Лихорадка полной луны

      Волк по имени Рик сидел на крыше своей девятиэтажки, прислонившись к вентиляционной трубе и всматривался в панораму лежащего внизу в ночи города.       Лунный свет периодически пробивался сквозь тучи, движимые по небосводу ветром, заставляющим серого хищника буквально на собственной шкуре ощущать собачий холод с каждым порывом. Ветровка, что была на нём, несильно меняла ситуацию к лучшему, но позволяла хотя бы спрятать лапы в карманы, сохраняя остатки тепла в теле.       Однако Рика волновало вовсе не то, что он рискует простудиться — он забрался на крышу через чердак подъезда, потому что некая неосознаваемая часть его психики, оставшаяся ещё от диких предков, притягивала волка, словно магнит, к постепенно смыкающемуся лунному диску. Полнолуние наступало на пятки.       Конечно, эта история повторялась каждый месяц, сколько он себя помнил со времён, когда ещё был волчонком, и на занятиях его учителя подробно объясняли, как справляться и контролировать своё состояние, не доводя до агрессии, не поддаваясь на зов инстинктов.       Но в этот раз молодой волк находился не в самом здоровом эмоциональном состоянии на фоне стремительно нарастающей среди всего населения города тревоги, и тревога эта, казалось, передавалась друг другу по воздуху словно какой-то инопланетный вирус. Последние события в местах, где он проводил всю свою жизнь, давали полного хода всем тем мыслям, которые в былые времена и в голову никому даже прийти не могли.       — «Нет уж», — подумал про себя волк, — «В этот раз к чёрту все эти медитации, эти аутотренинговые бредни, всю эту чепуху, мне нужно срочно избавиться от этого напряжения., дать волю своей природной сущности, хотя бы на время, иначе эта взвинченность точно до добра не доведёт! Так пусть на сей раз эта чёртова луна поможет мне освободиться!».       Вздрогнув от очередного порыва ветра, волк медленно поднялся на задние лапы и зашагал прочь, покидая крышу серой панельки тем же путём через чердак подъезда, которым и выбирался на неё.

***

      В съёмной квартире Рик проживал один, с того самого момента, как ему удалось съехать от родителей, правда, не так давно, он даже не знал, кто его соседи. Однажды, возвращаясь с работы домой, по пути на свой этаж он столкнулся в лестничном пролёте с молодой симпатичной самкой ирбиса, но быстро отвёл взгляд в сторону, не успев даже толком её рассмотреть. Вероятно, это и были его новые соседи, знакомству с которыми он всё никак не давал повода состояться.       В этот по-осеннему холодный октябрьский вечер Рик, как обычно добравшись с работы, быстро переоделся и бросил на плиту жариться купленное по пути мясо (искусственного, разумеется, происхождения), — учёные давно научились синтезировать подобные штуки, так как они по-прежнему оставались необходимой частью повседневного рациона хищников.       Пока еда готовилась, Рик забрался в душ, чтобы немного согреться и успокоиться, но в этот день с самого утра его нервное состояние только набирало обороты, и причина была ему хорошо известна. На его лунном календаре, висящем в комнате, последний день перед полнолунием был отмечен маркером ещё вчера, стало быть, сегодня Охотничья луна взойдёт над мрачной чертой городских рельефов, и не то что заснуть — спокойно сидеть на месте едва ли выйдет…       Закончив ополаскиваться, волк выбрался из ванной и, прошлёпав босыми лапами на кухню, принялся за свой ужин. Отрывая куски мяса острыми зубами, он ещё раз подумал о том, что уже пару дней как не выполнял всех положенных накануне таких событий медитативных техник. Стало быть, ещё немного, и организм его будет готов отобрать контроль над рассудком, заставляя метаться из угла в угол с учащённым сердцебиением…       Однако Рик всё продумал заранее и не опасался за то, что сможет нечаянно кому-нибудь навредить. Он уже не в первый раз забирался на крышу своего дома, благо подобранная отмычка позволяла ему это делать когда вздумается, всё равно по вечерам никого из жильцов не интересовало, что происходит у них над головой. Никаких камер в его доме, построенном ещё три поколения назад и до сих пор стоящем в очереди на модернизацию, также не было.       Места для акробатических этюдов на крыше хватало с головой, поэтому беситься ему там всю ночь никто запрещать не станет. Во всяком случае, так думал сам Рик. Тем более, завтра у него выходной, и не нужно беспокоиться за проблемы с недосыпом на работе. В общем, одни плюсы, значит — решено, пора собираться!       