и отъюстировали на месте. Подвели электропитание и Яшма занялась астрономическими наблюдениями с новым намного более мощным инструментом. Закончив с астрономическими делами привычно провели полевые работы и занялись перестрйокой здания бывшей школы. Чтобы установить внутри здания промытые и окрашенные емкости для воды приглось разбирать часть стен и перекрытий. Поставленные на попа цистерны по 25 кубометров нижними своими концами теперь уходили в подвал. Затащить их внутрь в горизонтальном положении и развернуть вертикально было интересной инжереной задачей. Но с ней успешно справились. На крыше построили солнечные коллекторы того-же типа, что и на крыше здания радиорубки. Смонтировали трубопроводы и теплообменники, насосы и автоматику управления с датчиками, залили воду в баки тепловых аккумуляторов и утеплили все стекловатой. Потом залили антифриз в систему солнечных нагревателей и сняв деревянные щиты начали запасать тепло в емкостях с водой. Две "бочки" по 25 тонн воды как уже знали по опыту радиорубки вполне могли обеспечить приемлемую температуру в здании с минимальными потребностями по дополнительному обогреву. Для питания системы на крыше были смонтированы вертикальные ветротурбины, а в подвале аккумуляторы, контроллеры заряда и инверторы. Со зданием школы повезло, перекрытия тут были не деревянные, а железобетонные. Так что проблем с перестройкой выбранных помещений в биологическую лабораторию не возникло. Профессиональных микро и ксенобиологов среди членом сообщества небыло, потому на всякий случай перестраховвывались. Биологическая лаборатория получила отдельную приточную и вытяжную вентиляцию снабженную мощными фильтрами, тобы исключить как попадание загрязнений с наружи, так и выход за пределы лаборатории биологичесикх агентов при утечке. Так же в лаборатории должно было создаваться небольшое отрицательное давление, чтобы при нарушении герметичности воздух всасывало внутрь, а не выбрасывало наружу. Стены были тоже дополнительно изолированы битуумной обмазкой и полиэтиленом для герметизации, а после усилены слоем железобетона и плотно выложены подогнанной кафельной плиткой стыки которой были проклеены силикатным клеем (жидким стеклом). На входе в лабораторию была построена шлюзовая камера и душевая, для обмыва защитных костюмов перед выходов с изолированной емкостью для сбора стоков с возможностью их вскипятить встроенными ТЭН-ами. В самомй лаборатории была смонтирована система орошения дезинфецирующим расствором. Все электропроводка и светильники были герметизированными защищенными от воздействия воды. Внутреннее оборудование тоже постарались сделать соотвествующим. Вытяжные шкафы с фильтрами и хорошим освещением. Два самодельных "перчаточных ящика" из толстого оргстекла, изнутри они были оклеены обычным стеклом для дополнительной защиты, а отверстия для крепления прочных резиновых перчаток можно было герметично закрыть специальными крышками на случай разрушения перчаток. Внутри перчаточных ящиков были смонтированы мощные светильники. Так же в них можно было регулировать давление, состав атмосферы и температуру. Образцы и материалы подавались внутрь через небольшие шлюзовые камеры сбоку. И конечно внутри были смонтированы распылители для подачи дезинфицирующего раствора. Но самым серьезным был полностью герметичный стальной бокс выложенный внутри огнеупорным кирпичем и кафельной плиткой. Внутри были смонтированы не только системы аналогичные перчаточным ящикам, но так же два маленьких китайских 6-осевых манипулятора с Алиэкспресса собранных на авиамодельных сервоприводах. Когда глава клана их покупал - эти игрушки стоили по 10 тысяч рублей за штуку и позиционировались как учебные пособия. Но для работы с пробирками и чашками Петри под контролем телекамер эти "игрушки домашнего биотеррориста" вполне годились. В этом ящике можно было работать с образцами которые были слишком опасны для работы с ними в перчаточном ящике. А на случай "разгула опасной жизни" внутри устройства был смонтирован небольшой подрывной заряд. Маленького "огневого фугаса" снаряженного пирогелем должно было хватить кремировать любую углеродную форму жизни внутри не допустив прорыва внешних прочных металлических стен. Фильм "Живое" все посмотрели и повторять элементарных ошибок в работе с чужими формами жизни никому не хотелось. Конечно кроме вытяжных шкафов, перчаточных ящиков и бокса для особо опасных материалов в лаборатории был полный комплект химической посуды, пара микроскопов разного назначения, в том числе с микрофотогафическим устройство на которое был одет хороший зеркальный цифровой аппарат. Была тут и муфельная печь для штатной "кремации" образцов и раковина со стоком в изолированную емкость для мытья лабораторной посуды... В общем тут вполне можно было вести исследования образцов местной