Доверься мне

***

Возникло ощущение, будто потолок стал опускаться, рискуя раздавить меня вместе с пальцами на собственной шее, которые угрожали задушить. Вкупе со всем этим снизошли громадные раскалённые прутья страха, поглощающие всё вокруг. От них веяло нестерпимым жаром, но холодные пальцы противно морозили тело до мурашек. Я сама того не заметила, как начала корчиться в лапах противного злодея, прикованная в воздухе его мертвой хваткой. В те минуты я серьёзно почувствовала запах смерти. До этого такое тоже случалось, но момент не растягивался и у меня всегда был шанс спастись, в отличие от нынешней ситуации.  — Молчишь? — беспристрастно хмыкнул противный тип. Я постаралась не заскулить, как испуганный пес, и не заблеять по-овечьи. Но мои глаза выдавали меня. Слёзы сами навернулись в предвкушении полной темноты. Зрачки в глазах бегали в разные стороны, не зная, куда умоститься. Тело непроизвольно стало дрожать, а сухой кашель подбираться к горлу, но я понимала, что не смогу даже вдохнуть.  — Пусти её! — прокричал ошеломленный и до боли родной голос... Кацуки. Совершенно не видя картины, мне удалось только задёргать ватными ногами. Но всё тщетно. Я по-прежнему была в лапах злодея.  — Подойдешь хоть на шаг, и твоей подруге не жить. Хотя после такого вы вряд ли продолжите свои тёрки. Кто захочет общаться с вруньей? — противным и низким голосом провоцировал он Бакуго, давя на меня сильнее, но уже морально. Я надеялась, что Кацу меня выслушает и поймет причину сокрытия этого...  Если я выживу.  Раздраженный рёв блондина отразился в моих ушных перепонках, но я догадалась, что тот отходит. Он не хочет навредить мне, даже когда, очевидно, был очень зол за этот серьезный проступок. И, тем не менее, его лицо представлять было очень больно. Я не знала, какое оно. Сожалеет ли, что я попалась? Злится ли так сильно, что не захочет помогать? Причиняют ли ему боль эти действия со мной? Я понимала, чего они добиваются, только образно. Собрав всю информацию воедино, можно было сообразить, что они просто хотят разрушить два мира. Две светлых стороны. И первым шагом на пути к этому стало моё похищение, дабы шантажировать Сатору. Я не позволю этому случиться. Либо покончу сама с собой... Либо как-нибудь освобожусь.  Осталось найти это «как-нибудь»

***

Атмосфера вокруг только накалялась. Ученики не понимали, что происходит, из-за чего автоматически становилось страшнее. Учитель оставался в предсмертном состоянии, а про-герой отбивался от оставшихся злодеев. Куда ни глянь — везде творится сплошной хаос. И многие уже подумали, что это конец, они умрут на месте. Ведь Всемогущий так и не появился, а его звали.  И вдруг...  Резкий всплеск белого сияния и душераздирающий крик со стороны страшного злодея, что удерживал Мико. Было непонятно, кому он принадлежал. Все спустя несколько секунд, когда свет развеялся, посмотрели в их сторону и заметили лежащее на полу тело, рядом с которым красная жидкость растекалась в области головы. Но было далеко, чтобы точно разглядеть, кто именно покоится в луже крови. «Томико?» — сглотнул Бакуго свой стоящий ком в горле, и его тело оцепенело. Много эмоций он тогда испытывал, в числе которых были и обида, и злость, но также сочувствие. Огромная шкатулка наполнена переживаниями. Для таких стойких личностей, как он, очень тяжело смотреть на то, как твой друг умирает, а ты нечего не можешь поделать. Но в тот момент Кацуки позабыл о своем девизе «Не поддавайся порыву слабости» и кинулся со всех ног в центр. К телу, позабыв о том огромном факте буквально предательства со стороны Томико.

