Минус на минус даёт плюс. И в нашем случае тоже

Боль кончилась. Эта была самая лучшая новость на данный момент и первое, что пришло в голову Сафире. Больше года, а до этого и каждый месяц она чувствовала ужасную боль, а теперь она больше не будет её чувствовать.    У Виолент было очень странное ощущение. Она вроде лежала на полу, а вроде левитировала в воздухе. Она не могла пошевелиться, а точнее не желала этого делать. Не желала открывать глаза и видеть то, куда она попала.    - "Это не может быть Рай. Падшие ангелы должны отправляться исключительно в Ад." - думала Сафира. - "Что произошло после того, как исчезли зрение и слух? Почему не могу вспомнить?"    В голове раздавались чьи-то голоса, раздельные слова и прикосновения, но всё не складывалось в цельную картинку. Сколько она пролежала, пытаясь вспомнить, она не знала. Но наконец всё же медленно открыла глаза.    Либо в глазах была пелена, либо в месте, где она оказалась, был туман. Какое-то светлое помещение с дымкой.    Сафира, нехотя, поднялась в сидячее положение и почувствовала тяжесть за спиной. Крылья. Большие чёрные крылья никуда не делись, ведь это её сущность, а на том свете, куда бы она ни попала, она всё равно останется падшим ангелом.    Тяжело вздохнув, Сафира огляделась. В помещении не было ничего, даже пола и потолка, что уж говорить о каких-то вещах.    Вдруг кто-то протягивает ей руку помощи. Рука была женская, а рукав кофты был белый. Сафира, не поднимая взгляда на человека или кто бы это не был, приняла помощь и встала. И только после этого удостоила взглядом присутствующего.    - Подсознание? - удивилась Сафира.    Перед ней стояла она же или, как она её называет, подсознание. Оно было в белой кофте и такой же пышной юбке, на ногах были белые гольфы и балетки. Белые волосы были заплетены в косичку вокруг головы, а синие глаза поддерживающе смотрели на неё. Она была как ангел во всём белом.    - Чем чаще тебя вижу, тем больше уверена, что у меня раздвоение личности, - произнесла Сафира.   - Могу с уверенностью сказать, что ты совершенно здорова, - улыбнулось подсознание.    - Я ведь умерла. Где же Ад? - спросила Сафира.    - Ты не умерла, - спокойно сказало подсознание.    - Ч-что? - глаза Сафиры расширились, а по телу пробежало леденящее чувство. - Что ты этим хочешь сказать?    - Не помнишь, что произошло в конце? - наклонило в вопросе голову на бок подсознание.    - Н-нет, - ответила Сафира, она даже боялась вспоминать. - Последнее - то, что я перестала видеть и слышать. Дальше всё как в тумане. А ты помнишь? - подсознание кивнуло.    - Раф, Феликс и Ася... - подсознание не договорило, замечая по выражению Сафиры, что та вспоминает.    - Они “обняли” меня... Наверное говорили, что рядом, ведь они точно чувствовали, что мне тяжело. Может говорили, что любят и что до конца будут рядом... Жаль, что я этого всего не слышала... - глаза стали влажные. Самые близкие ей друзья, те кто всегда были рядом и прожили всё это вместе с ней. Их поддержка всегда держала её на плаву и не давала закрыться в себе. Они единственные, кто знал о её секрете до сегодняшнего дня.    А для Рафаэля в её сердце было отдельное место. Из всех троих он был самым близким и комфортным. С Асей они не так долго, как с Рафом. Уже прошло 4 года с тех пор, как она нашла этого волчонка в лесу... Такое чувство, будто это произошло совсем недавно. А вот с Феликсом они хоть и долго, но разные черты характера сказываются на их общении. Да, Раф больше подходил на роль лучшего друга нежели питомца. Если бы он был человеком, то все не смогли бы их видеть по отдельности. Он тот, к кому она в основном обращалась в первую очередь, когда ей было плохо. Он всегда был готов помочь ей в любом деле, мог развеселить и утешить. Даже не просто лучший друг, нет. Он был ей как брат. Старший или младший, разницы не было.    - Что было после?     - Боль, - подсознание сглотнуло, оно не хотело напоминать, но без этого не воссоздать полную картину.    По телу Сафиры пробежали мурашки. Каждая секунда этого ада врезалась в её память, но она с безразличием принимала каждое воспоминание. После она вспомнила последние мгновенья, когда боль утихла. Она просто делала свои последние вдохи и выдохи, но почему ей припоминается вкус шоколада, кофе и... табака на губах?    - Что за вкус? - посмотрела на подсознание Сафира, касаясь ладонью губ.    - Тёмный шоколад, кофе и табак? - уточнило подсознание, на что Сафира кивнула. - Поцелуй, - усмехнулось подсознание, а Сафира перестала дышать от осознания. Вся картина наконец сложилась в её голове. - Думаю, ты поняла, кто сделал это?    - Римус... - с глаз скатились слёзы, страх за его жизнь окутал её. - Я убила его?.. - руки затряслись, она схватилась ими за голову и опустилась на колени, расстилая крылья по предполагаемому полу. - Я убийца... Зачем он это сделал?.. - слёзы капали вниз, исчезая в дымке. Боль намного сильнее прошлой появилась в области груди и разрывала её на части.    - С чего ты взяла, что он умер? - подсознание опёрлось на одно колено и положило руки на плечи Сафире.     - О-он жив? - с надеждой посмотрела на подсознание Сафира.    - Я не знаю, - спокойно ответило подсознание, замечая потухшую надежду в глазах Сафиры. - Я видела всё то же, что и ты. Ни больше, ни меньше. Но прошу тебя хотя бы поверить в то, что Аниэль оказалась права, и Римус жив и спас тебя...    - Но это же бред! - закричала Сафира. - Ты считаешь, что любовь всемогуща?! - она издала нервный смешок. - Не смеши...    Подсознание помрачнело. В глазах читалась обида и боль. Оно поджало губы, превращая их в тонкую линию.     - Не говори так, - сухо сказало оно. - Аниэль хоть и была замкнутой и скрытной, но она не была глупой. Она не просто так ведь доверилась, как ты считаешь, сказке. Основываясь на фактах, мифах и легендах, которые складывались из правды, пусть и чуть приукрашенной, она создала теорию. Ей всего лишь не хватило твёрдости характера, смелости, опыта и времени, чтобы самой завершить и проверить её теорию. Она явно сожалеет и сочувствует тебе. Может она и не познала настоящую любовь, но верит в неё целиком и полностью. И где бы она ни была, она, как и твои родители, всегда рядом, - Сафира молча смотрела на серьёзное подсознание, которое будто знало то, что Сафира никогда не слышала, не читала или не знала. Но даже хотелось верить ему. - Ты... Очень похожа на Аниэль. Не только внешне. Она ведь тоже убила своих родителей, страдала и убивалась, ненавидела себя и проклинала судьбу за то, что она такая... Она тоже скрылась, ты от друзей, она от старшей сестры, которая после осталась одна. Эйаэль Хейли и Аддерли после замужества, её сестра, не ненавидела её за это, а Аниэль думала иначе. Поэтому поздно осознала свои ошибки.    А Хабухия Келли? Она ведь своих младших сестёр убила. Троих сестричек...    - Серафина, Рабия и Дара, - прошептала знакомые имена Сафира.     - Да... Не легко ей было, - вздохнуло подсознание. - Но ты... Ты отличаешься от них. Ты сильная и смелая, решительная и открытая, ты можешь справляться с трудностями, потому что у тебя есть друзья: Билл, Раф, Феликс и Ася; у тебя есть Римус! Ты зашла намного дальше своих родственниц! Ты намного лучше них, и даже то, что ты родилась падшим ангелом, не делает тебя монстром. Вспомни, как отец называл тебя и что говорил?    - “Мой ангелочек, не плачь. Ты не монстр и не виновата в том, что родилась такой. Мы с твоей мамой любим тебя такой, какая ты есть, всегда будем рядом с тобой и поддержим в любой ситуации. Никогда не сдавайся и не опускай руки! Подними голову вверх и докажи тем, кто считает тебя другой, что ты намного добрее и лучше них! Чаще улыбайся. Даже если больно, улыбнись от того, что у тебя есть мы с мамой. Даже если нас не будет рядом, мы всё равно будем с тобой...” - раздался давно забытый голос отца. Перед глазами предстало его весёлое, доброе лицо, на плечах, где лежали руки подсознания, чувствовались его тёплые большие ладони. Она вспомнила этот момент.    Ей было 6, время обращения. Она сказала папе, что она монстр и разревелась. Уже тогда она ненавидела себя. А отец сел на корточки перед ней, положил руки на плечи и сказал ей эти слова. С тех пор она старалась никому не показывать свою слабость и боль. Возможно, она неправильно поняла тогда слова отца и посчитала, что слабость - это ужасно, что она должна быть исключительно сильной. Но насколько же детский мозг перефразировал слова отца, что она даже во взрослом возрасте думала также.     И новый поток слёз полился из глаз. Она скучает по маме, по папе... Но знает, что их не вернуть и что, когда она наконец умрёт, она не попадёт к ним в Рай. А в том, что они там, она не сомневалась.    - Мне их так не хватает, - прошептала Сафира. Всё время она пыталась спрятать своё прошлое не только от других, но и от себя, старалась не вспоминать, чтобы не воспалять раны.     - Я знаю... Мне тоже, - тихо сказало подсознание и обняло Сафиру, давая ей выплакаться в её кофту.    Перед глазами Сафиры начали всплывать обрывки из прошлого.    Вот она с мамой на их любимой кухне. Мама раскатывает тесто, а Сафира кладёт начинку и не особо аккуратно залепляет пельмени. После того, как пельмени сварились, на кухню заходит глава семейства. Сафира подбегает к нему, а он её поднимает на руках над собой, а после прижимает к себе и целует её в лобик. Мама снимает с себя фартук, ставит тарелки на стол, подходит к папе и целует его в щёку, приглашая ужинать и спрашивая, как дела на работе.    Вот она в саду играет с папой в индейцев. Их лица были разукрашены краской, а на головах были повязки с искусственными перьями. Они издают кличь, быстро прислоняя ладонь ко рту во время произношения звука “А”. Он, как вождь, обучает её метать сделанное его руками копьё, на которое Сафира повязала красную ленту, а также отец учил её стрелять опять же из самодельного лука. После они строили шалаш, разводили костёр и танцевали вокруг него причудливые танцы. А когда начало темнеть, мама принесла сосиски, хлеб и картошку на шампурах, и они всё это жарили под смешные истории отца.    Потом вспомнился случай с котёнком, когда она притащила его домой. Пока она его ловила, успела пару раз упасть, угодить в кусты и изодрать коленку и локоть. А после умиляющиеся и смеющиеся лица родителей, вспышка фотоаппарата и объяснения, что у папы аллергия и котёнка надо отпустить. Было жалко расставаться с котёнком, но как сказала мама: “Либо мы выгоняем котёнка, либо папу!”. На что отец возмутился и ущипнул маму за бок, за что потом получил шутливую затрещину. А после они с мамой бегали за папой и пытались его защекотать, а после устали и уснули на диване, так и не помыв Сафиру и не убрав веточки из её волос.    А когда она заболела ангиной, родители не отходили от неё даже ночью, сменяя друг друга. Папа постоянно рассказывал нескончаемые истории, многие из которых придумывал сам, он заваривал ей чай разных вкусов, после чего Сафира пристрастилась пробывать разные вкусы чая, покупал небольшие подарки и всегда поднимал ей настроение. Именно он занимался её лечением. А мама готовила вкусный бульон, так как ничто другое Сафира есть не могла, она читала Сафире любимые книги на ночь, чтобы ей было легче заснуть, и покупала новые книги, чем радовала девочку. Уж очень любила Сафира сказки.    