ты лучшее лекарство

Феликс, как по закону подлости успел заболеть в первый день весны. В день, когда поют птички, росточки, будущих великолепных цветов, пробиваются сквозь тёплую почву, солнышко светит ярко. Всё прекрасно, но он болеет. Даже на улицу не выйдешь, а то получишь от мамы выговор. Мир жесток. Он сейчас вынужден находиться в четырёх стенах. Ему так скучно. — Привет солнышко. — заходит в комнату молодой человек с яркой улыбкой. Хван Хёнджин. Он самая большая радость в жизни Ли Феликса. Стоит ему появиться, как самая надоедливая комната кажется не такой надоедливой. — Как ты только умудрился заболеть? — усмехнулся Хёнджин, ставя поднос с куриным супом и лекарствами на прикроватную тумбочку, а сам присаживается на постель около своего парня. — Я думал, что лужа маленькая и решил преступить её. — вздохнул Феликс, шмыгнув носом. Хван усмехнулся, открывая сироп, который в последние время Феликс уже успел невзлюбить, тем временем Хёнджин уже накапал несколько капелек в чайную ложку и поднес ко рту парню. Тот невольно фыркнул и отвернул голову. — Ну, Ликси, ты уже не маленький мальчик, чтобы отворачиваться. — надул губки Хван, закатив глаза. Ему уже пора привыкнуть к тому, что Феликс ведёт себя как ребёнок. Хотя и он не лучше. — Джинни, вообще-то я по тебе скучал, а ты сразу лекарствами мне в рот пихаешь — наигранно расстроился Феликс, скрестив руки на груди. — Хорошо, что ты хочешь? — интересуется Хван. — Поцелуйчик. — А может щелбан? — усмехается Хёнджин. — Сейчас мы поцелуемся, а потом и я заболею — Ну я же просто хочу скромный поцелуй в губы. На миллисекунду. — ещё больше расстроился Феликс. — Боже ладно, но после этого ты выпьешь лекарства. — поставил условие Хёнджин, с которым Феликс быстро согласилась. Хёнджин аккуратно, чтобы не разлить сироп, нежно коснулся губ Феликса своими губами, почти сразу же отстранилась. — Доволен? — Конечно, но я буду рад буду если мы засосёмся. — подмигнул Феликс, снова вытянул губу — Ну уж нет. — парень снова поднес ко рту своей пары ложку с сиропом, тот послушно, как и обещал, выпил его, морщась от неприятного вкуса. — Молодец. — похвалил Хёнджин Феликса, беря тарелку с куриным супом в руки. Зачерпнув ложкой небольшое количество бульона и кусок куриного мяса, он подносит ложку ко рту Феликса, а тот послушно его открывает, довольно улыбается. — Чего лыбишься? — продолжает кормить парня супом. — Это так мило, когда ты заботишься обо мне. — Мило, но только попытайся еще раз заболеть. — цокает парень, чмокнув Ликса в лоб. — Ты упускаешь всё самое интересное. — Это всё лужа. — злился на лужу Ликси, от чего у него вышло развеселить своего парня. Тот, закончив кормить больного Феликса, собирался уходить, однако Ли так не думал, слишком было рано. — Ты уходишь. — взгляд у Феликса такой грустный и умоляющий, чтобы Джинни остался ещё на кое-какое время. — Мне одному здесь так скучно. Побудь ещё немного. — вздохнув сказал Феликс, Хван с улыбкой кивнул, сел обратно, обняв больного парня. Тот прижался к нему сильнее и опасаясь выпускать из объятий, будто он сразу же покинет его. — Давай тогда посмотрим какую-нибудь дораму? — предложил Хёнджин, на что младший довольно похлопал в ладоши, включая на компьютере какую-нибудь первую попавшуюся дораму. Неважно какую, главное с кем ты её смотришь. — Знаешь, Джинни, ты лучшее лекарство. — прижался своей щекой к плечу парня, достаточно улыбаясь. — А ты самый глупый парень, которого я когда-либо встречал. — хихикнул старший, на что Феликс хмурится, дожидаясь иной ответ. — Мальчики, как вы? — в комнату заглянула мама Феликса и сразу же замолчала, увидев как оба спят, обнимая друг друга. Дорама, которую они смотрели, продолжала идти, лишь его никто не смотрел. Женщина, мило улыбнувшись, тихо вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.