Вместе 24/7... за что?!

Закрыв за собой дверь, Нуар метнулся к клетке, которую купил по пути сюда (когда бронировал номер в гостинице) вместе с милым обитателем – бело-рыжим хомячком. Сперва он хотел выбрать что-то более симпатичное вроде золотой рыбки или попугайчика, но увидел, как девчонки умилялись при виде хомячков, и решил взять одного из них. Пожилая продавщица всё это время смотрела на него как на придирчивого клиента, перебирающего меню ресторана: жареная рыбка, тушёные улитки, запечённая дичь или мышки, томлёные в сметанном соусе. Но она мигом подобрела, когда Нуар пошутил, театрально облизнувшись, что каждый день будет приходить сюда и выбирать себе обед. После услышанного сомневающиеся посетители зоомагазина незамедлительно раскупили всех зверушек и птичек, которых он так придирчиво рассматривал, а касса, распухшая от купюр, еле закрылась. И вот сейчас герой пожалел, что выбрал не рыбку, которая бы так глупо не сбежала. Почесав в затылке, он достал из кармана кусочек сыра, припасённый для квами, и положил его в центре комнаты. Результат последовал почти сразу: под диваном зашуршало и оттуда выбежал маленький молодой хомячок, который был немедленно пойман и посажен за решётку. Нуар насыпал ему ещё корма из пакетика и проверил наличие воды, а затем с выражением победителя на лице вышел к напарнице. – Я победил эту мышь! – гордо заявил он. – И где же она? Ох, ты её съел! – Кот подавился воздухом и закашлялся, как будто бы подтверждая версию, что подавился мышиным хвостом. – Не ожидала от тебя... – ему не хотелось портить утренний сюрприз, поэтому он кивнул и пошёл к графину, попить водички, чтобы смягчить кашель. – Эта мышь больше не придёт, обещаю, можешь спать спокойно. – В каком смысле «эта»? Есть и другие? Мэр развёл грызунов у себя дома? Нелепо! – Ледибаг с ногами забралась на кровать. – Н-н-нет, я туда больше не войду! – Ну, хорошо, давай я буду спать на диване, а ты – здесь, – он подумал и дополнил, – если не боишься, что в этой комнате появится вторая мышь, – его глаза сверкнули зелёным светом. – Просто не выключай свет, и тогда они не выйдут из тени. Спокойной ночи, – он отправился спать. – Стой! Я не смогу спать при свете! А вдруг одна из мышей уже сидит под кроватью? – Леди дико засмущалась, но всё же озвучила свою новую просьбу. – Ты не мог бы перенести диван в эту комнату и спать тут? – напарник вздохнул и вернулся в смежную комнату. – Как видишь, диван через дверь не проходит, – констатировал Нуар, не преуспев в пропихивании дивана через слишком узкий дверной проём. – Придётся тебе спать одной, – он нарочно сделал паузу, ожидая логичного завершения этого вечера в пятнистых объятиях. – Ты специально это подстроил, – недовольно сопела Леди, – я не поверю в то, что это чистая случайность. – Честное кошачье! На этот раз всё получилось совершенно случайно! – На этот раз? – ушки виновато прижались. – Та-а-ак... – от этого тона к ушкам добавился поджатый хвост. – Я буду спать на полу у камина, – опустив голову, он стянул плед с дивана и прошёлся мимо сидящей на кровати Ледибаг, ловко постелив себе и свернувшись калачиком напротив электрокамина. Вид тихого несчастного котёнка, безмолвного и покорившегося судьбе, который не просто терпел её причуды, но и пытался как-то разнообразить и улучшить их быт, чтобы не жить на улице, совершенно не соответствовал образу супергероя, любившему рисовался перед телекамерами. Ледибаг почему-то резко стало жалко его, незаслуженно обиженного после того, как он спас её от страшной саблезубой мыши! Девушка посмотрела на огромную кровать, на краешке которой она сидела, на сжавшегося в чёрную капельку напарника, сиротливо улёгшегося на коврике, и решила сменить гнев на милость, хотя сама же несколько дней назад решила извести парня своими капризами. Сама не понимая мотивации следующего поступка, она подошла к Коту и осторожно взяла его на руки как настоящее домашнее животное, вместе с пледом-подстилкой, и куда-то понесла. У того хватило ума