амбивалентный оксюморон

что влюблённый мозг способен творить с человеком? спроси лису об этом полгода назад, ответ бы она не имела от слова совсем. лиса никогда не влюблялась по-настоящему. всё это было мимолетными симпатиями, не способными перерасти во что-то большее. первый человек, к которому лиса что-то испытала, был кудрявый парниша лет пяти с детского сада. лиса не знает, он нравился ей как друг или как объект симпатии? запомнить все детали своей жизни сложно, особенно будучи ребёнком. но факт того, что лиса запомнила его особенно сильно, до сих пор маячит перед глазами. вторым был старшеклассник со школы, когда лисе было около двенадцати. парень цеплял своей манерой ходить так нахально красиво, что лиса даже подумывала о том, что бы быть с таким человеком в будущем. дальше лиса ничего и не помнит, чего-то яркого особо не было, а все её краши уже были исключительно киноактëрами, представляющими лучший каст корейского кино. лиса всегда была уверена, что гетеро. даже не задумывалась о том, что всё может быть по-другому. и что всё это ударит так резко, даже не поздоровавшись и не спросив разрешения. джису вошла в жизнь слишком быстро, проникла во все сферы жизни, осталась ночевать в сознании мозга и выходить оттуда не собирается совсем. поселилась туда квартиранткой на два дня, а в итоге переехала со всеми вещами через две недели. знает ли джису, сколько времени лиса размышляет о ней? в сутках двадцать четыре часа или тысяча четыреста сорок минут, из которых как минимум половину уходит на размышления о возлюбленной. какую еду джису предпочитает, сколько часов сна ей нужно, чтобы выспаться, обнимает ли подушку, когда спит? самое ужасное, лиса отчаянно представляет джису рядом с собой в самые разные моменты её жизни. то, как она спит с джису обнявшись или ест с ней ужин и рассуждает о недавно просмотренном фильме. наблюдает её прожженный в зрении силуэт и любуется ею так, словно она стоит прямо перед ней. лиса помнит каждую деталь в лице джису, её мимику, её каштановые волосы, которые иногда забавно вьются. помнит взгляд джису: такой серьёзный и заинтересованный одновременно. лиса с уверенностью может сказать, что почти что сходит с ума. ненормально представлять себе такое постоянно, а потом краснеть перед джису за такое проживание совместной жизни в голове. просто нельзя. и тем не менее, лиса всё ещё надеется. надеется, что джису, прочитав письмо, подойдёт в указанный день в одну из кафешек поблизости, если у неё есть хоть капля, молекула взаимности того, что ощущает младшая. лиса так отчаянно ждёт в вечернюю среду девушку, то и дело избегая её во вторник. нервно посматривая на часы, лиса убеждает себя в том, что джису опаздывает, задерживается, что угодно, но обязательно придёт, расскажет о том, что сама хотела давно признаться, и они будут сидеть так, обсуждая детали и держась за руки. но с каждым нервным взглядом в сторону двери и необнаружением там своей возлюбленной, лиса сильнее сжимает небольшой букет алых роз, купленной в местной цветочной лавке и думает о том, что всё это было настолько глупой идеей, что её реализация не стоила того от слова совсем. она же знала, что джису равнодушна по отношению к ней, что не заинтересована в чужачке, возможно та даже иметь ничего общего с ней не хочет, а общается только ради выгоды и улучшения английского. в лисе что-то щёлкает, когда она сидит на месте, прождав больше часа указанного времени, и рыдает прямо около столика. она так и ничего не заказывает, аппетит пропадает полностью, желание что-либо делать угасает, а букет цветов оказывается выброшен в мусорное ведро. вечер окрашивается в неприятно тëмные оттенки, снег валит сильнее, а желание улететь в тёплую город увеличивается с каждым разом. правда лиса не уверена, что бы увидеть друзей и повидать родных или убежать от чего-то здесь, в сеуле? у лисы впервые за долгое время случается истерика от отчаяния. возможно, она именно в этот момент ощущает всю несправедливость безответной любви, всю её горечь, сожаление и тоску. подушка оказывается мокрой, а лицо лисы опухает от такого количества слëз. лиса понимает, что это не конец света. что на пути ей встретятся ещё много достойных людей, которые будут испытывать