Минус на минус даёт плюс. И в нашем случае тоже

День суда.    - Гиппогриф по кличке Клювокрыл обвиняется в покушении на жизнь ученика Хогвартса Драко Малфоя, а также в причинении вреда профессору по уходу за магическими существами Сафире Виолент. Выслушаем показания Люциуса Малфоя, - начал судья.   На суде находились, кроме присяжных и судьи, Виолент, Хагрид, сам Клювокрыл, Люциус Малфой и министр магии Корнелиус Фадж.  - Это животное ни с того ни с сего хотело напасть и убить моего сына... - начал Малфой, но Виолент закипела от такой наглой лжи.  - Ложь! Клювокрыл не...  - Помолчите, мисс Виолент. Мы выслушиваем показания Малфоя. До вас очередь дойдёт, - сказал судья.  - Но это не показания, а наглая ложь!  - Мисс Виолент! - Сафира замолчала. - Продолжайте, мистер Малфой.  - Так вот. Эта тварь хотела убить моего сына, она бы это сделала, если бы не профессор Виолент, которая закрыла собой моего сына, но при этом получила серьёзное ранение...  - Договорил, Малфой? - Сафира вложила столько злости в эти слова, что она сама была в шоке от себя. Люциус кивнул, а Сафира начала говорить. - Всё, что вы сказали, кроме того, что я защитила вашего сына, ложь! Поймите, если бы Клювокрыл действительно причинил мне серьёзный вред, то почему я не обратилась в суд? Всё было так. Я объяснила детям, что гиппогрифы не терпят плохого обращения к себе, и прежде, чем подойти к ним, нужно поклониться. Драко Малфой проигнорировал мои слова и, оскорбляя Клювокрыла, подошёл к нему, не поклонившись. Это задело Клювокрыла. Он такой от природы, но вы же не уничтожаете всех гиппогрифов! Да, он хотел ударить мальчишку, но я этого не допустила. У меня всего лишь оказалась сломана рука, это не серьёзно! Никто серьёзно не пострадал, и всё обошлось. Поэтому, если вы всё же примите решение по его казни, вы лишите жизни невиновного. Виновен в этой ситуации только Драко Малфой...  Спустя какое-то время дискуссий.  - Суд вынес решение. Гиппогриф Клювокрыл не будет казнён, но подпускать его к детям строго запрещается.  - Ура!!! Хагрид, я же говорила!  - Да, Сафира, ты права, - великан прослезился.   Люциус, конечно, старался убедить всех в обратном, но ему не хватало причин. Но если бы гиппогриф всё же навредил Драко, тогда бы Сафира никак не смогла бы оправдать Клювика.   