промолчать и не отпускать дурацких комментариев по поводу происходящего, особенно когда с ним носились на руках и могли уронить. Когда тонкие руки опустили его на мягкую кровать, укрыли вторым пледом и слегка потрепали по макушке, напарник издал негромкое урчание, что привело девушку в полный восторг. – Ты такой милый, когда не строишь из себя крутого супергероя, – хихикнула она, а громкость мурчания возросла, – как молчаливый ручной котик можешь поспать на углу кровати Хранительницы и поохранять её сон от всяких напастей. Ты поймал ту ужасную мышь, и я тебе очень благодарна. Мурррси, мой спаситель, – красная перчатка почесала за накладным ушком. – Только другим не говори, что первая героиня Парижа боится мышей, а то я провалюсь со стыда. – Обещаю, что это останется нашим маленьким секретом. А теперь давай спать, ведь новый акума может появиться в любой момент. Муркрасной ночи, Миледи. – Спасибо, и тебе того же, – Ледибаг улеглась в противоположном углу кровати, на подушках: принадлежность лишь одному парню в мире не позволяла ей лечь ближе.

***

Наутро расстановка сил красных и чёрных на кровати сильно поменялась: теперь Леди спала, свернувшись клубочком на одной из подушек, а на остальной части кровати спал Кот. Девушка, отдавшая ему свой плед, проснулась от того, что подмёрзла. Уже пожалев о своём вчерашнем решении, она решила воспользоваться свободной ванной, но для этого ей понадобился супершанс. Лениво подкинув йо-йо чуть выше подушки, героиня призвала суперспособность. Ей выпало тёплое пушистое одеяло. Оно было таким приятным и манящим, накрывшим Ледибаг с головой, что девушка вновь задремала. Проснулась Маринетт от резкого звука – что-то громко хлопнуло в соседней комнате. Неужели акума? Она хотела вскочить, побежать туда и посмотреть, что же случилось, но вдруг обнаружила, что её одеяло дематериализовалось и она лежит на кровати в полном одиночестве и совершенно ничем не прикрытая. Срочно схватив лежащий рядом плед, она спрятала свой стыд. «Он всё видел! А я даже не знаю, кто этот «он», потому что сама не хотела этого знать!» – щёки горели и всё тело пылало жаром. Казалось, накрывавшая её ткань вот-вот задымится. Тихая паника смешалась с чувством глубочайшего стыда: её раскрыли! Не так она думала раскрыться в прямом и переносном смысле, совсем не так. – Тикки? Тикки, ты тут? – тихонечко позвала она, но ответа не получила. Маринетт в срочном порядке проверила серёжки – на месте, тогда где её квами? Наверняка в соседней комнате, чтобы не будить весь отель истеричным смехом над самой невезучей за все века подопечной! С этим предстояло разобраться чуть позже, поскольку другие потребности организма заставили девушку подняться с кровати и, став похожей на привидение с накинутым на голову пледом, прогуляться до комнаты уединения. Она смотрела только себе под ноги, опасаясь, что может столкнуться там со своим напарником в костюме отнюдь не кота, а, скорее, Адама... Но вот на кусочке пола, видимом под ногами, она заметила кончик знакомого чёрного ремешка. – С добрым утром, любимая, – промурлыкал он, зная что может говорить сейчас всё, что душе угодно. Йо-йо больше не висело над ним дамокловым мечом. Маринетт снова воспламенилась, осознав, что стоит без одежды рядом с горячим супергероем, затянутым в сверхоблегающий костюм, и кроме них двоих в номере отеля никого нет. Об этом мечтала каждая парижанка её возраста, но только не Маринетт. Она резко сделала несколько шагов в сторону, и тут её крепко обхватили руками и прижали к себе. Девушка хотела было возмутиться, но всё, что у неё вышло, так это издать тихий писк. – Три шага влево и затем два вперёд, – прошептал ей на ушко знакомый голос, от которого сейчас пробежали мурашки по всему телу, чего никогда не случалось ранее. Она как под гипнозом, направляемая напарником, выполнила его команду, после чего услышала щелчок за своей спиной. Посмотрев на окружение через щёлочку в пледе, Маринетт поняла, что добралась до вожделенной комнаты. Закончив