Покончив с трапезой, волк забросил посуду в раковину, и, не заморачиваясь с её помывкой, бросился в коридор, быстро надев куртку и джинсы, сунул лапы в кроссовки и через несколько минут оказался в привычном месте, откуда весь город до горизонта смотрелся как на ладони.       Подняв морду к небу, молодой самец увидел то, что и ожидал: огромная жёлтая Луна торжественно заняла своё место, излучая волшебное сияние на всю округу. Буквально своим животным нутром волк ощущал её величественное, неподвластное его воле влияние, потоками необыкновенной энергии растекающееся по всему его телу, достигая самих кончиков ушей, хвоста и подушечек на лапах.       Приходя в это волнительное состояние перевозбуждения нервной системы, волку становилось всё труднее удерживать себя от спонтанного порыва броситься навстречу ветру, покувыркаться в воздухе, оттолкнувшись лапами от любых поверхностей, что попадались рядом. В конце концов, ему хотелось громко завыть во всю глотку!       Ещё некоторое время потратив на нерешительность (всё-таки годами внушенные обществом нормы того, как себя вести положено, а как — нет, нельзя просто взять и отключить по щелчку пальцев), волк попереминался с лапы на лапу, сделал глубокий вдох, и, разбежавшись, подпрыгнул высоко в небо, на секунду как бы загородив собою пропитанную «мистической» силой причину наступающей «лихорадки».       — «Чёрт, до чего же это классно!», — подумал волк, — «И почему я раньше сдерживал себя, замыкаясь на глупых ограничениях, внушаемых кем-то со стороны? Безумие даёт нам возможность расправить крылья… И что если я устал постоянно сдерживаться, что если пришла пора одичать, хотя бы на время?».       Надолго этого потока сознания не хватило: тело Рика само просило всё большего раскрепощения, полной свободы в движении, как будто что-то первобытное старалось вырваться у него из груди наружу… Уже плохо отдавая отчёт своим действиям, волк скинул с лап кроссовки, расстегнул куртку, и отшвырнув их в сторону, помчался наверстывать круги по периметру крыши, не забывая при этом громко подвывать, уже не стесняясь и не обращая внимания на возможные неудобства, которые он принесёт своим и впрямь безумным поступком окружающим. Всё-таки на дворе уже наступала ночь, а значит, близилось время отхода ко сну.       Как раз в это время в открытое окно квартирки на девятом этаже донеслись грохот, как будто кто-то ударяет чем-то тяжёлым по металлу, и волчьи завывания (настоящие животные звуки, а не поток бранной лексики, как это стало давней недоброй традицией под окнами в этом (да и любом другом) районе города — особенно по вечерам).       Ничего не понимающая самка снежного леопарда, та самая, что повстречалась Рику однажды на лестничной клетке, перекинулась удивлённым взглядом со своей подругой — такой же молодой тигрицей, сидящей напротив неё на кухонном стуле. Девчонки собирались сегодня так же лечь спать попозже, потому как выходной был не только у одного Рика, и планировали вместе провести вечер за просмотром какого-нибудь сериала, да поболтать обо всём и вообще как-то вместе спасаться от повсеместно сжимающегося кольца тревоги.       — Да что там за чертовщина происходит? — воскликнула недоумевающая от внезапно раздавшихся у них практически над головой «нечеловеческих» звуков Тая (так звали ирбиса), — неужели какие-то пьяные подростки смогли выломать замок на чердаке и забраться на крышу?       Её собеседница лишь неопределенно пожала плечами в ответ, также находясь в полном замешательстве.       — Думаю, стоит сходить проверить, да разогнать эту шпану, — наконец заключила ирбис после непродолжительной паузы. Стоит отметить, что Тая и её подруга Лесси (так звали тигрицу) в этом году с успехом завершили своё долгое обучение в медицинском институте, и обе начали свой трудовой путь в отделении интенсивной терапии и реанимации одной их местных больниц. Поэтому навыки обращения с беспокойными пациентами были ими получены ещё со времён институтских стен, а работа помогла закрепить полученные знания на практике.       — Я не хочу там мёрзнуть, — ответила ей подруга, — поорут, да сами угомонятся, просто прикрой окно, и пойдём уже смотреть сериал. Тем более, как ты собираешься туда попасть, они же наверняка заблокировали проход на такой случай.       