***

Конец февраля. Снега давно нет, дует прохладный, но уже более тёплый ветерок, который предвещает близость весны, а лёд на Чёрном озере потемнел, так как стал тонким.  Сафира гуляла вокруг Хогвартса, думая о том, как бы хорошо смотрелась зелень на деревьях. Как вдруг она увидела толпу школьников, которые столпились у озера и что-то кричали, паника привлекла к себе Сафиру. Она подбежала и ахнула. На большом расстоянии от берега стояла девочка первокурсница, она стояла неподвижно, так как лёд начинал покрываться трещинами. Действовать надо было быстро. Виолент начала быстро шарить по сумке и карманам в поиске палочки.  - Успокойся! Я сейчас! - крикнула она девочке, дабы успокоить. Но осознала, что палочку она не брала, она осталась в комнате. - Кто-нибудь позвал на помощь? - спросила она у детей.  - Да, Джордж и Фред побежали звать профессора МакГонагалл, - ответил кто-то из учеников.  Действовать нужно было быстро, не было времени придумать хороший план или ждать помощи.  - У кого-нибудь есть палочка? - ответа не последовало. Выходной, поэтому дети не брали с собой на прогулку палочки. - Чёрт!  Виолент отошла чуть дальше по берегу и аккуратно ступила на лёд. (Сафира не изучала физику, поэтому не знала, что чем больше площадь опоры, тем меньше давление на лёд) Раздался хруст, но трещины не появились. Сафира вздохнула и медленно, не отрывая стоп ото льда, двинулась к девочке.  - Так, успокойся, дыши ровно, сейчас я к тебе подойду, - говорила Сафира. - Давай, смотри на меня. Давай поговорим, меня зовут Сафира Виолент, я преподаю уход за магическими существами. Можешь звать меня Сафирой, - она медленно приближалась к первокурснице, та боялась пошевелиться, но молча смотрела на Виолент, а по её щекам катились слёзы. - Как тебя зовут?  - А-амина, - заикалась девочка. - Амина Стилл, Пуффендуй.  - У тебя очень красивое имя, - хруст! Трещины напомнили о себе, и Сафира остановилась, до Амины оставалось 10 метров. - Слушай. Медленно продвигайся ко мне навстречу, - Виолент продолжила двигаться вперёд, Амина не двинулась с места. - Пожалуйста, не бойся, иди ко мне, - девочка послушалась и аккуратно двинулась на встречу. Вот их руки почти дотянулись друг до друга, но лёд проломился.  Действия произошли за считанные секунды. Сафира поддалась вперёд, потянула на себя девочку и со всей силы кинула её на берег, где малышку поймали старшекурсники. Но вот только сама Виолент провалилась под лёд. Поток ледяной воды унёс её далеко от места раскола. Сафира попыталась разбить лёд, но тот не поддавался, вода замедляла удар, и лёд в этой части озера был более толстым. Сафира пыталась выбраться, найти разбитый лёд или очень тонкий, но никак. Тем временем воздух в лёгких начал заканчиваться, конечности немели, она начала задыхаться и в итоге потеряла сознание.  - "Вот и геройская смерть..." - лишь успела подумать Виолент.   

***

Люпин и МакГонагалл что есть мочи бежали к озеру. По словам близнецов Уизли первокурсница вышла на лёд, и он начал трескаться. Оба боялись, что не успеют. Когда они подбежали, лёд уже провалился. Опоздали...  - Девочка провалилась? - спросила Минерва учеников.  - Нет, я здесь... - всхлипнула Амина Стилл с Пуффендуя. - Н-н-но профессор Виолент...  Девочка перешла на плач.  - Профессор дошла до Амины, и в последнюю секунду лёд треснул. Профессор кинула Амину на берег, мы её поймали, а потом смотрим... А профессора... Нет, - объяснил Ли Джордан.  МакГонагалл ахнула, а Люпин издал рык, похожий на волчий. Он готов был прыгнуть в воду, но его остановила Минерва.  - Если она до сих пор не выплыла... Значит подводный поток унёс её дальше места разлома. Мы не можем потерять ещё и тебя.  По щекам профессора трансфигурации катились слёзы, как кстати и у Люпина. Римус упал на колени и был готов выть, как раздался громкий треск посреди озера. Огромный кальмар проломил лёд и положил на более толстый тело девушки, которую, Римус подумал, потерял навсегда.   

***

Люпин, Дамблдор, МакГонагалл и Снейп находились в больничном крыле возле койки, на которой лежала Сафира Виолент, и лишь изредка поднималась её грудь. Над девушкой хлопотала Помфри.  - Ну что, Поппи, как она? - спросил директор.  - Жить будет, не переживайте, но...  - Но? - спросила МакГонагалл.  - Это не касается этого случая, профессор. Просто я провела полную диагностику состояния Виолент.. Я никогда подобного не встречала...  - Что с Сафирой не так? - Римус рвал на себе волосы от переживания, ему наплевать, что о нём подумают, он переживал за девушку.  - Я не знаю, что это такое, но... Как будто все внутренние органы Виолент высыхают, их состояние, мне кажется, мёртвым... Я не понимаю...  - Что? Профессор, вы знаете о таких случаях? - спросила Минерва Альбуса.  Тот задумался, хмурясь. Он сам удивился подобному.  - Нет, - директор покачал головой. - Никогда о подобном не слышал. А ты, Северус?  - Не думаю, что такое когда-либо встречал, - пожал плечами зельевар.   - А может, - задумалась МакГонагалл. - Это её болезнь? Она говорила, что у её семьи по женской линии передаётся её болезнь. Но я не думала, что это что-то подобное.  - Нам остаётся только ждать, пока Сафира не очнётся и не расскажет нам об этом, если она сама в курсе.  Дамблдор, Снейп и МакГонагалл удалились из больничного крыла, а Римус сел на стул рядом с Сафирой и взял её за руку.  - Надеюсь, ты скоро очнёшься, и что то, что сказала Помфри, не сильно опасно...   