жизни с минимально возможным в их условиях риском. Может быть меры безопастности и были избыточны, но лучше было перестраховаться. Сделав перерыв на уборку картошки, закрытие длинных полей и приготовились к сезону зимних ураганов. А за три недели пока на поверхности бушевал ветер - занялись энергосистемой. На самом деле это был сложный вопрос - самодельные инверторы и генератор солнечной паротурбинной электростанции не могли работать на общую сеть, да и опасно было жестко объединять все в единую систему. Но в то же время слишком сильно раздергивать систему в попытках заткнуть всех потребителей по принципу тришкиного кафтана было нелья. Так что пришлось долго и вдумчиво считать. И в общем получилось следующее - Радиорубка оставалась автономным энергетическим объектом, по проложенном по потерне кабелю она могла подать питане на Подземный Дом. Подземный Дом зимой будет подавать питание на Лабораторию, но таи будет своя небольшая автономная система с вертикальными ветротурбинами и аккумуляторами для питания системы солнечного отопения, аварийного освещения и системы безопастности. Солнечная паротурбинная электростанция будет подавать питание летом для зарядки аккумуляторов Подезмного Дома и питания Лаборатории,а так же работы мастерской. Точно так-же при нужде мощность с Радиорубки можно было подать на питание Лаборатории через распределительное устройство Подземного Дома. Автономное питание систем солнечной паротурбинной электростнации так и останется от вертикальных ветротурбин на крыше солнечной башни со совими аккумуляторами и инвертором. Конечно возникла мысль "раздергать" солнечные панели которые в хорошую погоду заряжали батареи Подземного Дома и через грид-инвертор вливали мощность в сеть переменного тока, но это было лишено серьезного смысла. Слишком малая мощность бы получалась, особенно если закрепить панели стационарно на зданиях так, чтобы их не сорвало и не сломало ураганами. Так что для солнечных панелей наборот в программе проектированя "нарисовали" большие прочные трекеры, которые при урагане автоматический разворачивали плоскости панелей параллельно земле и закрывали их стеклянную поверхность металлическими раздвижными ставнями на подобии ролл-ставень на окнах магазинов на Земле. Конструкция получалась технический сложной, но обеспечивала сохранность панелей во время ураганов и позволяла их больше не таскать туда-сюда с риском повредить. Выполнив работы по модификации энергосистемы которые не требовали выхода на улицу остаток летнего месяца штормов потратили на изготовление элементов конструкции солнечных трекеров и новых вертикальных ветротурбин. А дальше после новой посадки картошки - смонтировали трекеры из готовых деталей, установили на них панели и проложили проводку по постоянной схеме сняв с себя одну из забот. Дальше был монтаж новых вертикальных ветряков на крыше лаборатории и солнечной башни. После чего занялись устройством геолого-минералогической лаборатории. Ее предвидя большие объемы работы, в том числе с выкладкой длинных кернов и потребностью в своем кернохранилище прямо в здании, сделали в два раза больше чем первую биологическую лабораторию. Да и таких мер безопастности она не требовала. Первый этаж бывшей школы заняли почти полнстью, но еще оствался второй и его тоже нужно было использовать. Но сначала проложили потерну до подземного дома, чтобы зимой небыло проблем с проходом в отдельно стоящий лабораторный корпус. Правда на всякий случай на входе и выходе в потерну вместо обычных прочных дверей установили металлические герметичные создав две небольшие шлюзовые камеры. На оборудование геолого-минералогической лаборатории пошел оставшийся вытяжной шкаф, химическая посуда, горелки, пара микроскопов, второй рентгеновский аппарат и инструмент для резко-полировки камня. В лаборатории можно будет проводить химический анализ геологических образцов, изучать морфологию и структуру слоев выбуренных кернов, проводить рентгеновские исследования образцов для изучения их структуры. Так же можно было выкладывать на рабочих столах керны длиной до 20-ти метров. В отдельном помещении был запланировал геологический музей был поставлен застекленный шкаф с образцами камней и минералов из старой коллекции главы сообщества собранной в его детстве на Земле. А во втором были разложены образцы геологических пород собранные уже тут вокруг поселка и во время экспедиций для установки удаленных метеостанций. Благодаря проложенной до Лаборатории потерне дальнейшие работы по обустройству внутри здания можно было вести и зимой. Ссистема солнечного отопления работала хорошо, но все равно не успевала догреть воду в баках до рабочей температуры в 95-98 градусов. Но это исправили, подключив на встроенные в баки ТЭН-ы мощность выдаваемую солнечной паротурбинной электростанцией и до