Вернуться Домой Навсегда

Он застыл. Это в каком-то смысле инстинктивно, панически, словно первобытный инстинкт "бей или беги", резко пробудился и велит бежать, бежать, бежать... Результаты показывают, что Тони – его отец. Это поражает не так, как должно. Результаты показывают, что Пеппер – его мать. Вот это поражает больше, как и ожидал Питер (Не то чтобы он ожидал или думал об этом раньше. Он знает репутацию мистера Старка, он не тупой). Результаты говорят, что на самом деле он не Питер Паркер. Они говорят, что он Питер Старк. Знаете, тот кто пропал без вести 10 лет назад. О, да. Он знает.

***

Это был всего лишь тупой научный проект. — Проверьте вашу группу крови! – сказала его учительница с улыбкой на лице. – Сравните типы, изучите результаты, а затем вернитесь минимум со страницей материала. Ну, по крайней мере, ему есть о чем написать. (Самое худшее в этой ситуации то, что ему даже не предложили альтернативного задания. У него нет родителей, поэтому ему дали разрешение провести сравнение с близкими ему людьми: так он проверил группы тети Мэй и мистера Старка. Кажется, он все равно выполнил проект верно).

***

Сначала он идет к Неду. — Нед. – произносит Питер, и ему кажется, что он начинает разваливаться. Этого не может быть. Просто совпадение, это должно быть совпадением, существует другое объяснение. Оно обязано быть. Нед поворачивается к нему, приподняв брови. — Да? – спросил он, но в его тоне было что-то не так. Может быть, потому что Питер дрожал. — Ты помнишь проект для предмета мисс Уоррен? По группе крови. – сказал он, приложив усилия, чтобы не запнуться. Нед кивнул, подтверждая, поэтому Питер продолжил. – Ты знаешь, что я сделал свой с Мэй, потому что это имеет смысл. Но я, я также сделал анализ крови мистера Старка и наши группы совпали. – он заканчивает. Нед медленно моргает. — Пит... — Я знаю, что группа крови не показатель, но вот что странно. У Мэй IV+ , а у обоих моих родителей – II - ,— Питер перебивает, выглядя слегка испуганно. Он убирает волосы со лба. – Нед. У меня I+¹. Глаза Неда расширяются. Питер делает глубокий вдох. — Мистер Старк тоже I+. Они смотрят друг на друга в течение нескольких секунд. Питер кусает губу. — Я, наверное, придаю этому слишком большое значение, или, может быть, я неправильно провел тесты... — Тесты? – Нед повторяет, его глаза все еще широко раскрыты. – Ты хочешь сказать, что сделал больше, чем один? Питер пожимает плечами. — Ну да. Возможно, я подобрал неправильный реагент или что-то в этом роде. Нед покачал головой. — Питер. Без обид, но я не думаю, что ты хоть раз в жизни ошибался в научном проекте. Особенно в биологии.

***

Они стали просматривать его старые потертые семейные альбомы уже под другим углом. Тогда его, должно быть, усыновили, верно? Но не могут найти тому подтверждений. Он готов рвать на себе волосы из-за неопределенности.

***

— Питер, это все – подделка. – медленно сказал Нед, у него появляется нехорошее предчувствие. Тот поднимает взгляд. — Что? Нед подходит ближе и показывает ему фотографии. — Посмотри сюда – это отфотошоплено. Близко к идеалу, но если взглянуть на границы, вот здесь, то это заметно. – и Нед указывает на изображение двухлетнего Питера. Питер не уверен, какие эмоции он испытывает. Панику, точно. — Тот, кто сделал эти фотографии, должно быть, использовал наложение или что-то типа того, но это однозначно не оригинальные снимки. – он на мгновение делает паузу и роется в коробке с раскиданными фотографиями. — Еще, Питер. – снова говорит он и Питер чувствует, как его желудок заранее сжимается. – Не знаю почему, но на этих фотографиях как минимум два разных младенца. — Нед, что, черт возьми, такое ты говоришь? – спрашивает Питер и это вышло немного резче, чем он планировал. Нед не выглядит обиженным, но его лицо все еще остается напряженным. — Твои младенческие фотографии. Я могу сказать, что это ты, только начиная лет с пяти. Но все остальные "детские" фотографии? На них кто-то другой. В его ушах звенит. Это нормально? — Зачем твоим родителям добавлять младенца на эти фотографии? Ага. Хороший вопрос.

