Что ты теперь будешь делать?

— Что ты теперь будешь делать? Этот вопрос касался всех, кто находился в комнате, но был адресован лишь одному. — Я не зна', Вентресс — с заплетяющимся от выпитого алкоголя языком ответил Энакин, — что бы ты делала на моём месте? — Я бы завалила свой ебальник и съебалась к криффам на самое дно Внешних кругов, — Вентресс раздражённо закатила глаза. О, она была раздражена. На её тихую голову, которая лишний раз не высовывались из своей квартиры и никогда не светилась в СМИ, свалились два придурка. Придурка, которые предали Республику и Империю в придачу. Придурка, которые нарушили всё возможные правила Кодекса Джедаев и Пастулаты Ситхов (которые Вентресс знала наизусть). Придурка, один из которых в данный момент сидел пьяный у стены со своим дроидом, а второй облокатился на дверной проём и курил. Идеальная пара, нечего сказать, — а что бы ты делал, Кеноби? — Кто из нас? — дым из ухмылки Оби-Вана смотрелся как-то… нет, не неправильно. Непривычно. Не по-джедайски. — Из вас двоих признаки интеллекта подаёшь только ты, — Ассажж сделала глоток своего датомирского пойла, — разве не очевидно, к кому я обращаюсь? — Будь я один, я бы застрелился или проткнул себя световым мечом, — Вентресс была близка к очень громкому, невероятно неприлично у смеху, но из её уст вылетел лишь смешок, — нет, не тем, о которым ты сейчас думаешь. — Тебя бы это вразумило, Кеноби. Любовь ослепляет. — Я полностью не согласен с тобой. Любовь — это… — Не спорь со мной, — перебила Ассажж, — Любовь — это слабость, а вот жёсткий трах со всеми возможными кинками всегда идёт на пользу. — Я склонен согл’ситься с посл’едним утв’ерждением, а вот с п’ервым…– Энакин, как собственно и всегда, хотел вставить свои пять копеек. Это… слишком по-скайуокеровски. Слишком привычно для таких больших перемен. Ордена Джедаев нет. Палпатин — лорд Ситхов. Вместо Республики — Империя. Энакин и Оби-Ван не могут встать на на одну из сторон, потому что Энакин теперь не Скайуокер, а Скайуокер-Кеноби и не может терпеть те крайности, в которые впадают и джедаи, и ситхи. Мнение Оби-Вана, собственно, не отличалось от мнения его супруга. И сейчас, после всего, они оба совсем не по-джедайски растеряны. Наступила Серая эпоха для Энакина Скайуокера-Кеноби и Оби-Вана Кеноби. А вот как быть частью Серой эпохи оба не знали. И конечно, лучшим советчиком в данной ситуации была одна весьма интересная особа. Она не была ни ситхом, ни джедаем. Она была отпрыском Силы. И это была Ассажж Вентресс. Её поиски заняли достаточно много времени, потому что Империя (Республика) была слишком необъятных размеров, а о Внешних кругах вообще стоит промолчать. В итоге, сквозь световые года, побегов от клонов, местной полиции и экзистенциальные страдания, Ассажж была найдена. Теперь она жила на планете, в названии которой больше цифр, нежели букв. Но так было лишь для компьютеров. Жители этой планеты называли её «Серым домом». Очень мало людей были осведомлены о ней. Лорд Ситхов так же не подозревал о ней благодаря разного рода защиты, чего уж говорить об Энакине и Оби-Ване. И сейчас супруги донимали Вентресс своими тупыми вопросами на счёт будущего. Какие могут быть разговоры о будущем, если оно настолько смутное, что даже самый густой туман не сравнится с этой мутью? — Так что ты будешь делать, Энакин? — Ассажж в упор смотрела на пьяно улыбающегося Энакина, — этот старый придурок не хочет бросать такого долбоёба, как ты. Теперь ты обязан ему как минимум планом вашего ближайшего будущего. — Куплю здесь квартиру, устроюсь баристой в кантине и буду любить своего мужа. Да, любовь — это действительно единственное, что у них осталось. Ничего из того, что диктовал Кодекс. Только любовь. И теперь им предстоит преобрести новое, потому что восстановить старое уже невозможно. Да и не нужно.