Нельзя пить из чужой бутылки

— Бен, давай быстрее! Мы не можем опоздать, когда он зовёт нас! — мужчина средних лет судорожно подправлял волосы, галстук, очки и пиджак на себе, стоя перед зеркалом в домашних штанах, пока кричал своему брату, который был не слишком далеко от него. — Я уже завёл машину — прекрати волноваться! Всë успеем. Мэй, где мои запонки? — не менее суетливый мужчина пытался руками разгладить на себе брюки и одновременно надеть туфли. — Я положила их на тумбочку. Питер, где штаны твоего папы? — спокойно говорила красивая брюнетка в серебряном обтягивающем платье. Она погладила по голове маленького мальчика, который встрепенулся и на маленьких ножках побежал в ванную комнату за вещью, которую попросила его тётя. — Питер, милый, не бегай с вещами в руках, а то споткнëшься. Ричард, успокойся. Мистер Старк сказал прибыть за два часа, а он позвонил всего минут десять назад, — Мэри подошла к своему мужу, поправила его пиджак и посмеялась над его домашними штанами, где на колене была капля джема. Она стояла перед ним в коротком пиджачке синего цвета, белой рубашке и синей юбке-карандаш, за эти десять минут она из домашнего пучка сделала объëмную прическу и успела погладить вещи мужа и свои. — Я просто волнуюсь…Мистер Старк наконец-то позвал нас в головной офис! Вдруг он принял наш проект, а я тут стою и думаю: «Пахнет от меня курицей или нет?» — более или менее успокоившись мужчина посмеялся и вытащил из волос жены белую нитку. — Ты у меня такая красивая… — Папа! Папа! Штанишки! — рядом с ними оказался запыхавшийся мальчик, у которого пухлые щёчки были красные, а глубокие карие глаза блестели от того, что он, возможно, выполнил важную задачу. Ему было года четыре, и он смотрелся очень мило в костюмчике, как у отца. — Спасибо, Питер, — он чмокнул хихикающего мальчика в макушку и, как можно быстрее, переоделся в брюки. — Наш мальчик уже вырос, помогает нам постоянно! — Бен одним рывком поднял Питера и покрутил его вокруг себя, одев на него свою шляпу. — Сегодня даже пойдëт на настоящий взрослый праздник. — Ричард, дай и нам его потискать! — возмутились одновременно женщины и забрали смеющегося мальчика в свои объятья, чмокнув пухлые щёчки с двух сторон. — Питер, мама с папой должны поехать на работу, потом мы обязательно вернёмся к тебе на праздник, — Мэри пригладила волосы сына, а Мэй тем временем ловко одела ему чёрные босоножки. — Ты познакомишься с мальчиком по имени Нед, он твоего возраста и тоже любит космос, — улыбнулась ему Мэй. — Ну все, дамы! Мы и так опаздываем на праздник, а кое-кто на работу, — с нетерпением сказал Ричард и достал фотоаппарат. — Одно фото и поехали. Бен поставил гаджет на стул и проверил, все ли вошли в кадр. Семейство Паркеров встало вокруг улыбающегося Питера и «вылетела птичка».

***

— Я отвезу Мэри и Рича на работу, а вы пока начинайте без нас, — сказал Бен, заводя машину. — Милый, мне тоже нужно поехать с вами! — Мэй на каблуках подбежала к Мэри и прошептала ей. — Мы не купили открытку… — А как же Питер? — спросил Ричард, и они все посмотрели на двух бегающих детей: Питер очень быстро подружился с пухлым мальчиком по имени Нед и уже вовсю играл с ним в «Звездные войны». — Я останусь! Подожду! — крикнул Питер, подбежав к семье. — Будь хорошим мальчиком, мы скоро вернёмся, — сказала за всех Мэри и обняла сына. — Хорошо, — мальчик нежно обнял ее в ответ своими маленькими ручками и поцеловал в макушку, как ему делали другие.