***

Они продолжают копать. Старые документы, записи о прививках, письма тети Мэй и дяди Бэна отцу. Его свидетельство о рождении.

***

Он думал, что для одного дня он испытал достаточно. Затем они понимают, что его свидетельство о рождении подделано. Он в панике.

***

— Что ты имеешь в виду под подделкой, Нед? — То, что это в прямом смысле подделка! Слушай, я могу ошибаться, но если ты посмотришь сюда... — Как никто не заметил, что оно подделано? Нед вздрогнул. — Должно быть, они не искали? Деталь очень незначительная. Но свидетельство не настоящее. – Нед закусил губу. – Ты хочешь остановиться? Правда в том, что он хочет. Он бы хотел прекратить еще час назад, чтобы он смог оставить все и притвориться, что все, что он знает о себе – это то, как он рос. Потому что за эти три часа он обнаружил, что большая часть его жизни была ложью. Масштабной, полностью сфабрикованной ложью. Он сойдет с ума.

***

Хорошо хоть то, что когда они обсуждают это с Мэй, она совершенно ничего не знала. Это приносит некоторое облегчение. (Значит, он – ему тяжело даже думать об этом – похищен, усыновлен? Потому что он может справиться с усыновлением. Но если это так, они просто не могут иметь его двухлетних фотографий. А они есть (но они фальшивые, это вообще считается?) Либо его похитили. Но зачем его похищать? Кто мог сделать это – знали ли его родители? (Тут опять его желудок скрутился: может ли он называть их родителями? Ему начать обращаться к ним Ричард и Мэри? Их образы всегда были чем-то абстрактным, фрагментами того, что осталось у него в памяти: он крепко держится за итальянскую колыбельную, которую пел его отец...) Ему кажется, что он тонет. Он не уверен, знает ли вообще, кем является сейчас – может ли он и дальше называть себя Питером Паркером? Это все еще его имя?

***

— Тетя Мэй. – наконец говорит Питер после ужина. Они сидели в тишине, позволив Неду вести разговор. Она подняла взгляд, ее лицо исказилось от беспокойства и усталости. Он даже не может представить, через что она проходит. У него промелькнула мысль, следует ли им обращаться в полицию. Но что потом? Чем это обернется? Заберут ли его в новую семью (настоящую семью?) А что на счет опеки? Увидит ли он Мэй снова, если они пойдут и заявят о нем, как о пропавшем без вести? Кажется, что все искажается, это причиняет боль и он хочет, чтобы это прекратилось... — Мэй. – говорит он снова, пытаясь уйти от своих мыслей. – Я просто. Я больше не понимаю, что реально. Он не хочет слышать ее плач, но когда поднимает взгляд, ее рука прижата ко рту, словно в попытке сдержать свое отчаяние. — Ох, Питер. – ее голос ломается. Она прочищает горло и смотрит на него из-за очков большими стеклянными глазами: – Мне так жаль. Питер качает головой. — Ты, ты не знала. – он начинает, но сильно кусает губу. — У меня есть фрагменты в памяти, связанные с родителями. Но теперь я не уверен, реальны они или нет. Кажется, это расстраивает Мэй еще больше. Но ей как-то удаётся совладать с эмоциями и она тянется через стол к руке Питера и берет ее в свою. — Спрашивай что хочешь. Он сглатывает. — У меня есть как бы эти, эти вспышки, что ли? Из колыбельной. Я всегда предполагал, что мой п- Ричард, ты понимаешь. Пел ее... – он снова сглатывает, пристально глядя на стол. – Это не имело смысла, я не мог разобрать слова, но потом я услышал, как мистер Старк произнёс некоторые из них на днях. – вспоминает Питер и, сам не зная почему, улыбается. – Думаю, я устал, и он спел мне ее. И просто, мелодия была такой же. Но слова были.. итальянские? Я не уверен, известная эта песня или нет, но знал ли Ричард итальянский? Потому что вот что это было. Итальянская колыбельная, я знаю, что ты иногда ее напеваешь, так что я кое-какие слова знаю, но... Я не был уверен. – он замолкает, чувствуя себя утомлённым. — Питер, посмотри на меня, пожалуйста. – произносит Мэй мягко. Питер делает как она просила и чувствует, что его нижняя губа дрожит. — Ричард не знал итальянский, дорогой. Мне так жаль.