***

Прошло несколько дней, но девушка так и не очнулась. Римус в перерывах от уроков ходил в больничное крыло к Сафире, также всё это время кормил её феникса, ласку и волка. Последнему он всё рассказал о случившемся.  3 марта его выгнала Помфри из лазарета, поэтому, чтобы развеяться, Люпин пошёл пройтись по окрестностям Хогвартса, и к нему присоединился Раф.  - Привет, Раф, - уже по привычке поздоровался с волком Люпин. - Как дела?  Раф кивнул в знак того, что всё у него хорошо. Потом он посмотрел на Люпина вопросительным и переживающим взглядом.  - Нет, Сафира не очнулась, - ответил ему Римус.  В глазах волка читался страх, а Римус подумал, знает ли Раф о странной болезни его хозяйки?  - Слушай, а Сафира тебе не говорила, что у неё за болезнь? - волк остановился, испуганно смотря на Римуса. - Знаешь? - Раф неоднозначно качнул головой. - Скажи, это смертельно? - после паузы Раф медленно покачал головой. - Слава Мерлину... - выдохнул Люпин.  Они прошли чуть дальше, и волк странно посмотрел на Римуса, и, если Римусу не показалось, волк улыбался?  - Что такое?  Волк кивнул на Люпина, но тот всё равно ничего не понял. Раф закатил глаза и начертил сердце на земле, а после снова кивнул на Римуса. Тот, кажется, начал понимать, к чему клонит этот зверь.  - Нравится ли мне кто-нибудь? - Раф кивнул. - Ну... Да...  Волку явно понравился ответ мужчины, поэтому он навострил уши, ожидая услышать продолжение.  - Она очень красивая, умная, весёлая. С ней мне так хорошо, как никогда не было... Почему я вообще это тебе говорю?  Раф покачал головой. Смешные, всё таки, люди, когда любят, а ещё смешнее они, когда рассказывают это животным, думая, что те никому ничего не расскажут. Но Раф и не собирался. Наверное...  Так они ещё погуляли, и Римус вновь вернулся в больничное крыло. Сафира всё лежала, еле дыша. Римус сел на стул и взял книгу, чтобы почитать.   

***

Первое, что ощутила Сафира, это необходимость вздохнуть полной грудью, а для этого нужно было избавиться от жидкости в лёгких. Она резко села и начала кашлять. Потом почувствовала, что кто-то бьёт её по спине, помогая очистить дыхательные пути. Как только она откашлялась, она посмотрела на человека. И конечно же это был Римус.  - Привет, - прохрипела Сафира. - Я не умерла?  Римус не удержался и обнял девушку, та в свою очередь опешила и залилась небольшим румянцем.  - Я смотрю, я долго в отключке была. Какое сегодня число? - продолжала говорить хриплым голосом Сафира.  - 3 марта, - сказал Римус, а на лице Виолент выступил ужас.  Она осмотрелась, понимая, что находиться в лазарете. А что ещё хуже...  - Помфри, надеюсь, не делала полную диагностику?  Люпин нахмурился.  - Ты знаешь, что твои органы высыхают? Или что с ними происходит? - Сафира побледнела и могла слиться со стеной или чистым постельным бельём.   - Никто не должен был этого знать, - шептала Сафира себе. - Всё не так уж страшно, - будто утешала она себя, совсем не замечая Римуса. - Мне нужно к себе в комнату...  - Нет! - возразил Люпин, не давая ей встать. - Тебе нельзя покидать лазарет. Я позову мадам Помфри и предупрежу остальных, что ты очнулась. А после ты нам расскажешь, что с твоим здоровьем.  - Но... Римус, я не хочу ничего говорить. Я хорошо себя чувствую, но завтра 4 число... - пыталась возразить Виолент.  - Несмотря ни на что, ты будешь находиться здесь, - серьёзно посмотрел на девушку Люпин. - Пообещай.  Сафира задумалась и, незаметно скрестив пальцы, сказала, что не покинет стены лазарета. Римус кивнул и удалился, а Сафира быстро и незаметно убежала из лазарета.   