утренние водные процедуры, девушка вспомнила, что кое-кто вчера закинул её вещи в стиральную машинку. Поспешив к ней, девушка замерла прямо напротив дверки: индикаторы показывали, что всё постиралось и даже высушилось – хвала современным технологиям! Но хотела ли она узнать, что лежит там, помимо её одежды? Немного поколебавшись, отважная героиня сегодняшнего «нудистского утра» потянула дверку на себя. Первой вывалилась родная маечка, а сразу вслед за ней чёрный носок, явно не её размера. Она подняла его двумя пальцами и положила на тумбочку рядом. Покрутив барабан, девушка вытянула шортики, но не стала их надевать, поскольку никак не могла найти другой, самой маленькой вещицы из своего гардероба. «Да где же они?» – пыхтела девушка, вороша бельё. – «Может, пойти и полюбопытствовать у Нуара, не надевал брал ли он мои трусики? О, нет, только об этом я его не спрашивала! Да я сгорю со стыда раньше и сожгу при этом отель, пока месье Эссенпи в отпуске!» Она решила перестать играть в гинеколога, пытаясь через окошко рассмотреть содержимое барабана стиральной машинки, и вывалила всю одежду на тумбочку, после чего поиски продолжилась при нормальном освещении. Вероятность, что она может узнать что-то лишнее о напарнике, уже не так сильно заботила её как тот факт, что на ней, кроме тапок и майки, ничего не было надето, а время до трансформации неумолимо тикало. В вываленной куче оказалась чёрная футболка с тремя яркими цветными полосками, показавшаяся смутно знакомой. Тут же были хлопковые светло-серые брюки, довольно свободного покроя, с завязочками на поясе – в таких, скорее, будешь ходить дома, чем по улице. Чёрный носок почему-то по прежнему был одинок, а женские трусы так и не находились – неужели этот Котяра таки присвоил их? Извращенец! Но вот из штанины выпал ещё один комок – боксёры с... Этот логотип будущий дизайнер ни с чем не могла перепутать: буква G внутри круга могла принадлежать только одному модному дому. Её рука потянулась к горловине футболки – там на ярлычке красовался всё тот же узнаваемый логотип. Значит, тот, кто носил эту брендовую одежду, действительно был из семьи с как минимум средним достатком. Маринетт развернула мужские трусы, и из них выпали две недостающие до комплекта вещи: второй носок и её нижнее бельё. Наконец-то одевшись, девушка натянула на голову плед и не успела выйти из ванной, как трансформировалась в Ледибаг, поскольку Тикки вернулась откуда-то издалека. – Миледи, если ты закончила умываться, то, позволь, я займу эту комнату. Мне тоже хотелось бы переодеться, точнее, просто одеться, – она сделала два шага вперёд и три вправо, после чего её опять схватили. Надо же, этот нахал не испугался йо-йо, появившегося на поясе. Быть может, он элементарно не заметил его под накидкой? – Сними с головы плед, иначе ты снова можешь набить себе шишку. А фиолетовый синяк на красном фоне – это неприемлемое сочетание цветов. Несмотря на то, что девушка сейчас воспринимала себя как Ледибаг, бесстрашную и непокотлюбимую героиню, от его объятий, сопровождающихся вот таким негромким голосом над самым ухом, колени таки начинали немного подгибаться и мурррашки снова забегали под костюмом. От невольного котомбура она пришла в себя, осознав, что её давно никто не обнимает и не прижимает к себе – приятное тепло ушло вместе с напарником в ванную комнату, щёлкнув задвижкой на прощание. Она медленно стянула плед на плечи и посмотрела в сторону закрытой двери в ванную, за которой раздался плеск воды. Потом она обернулась и увидела на стене массивную бра, с рогульками, торчащими прямо на уровне её головы. Кто догадался повесить светильник неоправданно низко, история умалчивала, но почему-то стало грустно от того, что недавние объятия были вызваны исключительно необходимостью уберечь девушку от столкновения с не видимым ею препятствием. Прямо так, не снимая пледа и шлёпая тапками по полу, Ледибаг поплелась на кухню, если это помещение можно было так назвать. Здесь было одно