Самка снежного барса ненадолго задумалась, но решительность её всё же оставалась непоколебимой — она явно не собиралась оставлять это дело на самотёк. Она переехала сюда из более неблагополучного района и не понаслышке знала, что в таких случаях безобразие может продолжаться далеко за полночь, к тому же эти «дикие» крики, грохот и вибрации напрягали чуткие кошачьи уши и не давали ей сосредоточится на приятной части этого вечера. На которую она вполне имела право и по закону, и по совести. Так что придется брать конфликт в свои лапы, даже если ей предстоит заняться этим в одиночку — характер позволяет, а уговаривать кого-то помочь она не имела привычки.       — Тогда оставайся и жди меня здесь, — заключила Тая, направляясь в коридор. Быстро собравшись, ирбис выскочила за дверь, осторожно поднялась до лестницы на чердак и вскоре обнаружила, что крышка люка, ведущего прямо на крышу дома, прикрыта лишь для вида — замка на ней не было.       — «Ну сейчас вы у меня получите», — пронеслось в голове самки, пока та осторожно поднималась, цепляясь когтями за края поверхности шахты. Выбравшись наружу, молодую кошку чуть было не сбил с лап сильный порыв ветра, в эти минуты, казалось, усилившегося до стука в зубах. Но никакой ветер, естественно, не мог сравниться по силе с её кошачьей ловкостью и грацией — всё-таки инстинкты, доставшиеся от диких предков, знают своё дело.       Ещё раз внимательно прислушавшись, самка изучила обстановку, стараясь определить из какого направления доносятся эти странные звуки. Пройдя вдоль короткого ряда вентиляционных труб, её зоркие глаза уловили какое-то движение чуть дальше кирпичных пристроек возле антенн. Пригнувшись, как подобает кошке, ирбис стала подкрадываться к тёмному силуэту, чтобы застать врасплох нарушителя спокойствия. Но, явно не дожидаясь её «нападения» из засады, фигура стремительно помчалась на противоположную сторону крыши.       Самке всё же удалось разглядеть в проскочившем мимо силуэте молодого самца — волка — примерно её возраста… Но она никак не могла понять, как он здесь оказался, что он один здесь делает, и вообще… какого чёрта тут происходит?!       Немного замешкавшись, ирбис всё же набралась смелости и, прикинув траекторию перемещения соперника, быстро выскочила перед ним, опираясь по-кошачьи на все четыре лапы, затем выпрямилась, и её зрачки ещё больше округлились от удивления, когда она узнала в незнакомце ни какого-то пьяного подростка, а своего соседа этажом ниже, имени которого, ввиду отсутствия знакомства, она само собой тоже не знала. И по сути, вообще ничего о нём не знала. До этого момента.       — Ты?.. — растеряно воскликнула ирбис, — что ты тут делаешь? Зачем ты носишься, как сумасшедший по всему дому, и мешаешь нам и всем жильцам спокойно отдыхать?       Рик остановился перед самкой как вкопанный. Он явно не ожидал, что кто-то не поленится оторвать свою задницу с теплого дивана в такой холодный вечер, только для того, чтобы прочитать ему, уже давно взрослому волку, мораль о том, как себя вести нельзя.       На секунду волк также растерялся, но его связь с Луной уже была настолько прочно установлена, что вернуться «в сознание» мгновенно было просто невозможно. Это всё равно что пытаться разговорами привести пьяного в чувство.       Глаза Рика полыхнули недобрым огоньком, и он весь сжавшись, приготовился «бежать или сражаться». Спустя мгновенье, ощущая что теперь в спокойствии его всё равно не оставят, он решил что пускай эта наглая кошка с ним посоревнуется в силе и скорости, раз уж сюда заявилась.       Оставив вопросы снежного барса без ответов, волк лишь протяжно завыл и резким движением развернулся, продолжив своё «родео» по поверхности труб, запрыгивая на щитовую и быстро скрываясь из виду.       — «Да какого чёрта, в конце концов?!» — уже почти ругаясь, оскалилась ирбис, пытаясь понять, что ей делать дальше и как всё-таки остановить безумца. Или, может, он просто под наркотой?       — «Да, вероятно он чем-то закинулся, и перестал себя контролировать. Вот ещё, только наркоманов мне здесь не хватало!» — думала про себя самка. — «В любом случае, если сейчас вызывать полицию, они по-любому не приедут, всё будет как обычно, никого же не убивают»…       Нужно признать, ей было страшно в одиночку пытаться остановить взрослого самца волка, ведь задача не то чтобы из лёгких и безопасных, как раз наоборот… Но она по жизни не привыкла, во-первых, отступать назад, а во-вторых, какие-то навыки обезвреживания «буйных» пациентов у неё всё же имелись…       Ирбис не стала сразу гнаться за волком, от которого не знаешь чего ожидать. По крайней мере, оружия при себе она у него не заметила, и это хорошо. Скорее всего, она окажет всему дому и себе с подругой неоценимую услугу, если сможет приструнить негодяя до момента, пока он не придет в себя. Но ей нужен был план.