***

- Я же ей сказал никуда не уходить! - психанул Римус, увидя, что девушки нет.   Все находившиеся в больничном крыле преподаватели вместе с Помфри вздохнули.   - И куда же ушла твоя мисс “Я никогда не делаю то, что просят”? - спросил Северус Снейп.  - Наверное к себе в комнату, - сказал Люпин. - Слушай, Северус, а что ты вообще здесь делаешь? - Снейп раздражительно посмотрел на Люпина.  - А что? Волчонок ревнует?   - Северус, Римус, успокойтесь, - остановил их Дамблдор. - Римус, иди и постарайся уговорить Сафиру вернуться. Может она тебя послушает.  Люпин кивнул и покинул лазарет.  Он подошёл к комнате Сафиры и постучался. Ответа не было.   - Сафира, я знаю, что ты там. Ты обещала не покидать лазарет, - говорил Римус, зная, что она слышит.   - Я скрестила пальцы, - раздался всё ещё хриплый голос Сафиры.  - Пошли обратно, все переживают.  - Нет, я никуда не пойду. Уходи, - послышался кашель. Римуса её поведение взбесило, и он дёрнул ручку, но та не поддалась.  - Открывай, или я сам зайду!  - Уходи, Римус! Пожалуйста... Я, может быть, всё объясню, но не сегодня. Уйди, пожалуйста... - Римус содрогнулся, а его пыл остыл. Девушка плакала.  - Сафира?.. Ты плачешь? - в ответ была лишь тишина. - Прости, я просто беспокоюсь о тебе. Я сильно испугался, когда мы с МакГонагалл прибежали к озеру, и нам сказали, что ты спасла девочку, жертвуя собой... Я был готов нырнуть за тобой, но кальмар вытащил тебя.  - Кальмар? - переспросила Сафира. - Так вот кто не дал мне умереть... - из-за хрипоты Римус не заметил, что голос был разочарованным.  - Да... Я бы не простил себе, если бы ты умерла... Я переживаю за тебя. Раф сказал, что болезнь не смертельная, но я всё равно боюсь тебя потерять...  - Римус... - остановила его девушка из-за двери. - Уйди, пожалуйста... Увидимся 7 марта.  Люпин не хотел уходить. Он приложил лоб к двери и вздохнул, понимая, что бесполезно её уговаривать. Он простоял так какое-то время и всё же ушёл говорить, что у него ничего не вышло.    

***

Виолент сидела под дверью, ожидая, когда Римус уйдёт. По её щекам катились слёзы.  - “А что было бы, если бы я очнулась позже?.. Они бы узнали... Испугались бы? Наверняка... А если бы... если бы...” - она всхлипнула, вспоминая сон. Самый большой страх Сафиры - потерять тех, кто так дорог, а страшнее всего, если это случится из-за неё.  Вот Сафира встала, вытерла слёзы и наложила последние чары на дверь.  ~ Сафира, всё хорошо? Мы боялись, что ты не успеешь очнуться во время, ~ сказал Феликс.  - Да, я в порядке, - ответила она, садясь на диван. К ней на колени запрыгнула ласка.  ~ Я так волновалась за тебя, ~ сказала Ася, прижимаясь к девушке.   ~ Я ей всё объяснил, она не испугается, ~ ответил на вопросительный взгляд Виолент феникс.   ~ Я была в шоке, когда узнала, что ты... ~ начала было тараторить Ася, как её пресекла Сафира.  - Никогда при мне не говори это! Я и так мучаюсь от знания, кто я, - Сафира глубоко вздохнула, в грудь отдало удар.  ~ Я больше не буду, прости, ~ извинилась ласка и решила перевести тему. ~ А нас Римус кормил, пока тебя не было!   - Да? - переспросила Сафира. - Я рада, что он не забыл о вас.   

