Неужели всё?

«Поворот… Здесь был сквозной подъезд. Вот, есть... Быстрее! Выход на улицу. Чёрт, ступеньки! Надо подниматься и бежать. Быстрее! Дальше в угол двора! Там налево. Где они? Сзади. Не отстают». Сердце вот-вот выскочит через горло. Солнечное сплетение зажато в тиски. Спазмы пустой тошноты не дают дышать. В висках – гул, сплошной гул. Уши молчат. Ничего не слышат. Только тени мелькают. За спиной. Почему-то быстро. Очень быстро. – Давай, беги с другой стороны! Там – туннель. Лови его у выхода! На улицу! – их осталось всего двое. Третий точно побежал куда-то наперерез. «Что же делать? Надо было не трогать его. Урод гнойный! Вызвал подмогу. Здесь, в подъезде тишина. Не побегу на улицу. Там точно ждут. У них было две машины. Одна уехала. Значит, где-то на улице будут ждать. Точно будут. Нет, всё равно надо бежать. Быстрее! Куда? Куда… Как там Света?» Позади остались брошенная у бордюра машина и жена. А дома – два ребёнка. Когда в бок въехал «Лексус», он сначала ничего не понял. Ошарашено оглянулся по сторонам, потрогал правое плечо и, отстегнув ремень, вышел из машины. На него сразу же налетел брызжущий слюной «щего́л». Нерусский. Невысокий. И дерзкий. Когда начал пузыриться и толкать в грудь, всё ещё казалось несерьёзным. Вот тогда и надо было вызвать милицию. Не вызвал… Решил позвонить друзьям-юристам, спросить, что делать. И в этот момент получил удар по затылку. Телефон выпал, машина закачалась, в глазах потемнело. За спиной стоял бесстрашный «малыш». В руке – металлическая палка. Он снова замахнулся, а дальше всё было как в тумане. В момент удара по хрупкому, маленькому телу стало ясно, что вложился слишком сильно. Тельце приземлилось на асфальт уже без сознания. Вдруг непонятно откуда подъехали две чёрные машины. Из передней выскочили три человека. С пистолетами. И это – на Соколе, прямо на Ленингардке, где мимо несётся поток машин! Ближний, не целясь, выстрелил. Сначала мелькнула мысль, что это – сон, точно сон. Такого просто не может быть! А ноги сами понесли прочь и от машины, и от жены, и от нелепо раскидавшего руки в разные стороны водителя «Лексуса». «Куда бежать? Не помню. Здесь же был переулок. Бежать! Куда? Убьют! Света додумается вызвать милицию? Чёрт, вон, внизу – церковь. Туда! Ах, блин. Забор. Строительство. Хорошо. Можно оббежать!» Он пробежал ещё два здания, застрял немного в песке, когда сзади прозвучал хлёсткий выстрел. «Странно. Негромко. Бежать, идиот!» - Не стреляй!.. Хватит!.. – один из преследователей замедлил бег. - Почему?.. - второй явно не разделял его спокойствия. Оба еле дышали. - Там… тупик. Я вчера ехал. Утром перегородили, - он кивнул вверх. Над головой висел знак дорожных работ и указатель объезда. Оба злорадно усмехнулись. «Кажется, отстали! Проклятый подъём! Может, наркоманы? Тогда повезёт. Быстрее! Чёрт, ноги не идут! Всё, до поворота! Давай! Там выход». Он повернул за угол и замер. Во всю длину переулка была натянута высокая сетка-рабица. За ней ехали малины. До них было метров двадцать. «Нет, нет! Не может быть!» Сердце рванулось из груди и остановилось. В голове что-то хлюпало, чавкало, лопалось и взрывалось. В горле булькала сухая пена и несказанные слова. Он рванул на себя нижний край сетки, но она не поддалась и только впилась в ладони острыми краями. Гибкая, тонкая рабица! Будь ты проклята! До верха он допрыгнуть не мог. «Назад! В подъезд! Туда. Чёрт с ними! Быстрее!» Сзади раздались шаркающие шаги. И хриплое дыхание. Двое с перекошенными лицами. Открытые рты, задыхаются, а в глазах – злорадство. И длинные пистолеты в руках! – Стой! Не надо… – только и смог выдавить он из себя. Первый выстрел попал в ногу. Он сразу упал. Это была не шутка, не шутка, не шутка… Пальцы судорожно царапали асфальт, а в голове билась одна единственная мысль: «Неужели всё? Неужели всё?» - Зачем в ногу стреляешь? Дурак, что ли? – со злостью прохрипел второй. - Там же люди едут, - ответил первый и махнул рукой в сторону оживлённой улицы за сеткой. - Можешь через пиджак в кого-то попасть. Будет хуже. А так – надёжно. Ну всё, давай, нажимай. В голову. Только не промахнись! – и первый небрежно махнул дулом пистолета в сторону скрючившегося тела. Напарник выпустил три пули в упор и отскочил назад. «Очкует», - усмехнулся в душе первый и с пренебрежением сплюнул. Теперь была его очередь. Он подошёл к телу, посмотрел в две черные дырки вместо глаз и спокойно выстрелил в лоб. – Пошли! Посмотрим, что там с Ашотом, – они развернулись и не спеша направились в обратную сторону