***

Он пропускает школу.

***

Он пишет Хэппи, что не приедет в башню. Хэппи звонит ему. Питер выключает телефон.

***

Прошла неделя. Питер еще чувствует себя немного отстранённо, но думает, что ему становится лучше. Он приходит в школу. Он сдаёт свой научный проект и изо всех сил старается быть сосредоточенным пока мисс Уоррен рассказывает о геноме человека. На уроке истории США получается лишь немного хуже так как он не может отключиться на истории (Он знает свою науку. История даётся ему не так легко) Они оглашают объявления, как обычно. Баскетбольный матч будет в пятницу в 7 вечера, сбор средств на десятиборье в эту субботу. Потом новости. Обычно это прогноз погоды, иногда рекламный ролик, если это что-то важное. Новость была особая. Написано: Прошло 10 лет с момента исчезновения Питера Энтони Старка. За этим следует короткое заявление мистера Старка и миссис Поттс. «Мы любим нашего сына и всем своим существом надеемся, что он в безопасности. Что он вернётся домой» В телевизоре читают, Питеру кажется, что он в тумане. Они разместили фотографию, как выглядел Питер Старк, когда ему было 5 лет и.. ..и Питер думает, что его сейчас вырвет. Нед следует за ним в уборную.

***

— Дыши, Питер, я здесь, — говорит Нед, и Питер задыхается. Он умирает, такое ощущение, что он умирает, он не может дышать Его часы пикают. — Питер, твои жизненные показатели крайне нерегулярны. Должна ли я предупредить мистера Старка? – говорит Карен. Ее ровный голос эхом разносится по уборной. Мистер Старк – он… Питер хрипит на следующем вдохе. Голос Неда становится громче и в нем слышится оттенок паники, но он сдерживает дрожь. — Питер, я позволю ей позвонить ему, если ты не успокоишься.

***

Питер задается вопросом, каково это – успокоиться. Просто взять день, чтобы расслабиться. Просто день. Он добирается до туалета и чувствует, что его вот-вот вырвет. Сегодня годовщина его похищения, и он не знает, как сказать своим, своим родителям, что он дома, что он в безопасности, и что он их так так сильно любит, и что не знает, что произошло, но сейчас он здесь и это главное, правильно? (Он не знает, что делать с осознанием того, что он называл мистера Старка «папой», он тогда устал и думал о нем как о папе, так что это имело смысл, имело смысл, но теперь он на самом деле его отец и он не уверен, куда именно их это заведет. Должны ли они все забыть? Что ему делать в этой ситуации?) Он хочет, чтобы его обняли, вот чего он хочет. Он хочет объятий и чтобы все было хорошо.

***

Он смотрит на него со слезами на глазах. — Я, я не, — говорит он, заикаясь, начиная с того, как он надеется, будет правильно. Мистер Старк (Тони, теперь ему стоит называть его Тони, верно? Или папой? У него кружится голова от неуверенности и он не может вспомнить, когда в последний раз чувствовал, что контролирует ситуацию) смотрит на него с очевидным беспокойством. — Пит, что случилось? Ха. Сложный вопрос. Питер открывает рот, но как он может сказать: «Я думаю, что я твой пропавший сын», не звуча так, будто он полностью и определённо сошел с ума? Он знает, что у него есть доказательства. Он получил обратно свой дурацкий проект по определению группы крови, а ранее использовал лабораторию, чтобы сравнить их кровь друг с другом в ублюдочном тесте на отцовство. (Результат оказался положительным, но он знал, что так и будет.) — Я, — говорит он снова, но чувствует, будто его душат. Он сдерживает слезы и злится на себя за то, что не смог этого сказать, но он также не знает как. Он должен быть деликатным в этом вопросе, верно? Особенно сегодня. Тони выглядит еще более обеспокоенным. — Эй, все в порядке. Ты дойдешь до этого, все в порядке. – Он тянется вперед и сигнализирует о своих движениях, останавливаясь, положив руки на плечи Питера. — Не торопись, ребёнок. И. Хорошо. Что-то в его тоне, в весе и словах заставляет его сломаться. Он так долго держал это в себе (хорошо, в основном в себе), что, наконец, просто позволяет себе заплакать. Он бросается Тони на грудь и начинает рыдать.