начала сезона ураганов вода в обоих емкостях была нагрета до необходимой температуры. Первая солнечная система отопления в радиорубке за нормальный летний цикл работы справлялась сама без дополнительного нагрева воды в тепловом аккумуляторе. Лабораторию же возможно придется догревать электричеством или газом, ее отапливаемая площадь была больше, при тех же 50-ти тоннах нагретой воды в двух баках. С урожаем зерновых в этом году было уже лучше, подбирая удобрения, режим капельного полива и досветки лампами дневного света стационарно смонтированными на боковых бетонных стенах длинных полей удалось довести урожай до 40-ка центнеров с шектара, или 400 грам зерна с квадратного метра. Но сработала тут и простая селекция - все зерно прошлого года было перебано вручную - на посев отбирали колосья с самым большим числом зерен и с самыми крупными зернами в них. В то же время в Большой Теплице в отдельно выделенном секторе выращивали "эталонные" сорта зерновых, которые не соприкасались с новой внешней средой, для гарантированной сохранности семенного фонда на случай любых случайностей. Пчелы тоже радовали, успешно прошло роение и получилось заселить третий улей который был построен как копия ульев с живыми пчелами. Улей с погибшей пчелосемьей сожгли от греха прямо на аэродроме, на случай если их сгубила какая-то зараза. Пчелы успешно работали опыляя растения в оранжерее вместе со шмелями, которые начали тоже постепенно увеличивать свою численность в хороших условиях. И если от шмелей польза была только в опылении растений, то пчелы - карпатки радовали медом, воском и прополисом. Так же в хорошую погоду им открывали выход на улицу, чтобы они могли опылять растения за пределами Большой Оранжереи. Кроме биологической и геолого-минералогических лабораторий сами собой напрашивались химическая, физическая, медико-фармологическая и радиоэлектронная. Их и запланировали оборудовать предстоящей зимой. В первую очередь - химическую и медико-фармологическую. Физическая и радиоэлектронная могли подождать. Да, на самом деле развитие поселения было не спонтанным, в самом начале был составлен план задающий общие направления достижения наиболее важных целей. Не слишком подробный, поскольку любой план живет до столкновения с реальностью, но планирование тем не менее было. Ситуация с робинзоонадой на чужой планате в их случае вынужденно отличалась от деятельности исследовательской экспедиции со своим звездолетом. В случае экспедиции логичным было за наименьшее время получить наибольший объем данных о новом мире сразу начав туда-сюда ездить и летать все исследуя, а в случае любых серьезных проблем - просто эвакуироваться. Для экспедиции постройка серьезного базового лагеря могла и не потребоваться. В их же ситуации требовалось сначала обеспечить безопастность от могущих непосредственно угрожать внешних факторов и обеспечить сохранность доступных ресурсов - это выразилось в постройке Подземного Дома и Большом Хомячестве когда все что только могли прятали в защищенные склады. Вторым этапом требовалось обеспечить гарантированное обеспечение пищей и получить более-менее надежные источники вощобновляемой энергии не завязанные на генераторы на ископаемом топливе. Это выразилось в постройке Большой Теплицы и Солнечной Башни с паротурбинной электростанцией. Которая в будущем позволит построить солнечные печи. Обеспечив себя безопастность от внешних условий, еду и возобновляемые источники энергии нужно было подготовить базу для проведения исследований. Это сделали построив Лабораторию, где можно будет с удоствами проводить серьезные исследования результатов полевых экспедиций. И теперь, обеспечив материальную базу - можно будет на следующее лето начать серьезно исследовать окружающий мир. А то пока в своих исследованиях местного космоса продвинулась только Яшма, которая ночами на пролет, когда позволяла погода, сидела у нового более мощного телескопа в обсерватории. Она же высказала предположение о наличии гор где-то достаточно недалеко от них, не далее 200-300 километров, засекая перед рассветом загоризонтное отражение солнечных лучей от какой-то возвышенности - "альпиский свет". За остаток лета успели оборудовать медико-фармологическую лабораторию и в одном из совбодных отсеков Большой Оранжереи устроить "аптекарский огород". Некоторые лекарственные растения и так росли в оранжее, та-же мята например, но теперь со справочником лекарственных растений в руках повторно обшарили все перенесенные с Земли территории. Конечно на Севере не так много чего годного для лекарств росло, но тем не менее пополнить "Аптекарский Огород" получилось. Заодно нашли дикий цикорий, люпин и амарант - которые тоже теперь будут выращиваться в Большой Оранжерее. Амарант был кормовой культурой для скота с птицей и источником сырья для фармокологии. Люпин