окно, круглый стол, накрытый белоснежной скатертью, сервант с посудой, френч-пресс с заваркой, аромат которой распространился на всю комнату, микроволновка, тостер, электрочайник, корзинка со столовыми приборами и салфетница. В принципе, для гостиницы, у которой был отдельный этаж-ресторан, такого минимализма было вполне достаточно. Обратив внимание на тарелку на столе, накрытую салфеткой, она подняла краешек ткани. Под салфеткой обнаружился неплохой набор из бутербродов, вафель и зефира, коробочки йогурта, персика и нескольких кусочков сахара-рафинада. Под сахаром лежала записка: «Это тебе, мы с Тикки уже позавтракали. Заварка на соседнем столе». Щёки Ледибаг снова вспыхнули, когда она вспомнила, в каком виде проснулась сегодня. Но Нуар держался, не подавая вида, что успел хоть что-то подглядеть. Девушка отложила записку, та перевернулась и показала приписку со второй стороны: «За чайником есть деньги, можешь спуститься в ресторан отеля. Я же собираюсь принимяуть полноценную ванну в гордом одиночестве». «Это... весьма заботливо с его стороны...» – Леди посмотрела за чайник и действительно нашла там несколько сложенных купюр. – «Но зачем он написал про ванну? Бред какой-то, ведь не буду же я за завтраком постоянно думать о том, что буквально за этой стеной... О нет! Негодяй, на это и был его расчёт!» – Привет, красавица, – через стену просочился Плагг, – ты тут мой сыр не встречала? – девушка ничего не ответила, а только сильнее покраснела, осознав, что теперь уж точно при всём желании не может перестать думать о пенной ванне и всём сопутствующем, а объятия были лишь разогревом её воображения. – Если бы я мог краснеть, – заявил чёрный квами, – то стал бы похожим на Тикки. Поэтому решил оставить своего подопечного одного, а то ещё заставит ему спину потереть, – поведя носом, летающий котёнок отправился к одному из напольных шкафов, оказавшимся холодильником. – Маринетт, не сочти за труд помочь мне вынуть эту голову сыра. – Да, конечно... а какую из? – она растерялась, увидев несколько голов сыра. – Вынимай все! Дальше я сам решу, в какой последовательности их поедать. Девушка послушно достала несколько сыров, загромоздив ими почти весь стол. Потом она помогла распечатать коробку с камамбером, ненавязчиво поинтересовавшись: – Скажи мне, милый котёнок, – пропела она, пододвигая камамбер своему редкому собеседнику, – когда твой хозяин сегодня проснулся, что он успел увидеть? – Когда меня так ласково просят, – квами запихнул в рот столько, сколько поместилось, – то я не могу отказать тебе, юная Леди, – второй огромный кусок сыра бесследно исчез в этой миниатюрной чёрной дыре. – Мой подопечный проснулся от длительного писка серёжек, увидел, что ты призвала удачу и, жутко смутившись, поспешил покинуть комнату. – Вот как? Это на него совсем непохоже, – задумалась Ледибаг, откусив бутерброд, – ведь твой подопечный чуть ли не с первых дней хотел узнать мою личность. – Да, но при этом всегда играл по-честному, – от камамбера не осталось даже крошек. – Он ждёт, что ты сама расскажешь ему. Помоги мне открыть теперь вот этот великолепный сыр, и тогда я расскажу тебе, откуда вчера в вашем номере появилась мышка, – заинтриговал Плагг. – Та-а-ак... То есть это не было случайностью? – глаза девушки распахнулись и она поспешила разрезать упаковку, чтобы успеть узнать как можно больше подробностей до того, как произойдёт спонтанная трансформация, грозящая отнять у неё такой ценный источник информации. – Вот тебе и честность... – Я тебе по секрету скажу, что мой хозяин был не меньше твоего смущён, когда ты сама предложила ему разделить кровать на двоих. Он не просто так сам решил спать у камина, поскольку после ночи на барже ещё долго не мог прийти в себя. – Надо же! Смущённый Кот Нуар, это что-то новенькое! – хихикнула она. – Минуточку... Значит тогда, на барже... – Скажем так, ты сама завалилась к нему в каюту и мой хозяин предпочёл прикинуться спящим, во избежание скандала, – щёки Леди вновь вспыхнули, который