***

Темнота в глазах сменилась чётким видением того, что этот тип сейчас будет побеждён. И тут же каждая клеточка моего тела наполнилась чужой энергией. Возникло чувство, как будто в меня накачивают какое-то вещество через невидимые шприцы, причем в геометрической прогрессии. «Черт, Сатору.» Сразу сообразив, ведь времени не было, что произошло, я сосредоточила всю эту материю в области моего лба, чтобы попасть гадкому злодею по шее и лицу и... Выпустила всю её. Меня ослепил свет, но я не растерялась, ведь хватка ослабла, и я, воспользовавшись этим, крутанулась и высвободилась, а далее выбила злодея из колеи, присев и выставив одну ногу, чтобы сбить того на землю. Он упал и громко закричал от того, что удар довольно сильный. Останется шрам. После моих выкрутасов главный злодей лежал на земле, в своей и моей крови, но неожиданно стал подниматься, чтобы дать знак отступить. Я думала нанести ему еще удар, наполненный уже огромной ненавистью, но у меня потемнело в глазах и я повалилась на землю, не двигаясь с места. Моё лицо почти похоронилось под пылью, обломками и гулом нарастающей суеты. Я не стала пытаться подняться, ведь меня начало трясти так сильно, что мне показалось, я развалюсь на куски. Прошло минуты две, проклятия стали приближаться, но я не могла и век открыть, ведь глаза сильно пекло, шея неприятно чесалась от раздражения, а конечности онемели от страха, адреналина и отчаяния. В таком беспомощном положении оставалось только все анализировать, что дало негативный результат. Мне уже в который раз за день показалось, что я умираю. И это было очень омерзительное чувство.

