Сказать я пытался...

      Мягкий шелест опавших листьев на поросшей травой дороге успокаивал; давно искал я такое место, чтобы погулять, и заброшенный парк будто специально для меня состарило время — в этом убеждал пейзаж, нетронутый и безлюдный, но буйствующий жизнью. Не спеша меряя шагами тропинку и вдыхая свежий воздух, в котором только-только начинал чувствоваться приближающийся мороз зимы, я наблюдал за братом, что скакал вокруг меня, подгоняя, чтобы я шёл быстрее. Мальчишке не терпелось посмотреть на старый дом, к которому мы направлялись, и ничто не мешало ему убежать от меня к своей цели, но... Каждый момент хотелось прочувствовать и оставить в памяти навсегда: размеренно колышущиеся ветки, изредка отпускающие позолоченные листья в свободный полёт, лучи неумолимо катившегося в бездну солнца, что пробивались сквозь массивные желтеющие кроны, играючи отражались в лужах, прежде чем исчезнуть навсегда.       И был бы это лес, едва колеблющаяся колыбель природы, если бы не лавочка — случайно обнаружившийся след человеческой руки. Я смахнул с неё опавшие ветки и сел, не боясь испачкать чёрное пальто. Мелкий запрыгал от радости, ведь мы чудесной волей провидения оказались прямо напротив покинутого жилища.       — Смотри! — он указывал прямо на заколоченную дверь. — Что там внутри?       — Не знаю, — ответил я, настраивая гитару. — Сейчас придумаем.       На макушку мою приземлился багровый листик, и я, тряхнув головой, ударил по струнам; давно не стриженная чёлка на мгновение закрыла обзор, погрузив меня во тьму.

В заросшем парке Стоит старинный дом

      Я пропел первые строки, понизив голос. Лист, выделяясь кровавым пятном, упал под ноги, ознаменовав бенефис закатного солнца. Брат наблюдал, округлив глаза, как новые и новые слова рифмовались в моей голове, удивительной мозаикой выстраиваясь в песню. Песню моих рук, не замечающих подкрадывающийся холод, готовый цепкими когтями оцарапать их, словно скрывающаяся в высокой траве кошка, что грациозно ступает мягкими, но сильными лапами.

Забиты окна И мрак царит извечно в нём

      Аккорды метко пущенной стрелой пронизывали непоколебимый щит деревьев, казалось, пробуждая нечто, что мирно спало в глуши этих зарослей. И действительно, мелкий вскоре испугался:       — Там... Там привидения! — воскликнул мальчик, глядя в глубь парка, где что-то угрожающе шевелилось, практически полностью спрятавшись от солнечных лучей.       Впрочем, это был всего лишь ветер.       — Никого там нет, — заверил я его. — Чудовищ нет на земле, — грустно констатировал я, снова извлекая ловкими пальцами звуки из жалобно дребезжащих струн. Едва я открыл рот, послышался он.       Жуткий голос.       В который я не верил.

Мне больно видеть белый свет Мне лучше в полной темноте Я очень много-много лет Мечтаю только о еде

      Сам не замечая, я начал ему подпевать, сливаясь с ним на нотах, столь высоких, будто обращённых к небу. Я был уверен, что пою я сам, отзываясь в каждой травинке, каждом камне, что меня окружал. И даже какая-то чертовщина внутри этой хижины была со мной согласна.

Мне слишком тесно взаперти И я мечтаю об одном Скорей свободу обрести Прогрызть свой ветхий старый дом

      Мальчик прислонился ко мне, почувствовав себя на тонущем корабле. А я до боли в пальцах зажимал лады, отчаянно издеваясь над шестью жалкими нитями, чьи частоты колебаний никак не могли достичь ударов моего сердца. И за это я их наказывал. Ну почему они так ограничены?

Проклятый старый дом

      Неожиданно горло моё дало сбой, и последние слова я прохрипел. Я наступил ногой на покрасневший осенний лист, с хрустом прикончив его, пока небесное светило опускалось всё ниже и ниже. Брат схватил меня за локоть. Я обещал ему, что мы сейчас пойдём, но я должен был закончить песню.

Был дед, да помер Слепой и жутко злой Никто не вспомнил О нём с зимы холодной той

      Я ощутил, насколько же мы были одиноки, будто на необитаемом острове посреди замёрзшего моря, лёд которого был так прозрачен, что сквозь него играли оттенками драгоценных камней затонувшие сокровища, до которых, впрочем, нельзя было дотянуться. Именно это и пугало мальчишку, а особенно близость таинственного дома — что там может скрываться?

Соседи не стали Его тогда хоронить Лишь доски достали Решили заколотить Дверь и окна

      И снова вторил мне ужасающий голос. Я всё-таки встал, тяжело разгибаясь из-за застынувшей в жилах крови.

Мне больно видеть белый свет Мне лучше в полной темноте Я очень много-много лет Мечтаю только о еде

      Я уходил с трудом, будто заходящее солнце хватало меня за ноги, стремясь утащить за собой за край земли. Мы слишком долго пробыли здесь. Нельзя так выпадать из мира — потом не вернёшься.

Мне слишком тесно взаперти И я мечтаю об одном Скорей свободу обрести Прогрызть свой ветхий старый дом

      Заросли оплетали меня, словно намереваясь поймать в охотничью ловушку. Но я вырвался и бежал за братом, спешившим домой, к тёплой печи и горячему чаю с пряниками. Видимо, не зря это место сельский люд обходит стороной.       Чёрт, я забыл гитару!

Проклятый старый дом.