раз за это утро. – Вот-вот, именно такая реакция была у него, только ещё более выраженная. Он считает неправильным подобное положение дел, поскольку вы даже не знаете имён друг друга. – Не понимаю... Он против чрезмерной близости друг к другу и одновременно с этим стремится постоянно стать ближе... Где логика? – Ох, представь, что этот прекрасный сыр – ты, – квами поднял в лапках поданный ему очередной кусочек, – я восхищён абсолютно всем: видом, цветом, запахом и мечтаю, чтобы он стал частью меня, но... – Что «но»? Бери и кушай. – Представь, что он достался мне вот таким, без упаковки, и я не знаю, как называется этот сорт. Несложно догадаться, что это не камамбер, не рокфор и не маасдам, но мне всё равно придётся перепробовать другие сорта, чтобы отыскать среди сотен существующих в Париже сыров второй такой же божественно пахнущий кусочек, от которого был отрезан этот, поскольку от меня нарочно прячут его обёртку. Поэтому я не спешу, облизываюсь, любуюсь видом сыра со стороны, пересчитывая его очаровательно круглые дырочки, ведь стоит мне вкусить его, как я захочу ежедневно набивать свой живот только им и ничем другим: буду сходить с ума, лезть на стену, голодать... Другие сыры в красивой упаковке изнутри ужасны и порой червивы, и мне совершенно не хочется, чтобы эта гадость с заменителями и ароматизаторами попадала мне в рот! А ведь поневоле потребуется перепробовать и их тоже, – девушка задумалась. – Я буду вынужден изо дня в день изменять своему вкусу, чтобы однажды вновь встретить этот ни с чем не сравнимый, единственный в мире сорт твёрдого сыра, сведший меня с ума при нашей первой встрече. Скажи, останусь ли я счастлив, когда успешно завершу свои долгие поиски? – Опять не понимаю, даже если нет этикетки, как на этом кусочке, тебе достаточно спросить своего хозяина, в каком именно магазине и с какой полки он его брал, вот и всё! – Именно! Нужно или название, или место, но вредный подопечный дразнит меня и не хочет говорить! Он сказал, что я буду получать новую порцию лишь за своё хорошее поведение. А сегодня я повёл себя очень плохо, рассказав тебе часть его тайны, и скоро расскажу оставшуюся. Потому что лучше полностью уничтожить даже минимальную надежду на получение нового кусочка и никогда больше не есть этого сыра, чем довольствоваться малыми крохами от случая к случаю. – Постоянно дразнить тебя запахом купленного сыра и при этом не кормить, позволяя только лизнуть или потрогать его – это жестоко! Я бы так не поступила. – Неужели? – Плагг даже перестал кушать, с прищуром глядя на девушку. У той на лице отображался сложный мыслительный процесс. – Вот твой сыр, – она протянула ему всю упаковку, – я отрежу столько, сколько ты попросишь, а про мышь рассказывать не надо. Если твой хозяин захочет, то сам поведает, зачем её принёс. Квами погрустнел и покачал головой, оставив на тарелке предыдущий надкушенный кусочек. От другого сыра он тоже отказался, буркнув напоследок, что она сама должна понять очевидную причину такого его поступка. Просочившись сквозь стену, Плагг исчез, оставив недогадливую девушку наедине с тайной безымянного сыра. Она взяла второй бутерброд, налила себе почти остывшего чая и принялась завтракать. На глаза снова попалась эта дурацкая записка с сообщением, что её верный напарник отправился принимать тёплую ванну, и она подумала, что живёт как-то неправильно по сравнению с подругами: наврала родителям, что ушла вместе с супергероями по очень важному делу, написала Але и Нино, чтобы они за неё не волновались, а сама сейчас сидит в номере отеля и попивает чай в то время, как совершенно незнакомый парень принимает пенную ванну буквально за этой стеной после ночи, проведённой с ней практически под одним общим пледом. Второй такой ночи! Это была даже не сумбурная жизнь, а чёрт-те что. Она вдруг почувствовала себя бездомной героиней, заблудившейся в самом начале лабиринта почти не стартовавшей взрослой, самостоятельной жизни. Такой же ненужной и оставленной