к ней взаимные чувства, но лиса даже этого не хочет. всё, чего ей хочется сейчас — это ощущать эти руки вокруг своей талии и вдыхать запах этих каштановых волос, слушать этот голос и смотреть в эти глаза. но джису, определённо, не та, в ком лиса нуждается. по крайней мере, после такого игнорирования хрупких чувств младшей. входя в общую гардеробную, парни замечают странные изменения в его внутреннем строении. кай обвиняет техничек за перемещении курток, а его друг лишь пытается найти свою вещь. гардероб оказался совсем пуст по причине того, что уроки до сих пор шли, а парни решили просто сбежать с изучения социальных наук. копаясь в куртках, кай кажется находит свою и по началу не замечает того, что шапка внутри коричневого, а не чёрного цвета. надев куртку и ощущая себя в ней довольно тесно, он не успевает осознать, как ему кидают комментарий. — чмошник, ты не свою куртку надел, — выражается одетый друг кая, параллельно натягивая на себя уже шапку. — блять, — кай осматривает куртки убеждается в том, что она на размер меньше, — это женская? — это называется унисекс, — уже готовый говорит тот, — вон там твоя кажется, — парень движется в противоположную сторону. — я не виноват в том, что все девушки сейчас косят под мужика, — говорит он, засовывая свои руки в карманы, чтобы убедиться в том, что куртка идентичная с его. вместо перчаток кай нащупывает кончиками пальцев что-то бумажное, острое, плотное, похожее на конверт. — ты че застыл? — парень стоит уже с курткой в руках, как видит, что кай достаёт конверт с правого кармана и осматривает его краем глаза, одновременно пряча в задний карман штанов. — ты что делаешь? — я? — кай не успевает среагировать, — ничего. — ты взял конверт? очевидно, не твой? — парень косит взгляд и недоумевает. — я... — кай до конца не осознаёт, для чего ему этот конверт. воровать ведь плохо. особенно такое личное. особенно с чужой куртки. но кай это пропускает мимо себя, когда человеческое любопытство и интерес оказывается сильнее, масштабнее, больше, когда грех переваливает всё хорошее, а ты ощущаешь полную власть изменять и модифицировать ситуацию под свой лад. почему бы не посмотреть? наверняка там не секрет по типу государственной важности, иначе бы кто додумался оставлять это в карманах куртки? — может на место положишь? — кидает ему уже одетый друг. — может быть, ты заткнëшься, чонин? — оборачивается парень, смотря почти что с ненавистью, — заебал со своими нравоучениями, честное слово. я просто посмотрю дома и если посчитаю нужным, верну обратно, — смелеет парень и кладёт несчастный конверт в рюкзак. сказать, что чонин неприятно удивлён, не сказать ничего. пойти против кая — обрекать себя на пытку на электрическом стуле, когда каждый раз тебя бьют током, увеличивая мощность. нравственные устои высоки, категории морали находятся на вершине, но что это всё такое, когда речь идёт о безопасности твоей собственной жизни? чонин нервно сжимает кулаки и покидает помещение в одиночку. джису ощущает себя странно, когда младшая перестаёт подниматься к ним. когда в помещение входит одна чеëн, бросаясь на руки к дженни, но без лисы. что-то настораживает в этом старшую, и даже пугает. спуститься самой вниз джису вряд ли соберётся. да и что она спросит? почему лиса не спустилась? что она на самом деле ждёт младшую? и скучает. класс кажется пустым, тёмным, покрытым тенью непонятной тоски, давящего чувства жалости и зарождающегося ощущения необходимости лисы рядом. джису покорно ждёт в четверг младшую, до конца того не осознавая, и покидает учëбное заведение без настроения. очень скоро джису получит сообщение от лисы, которое определит судьбу их дальнейших взаимоотношений. лиса поблагодарит и скажет, что занятий достаточно, что родители наняли ей профессионального репетитора и что она рада была иметь такой опыт. жаль только, джису не увидит горьких слëз лисы, пока та пишет текст, а руки той почти что дрожат от неспособности успокоиться. джису будет чувствовать себя странно. что-то будет гложить душу в этом незакрытом гештальте, которое девушка будет тщательно избегать в своей же голове. никаких встреч с младшей дома означают не видеть её в каждый раз в разных луках, не ощущать её