***

— У меня был научный проект, — прохрипел он, как только перестал плакать. Они сейчас наверху вместе с Тони и Пеппер. Он сидит на диване, на плечах у него одеяло и он зажат между ними двумя (его родителями, дико думает он. Он сидит рядом со своими родителями). — Это было глупо, просто группа крови. Я делал это раньше, но она хотела, чтобы мы взяли образцы у наших родителей и сравнили их. – Питер продолжает и подтягивет одеяло. – Мистер Старк сказал, что я могу использовать его, что я и сделал. Мы оба на l+, — он комментирует. Слегка сглатывает. – Мои… Мэри и Ричард оба были ll -. Он может почувствовать, что они замирают. — Я рассказал Неду, и он пришел, и мы просто. Мы просто просмотрели документы? Оно не было… – Питер втягивает воздух. – Мое свидетельство о рождении поддельное, вы знали? Меня даже никогда не было на моих детских фотографиях, до того, когда мне не исполнилось 5 лет. Он слышит, как они втягивают воздух. Он поднимает глаза и чувствует, как в горле сжимается предательский ком, а это значит, что он вот-вот заплачет. Питер нерешительно пожимает плечами. — Я поручил Пятнице провести тест на отцовство, — говорит он и сильно закусывает губу. Он наблюдает за Тони и Пеппер, и они тоже кажется застыли на месте. Они выглядят испуганными и полными надежды? — Питер… — начинает Тони и тут же откашливается. — Питер, что ты говоришь? – Его голос дрожит, и Питер видит, как он сжимают руки, костяшки пальцев побелели. Питер фыркает и снова пожимает плечами. — Он был положительный, — говорит он тихо, потому что, хотя он и сказал это, делает ли это это реальностью? Родители пронзительно смотрят на него. Похоже, они анализируют его, черты его лица, манеры, как будто пытаются обработать то, что им сказали, и сопоставить это с тем, как, по их мнению, он должен выглядеть и вести себя. Честно говоря, такое пристальное внимание вызывает тошноту, но он чувствовал себя так всю последнюю неделю, так что это меняет? Они ничего не говорят, поэтому он прерывает молчание словами: — Надеюсь, все в порядке. Это похоже выводит их из оцепенения. — Пит… — хрипит Тони, и Пеппер широко улыбается. Она плачет, но слёзы молча катятся с ее лица. — Конечно, все в порядке, — говорит Тони – его отец – и обнимает Питера. Питер растворяется в объятиях, чувствуя себя умиротворенным, как будто он дома... И он снова начинает плакать. — Питер, — Пеппер начинает говорить, и создается впечатление, будто она никогда раньше не произносила его имени, что за ним теперь стоит новое значение. — Питер, ты даже не представляешь, какое мы испытали облегчение. Он делает короткие вздохи и трет глаза. — Значит ли это, что у меня будет собственная комната? – это должна быть шутка, поднимающая настроение, и это работает. Немного. Они притягивают его ближе, и он приходит к выводу, что никогда не хочет двигаться. Его все устраивает, большое спасибо. После эмоционального потрясения, произошедшего в этом месяце, он может быть навязчивым. Он думает, что заслуживает, по крайней мере, этого. — Да, Пит, — говорит Тони и выглядит невероятно счастливым. Его глаза блестят, а на лице огромная улыбка, и это заразно. — Ты вернулся домой.