Секрет

*** – Иди сюда, Олька, ты чего? – Паш, я не понимаю… я не верю… Как это, вообще, могло произойти? – Оль, ну взрослые ж люди, или тебе напомнить, откуда дети берутся? – Дурак. – усмехнулась Оля. – Мне страшно, Пашка. – Знаешь, что? Я сейчас позвоню одному хорошему врачу,и мы с тобой туда поедем, хорошо? – Угу. – кивнула она. В клинике они оказались через час, и Оля с дрожащими ногами прошла в кабинет. – Что Вас беспокоит? – Я беременна, кажется. – неуверенно ответила Ольга. – Сейчас посмотрим, поднимайте блузку, проходите на УЗИ. – прохладный гель коснулся ее живота и врач водил датчиком. – Поздравляю, мамочка, шесть недель, развитие соответствует сроку, плод прикрепился к задней стенке матки. Можете одеваться. – Спасибо! Осознание того, что она теперь в положении никак не налазило ей на голову. – Ну, чего ты? – Поправив выпавшую прядку волос, спросил Паша. – Я боюсь, Рыков. Шесть недель, понимаешь? – Я тебя очень прошу, не накручивай себя. – Пашка. – Оля крепко сжала его ладонь и пара отправилась на подстанцию. *** Спустя еще шесть недель Арефьева работала в штатном режиме, когда в кабинет постучали. – Да-да. – строгим голосом произнесла она. – Здравствуйте, Ольга Кирилловна. – со стальной интонацией сказала Марина. – Что-то случилось? – спросила Ольга и чуть пошатнулась. Сегодня у неё впервые за три месяца закружилась голова. Марина среагировала мгновенно: быстро подхватила Олю под руку и помогла сесть. – Всё хорошо, позвать кого-нибудь? – Наверное, нет. Я в порядке. – И всё-таки, – Аверина по-хозяйски подошла к столу, нажала кнопку селектора, – Елизавета, пригласите Павла Дмитриевича в кабинет. Срочно. – Я поняла. – суетливо ответила Васильева. Паша стремительно ворвался в кабинет жены, и не сразу обратил внимание на мать. – Оль, вызывала? – Вызывала, но не Оля. – строго ответила Марина. Рыков напрягся, и в другой ситуации обязательно высказал бы матери то, что думает, но не сейчас, когда он трясётся над Олей и не хочет лишний раз подвергать волнениям. – Паш, по-моему, опять. – ослабленным голосом, отрешившись от собственных мыслей, произнесла она. – Ничего не опять, руку давай, поехали. – Паш, я могу чем-то помочь? – Скажи Васильевой, чтобы вызов на подстанцию оформила. – Бромил он и помог Оле встать. – Паш, снова на двенадцатой. Может, мне просто не дано? – Тихо, мы с тобой сейчас поедем в больничку, и всё будет хорошо. Где болит? – Проще сказать, где не болит. *** – Что у вас? – без особого энтузиазма уточнил дежурный гинеколог. – Двенадцать недель, угроза выкидыша, капали гепарин и железо. – Давайте в смотровую, там решим. Ольга уже не верила в чудо, она прекрасно знала, что последует дальше, поэтому шла по инерции. – Выдыхайте, успели, но нужно будет полежать неделю-другую. Отслойка плаценты, но некритично. Арефьева выдохнула: угроза миновала. – Тебе принести что-нибудь из дома? – спросил Паша, поглаживая ее ладонь. – Косметичку и конфет. – Зачем тебе здесь косметичка-то? – Надо. – твёрдо ответила Оля. *** После прихода домой Рыков не мог найти себе место, без Оли было пусто и холодно. В нервозном состоянии он позвонил матери. – Да, – властно ответила Марина. – Что ты ей сегодня сказала!? – Паш, я… – Больше никогда её не трогай, поняла?