***

Римус сидел в Большом зале, совсем забыв, что сегодня должна прийти Сафира. Он лениво ковырялся в тарелке, ни о чём не думал, поэтому сильно испугался, когда девушка подкралась сзади.  - Бу! - раздался весёлый смех здоровой и счастливой девушки. - Доброе утро, Римус, - и она плюхнулась на место рядом с ним. - Как дела?  Люпин облегчённо вздохнул, но не успел ничего ответить, как к девушке обратилась разъярённая МакГонагалл.  - Сафира! Почему ты сбежала из лазарета?! Мы о тебе беспокоимся, а ты ничего не объясняешь! Сейчас после завтрака ты всё нам объяснишь, и никакие претензии не принимаются!   - И вам доброе утро... - отвела виноватый взгляд Сафира. - Так и знала, что она это скажет, - прошептала она так, чтобы услышал только Римус.   

***

- Сафира, можешь ли ты объяснить нам, что у тебя за болезнь? Это может быть смертельно, поэтому мы хотим тебе помочь, - спокойно спросил Дамблдор.  Виолент вздохнула, прикрыв глаза. Она обдумывала, что сказать и говорить ли вообще что-то.   - Даже если я вам расскажу, ничего не поменяется. Эта болезнь не лечится ни маглами, ни волшебниками. Ни одни травы, зелья и заклинания не помогут. Поэтому я вас просто заверю, что это не смертельно, и со мной всё хорошо. Всего лишь три дня в месяц я могу потерпеть, - сказала Сафира, смотря в окно в кабинете директора.   - Ага, сама то ты маглорождённая, - встрял Снейп. - Что это за болезнь то такая, которую вылечить нельзя?  - Это скорее не то, чтобы болезнь, а скорее проклятье по материнской линии, - пожала плечами девушка. - Поймите, что я не хочу никого посвящать в это. Как говорится, меньше знаешь, крепче спишь, - на этом Виолент подвела их разговор к концу, но остальные были совершенно не рады этому.   - Сафира, объясни нормально, мы должны знать, что это. Если это проклятье, то мы должны его снять. Я уверен, что мы справимся, - говорил Люпин, не желая больше быть в неведении. Сафира на этот счёт рассмеялась, да так, что её смех никто не узнал. Он был нервным, зловещим и будто сумасшедшим.   - Интересно, - наконец ответила Сафира. - Кто же осмелится его снять?  - Я, - без колебаний ответил Римус. В его глазах была решительность.  - А вдруг придётся пожертвовать своей жизнью? Не боишься? - не унималась Сафира.   - Если нужно, то я готов, - продолжал Римус, подходя к Сафире ближе.  - Пойми, Римус, мне не нужны герои, которые готовы рискнуть собой ради меня. Мне не нужна поддержка, помощь или что-то ещё. Я всегда справлялась со своими проблемами сама. Зачем же ты строишь из себя героя? Зачем тебе это? Зачем тебе мои проблемы?   Люпин молчал. Да, он знал, что любит Виолент, знал, что готов на всё ради неё, знал, что не сможет пережить её потерю. Именно она дала ему смысл жить, у него появилась цель (не без помощи Минервы). Он не хотел знать, видеть или слышать, как мучается девушка. Он хотел всегда быть рядом, стать её опорой, но она противится. Она делает вид, будто всё хорошо, но Римус чувствовал, что девушке больно и тяжело на душе, знал, что у неё что-то случилось в прошлом, из-за чего она падает в обморок при виде дементорах, знал, что она боится таких как он, но всё равно верил, что она поймёт его и останется рядом. Да, он боялся сделать ей больно, но она делала больно ему, не отвечая. Он начинал чувствовать, что она начала обращать на него внимание как на мужчину, но всё равно делала вид, что ей всё равно, что ей никто не нужен.   Римус сжал кулаки. Он хотел накричать на девушку, которая ведёт себя как ребёнок, который не понимает, что ему хотят помочь. Но он сдержался и серьёзно и строго заговорил.  - Ты знаешь, что ты эгоистка? - Сафира испуганно посмотрела на него, не понимая, к чему он клонит. - Думаешь, что, не рассказав нам, сделаешь только лучше? Мы переживаем за тебя! Я переживаю за тебя! Это неведение подключает воображение, которое выдаёт нам лишь страшные картинки. Но даже если ты так наплевательски относишься к своему здоровью, не относись наплевательски к нам! Мы не хотим тебя потерять, поэтому и хотим знать, мы хотим тебе помочь. Ведь нет ничего невозможного. Доверься нам, и мы поможем тебе.   Виолент продолжала испуганно смотреть на злого Люпина, она впервые видела его таким. Руки опустились, она чувствовала себя беззащитной перед ним. Она знала, что он прав, знала, но всё равно не могла сказать правды.   Она поджала предательски дрожащие губы, её начинало трясти то ли от злости, то ли от страха, то ли от душевной боли. Глаза налились гневом и слезами, а руки сжались в кулаки.  - Да?! Если ты действительно так считаешь, то пусть так и будет! Но я отказываюсь говорить и принимать ни твоей, ни чьей-либо помощи! Пусть я буду эгоисткой! Плевать! Но знай, что всегда на первом месте у меня находится безопасность близких для меня людей! И если кто-то пострадает или, не дай Мерлин, умрёт из-за меня, я себе этого не прощу! Я буду винить себя всю жизнь! Всю жизнь я буду чувствовать боль утраты и меня будет грызть совесть. Я буду говорить, что, если бы я только молчала и не привлекала никого, то этого бы не случилась! Я готова терпеть все муки этого мира, лишь бы видеть улыбки близких! - девушка во всю перешла на крик, а слёзы уже лились ручьём. - Ведь если бы не я, мои родители были бы живы! Ты не знаешь, как часто я говорю себе, что, если бы я не родилась, то они сейчас спокойно жили, а не лежали в земле!  Все присутствующие, итак находившиеся в шоке от ситуации, будто перестали дышать. Виолент, поняв, что на эмоциях сказала лишнее, отошла от Люпина на шаг, а после со всей скорости выбежала из кабинета Дамблдора, хлопнув напоследок дверью.  В кабинете ещё долго было молчание, каждый обдумывал сказанное Сафирой. Северус проникся похожими чувствами к девушке. Он знал какого, когда из-за тебя погибает дорогой тебе человек. Минерва жалела Виолент, она не знала, что её родители были мертвы, а тем более, что девушка считает себя виновной в этом. Альбус размышлял о своём, параллельно сочувствуя ей. А Римус понял, что наговорил, и мысленно врезал себе по лицу. Зачем он всё это сказал? А главное, как он теперь помирится с Сафирой?   