***

Девушка всё ещё пребывала в сознании, но сил ни на что не было, даже на поднятие руки. В этот самый момент пришел Символ Мира, которого все звали. Всемогущий появился, когда надежда на его появление начала угасать.  — Теперь всё будет хорошо… — начал свою знаменитую речь Всесильный. — Почему? Потому что я здесь!  После этого он поднял лежавшую Томико, как дорогой мешок картошки, и передал героиню первому попавшемуся однокласснику. Это был Бакуго, который уже мчался для того, чтобы уложить противных злодеев, которые и без этого медленно уходили в свою нору. — Что за хрень?! — взвыл Кацуки, когда в его руки всучили подругу. Парень осторожно перехватил девушку. Хоть некоторые извилины его мозга хотели повырывать ей волосы. — Юный Бакуго, отведи юную Годжо в безопасное место. — в ответ на ругательства ученика сказал лучший герой.  Злодеи, которые почти удалились, на закуску притащили из тумана свой козырь — искусственно созданного Ному. Начался бой Всемогущего с неизвестным созданием. Символ Мира вышел победителем, но не без помощи его учеников. Всесильному потребовались все силы, но даже так он отстоял битву несокрушимо. Ведя за собой молодых героев. Оставшиеся злодеи, которых было очень мало, уже готовы были отступать, но их по-прежнему что-то держало.  В здание ворвались про-герои, работавшие в академии. Учителя пришли на подмогу. Это сильно изменило ситуацию в хорошую сторону для учеников. Так думали все, но не Мико. Девушка прекрасно понимала, что героев было недостаточно, нужен шаман и желательно сильный. Самое сильное проклятие ещё стояло и наблюдало за всей ситуацией. Это был очередной козырь злодеев, о котором не догадывались. Томико не думала, что у неё хватит сил его изгнать. Проклятой энергии совсем не осталось, да и состояние её было, мягко говоря, не лучшим. Юная героиня даже не имела никакого представления, как она скажет об этом учителям. Хоть про-герои и знали о шаманах, но сейчас было довольно много ребят, не посвященных в ситуацию. Они и так увидели слишком многое.  Каждая секунда была драгоценна, как бриллиант, всех могут убить в любой момент. Силы стали окончательно покидать Томи, и только волнение за находившихся в этом помещении близких, в основном за Кацуки, всё ещё держало её в сознании. Будто с воздуха появился человек, на которого все обратили внимание. Многие насторожились, снова ожидая очередной атаки: этот человек пугал своей подавляющей аурой. Сейчас он был страшно зол. От мужчины исходила чудовищная ярость. Он молниеносно двинулся в пустоту, никто не мог разглядеть его движений, они были неуловимы человеческому взору. По этой причине всем казалось, что он телепортировался в другую точку. Учеников и учителей покрыло неприятными и холодящими мурашками, ноги приковало к земле. Всё, что они могли сделать, — наблюдать за мужчиной. Он сделал один мощный удар в пустоту, после которого разнесся шквал ветра, сдувая всех и вся.  — Сатору! — прокричала в облегчении Мико.  Старший Годжо повернулся, лихорадочно ища глазами родной голос. Душная атмосфера, появившаяся от прихода беловолосого, испарилась, сразу после того как шаман нашел в толпе живую, но, к сожалению, повреждённую сестру. Шаман томно вздохнул, пытаясь себя успокоить. Он за секунду изгнал сильное проклятие — особый ранг, что сказать! Когда проклятие исчезло, малая кучка оставшихся злодеев тоже отступила, телепортировавшись.  Бакуго напрягся, парень и не осознавал, что раздражающий брат Мико настолько силен. Бывало, Годжо его настораживал, но то, что произошло сейчас, не шло ни в какое сравнение. Подросток всё это время стоял рядом с девушкой. Прикрывал собой, ведь она была обессилена и ранена. Всё же Мико противостояла самому главному из злодеев. В прямом смысле была на пороге смерти, одно неверное движение — и её бы убили. Было неудивительно, что девушка пребывала в шоке, хотя внешне вида на подавала. И все же, на удивление Кацуки, Мико оставалась в более-менее трезвом уме, и создавалось впечатление, что это вовсе её не напугало, хоть парень смекал, что это не так. Усталый взгляд юной героини был полон решимости сражаться в таком состоянии, если потребуется, даже с полным отсутствием сил. Бакуго была незнакома эта её сторона, но сея черта невероятно понравилась блондину. Это вызывало уважение. А Бакуго признавал мало кого и обычно не за просто так. Годжо опять слишком быстро двигался, только теперь он подошел к сестре, успешно обходя стороной взрывного блондина.  — Сестрёнка, как ты? — заботливо спросил Годжо, осторожно дотрагиваясь сначала до её белых растрепанных волос, а после уже аккуратно, будто боясь сломать, еле коснулся лица девушки.  Как только он получил всплеск энергии, сразу помчался, что есть силы. Но понимал, что может не успеть. Сатору так переволновался, что ему снесло крышу только от мысли, что произойдет непоправимое. Он не хотел терять самого дорогого человека. У мужчины их и так осталось мало... Годжо готов убить всех на своем пути, чтобы защитить маленькое солнце в его тяжелой жизни, которым всегда была драгоценная сестрёнка.  — Бывало и лучше, но я в порядке! — лучезарно улыбнулась Мико, тем самым успокаивая брата.  Годжо словно ударили током. Всё встало на свои места. Мужчина тепло улыбнулся, а после нежно и легонько сгреб девушку в объятия.  — Ты хорошо справилась. — тихо произнес Годжо, так, чтобы это услышала только она.  У героини мгновенно навернулись слёзы от данных слов. Сдерживаться уже не было сил, да и смысла. Всё страшное, что с ней произошло, повторно стало прокручиваться в ее голове. Она всё это время пыталась не показывать испуг, что испытывала с начала нападения. Но ей было страшно. Всё это время она была в таком напряжении, что тревога занимала все мысли, не давая полностью успокоиться, но внешние эмоции были под контролем ровно до того момента, пока не появился Сатору, позволяя им хлынуть. Девушка хотела разрыдаться в плечо брата, чтобы он успокаивал её, тихонько и заботливо поглаживая спину, как было всегда, когда она расстраивалась или когда ей было грустно. Но девушка стиснула зубы, сдерживая чувства, чтобы не заставлять беспокоиться близких.  — Конечно, это же ты меня учил! — ответила Мико, приобнимая шамана.  — Эй, безглазый! Ты откуда тут взялся вообще?! — громко высказался Кацуки, прерывая эти сопли. Парень стоял недалеко от брата и сестры, буквально в двух метрах. И стал невольным свидетелем их семейной сцены. — И что ты только что, бляха, провернул? Что это было? — резко произнес блондин.  — Точно, шпиц. Ты же тоже тут. — совсем безэмоционально произнес Годжо. Такой пренебрежительный тон разозлил Кацуки сильнее. — Спасибо, что был рядом с Мико. — внезапно серьезным голосом сказал беловолосый. Бакуго удивился, ведь Сатору никогда так не разговаривал с героем.  — Тц… Мне не нужна твоя благодарность, я сделал это, потому что я герой. Ясно тебе?! — Кацуки высказывался, словно пытался доказать это и себе, на что шаман усмехнулся. Долго же предстоит Кацуки разбираться в своих чувствах. Он понимал, что сделал это не только из-за того, что герой. Ему дорога и важна Мико, правда, осознать до конца данный факт он пока не может. — Как скажешь, герооой… — пропел мужчина, ухмыляясь.  Девушка успела только ахнуть, как оказалась поднята братом. Годжо слишком легко сделал это. Ему не было сложно нести её. Мико не могла сама передвигаться в таком обессиленном и потертом состоянии. — На всё отвечу потом. — пояснил на немые вопросы присутствующих героев. Про-герои, которые знали, кто он, не задавали лишних вопросов. Они боялись его, слава о Великом-Годжо-Сатору распространилась даже в мире героев. Шаман направился на место эвакуации, где собирались все пострадавшие.  Шли они в тишине. Но когда дошли до места, беловолосая приметила знакомую макушку.  — Что он тут делает? — слишком громко в удивлении вскрикнула Мико. Тот, о ком шла речь, повернулся на звук. В его глазах была обеспокоенность, после того как он увидел героиню. Вся в ссадинах, синяках, царапинах, на которых застыла кровь, с растрепанными волосами, местами порванной одеждой... И что сильно бросалось в глаза — омерзительными отпечатками пальцев на шее. На неё было больно смотреть. Парень тут же подбежал к ним.  — Томи, как это произошло? — слишком взволнованно спросил Мегуми. В его глазах был страх за подругу. Он видел ее такую впервые, несмотря на то что в заданиях с техникума они тоже сражались в жестоких ситуациях. — Я настолько плохо выгляжу? — хриплым голосом заговорила Мико. Аж вечно хмурый Мегуми так сильно волнуется.  — Что за хрень там произошла? — уже зло спросил Мегуми, выругавшись. После случая с Цумики он очень боится, что подобное вновь произойдет. По этой причине в последнее время он чересчур обеспокоенный по отношению к родным людям, даже если бывали пустяковые ситуации. Неожиданная кома Цумики стала шоком для всех. Оставались необъяснимыми причины её состояния, но все верили, что она очнется. От этого, конечно, никому легче не становилось, но многие сделали для себя выводы. Мегуми — быть трепетнее к близким. А сейчас от вида Мико хотелось плакать реветь. — Это долго рассказывать. Потом поясню. — Мико слегка скосила свой взгляд на наблюдающих за ними одноклассников. Намёк был понят, Мегуми отступил, фыркнув под нос, — Скажите мне лучше, как вы оба проникли в U.A.? Я думала, придет только Сатору. Если бы он появился, у меня бы вопросов не было, но ты, Мегуми. Что ты тут вообще забыл?! — академия была самым защищенным местом и проникнуть сюда мало кто мог.  — Мы с Годжо-сенсеем были на тренировке, и он вдруг телепортировался, прихватив с собой и меня. Я даже и не понял, что произошло. — недовольно посмотрел на учителя Фушигуро. Он не знал, что застанет такие громкие события, и не был готов к этому... Бегать по парку, когда легкий ветер дует тебе на лицо, — это не совсем смотреть на полуубитое состояние подруги, наблюдая за другими жертвами серьезного нападения. — Вполне ожидаемо. — ответила Мико, теперь у неё не было вопросов. 