***

Дождь, опадающие листья, запах мокрой травы и земли, холодный ветер — маленькая фигура в черном комбинезончике и с четным числом цветов в ручках. «Бедный мальчик…У него больше нет родных?..Кто его возьмёт к себе?..Какая трагедия…Они были так молоды…» — шептались за спиной незнакомые Питеру люди. Нет, он не плакал, он просто стоял перед гробами не в силах поднять глаза. — Сегодня, в этот печальный день, мы прощаемся с Ричардом и его женой Мэри, с Беном и его женой Мэй…Живые не должны скорбеть по мертвым, а жить дальше, неся в себе свет ушедших… — говорил священник с грустью смотря на маленького мальчика, который положил последние цветы у надгробий. Нет, он не плакал, он держал в руках очки отца, которые остались целы, после автокатастрофы, держал шляпу дяди, в котором лежал кулон матери и браслет тети. «Так им и надо…» — эти слова были пойманы чутким слухом мальчика, который прижал слабыми руками вещи своей семьи.

***

— Питер, здравствуй... Я твой дядя, брат твоей мамы. Ты такой мужественный парень. Не хочешь жить со мной и моей семьёй? — спросил худощавый мужчина со слабой улыбкой на лице. Он подошёл к вымокшему ребенку, который не хотел уходить, даже когда все ушли. Мальчик стоял сгорбившись над землей, чтобы вещи в его ручках не намокли. Он не обращал никакого внимания на подошедшего мужчину. — У нас есть большой бассейн, мои дети твоего возраста, вы обязательно подружитесь и будете резвиться в семейном бассей… — Почему…— слабо прозвучали слова мальчика из-за шума дождя. — Прости, можешь погромче? — спросил мужчина, сев на корточки перед ним, радуясь, что смог установить контакт. Но его встретил глубокий, пронизывающий, стеклянный взгляд, который не может быть у маленьких детей — слишком взрослым был этот взгляд. — Почему вы сказали эти слова? — хрипло переспросил Питер. Видимо, он заболел на фоне всего произошедшего. — К-какие? — не понял мужчина и чуть отстранился. — «Так им и надо»… — Не…Нет! Тебе видимо послышалось. Пойдем лучше отсюда, — мужчина нервно улыбнулся и попытался взять Питера за ручку. — Нет! НЕТ! НЕТ! Не хочу! — тот дёрнулся в сторону и присел, сжавшись в комочек. — Не хочу! Я вас ненавижу! О-они этого не за-заслужили…— Питер задрожал и все продолжал повторять свои слова, не даваясь в руки мужчины. — Хватит! Мы сейчас пойдем ко мне домой, и ты станешь частью моей семьи! Я буду хорошим дядей! — разозлившись мужчина дёрнул мальчика за комбинезон, заставив его встать и обронить вещи. — А-а-а-а! — слезы стекали по пухлым красным щекам, пока маленькие ладошки пытались достать вещи на мокрой земле. — Мама! Папа! Не хочу! — Питер вырывался до тех пор, пока его не оставили одного. — Потом не вини меня, когда попадешь в приют! — крикнул напоследок злой мужчина и ушел. Всхлипывая, Питер дрожащими ручками собирал упавшие вещи, продолжая звать родных. Он посмотрел на надгробия, на которых были слова, ещё не понятные четырёхлетнему ребенку. — Папа-а…— он побежал к ним, пачкаясь в грязи. Он хотел почувствовать родное тепло, живые и добрые голоса, почувствовать их ласковые касания, услышать слова о том, что они вернулись, ведь обещали. — Мама! Т-тетя! Дядя-я… Но ничего из этого не было, только холодный ветер, пронизывающий до нитки дождь, пасмурный день и огромное поле с ровным рядом надгробий. Бежать было недалеко, но Питер споткнулся о маленькую горочку земли и полетел лицом вниз. Мальчик зажмурился и сжался, но его тельце не встретило холодную сырую землю, а что-то твердое и теплое. — Прости меня, Питер. Это я виноват, — крепкие руки нежно обвили мальчика, а теплое дыхание коснулось мокрых волос и холодных щек. Широкая ладонь легла на маленькую спину, а осунувшееся лицо с забавной бородкой заглянуло в заплаканные глаза ребенка. — Меня зовут Тони Старк, я был боссом твоих родителей… — Мистер Старк? — мальчик перестал плакать, освободился из объятий и вытер сопли с лица рукавом. Он молча подошёл к могилам и присел, пока его не укрыли зонтом от дождя. — Я не плачу...— тихо сказал Питер и прижал к себе помятую шляпу. — А почему не плачешь? — незнакомец присел рядом, придерживая зонт только для мальчика, а сам сидел под дождем, из-за этого его черные волосы стали спадать на лицо. — Потому что…Дядя говорил, что я сильный, а сильные не плачут. Мама сказала, что если я буду один, то должен ждать их. Те-тетя, — голос мальчика дрогнул, но он только шмыгнул носом и чуть помолчал. — Тетя говорила мне не грустить. А папа…папа…Он говорил, что только с семьёй можно плакать — это признак доверия. — Понятно…Но тебе разве не грустно? Не обращай на меня внимания, я… — Нет. Я обещал не плакать… — Ты же скучаешь по ним. Знаешь, нет ничего плохого в том, что дети плачут. Тебе не надо быть сильным, от этого легче не будет - твой дядя это знал. Он имел ввиду, что ты сильный и сможешь пережить все невзгоды, — мужчина положил ладонь на головушку Питера и мягко погладил его. — Я с-скучаю, мне очень г-грустно…Они обещали вернуться, — широкая ладонь не чувствовалась, как ладонь отца или дяди, и тем более не материнская или тетина, но была теплой. Питер уже несколько дней держался, но сейчас он больше не мог выносить тех чувств, которые перевернули его жизнь. — Я…я хочу вернуться домой с мамой и папой! У-уу…Х-хочу снова есть пироги тети и слушать рассказы д-дяди! А-Аа! — мальчик заревел в голос, выронив из рук оставленные ему вещи и прильнул к разрытой земле, где была его семья. Он звал их, но ему отвечал только ветер. — Извини, Питер... прости, — Старк приобнял плачущего мальчика, который неожиданно кинулся ему в объятия и стал лить слезы на его пиджак. — Правильно, поплачь, станет легче…