***

Сафира бежала с такой скоростью, с которой никогда не бегала, поэтому она за минуту оказалась у Рафа на шее и истерически кричала ему в шерсть, заглушая крики. Волк, поняв, что случилось что-то ужасное, не стал ничего спрашивать. Он лишь увёл Сафиру на опушку запретного леса, чтобы никто не видел её истерики. Там девушка продолжала захлёбываться в слезах и срывать свой голос.  После часа такой истерики, когда все сильные эмоции были выплеснуты, она рассказала другу о произошедшем.  - Мне так плохо, Раф... - шептала она, обнимая его. - Может лучше уйти из Хогвартса?..  ~ Не говори ерунды, Сафира! ~ возмутился волк. ~ Что-что, а уходить тебе нельзя, ты же окончательно с ума сойдёшь. И ни я, ни Феликс, ни Ася тебе не поможем, ~ Сафира ничего не ответила. ~ Всё будет хорошо. Ты помиришься с Люпином и остальными. Они поймут тебя и простят. Я верю в это, ~ продолжал Раф. ~ Тем более Римус без тебя долго не сможет. Знаешь, как он волновался, переживал, пока ты лежала в лазарете? Он настолько переживал, что начал со мной разговаривать часто. Он любит тебя очень сильно, Сафира, я это вижу. А ты любишь его, и ты не можешь это отрицать, ~ новые слёзы выступили с глаз, ей было больно из-за того, что Римус накричал на неё, а она на него. Сердце нещадно болело и ныло, а на душе была пустота. ~ Я знаю, что ты боишься за его жизнь, но хоть иногда подумай о себе и о его чувствах. Если ты его любишь, то сможешь не допустить его гибели. Ты сильная, Сафира Виолент. Ты всегда справлялась со своими проблемами и сейчас справишься. И даже сомневаться в этом не смей.  Сафира верила словам Рафа, но одно она никогда не сможет сделать, несмотря на уверенность её друга. Она не сможет принять чувства Римуса и быть с ним. Она не сможет добраться до этого счастья. Да, она полюбила Люпина, профессора защиты от тёмных искусств, её коллегу и друга. Но есть то, что не знает даже Раф, а Феликс обещал молчать. Её обещание, которое она дала себе 11 лет назад и которое не должна нарушить ни при каких обстоятельствах.   - “Прости Раф, прости Римус... Но я правда не могу...”   

