Исповедь Минхо

      — Я ничтожество, ничтожество, ничтожество! — кричал Минхо, облокотившись на перила балкона.       Ему хотелось, чтобы ведь мир узнал о том, какой он ужасный. Какой он хуевый человек, несмотря на всё то хорошее, что он делал. А этого было немало. И каждый близкий человек мог бы с уверенностью сказать, что Минхо точно не плохой человек. Да, со своими тараканами и бзиками, с грубыми выражениями в адрес близких людей, с ненавистью к тем, кто относится к нему, как к недостойному.       А ведь на публике он защищал себя. Показывал, что он вообще-то сильный, пиздатый, красивый и вообще, не парень, а мечта. Но то, как он ненавидел себя на самом деле, нельзя ни с чем сравнить. Он делал недостаточно. Ведь он всегда понимал, что чтобы быть хорошим, нужно что-то для этого делать. И банальных вещей, типа внимание к близким, недостаточно. Недостаточно помогать людям, недостаточно вести себя сдержанно, когда хочется кричать. Недостаточно просто учиться или работать. Нужно добиться чего-то правда стоящего, чтобы этого и вправду было достаточно.       — Я психовал на Хёнджина по любому поводу. Малейший раздражающий звук, вздох. Меня, буквально, бесило, когда он пил воду. Звук глотания казался оглушающим в тишине моего сознания. И я высказывал, кричал, просил заткнуться. Какой я хороший человек после этого? — спрашивает Минхо, в небольшое кресло у двери в дом.       В такие моменты ему казалось, что единственное место, где он достоин сидеть, это клочок земли где-то на кладбище.       — Такое случается и это нормально. Мы все люди и по-разному реагируем на внешние раздражители, — отвечает Крис, сидя в кресле напротив.       — На пике своей злости я замахнулся на самого близкого человека в своей жизни. Я хотел напугать её, показать, что я лучше. И на 100% был готов ударить. А я ведь на 8 лет старше, представляешь мою силу в сравнении с её? — парень поднимает заплаканные глаза на лидера, в надежде напугать и его.       Но Крис точно не тот, кого можно таким напугать. Он слишком хорошо знает Минхо. Настолько хорошо, что уверен — парень бы не ударил. Что хотел — да, это бесспорно, расшатанная психика делает своё. Но до прямых действий это никогда не дойдёт. Только если это будет человек, которого Ли ненавидит всем сердцем. А таких людей просто ещё не существует. Вот и волноваться не за что.       — Я грубил людям, которые этого не заслуживали, лишь потому, что кто-то перед ними испортил мне настроение. Я ругался с отцом, до сорванного голоса, пытаясь отстоять свою позицию, хотя мог просто развернуться и уйти, не портя с ним отношения.       — Ты не обязан молчать, когда это задевает твои чувства. Да, может ты не должен был спорить до талого, если человек не понимает твою позицию, но попытаться всегда можно, — Чан подсел ближе, беря руки парня в свои.       Они были ледяными и только сейчас до Криса дошло, что Минхо трясёт. От морозного воздуха, вперемешку с истерикой, которая никак не собиралась отпускать.       — Я кидал друга только потому, что шёл за толпой и считал, что если этот человек не нравится всем, то он и мне, априори, не нравится. Несмотря на то, что мы были друзьями, понимаешь? Я ловлю бзик, когда кто-то опаздывает, но, если опаздываю я, ты что, это другое.       В одно мгновение Кристофер зашёл в дом, но спустя всего пару секунд вернулся с пледом, оборачивая его вокруг парня. Предлагать теплый чай или какой-нибудь крепкий напиток было ни к чему и это единственное, чем лидер мог помочь своему близкому человеку. Да и вряд ли что-то, кроме закуренной Минхо сигаретой, могло его согреть.       — Я пользовался добротой преподавателей. Они прощали мне всё просто за то, что я вежлив и обходителен. Как итог, я забивал болт на их просьбы и пары в целом, приходя раз в пару недель с еле сделанным заданием. Я пытаюсь спрятаться от взрослого мира посредством книг, фильмов, увлечений. Просто. Просто потому, что не хочу взрослеть. Я хочу быть под маминым крылом и ни о чём не париться. И я же блять ничего не делаю. Нихуя абсолютно. Хочу быть независимым, осуществлять все свои хотелки, но не делаю для этого ни-че-го.       — Ты и не обязан прямо сейчас сворачивать горы, просто…       — Я хуесошу людей за глаза, а потом улыбаюсь. Хотя лучше бы я в лицо высказывал всё то, что мне в них не нравится. Хорошие люди так не поступают. Хорошие люди сначала думают, а потом делают. И после всего я удивляюсь, почему же я один. Ну почему? Я не хороший человек, Крис. Я отвратительный.       А Чан знает, что Минхо просто разбили однажды. Да что там однажды, его разбивали всё детство, делая из него того человека, которого хотели видеть родители и окружающие. И когда он стал показывать зубки, ему их вырывали, говоря что недостоин. Говоря, что он должен и обязан. Обязан помогать, должен быть вежливым, услужливым и в целом подчиняться. Быть тем, кем он никогда не являлся. И сейчас он чувствует вину за неподчинение. За просьбы и подарки. Он чувствует вину за всё то, что должен был получать просто так, просто потому, что он человек, который был желанным в семье.       Ведь сейчас, когда его любят, он считает, что отдаёт в ответ недостаточно. Он закрыл в себе все нежные чувства, прикрываясь пассивной агрессией. Продолжая отстаивать свою позицию даже там, где она не нужна, просто потому что в своё время ему не дали этого сделать. Он пытается доказать самому себе, что является достойным человеком. Человеком, достойным жизни. А разве не каждый человек заслуживает жить? Разве жизнь нужно заслужить?       Кто-то скажет да. Потому что мир и так переполнен злом, а это значит, что от шлака нужно избавляться. Это значит, что чтобы быть человеком, нужно делать хорошее всегда, иначе мир выплюнет тебя, как расходный материал.       А кто-то. Кто-то такой, как Кристофер, скажут, что нет. Не нужно никому ничего доказывать. Нужно просто быть хорошим человеком, заниматься тем, что тебе нравится и любить себя. Только тогда ты сможешь подарить доброту и любовь миру. И не будешь винить себя за то, что ты никто. Ты никто только тогда, когда сам так считаешь. Ведь никто и никогда не скажешь, что ты пустое место. Каждый человек вносит что-то в этот мир. Это закон природы. Кто-то повышает рождаемость, а кто-то рабочая сила. И не важно, на заводе, учёбе или в развлекательной деятельности.       Но Минхо, кажется, так не считал.       — Скажи мне, как уничтожить зло на земле? — интересуется лидер, возвращаясь в соседнее кресло.       — Достаточно уничтожить себя.