Он/Она

Через несколько часов он проснулся, всё так же сжимая в руках подушку. Привыкший либо к бессоннице, либо к непрекращающимся кошмарам, Нео отметил, что эта ночь выдалась на удивление спокойной. Его сны на этот раз были очень приятными – он не мог вспомнить подробностей, но после пробуждения почувствовал непривычное тепло, разлившееся по всему телу. Кажется, во сне он видел женщину, очень похожую на Тринити, и её лицо было освещено… мерцанием свечей? Как странно. Сладко потянувшись, он встал с кровати и направился в душевую. Проходя мимо главной палубы, Нео услышал голос Тринити и, невольно расплывшись в улыбке, направился туда, чтобы с ней поздороваться, но вдруг остановился перед входом как вкопанный. Она сидела к нему спиной и смотрела на монитор, на котором появилось изображение незнакомого для Нео мужчины. - Здравствуй, дорогая, - раздался его радостный, немного искаженный динамиками голос. – Давно не было от тебя вестей. У Нео что-то неприятно кольнуло в сердце. - Здравствуй, Призрак, - в её словах слышалась нежность.- У нас было много работы. Но не думай, что я про тебя забыла. Наоборот, сейчас мне бы очень пригодились твои мудрые советы… Тринити вздохнула. Мужчина что-то ответил, но Нео не разобрал слов. На его глазах непроизвольно выступили слёзы, и он поспешил в душ, боясь, что кто-нибудь увидит его в таком состоянии. Встав под струю холодной воды, Нео попытался прийти в себя. Он физически ощущал, как сердце в его груди разрывается от боли. На что я вообще надеялся? Конечно, у Тринити есть возлюбленный. Не мог не быть. В его горле опять сжался комок, и на глазах снова появились предательские слёзы. Он никак не мог совладать с собой, и это пугало. Будучи всю жизнь крайне спокойным и даже отстранённым от других людей, Нео первый раз в жизни почувствовал такую острую вспышку ревности. Его трясло, как захваченного гормональной бурей подростка. Впрочем, он и был подростком – по меркам своей новой, второй жизни. Может, дело было в этом? Бурные, неконтролируемые реакции на мелкие раздражители – классический признак пубертата. Если в этом и была правда, то лишь половина. Кое-как взяв себя в руки, Нео вылез из душа и вновь направился на главную палубу. Тринити там уже не было. Вместо неё в операторском кресле сидел Тэнк, а рядом с ним стоял Морфеус. - Привет, приятель! - как всегда дружелюбно встретил его Тэнк. - Что-то ты какой-то опухший, видать совсем не спишь. Смутившись, Нео кивком поприветствовал обоих мужчин. Морфеус дружески похлопал его по плечу. - Я слышал о твоей вчерашней тренировке с Тринити. Впечатляюще. К счастью, внезапный возглас Тэнка избавил Нео от необходимости отвечать. - А у нас тут весточка от Логоса, сэр! Капитан Ниоба просит о встрече. Морфеус нахмурился, и на мгновение в его глазах промелькнула печаль. - Скажи ей, что сейчас для этого нет возможности, - сухо ответил он. – Передай привет Призраку и Спарксу. Оператор понимающе кивнул. У Нео перехватило дыхание. - Кто такой Призрак? – выпалил он. - Это очень интересный парень! Разговаривает как Магистр Йода – лично мне сложно слушать его философскую болтовню. Но вот Тринити в нём души не чает, - сказал Тэнк. Нео изо всех сил сжал челюсти. - Призрак служит на Логосе. Он первый помощник капитана Ниобы и отличный солдат. Я освободил его из Матрицы в один день с Тринити. Они очень близки и называют друг друга братом и сестрой, - добавил Морфеус. Братом и сестрой? Тяжелый камень, который лежал на плечах Нео, скатился вниз. Ему срочно захотелось увидеть её. - А где сейчас Тринити? – спросил он, стараясь скрыть своё волнение. - Кажется, ей что-то было нужно в медицинском отсеке… Нео направился туда, до конца не понимая зачем. Открыв дверь, он ахнул от удивления. В углу, на одной из кушеток он увидел мирно спящую Тринити. Возможно, принятая таблетка подействовала слишком рано, и она уснула прямо здесь. А может быть, она так устала после ночного дежурства, что даже не дошла до собственной кровати. Нео подошел к ней поближе и невольно залюбовался: никогда прежде он не видел её лицо столь безмятежным. Несколько секунд он боролся с желанием поцеловать её, но, с усилием отвернувшись, он вытащил из ящика тонкое одеяло, заботливо укрыл её и ушёл.