всеми, как внезапно ставший невкусным ломтик сыра, совсем свежий, ароматно пахнущий сливочными нотками, но от которого резко отказался маленький сыроед – единственный, кто с такой любовью описывал этот кусочек. Странное поведение: то утверждать, что жизни без него не мыслит, то строго ограничивать себя в чревоугодии, с сожалением оставляя даже то, что подали ему на тарелочке. К чему было разводить перед ней свою витиеватую сырную философию и уверять девушку в начале повествования, что он либо будет одним целым с этим сыром, либо останется голодным вообще, а потом взять и улететь? Цвет сырного ломтика напомнил ей светловолосую макушку, которую она видела перед собой на каждом уроке. Девушка вытерла рот бумажной салфеткой, а затем внезапно принюхалась к ней. Ей на секунду показалось, что салфетка пахнет тем же парфюмом, что и тетрадка Адриана, которую девушка часто просила у того на перемене, чтобы переписать прослушанное на уроке. Но – в тайне от всех – она не столько переписывала, уткнувшись в разлинованные листы бумаги, сколько наслаждалась этим неповторимым ароматом от Габриэля Агреста, к которому так некстати примешивался запах чего-то прокисше-молочного. Вот и тут был этот противный запах... Кажется, Плагг успел измарать сыром и эту салфетку, обломав девушке весь кайф. Этот квами невезения был частично виновен и в том, что она вынуждено разлучена со своим любимым, который в данный момент должен был сидеть на уроке мадам Бюстье в компании Али и Нино. Сколько дней она ещё не увидит его? Почему судьба так несправедлива к девушке? «Вдруг Кагами захочет вернуться к Адриану, и у них всё будет хорошо?» – такая мысль внезапно пролетела у неё в голове. – «Нет, не может быть! Ведь когда я оставила их с мороженым от Андре, Адриан первым делом побеспокоился, куда же я сбежала. Значит, они просто друзья. Но что будет, если новолуние не отменит действие зелья, а я на всю жизнь останусь Ледибаг?» – девушка подняла золотистый ломтик сыра и покрутила его в руках, прежде чем решиться положить обратно на тарелку. На глазах выступили нечаянные слезинки. – «Значит, чтобы не подвергать Адриана опасности, придётся забыть о нём и, как Мастер Фу, просуществовать оставшиеся годы, обнимаясь только с котоподушкой... Нет, даже не с ней, а с обычной подушкой в отеле, потому что дома жить не получится... Нет-нет, это исключено! Мои родители сойдут с ума, если я исчезну! Такое будущее ещё более ужасно чем то, в котором Ледибаг вынужденно становится женой Кота Нуара!» – Леди, опираясь локтями на стол, нервно запустила пальцы рук в свою причёску. Такой вариант совершенно не устраивал юную героиню: провести лучшие годы без Адриана казалось ей ещё более неправильным, чем поступок Плагга с безымянным сыром. – «Любопытно, что скажет Адриан, если я таки признаюсь ему в чувствах, не снимая маски, и мы начнём встречаться... А узнает ли он когда-нибудь от Тикки об этой нелепой истории? Будет ли он смеяться над тем, что я несколько дней прожила бок о бок с парнем, не зная его настоящего имени? И главный вопрос к моей удаче: почему мне посчастливилось провести внеплановый отпуск именно с Нуаром?!» – Миледи, не хочешь ли повторить для меня? – эта фраза заставила её подпрыгнуть на стуле и обернуться, чуть не опрокинув напиток. К счастью, чая осталось на донышке и она не облила ни себя, ни скатерть. За своими мыслями девушка не заметила, как напарник вошёл в комнату, вытирая мокрые волосы и промакивая накладные ушки махровым полотенцем. Кажется, часть размышлений она продолжила вслух. – Прости, что без стука. Ты звала, или мне показалось? – спросил Нуар, протирая последнее – четвёртое – ухо от остатков воды. – Показалось. У меня такое бывает, иногда произношу свои мысли вслух и... у меня вопрос. Почему ты держишь в секрете от квами название этого сыра? – она указала на нарезку. Кот опешил. – Ничего я от него не скрываю. Не знаю, для чего это он тебе сказал. С кем, как не с квами, можно делиться самым сокровенным? Между нами вообще