запаха, похожего на что-то мягкое и выдержанное, ванильное и... цветочное. забавно, что лучшая спортсменка школы может пахнуть именно так. джису воспроизводит её плавные движения рук при объяснении материала и не может избавиться от мысли о том, насколько манобан на самом деле... прекрасная? только вот каким бы сильным не было желания сбежать от этих мыслей, они, к сожалению, догонят в любом случае. кай плюёт на друга и отправляется домой один. расхаживая по мокрому снегу парню мерещится бежевый конверт перед глазами. всё так и толкает парня открыть и прочитать его внаглую прямо на улице. кто написал? кому? чья это была куртка? парень сопоставляет пары классов и выстраивает некоторые предположения. да, скорее всего это намджун и ёнджэ. он давно покосил на неё свой глаз, а это возможность будет хорошим поводом держать парня в узде. во всяком случае, ближайшее время. парень нарушает все социальные нормы и моральные устои. нарушает личные границы другого человека, проникает в чужое пространство и таки читает оторованное от сердца и излитое кровью признание. читая между строк кай лишь спустя время осознаёт принадлежность обеих людей к женскому полу. «педрилы» - одна из мыслей, пробегающих в его голове. его трясёт от злости, непонимания и негодования. парень комкает листок бумаги и выбрасывает его в ближайшую урну, прячась далеко не от несчастных строк, а от чего-то, глубоко зарывшегося внутри себя. — ах, боже! метëт как не в себя — госпожа ким пристально осматривает небольшие здания и высотки чуть дальше, — да, милая? джису сидит за столом, прилежно доедая свой обед. рис с тушёными овощами как нельзя кстати придаёт сил в такую мрачную погоду. — да, мама, — кидает джису пару секунд спустя, — снега много... госпожа ким осматривает дочь с ног до головы и не может понять её не самое лучшее состояние. они уже договорились о первой встрече с репетитором, и урок состоится буквально на днях. — вы с лисой больше не будете встречаться? — вежливо интересуется женщина, — имею в виду... занятия с профессиональном не повод для прекращения ваших... встреч? джису приходит в себя при упоминании лисы. сердце больно сжимается, вспоминая их последнюю встречу и такой неожиданный конец? маленькой истории. — я... не знаю. — джису медленно пережевывает пищу, — у неё тоже появился свой репетитор... я не думаю, что нам нужно проводить уроки сейчас. мы же не... подруги. женщина положительно кивает и отходит от окна. что-то размышляет и сомневается, перед тем как сказать. — вы казались близкими, — отвечает наконец женщина, — у нас нечасто кто-то в доме появляется по твоей инициативе, ты же знаешь. вот я и подумала, что... — вынужденные обстоятельства, мам. вынужденные обстоятельства. я это уже говорила, — заканчивает трапезу девушка, — я не хочу говорить больше об этом. (иначе я просто не выдержу говорить о той, с которой бы хотела поговорить лично) госпожа ким чует определённый подвох в этом. её дочь не стала бы приводить в дом кого попало. это не первый раз, когда она работает с кем-то в паре. вот, например, сыльги. они встречались довольно часто неподалёку в кафе для обсуждения презентаций в прошлом году, но джису никогда не водила её в квартиру. быть может, женщине мерещится и она надумывает? а как же чимин? они тоже делали какой-то проект. всё-таки это будет тревожить и саму мать джису, ибо такой разворот событий удивляет даже самых близких людей. джису ложится на кровать как-то без сил. подавлена (ибо подавлено что-то собой же внутри себя). почему её вообще должно волновать, что у них там было с лисой? это же обычный человек в её жизни. таких будет ещё очень много, с которыми она будет связана по разных причинам. так почему нужно бесконечно думать об этом? почему? эффект бабочки — свойство некоторых хаотичных систем: незначительное влияние на систему может иметь большие и непредсказуемые последствия, в том числе в совершенно другом месте. значит ли это, что всё могло бы быть по-другому, не будь кого-то, кто помешал бы прочитать письмо? было бы ли это гарантией счастья обеих? или бы это привело к тому же исходу, что и сейчас: два несчастных разбитых сердца, не подозревающих об этом? эффект бабочки непредсказуем, как и в принципе вся жизнь.