был ценной кормовой культурой с большим содержанием растительного белка. Цикорий - достаточно известный "заменитель кофе". Перебирая найденные в "магазине из 80-х" натуральные не обжаренные кофейные зерна получилось найт несколько неочищенных зерен кофе и к некоторому удивлению они проросли. Если все будет хорошо - будет свой источник натурального кофеина. С иван-чаем тоже все было просто и понятно. Так что на предстоящую зиму у Рыжей Анны и индеанок предстояло много работы. Как по исследованиям лекарственных растения с выработкой технологии получения из них лекарств, так и по изучению всей доступной информации по синтезу "химических" лекарственных препаратов. Работы по изучению плесеней и выделению штамма пенициллина повторяя путь Флемминга - работа на годы, но выбора небыло, пускай пока лекарства с Земли особо не расходовались, но подстелить соломку стоило заранее. Так же будущей зимой были запланированы первые исследования в новой биологической лаборатори образцов мхов и лишайников собранных в окрестностях поселка. А кроме того, после уборки второго урожая картофеля в оставшиеся две недели до начала зимы была предпринята первая геолого-спелиологическая экспедиция. В качестве базы был использован колесный краулер который перегнали к скале со входом в пещеру ведущую к Лабиринту. В экспедиции участвовал глава клана, Ясень, Ищарам, Яшма и Бегущий Конь. Главной под землей конечно же была горностайка, для который подземелья и пещеры были естественной средой обитания. Цель экспедиции была простой - пройти весь машрут от входа в пещеру до выхода из Лабиринта в нижнем зале пещеры, обустроив три постоянных "лагеря" с припасами и несколько временных. В процессе требовалось обустроить путь наверх - сделать указатели, по возможности устранить самые неприятные препятствия расширив и укрепив некоторые проходы. Спилить мешающие проходу сталактиты со сталагмитами. Поставить страховочные "перила" и веревочные лестницы из строп от тормозных парашутов в нужных местах. Они весьма прочные и не будут гнить в подземной сырости. Обустройство достаточно удобного прохода от Лабринта на верх требовалось на случай появления новых "попаданцев". Кроме облегчения им пути наружу на выходе из пещеры будет установлена система сигнализации и видеокамера, чтобы можно было увидеть "гостей" и принять меры по встрече. А кроме того исследуя пещеру можно было изучить геологические пласты "изнутри" заодно собрав образцы для изучения в геологической лаборатории. Пещера была глубокой, но зная куда и как идти, имея план и подготовленное оборудование обустроить маршрут смогли за пять дней. Бегущий Конь оставался наверху присматривать за краулером и оборудованием связи. Под землю шли по серьезному, прокладывая провод полевого телефона и периодический "отзваниваясь" наверх, что все в порядке. Так что на стоянках были не только спальные места защищеныне полиэтиленовой пленкой от сырости и припасы в ящиках и фонарики, но и советские полевые телефоны. Который позволяли поддерживать связь между стоянками и с поверхность. Закончив оборудование маршрута и убедившись, что Лабиринт статичен, а никого нового тут вроде как небыло - приступили к геологическим исследованиям и уточнению карты пещеры. Опыт, чутье и знания Ишарам, сканеры Яшмы, осторожность главы клана... Этого хватило чтобы избежать заметных проболем. Хотя один раз и пришлось поволноваться, когда ставший слишком самоуверенным Ясень по своей инициативе полез в слишком узкий проход и застрял в "шкуродере". Но подросшего пацана-индейца вытащили, после чего он получил хорошую взбучку от "вождя", на этот раз дело выговором и подзатыльником не ограничилось, Ясень крепко и в прямом смысле получил ремнем по заднице. Сначала он дулся, но вечером залез под бок "вождя" мириться... Не в плане секса, он уже знал что тут ему ничего не обломится, а просто обниматься и спать вместе. Под землей время течет иначе чем на верху и за временем приходится внимательно следить по часам. Без видимой смены дня и ночи люди под землей переходят на суточные цикля сна и бордствования. Сутки работают, сутки отдыхают после. Это надо было учитывать чтобы не засидется под землей до начала ураганов. Так что хотя и все исследования пещеры небыли выполнены, но за три дня до начала сезона зимних штормов все выбрались наружу закончив выносить образцы. Осталось на скале смонтировать прочную антенну и ветряк для питания системы сигнализации о посторонних, аппаратуру поставили внутри пещеры в герметичном ящике. Кроме сигнализации и видеокамеры на случай прихода гостей из Лабиринта тут же смонтровали уже "стандартную" автоматическую метеостанцию. Только она была дополнена проверенным и точно рабочим сейсмодатчиком от системы охраны хранилища спецзарядов. Он должен был работать геофоном и сейсмографон, установленный