нет секретов, потому что сложно утаить хоть что-то, когда постоянно живёшь с ним неразлучно, буквально 24/7 под одной крышей. – Ты живёшь с ним на чердаке? – Леди не отпускали размышления о сыре, поэтому многое она воспринимала буквально. – С чего ты так решила? – Ну... – тут она поняла, что поспешила с выводами и чуть не выдала себя, неверно поняв словестный оборот, – потому что крыша одна, если бы выше над комнатой был чердак, крыш было бы две, а вы живёте под одной... – Нуар реально завис с поднятым полотенцем в руке. – От такой логики реально оставшаяся крыша может поехать... но нет, у меня с нею всё в порядке, и живу я не как чердачный бродячий кот, а в самом обыкновенном особняке, – к счастью, оговорка осталась непонятой. – У нас осталось время до полудня. Стоит ли продлевать пребывание здесь? – поинтересовался он. – Нет, определённо нет! Все парижане, наверное, в курсе, где мы находимся. Я не хочу быть мишенью на блюдечке, тем более, когда Монарх научился выпускать несколько акум одновременно. А раз он затаился, то определённо готовит нам подлянку. – Понял. Тогда у нас есть ещё три часа, может, хоть раз посмотрим кино? – А давай! – согласилась она, вспомнив, что она обещала ему незабываемую неделю. – Только у нас нет ни чипсов, ни поп-корна... – Я мигом, тебе с каким вкусом? Солёную кукурузу или сладкую? – оживился Кот. – Мне... – Леди задумалась, – «чего бы такого попросить, чтобы покапризничать?» – Мне бы очень хотелось Лейз с паприкой, помнишь, были такие? – он задумался, и девушка уже была готова праздновать победу, когда вдруг получила неожиданный вопрос вместо ответа. – Нет, не помню, они выглядят вот так? – он показал на своём коммуникаторе совершенно другую упаковку «с паприкой». – Нет, они выглядели совершенно иначе, – лёгкое недоумение вызвал тот факт, что он даже маркой ошибся. Отыскав нужную картинку, она показал ему экран йо-йо. – Вот, такие. Их вкус невозможно забыть! – Если есть, что вспоминать. Мои родители считают весь фастфуд вредным и не покупали ничего подобного. – Погоди... это, конечно, личная информация, но ты что, и вправду не можешь дома есть чипсы, картошку-фри, пиццу, круассаны и тому подобное? – девушка изумилась. – И поэтому всякий раз после или во время битвы пытаешься стянуть печеньку или раскрутить месье Рамье на мороженое? – Правда, – вздохнул парень. – Сам удивляюсь, как запасы еды для моего квами до сих пор не оказались под запретом. – Тогда выбирай фильм, а я – за продуктами. Теперь мне стало ясно, почему ты такой тощий. У тебя на орехи аллергия есть? – спросила Леди, хватая пачку денег, оставленных на кухне. Нуар растеряно помотал головой. – Отлично! Я скоро вернусь! – она выбросила йо-йо и вышла за покупками прямо через окно. «Ну вот, опять улетела... Но обещала вернуться. А я же так и не преподнёс ей свой подарок», – с такими мыслями Кот зашёл во вторую комнату, где в клетке в своём уютном гнезде посапывал хомячок. – «То, что ты уцелел этой ночью, обязывает назвать тебя Везунчиком». Нуар не стал тревожить хомяка и вернулся к подготовке киносеанса. Он взял пульт от медиацентра и составил перечень для просмотра из фильмов разных жанров: от ужасов до комедий, поскольку помнил, что мелодрама в прошлый раз подействовала на Леди очень раздражающе. Юноша даже добавил в перечень фильм ВВС о кошках (на всякий случай, вдруг понадобится?), а ещё откопал мультик «Букашки», как раз про приключения божьих коровок и безумные гонки. Подушки он разложил на кровати так, что места осталось посередине только на двоих. – Не скучал без меня? – Кот вздрогнул от неожиданности. Он впервые не услышал приближения напарницы. Поспешив на её голос, он увидел в кухне на подоконнике Ледибаг с несколькими объёмными пакетами. – Прости, но сухой кошачий корм я забыла купить, – после завтрака и шопинга девушка была в прекрасном настроении, пытаясь плоско шутить и заигрывать с напарником. – Из твоих рук я готов есть даже корм для попугайчиков, – мурлыкнул он, поспешив