***

Юноша вздрогнул, очнувшись ото сна в своей кровати. Он дотронулся до своего лица и почувствовал влагу от слез. — Давно он мне не снился…— парень прикрыл глаза руками и немного полежал, затем рывком сел и растрепал себе кудрявые волосы. — Мммм, так, пора вставать. Доброе утро, папа, мама, Мэй, Бен, — парень погладил рамку фотографии, откуда на него смотрели улыбающиеся лица родных и его собственное маленькое и счастливое личико. Стройный юноша в одних боксерах подошёл к шкафу, широко зевая и почесывая плоский живот. Он натянул на себя домашние серые штаны и белую широкую футболку, затем направился в свою ванную комнату, где умылся и причесался. Из зеркала на него глядел милый мальчишка: ровные черты лица, светлая кожа без прыщей, но с мелкими веснушками, темные и глубокие глаза, длинные ресницы, волосы стали чуть светлее по сравнению с детскими, губы были тонкими и нежно розовыми. После утренних процедур, Питер спустился на кухню на завтрак. — Доброе утро, сегодня не опоздал. Давай есть и в школу. Я тебя подброшу, — сказал мужчина сидящий за столом и рассматривающий голограмму. На столе были тосты с яичницей и беконом, легкий салат и две кружки кофе. — Доброе утро, отец! — бодро отозвался парень и сел напротив него. — Не надо, я хочу на метро прокатиться. Времени ещё много. — Не хочешь прокатиться на новой машине? — ухмыльнулся Старк и отложил прибор в сторону, начиная есть завтрак. — В первый учебный день не хочется хвастаться обеспеченностью своей семьи. Лучше буду тихим парнем, — просто сказал Питер и сделал большой глоток кофе. — Эх, а я так выбирал цвет и различные гаджеты встроил, — вздохнул мужчина и улыбнулся сыну. — Ну ладно, езжай в тараканьей коробке. Хоть телефон свой новый возьми! Там ИИ есть, она тебе поможет, в случае чего. — Ты лучший! — закончив есть, парень обнял отца и направился в свою комнату на 103 этаже здания «Старк Индастриз». — Я пошел. Стиву передай от меня «привет». — Мелкий… Иди давай! — ухмыльнулся мужчина, смотря на уходящего и довольного сына, пока на телефон не пришло сообщение от «Зад Америка»: «Тони, ты мне нужен на среднем уровне. Тор и Клинт снова хотят что-то сделать, а Наташи рядом нет. Приходи, буду ждать». Юноша переоделся в бежевое худи и светлые джинсы, закинул все необходимое в рюкзак, созвонился с Недом и спустился на лифте, направляясь к метро по широким улицам в солнечный день. Он напоследок посмотрел с улыбкой на огромное здание, которое возвышалось над городом, на свой дом, где жили его новая семья и друзья. Так и начался предпоследний год старшей школы у пятнадцатилетнего Питера Старка.