Только раз в году

На день рождения Эдди позвал гостей — Стива, Нэнси, Робин, а так же весь клуб Адского Пламени. Требовалось накормить всю эту ораву и желательно как-то развлечь. Эдди решил совместить приятное с полезным. Когда все собрались и принялись ставить по очереди свои кассеты — музыкальному вкусу именинника никто не доверял — Эдди тихонько подозвал Гарета и прошел с ним в ванную. В раковине лежали пирог, розовая глазурь, пищевые блестки, ванилин, растительное масло и воронка для заливания бензина. Эдди вытащил воронку и масло и сказал Гарету: — Смешай все это, пожалуйста, в однородное месиво. Гарет пожал плечами и начал разминать пирог рукой, щедро посыпая его оставшимися ингредиентами. Эдди же нужно было заняться другим — он стащил штаны с трусами до колен, оперся одной рукой на бачок унитаза, а другой, щедро смазанной маслом, принялся растягивать себя. Гарет посмотрел на него в зеркало и ничего не сказал. Он уже привык к выкидонам Эдди, поэтому просто продолжил смешивать пироговую кашу. Эдди, наконец, убедился, что достаточно растянут, и вставил в себя воронку до упора. — Заталкивай все внутрь, — сказал он Гарету. Гарет пожал плечами и начал пропихивать Эдди в задницу розовое месиво. Сначала дело не шло, потом Гарет додумался использовать ручку расчески, валявшейся на раковине, и минут за пять справился. Эдди с кряхтением вытащил из себя воронку, натянул штаны, дождался, пока Гарет помоет руки, и вышел из ванной. Он подошел к магнитофону и поставил Металлику, Кукловод. Все протестующе закричали. Но Эдди только покачал головой и вышел в центр комнаты. Когда начался бит, Эдди начал мотать головой в такт и делать вид, что играет на гитаре. Он скакал так по комнате какое-то время, но потом почувствовал, что пора. Он мгновенно стянул с себя штаны с трусами и на первом же «мастер, мастер» чуть присел и, продолжая мотать головой, потужился. Всюду полетели розовые брызги с блёстками. Сказать, что все охуели, — это было бы ничего не сказать. Все гости будто по команде замерли с открытыми ртами, не в силах поверить, что они лицезреют. И только Гарет улыбался. Эдди Мансон был настоящим панком в его глазах. Это было ошеломляюще, но это было круто. Эдди присел еще один раз, и розовое месиво кусками начало вываливаться из него. Восьмиминутная песня все играла, не желая заканчиваться, и время для всех участников этой сцены растянулось до бесконечности. Гарет в этот момент решил, что все недостаточно охуели, и что этот перформанс можно сделать еще круче. Он подбежал к Эдди и принялся есть пирог, выпавший из него, прямо с пола. Эдди, увидев это, улыбнулся Гарету. Гарет тоже просиял. И тут песня закончилась. Эдди поклонился зрителям. Пару минут все сидели в тишине. — Эдди, — подала первой голос Робин, — что это за хуйня? — Это так, просто чтобы сделать этот день незабываемым, — отмахнулся Эдди, натягивая обратно штаны. — Такое, блядь, забудешь, — сказал Дастин. Эдди подмигнул ему. Сюрприз точно удался.