Останься

Как это бывает у всех, Хёнджин жил обычной жизнью обычного человека. Его родили недоношеным, может поэтому до пятого класса и перевода в новую школу он, мягко говоря, не блестал умом и знаниями. Его отдали в школу в возрасте семи лет, которые исполнились ему в середине жаркого июля. У парня, который обычно выглядел немного старомодно : "а-ля, я из 2000-х",что самого его не напрягало впринципе, было много знакомых. Называл он их, конечно, друзьями, но он не мог сказать, что был близок со всеми этими людьми. Зато у него были Минхо и Джисон, которых он даже в своей голове называл друзьями. Они были для него семьёй. Ему всегда не хватало общения, но при этом он обожал одиночество. Эта его несостыковка в личности, порой давало другим право называть его лицемером или что-то на подобии этого. Это было... Обидно. Это расстраивало ранимую душу Хёнджина, но он не держал никогда обиду, а лишь переводил всё в шутку, либо тут же забывал о сказанном в его адрес. ***************** Стоял жаркий июль, пот тёк ручьём со всех, кто не лежал под кондиционером. Было невыносимо душно. Привычная компания из трёх человек проводила этот день вместе. Но было мало веселья, ибо они почти буквально плавились от палящего солнца, а ещё задыхались от нехватки воздуха, потому что сейчас пространство напоминало печь, в которой было нереально дышать. -Может нам отправится на море? Сегодня там хоть и много народу, но хоть мы не высохнем и не сваримся, - прямо начал Джисон, готовый в ту же минуту побеждать к спасительной воде, либо содрать с себя кожу. -Да ну... Можно просто зайти в супермаркет, там кондей есть, прохладно, - да, никто не сомневался, что Хван не поддержит идею тащится на другой край города, да ещё и на публичный пляж. Это же и волосы потом мокрые будут, это сушить их нужно будет, либо ходить, как идиоту, сначала с мокрой головой, потом с беспорядком на голове. Волосы Хёнджина были крайне непослушными. Длинные чёрные пряди сами по себе завивались концами в разные стороны, что выглядело не очень опрятно, поэтому их приходилось укладывать. -Хван, либо мы сейчас идём на море, либо ты купишь нам всем по 3 мороженного,- ставит ультиматум рыжий Минхо, улыбаясь, как довольный кот. Он знал, что Хёнджину будет не сильно охото так тратится, поэтому у него не останется иного выбора, как согласится на идею Хана. -Я вас ненавижу, вы знали? - бросает Хван, но в ответ слышится лишь победный смех и фразы по типу "мы тоже тебя любим". Это невольно заставило черноволосого улыбаться. Так они направились к морю. Джисон чуть ли не бежал, желая побыстрее попасть в рай для его тела,его синие волосы смешно прилипли ко лбу, оставляя немного подтёков от краски, которая ещё не успела до конца смытся после недавнего окрашивания. После дороги полной нытья, отчаяния и попыток сдаться, они добрались. Не долго думая, парни уже бежали в прохладу воды. Джисон сразу окунулся в воду, Хёнджин долго мялся и резкими присиданиями всё глубже погружал себя в воду, Минхо же не желал идти в холод, чуть ли не шипя на воду, словно кот. Но после того, как юноши обрызгали его и с силой заставили окунуться, конечно же, сразу сбежав, Минхо был сначала зол, но после даже был благодарен за подаренную прохладу, но вслух он так и не поблагодарил парней. Это и не было нужно. Плавать умела вся компания, но Хёнджин делал это крайне неумело, да и держаться долго на воде он не мог. Неподалёку плыл катер, и этим гениям в голову взбрела мысль, покачаться на волне, которую он создаст. Ничего не предвещало беды. Дна под ними не было максимум на сантиметров 10. Да и делали они так уже не раз и не два. Но именно в этот раз что-то пошло не так. Хёнджин ушёл под воду. Его обуял дикий страх, когда он, по его мнению, двигался к берегу, но так и не ощущал под ногами земли. Дыхания начинало не хватать. Как он не старался, сознание покинуло его, а прохлада окутала с головой. ************** Очнулся Хван на берегу. Голова сильно кружилась, а картинка перед глазами сильно плыла, но он еле уловимо различал чей-то светлый силуэт. -Вы меня слышите, - кто-то щёлкал пальцами перед его лицом. Немного погодя, Хёнджин смог увидеть перед собой милого блондина с россыпью веснушек по щекам. Он смотрел с беспокойством, его чёрные глаза бегали по лицу Хвана, пытаясь что-то разглядеть. -Я вас слышу,- охрипшим голосом произнёс черноволосый, добавив через несколько секунд, - и вижу. -Ох, слава богу! Вам с приятелями не стоило лезть туда. Вам повезло, что вас заметил спасатель, то есть я. Пожалуйста, больше не повторяйте подобные трюки. В следующий раз можно и не успеть. Как вы себя чувствуете? Вызвать скорую? Светловолосый говорил быстро,Хван же усердно пытался всё это переварить. -Не нужно скорую, где Минхо и Джисон? -Капец, он нас так и не заметил, - раздался знакомый голос над головой. Хёнджин немного повернул её и увидел крайне бледных парней. Казалось, что они либо задушат его прямо здесь, либо заобнимают. Пока что Хван не решил, какой вариант ему нравится больше. Видимо, Хёнджин спас в прошлой жизни планету, потому что по чистой случайности смог выжить и остаться абсолютно невредимым. *************** С того случая прошла неделя. Он был почти забыт и вспоминался только со смехом. Хёнджин начал поддерживать связь с тем парнем, который его вытащил. Оказалось, что его зовут Феликс и он старше на 3 года. Учится на медицинском, а летом подрабатывает спасателем на местном пляже. Так вышло, что обычная переписка почти не заканчивалась. Они говорили с утра и до поздней ночи. Каждое сообщение было пропитано чем-то крайне тёплым.