***

Когда все собрались на месте эвакуации, даже про-герои были на улице. Годжо вальяжно вышел в центр и заговорил в своей привычной манере. Шаман оставил сестру на Фушигуро. — Детишки, забудьте всё, что видели сегодня. — произнес шаман, хлопнув в ладоши. — И меня забудьте!  — Чего?! — кто-то с толпы недовольно промычал. Остальные ребята тоже подключились к негодованию, поддакивая.  — Это не просьба, а приказ. — ребячески сказал Годжо, от него исходила удушающая аура.  На Мегуми с Мико это не действовало, но все остальные сжались.  — Опять он за своё! — раздраженно произнес Бакуго, парень не в первый раз сталкивается с данным чувством удушения от беловолосого. — Икк… — ответил Минета. — Страшный!  Все кивнули в знак согласия, Годжо был удовлетворен их ответом. Сатору отправился переговорить с одним из учителей. А после этого телепортировал Мегуми и Мико с собой.  Одноклассники девушки видимо поняли, что у брата и сестры одинаковые причуды. У ребят всё ещё оставались волнующие вопросы, их было слишком много, но взрослые отвечать им не спешили. 

***

Классу 1-А дали отдых несколько дней после всех бурных событий, что с ними произошли. Но перед этим учеников геройского факультета собрали на «классный час». Только вместо классного руководителя урок вела про-героиня Полночь. Ведь тот был в больнице, лечился. — Так, ребята! — героиня несколько раз хлопнула в ладоши, призывая всех к тишине, — Вас всех сегодня собрали, чтобы я рассказала очень важную вещь. — она поставила руки на парту, — Как вы могли уже догадаться, тогда в U.S.J. на нас напали не только злодеи… Те, кто был в эпицентре, понимали, что что-то не так. Именно им и нужны были объяснения. — Что? — испуганно вскрикнула Очако, — Был кто-то ещё?! — неудивительно, почему девушка и не подозревала об этом: её не было в центре.  — Вообще вы не должны об этом знать, но обстоятельства сложились так, что вы об этом узнаете. — Полночь говорила, смотря на шатенку. — В нашем мире, помимо героев, существует и такое сообщество, как «Шаманы».  Женщина начала рассказывать всё: о мире шаманов, о проклятиях и о том, что это должно оставаться тайной.  — Они не любят распространятся, но шаманы также защищают обычных людей, как герои. Проклятия незримы обычному человеческому взору. Там, в U.S.J., на нас напали проклятия, против них могут сражаться только шаманы. И один из них появился в конце… — Мико слушала всё со слегка отпущенной головой. Томи и не думала, что мир, в котором она живет, так скоро раскроется её одноклассникам. Теперь все знают об этом. И от этого на душе становилось гадко. Ведь теперь ее можно было назвать обманщицей. — Также в этом классе есть тот, кто относится к этому миру. — Полночь перевела взгляд на приунывшую ученицу. Её «отношение» к этому миру всегда приносило одни проблемы, — Годжо Сатору — тот, кто появился в конце, брат Годжо Томико. — одноклассники перевели свои ошеломленные взгляды на беловолосую, — Ребята, герои с силами шамана очень ценятся в геройском сообществе, — героиня заметила накалившуюся атмосферу и попыталась её разбавить. — Шаманы очень ценны... — про-героине не дали договорить: — Значит, тот высокий красавчик — твой брат? — бесцеремонно перебив, спросила Ашидо у одноклассницы.  — Да. — коротко ответила Томико. Она ожидала любых вопросов, но не подобного. Ей не впервой сталкиваться с фанатами брата, но в своем геройском классе это казалось чем-то новым и неловким. — Офигеть! Познакомь меня с ним, он кажется таким крутым! — воодушевлено заговорила Мина. Ее не волновало все остальное... Зачем забивать голову ерундой, когда у одноклассницы тут братик-симпатяшка! — Он, конечно, показался страшным, но таким мужественным! — поддержал напор Киришима.  — А как выглядят проклятия? — с интересом спросила Момо, уже вовсю раздумывая и строя разные теории. На Мико свалился наплыв вопросов от всех одноклассников. Для них это казалось чем-то необычным и таинственным. И их, как настоящих подростков, всё только завораживало. На облегчение Томико, гневных высказываний не было... Пока. Шаманка начала отвечать на вопросы: все были вовлечены в разговор. Полночь облегченно вздохнула: она думала, что бедную девочку не примут и будут осуждать, но она была рада, что её одноклассники оказались хорошими людьми. Только Бакуго сидел угрюмо, не вовлеченный в обсуждения. Он оставался глубоко в своих мыслях. И далеко не самых приятных. В парке он действовал рефлекторно, спасая близкую подругу, но почему же эта близкая подруга столько скрывала от него?