перехватить пакеты. – Что тут у нас? – Всё самое вредное и понемногу, а ещё газировка, но её лучше не откручивать, а поставить в холодильник, поскольку в пути бутылка сильно взболталась. – Орешки, сухарики, кукурузные палочки, чипсы... – Кот занимался любимым делом: шуршанием в пакете. – Погоди, а с паприкой, какие ты хотела, среди них нет... – Их перестали выпускать, – вздохнула Ледибаг, – но здесь есть со всеми другими вкусами. На один фильм этого хватит. – Хорошо, выбирай ты – и погнали! – Я возьму с беконом. – Да нет же, выбирай фильм из списка, а я... – тут его нос дёрнулся и развернулся по направлению к вскрытой пачке, – пока разберусь с тем, чем это так пахнёт. Его ноздри ходили ходуном, жадно втягивая и выдувая воздух, а Кот следовал как стрелка компаса за магнитом в поисках источника абсолютно нового дразнящего аромата. Леди, заметив неподдельный интерес, поднимала пакет всё выше и выше, пока не обнаружила, что её напарник умеет стоять, опираясь исключительно на свой хвост. Она не выдержала и хихикнула, сжав вскрытый пакет с чипсами в руках – тот резко зашуршал и Кот от неожиданности исполнил сально назад. – Ты точно в обычной жизни не работаешь в цирке? – засмеялась она. Этот трюк, исполняемый Нуаром сотни раз, почему-то особенно развеселил Леди именно сегодня. Чтобы ей подыграть, Кот сел на все четыре лапы, а потом поджал передние, как собачка-попрошайка. Девушка вынула большой кружок картошки и, держа двумя пальчиками, помахала перед его носом. – Дай! – пару раз ухватив зубами воздух, потребовал дрессируемый. – Сначала заслужи, – чипсина была поставлена на его нос на ребро и продолжила так стоять чисто на равновесии. – Хороший Котик, молодец, можешь съесть вкусняшку, – игриво произнесла Леди, доставая вторую. Кот подкинул эту в воздух движением головы и, подобно Плаггу, проглотил её в один момент, совершая повторный кувырок назад. Он с интересом и нескрываемым удовольствием хрустел добычей, пока девушка оглядывалась и придумывала, чем бы заменить горящий обруч, через который в цирке прыгают большие кошки. Естественно, ни и каком фильме они больше не помышляли, увлёкшись игрой друг с другом. Так прошли первые пять пачек, а вот за солёные фисташки, которые было так удобно расщёлкивать, поддевая за край скорлупы острыми когтями, уже Нуар заставил Леди ходить по леске йо-йо, натянутой между половинками его шеста и исполнять элементы художественной гимнастики с её ленточками. Когда больше половины пакета было съедено, они вместе решили, что могут снять неплохой фильм с собой в главных ролях и, поставив багфон и котофон на запись видео с двух ракурсов, стали исполнять парные трюки, чтобы потом было чем дразнить создательницу Ледиблога, скидывая ей куски нарезки из получасового представления. Весь ролик решили ей сразу не отдавать, чтобы не случилось передозировки умиления. После ещё двадцати минут с подъёмами и переворотами напарницы, недоступными даже самым знаменитым гимнастам, оба еле доползли до кровати и просто рухнули на неё от усталости. Их сражения зачастую не длились дольше пяти-десяти минут, поэтому от устроенного затяжного цирка они оба реально обессилили, несмотря на то, что бОльшую часть нагрузки брал на себя волшебный костюм. – Миледи, а ведь запись ещё идёт. Будем скидывать Але эти кадры? – Кот повернулся к напарнице и попытался её обнять, но тут же получил по распустившимся лапам. – Ещё чего! Не надо мешать в одну кучу работу и личное, – Леди села на кровати. – Я думаю, что это была хорошая тренировка, поскольку мы оба сегодня научились нескольким новым трюкам и взаимодействию в паре. Но ты же знаешь, что я не люблю, когда меня тискают просто так, без необходимости предотвратить падение или вроде того... А-а-а! Что ты делаешь?! – Хочу сделать тебе сюрприз! – воскликнул Кот, заматывая девушку пледом в рулончик. – И поверь, это как раз та крайняя необходимость. Чтобы ты не прибила меня, – подобная задумка одновременно интриговала и пугала девушку неясными перспективами.