Хёнджин:

"Прости, что это может как-то странно прозвучать, но я уже не представляю жизни без нашего постоянного общения. Когда кто-то из нас занят, то я очень сильно скучаю. Мне кажется, что становлюсь зависимым от этого общения." Феликс: "Всё в порядке, малыш Джинни. Я чувствую абсолютно тоже самое" Хёнджину казалось таким правильным вот так, напрямую, говорить о своих мыслях и чувствовах, заранее зная, что тебя не осудят. -Смотри, небо настолько прекрасно, но даже в нём я вижу тебя, ведь на твоём лице веснушки рисуют ещё более невероятные множества созвездий, - сказал как-то Хван, когда она сидели ночью на берегу моря. Небо было без единого облачка, поэтому звёздное небо освещало тьму и отражалось во влюблённых глазах. -Не говори глупости, твои глаза сияют ярче, чем все эти звёзды, - с необъяснимой для второго парня нежностью отвечал Феликс. Так они засыпали друг друга нежностями, а затем и объятиями. Как-то Хван крайне осмелел и поцеловал Феликса в щёку, на что блондин чмокнул его в нос. Всё действия и слова между ними не создавали неловкости, наоборот, создавалось стойкое ощущение, что так и должно быть. Но одна ночь изменила весь мир Хёнджина. Днём перед этой ночью Ли и Хван гуляли по парку и вдруг они просто... Признались друг другу. Просто спонтанно. Да, было много неуверенности,ведь они говорили ранее, что любят друг друга, но тогда они имели ввиду только дружеские чувства, или думали, что произносящий говорит именно с этим смыслом. Но в данной ситуации всё оказалось иначе. Они любят друг друга, как смысл для существования и дальнейшей жизни. Как самое лучшее и чудесное, что есть в этом мире. Окрылённый событиями дня, Хёнджин пришёл домой и просто лёг спать. *************** Когда парень проснулся, то в ушах завенело от странного пиканья, а в нос ударил запах спирта и медикаментов. Мысли в голове Хёнджина начали бегать с бешеной скоростью, а шестерёнки сходили с ума. Он не должен находится в больнице, но окружение чётко указывает на это. Когда он смог разделить свои тяжёлые веки, то тут же закрыл их обратно из-за яркости. Белый. Белая комната. Он определённо в больнице. Почему? Зачем? Какого?... В голове крутилась множество вопросов, но не одного ответа. - Он очнулся! Чей-то голос почти болезненно резанул слух и Хван поморщился. *************** Мир Хёнджина резко рухнул. Оказывается, что в том случае на море он чуть не погиб. Он лежал 2 месяца в коме. Минхо и Джисон почти жили в больнице, виня себя в состоянии друга. Мама Хвана рассказывала ему, что даже видела слёзы Минхо, который был скалой по жизни. Сейчас в черноволосом юноше борятся две стороны. Он рад за близких, очень рад, что они больше не будут волноваться за него, но с другой... Феликс. Смысл его жизни никогда не существовал. Он его придумал. В слудующую ночь после пробуждения Хёнджину снился сон. Последний сон. Он стоял рядом с Феликсом и любовался им. В голове не укладывалось всё произошедшее. -Тебе нужно уходить, малыш Джинни, - произнёс Феликс своим низким, но нежным голосом, отстраняясь от парня, которого обнимал мгновение ранее. -А если я захочу остаться? - немного дрожащий и крайне молящим голосом спрашивает Хёнджин. -Тогда я сам выгоню тебя отсюда, потому что твоё место там. -А ты? Как же ты?-голос черноволосого дрожит, а по щекам начинают течь слёзы. -А я... А меня нет. И он с криком просыпается. Руки в суматохе рвут волосы с головы, рот искажён в крике, а из глаз нескончаемым потоком текут горячие слёзы. С тех пор Хёнджин ходит ни живой, ни мёртвый. Ему больше не снятся сны. После 5-ти месяцев прибывания в психиатрической лечебнице, он заперся в своей комнате и рисует. Комната, где есть только кровать и мольберт, вся обвешана портретами одного и того же человека. Мечты Хёнджина.