***

После обеда Виолент заменила Хагрида на уроках. Ученики, полюбившие свою преподавательницу, не могли узнать её. Она скучающе и монотонно, как профессор Бинс, рассказывала тему, без какого-либо трепета показывала магических существ и рассказывала, как за ними ухаживать. Во взгляде не было того радостного огонька, лишь пустота и печаль. Самые внимательные отмечали, что радужка глаз девушки потускнела, а сами глаза были всё ещё красными от слёз. Когда у пятого курса был тест по пройденному материалу, девушка не замечала ни списывающих учеников, ни их разговоры, ни то, что уже прозвенел звонок.   - Профессор Виолент? С вами всё хорошо? - спросила обеспокоенная Анджелина Джонсон.  - А? - пришла в себя Виолент. - Ты что-то спросила, Анджелина?  - С вами всё хорошо? Выглядите не очень, - повторила грффиндорка.  - А... Да, всё хорошо. Просто устала...  - Дред, тебе не кажется, что нужно поднять настроение самому лучшему преподавателю Хогвартса? - спросил один из близнецов Уизли второго.  - Ты прав, Фордж, - согласился второй, и они оба подошли к Сафире. - О, милая мисс Виолент! - воскликнул он.  - Вам не идёт грустное лицо... - продолжил другой.  - Поэтому ваши любимые балбесы...  - То есть мы...  - Хотим поднять вам настроение...  - Примите этот скромный подарок от нас, - и один из них наколдовал небольшой букет из ромашек. А второй повторил действие другого и наколдовал небольшой букет незабудок.   - Оу... - Сафира одарила мальчишек улыбкой. - Спасибо, ребята... Что означают эти цветы?  - Мы не знаем, но, если вы попросите, найдём для такой прекрасной девы ответы, - улыбнулся Джордж.  - Но можете думать, что они говорят: “Перестаньте грустить и чаще улыбайтесь, профессор Виолент!”, - улыбнулся Фред.  - Спасибо, мальчики, - она приняла цветы, а Уизли ушли в замок со своими друзьями.    

***

Римус тоже весь день был сам не свой. На обеде Сафиры не было, по словам Хагрида девушка пришла только во второй половине дня, и сейчас на ужине девушки не было.   - “Скорее всего она на кухне. Вот зачем я ей это наговорил? Но она ведь сама виновата. Сама принудила к этому. Но... Не надо было так резко с ней говорить. Мерлин... Как мне перед ней извиниться? А должен ли я? Она же тоже виновата. Если бы всё сразу сказала, этого бы не было, а мы начали бы думать, как снять это проклятье, если это оно...”  - Что, Люпин, совесть грызёт? - спросил его Снейп, который “случайно” прочитал мысли Люпина.  - Не твоё дело, Северус, - буркнул Римус и покинул Большой зал.  Он шёл по коридору, продолжая думать, как поступить. Но определённого ответа не найдя, пошёл в свою комнату спать.   

*новая запись в дневнике Сафиры Виолент*    Когда покину я тебя, ты не вини себя.   Я виновата в этом. Никто другой, лишь я!..  Ты в обиде на меня, возможно, но я обиду отпущу.  И в примиренье наше, я слезу пущу.  Ты не оставь меня одну, будь рядом, это лишь прошу...  Мне больно так же, как тебе, но всё равно скажу:  “Я не люблю тебя, прости” - но я ведь вру при этом...