в пещере ниже уровня зимы. На следующий год все ранее установленные метеостанции получат обновление в виде новой прошивки и сейсмодатчиков. Домой колесный краулер вернулся за два дня до начала штормов. Оставшиеся в поселке вполне справлялись с текущими делами подготовив здания и оборудование к зиме. Так что спелеологическая экспедиция прошла полностью успешно. Был оборудован маршрут к выходу из Лабиринта. Установлена система сигнализации и новая метеостанция с сейсмографом. Собраны геологические образцы и изучено строение пород в районе поселка "в разрезе" на глубину более километра, А главное был получне опыт достаточно долгой полевой работы, не просто "приехали - сняли местность с квадрокоптера - поставили метеостанцию и уехали", а долгой работы на одном месте в течение почти двух недель. Зимой оборудовали химическую и физическую лабораторию занимая помещения на втором этаже бывшей школы, потом исследовали геологиеские образцы, составляли уточненную карту пещеры и строения изученных геологических пластов. Не менее важными были исследования образцов местных мхов и лишайников в биологической лаборатории. Приходилось учиться вести работы правильно с соблюдением всех мер безопастности. И конечно исследовать местные формы жизни. Которые оказались достаточно безопасными для земных форм жизни, как и наоборот. Местные мхи и лишайники содержали много кремнезема, в результате чего были достаточно жесткими на ощупь и механический прочными. Земными организмами они напрямую не усваивались и вызывали аллергическую реакцию, к счастью не очень острую. Вероятно белки местной растительной жизни были другой структуры чем земные. Но после их "денатурации" высокой температурой местные белки могли быть переработаны в компост для земных растений. В то же время местные мхи и лишайники хорошо разрастались на удобрениях для земных растений и "богатой" земной почве, особенно при благоприятных условиях температуры и освещенности. Придется присматривать за посадками на улице и удалять "нахлебников". В случае обнаружения богатой местной растительности ее можно будет использовать как сырье для биореакторов вырабатывая удобрения и метан. Одним из обнадеживающих выводов зимних исследований местных "мхов", которые достаточно сильно отличались от земных при внешнем сходстве - например они имели корневую систему, были результаты опытов по введению образцов микрофлоры в биологические образцы живых культур клеток земных животных и растений. Местные бактерии к счастью в этих живых культурах клеток не развивались и достаточно быстро погибали. После таких опытов конечно же все образцы уничтожались, еще не хватало самим "приучить" местную микрофлору жить внутри земных растений и животных. Но эти результаты совсем не давали гарантии, что не найдется какой-то местной микрофлоры которая сможет стать для земной биосферы опасной. К тому же можно было ожидать встречи образцов местной жизни намного более аллергенных чем местные мхи с лишайниками. Особенно если они будут разбрасывать пыльцу или споры. С острой аллергией на пыльцу рапса и запах цветов одного из видов лилий глава клана сталкивался лично еще на Земле. А тут иная планета... Исследования геологии пещеры тоже дали интересные результаты позволив получить представление о залегании геологических пластов, хотя они явно не повторяли структуру геологическую под поселком - иначе бы пещеру просто затопило грунтовыми водами. Она ведь уходила вниз намного глубже пробуренной на 83 метра скважины и располагалась всего в 30-ти километрах от поселка. По геологии строене пещеры было достаточно стандартным. Пещера располагалась внутри выхода коренной породы который оканчивался выступающей над поверхностью гранитной скалой. Фактический везде по пути от входа до нижнего зала со входом в Лабиринт стены пещеры были сложены преимущественно слоями гранита разной структуры, отличающегося в некоторых пределах химического состава, зернистости и окраски. Так же различалась их радиоактивность, некоторые слои гранита "фонили" раза в три выше чем другие местные слои. Но такое встречалось и на Земле. Ближе к поверхности попался достаточно тонкий слой твердого песчаника, на глубине попался слой порфира который сначала приняли за гранит и определили уже в лаборатории. Так же пещера проходила через два слоя гнейса разной структуры, состава и цвета залегавших на разной глубине и разделенных слоями гранита. Да, в пещере были самые обычные сталактиты и сталагмиты из карбоната кальция. Но их было мало, они были не очень крупными и явно образовалсь за счет медленной фильтрации воды через капиллярные трещины. Через слои известняка полость пещеры не проходила и в ее окрестностях их вероятно тоже небыло. Изучать геологию пещеры было интересно, но никаких залежей полезных ископаемых она не давала.