Если вспоминать ещё одну болезнь, то всплывает образ Сафиры, чьё лицо и тело было утыкано зелёнкой. Ветрянка, которой она заболела на Рождество, из-за чего не смогла гулять с деревенскими детьми. Сафира сильно расстроилась из-за этого. А после её родители тоже утыкали себя зелёнкой, и тогда все втроём стали в зелёных пятнышках. Так ещё и папа танцевал вокруг нарядной ёлки, размахивая руками и припевая: “А у меня костюм ветрянки!”, после чего все долго смеялись, схватившись за животы.    Так как Сафира с семи лет ходила в школу, то она получала оценки. Как-то она пришла домой, а в дневнике стояла двойка по математике за контрольную. Родители оба были на работе, а расстроенная Сафира закрывается в комнате и грустит, думая, как её будут ругать родители. Ведь её одноклассник, который часто получал двойки, рассказывал, как его родители ремнём отлупили и лишили сладкого. Но когда родители пришли домой и застали поникшую встречающую их дочь, узнав о двойке, не наругали и не накричали, а приобняли, сказали, что из-за оценки не имеет никакого смысла её ругать. И весь вечер они втроём сидели и разбирали непонятную для Сафиры тему. После этого она переписала работу и исправила оценку.    Как-то отец решил поиграть с Сафирой в армрестлинг, и какого была его удивление, когда дочка почти не утруждаясь победила его. Узнав о силе Сафиры, он начал показывать и обучать её боевыми и защитными приёмами.     А один раз отец сказал соседу, что он настолько слабый, что даже его дочь легко сделает его в армрестлинг. Ну туда-сюда и завязался спор, и было принято решение проверить. Папа привёл её в гости к соседу, объяснил суть, а перед тем, как пошёл обратный отсчёт до начала раунда, наклонился над ухом Сафиры и сказал, что если она выиграет, то сосед будет должен им ящик лимонада и пару напитков для папы, что оказалось пивом. Ну Сафира загорелась и во всех трёх раундах одержала победу. Лицо соседа надо было видеть. Он офигел от жизни. В итоге у Сафиры был запас лимонада, папа одержал победу в споре, а сосед попросил никому не говорить, что его победила девятилетняя девочка.    Один раз отец прибивал гвоздь для новой фотографии и ударил молотком себе по пальцу. Он хотел было ругнуться, но помня, что рядом была восьмилетняя дочь, сказал: “Леший тебя побери!”. Тогда Сафира узнала, кто такой Леший, и по всей видимости с тех пор, когда она ругается, иногда говорит эту фразу.    Вот вновь кухня, мама рассказывает Сафире, как печь имбирные пряники. Сафира, будучи ребёнком, настряпала множество печеней довольно странных форм, одно даже было на полпротивня. И как бы мама ни уговаривала её, Сафира отказывалась делать из него много маленьких. В итоге его съел папа, на что Сафира потом обиделась, но обида была не долгой, так как папа в тот же вечер угостил её леденцами.     А вот Сафира попросила папу заплести ей маленькие косички. Надо было видеть лицо мамы, когда она не смогла их распутать и пришлось обрезать волосы под каре. Сафире конечно шло, но мама дала папе пару затрещин, виня в том, что в этом деле у него руки не из того места. Сафира немного погрустила, но вскоре забыла этот инцидент с волосами.    А как она смотрела на родителей, каждый раз упрашивая поехать в Лондон в Кафе-мороженое мадам Кениш. Родители каждый раз усмехались и соглашались. Каждый раз ещё более молодая мадам Кениш встречала семью Виолент широкой улыбкой. Мама всегда брала вишнёвое мороженное, папа брал черничное, а Сафира каждый раз пробовала что-то новое. То ваниль, то клубника, то шоколад, то банан, то фисташка и излюбленная ей шоколадная крошка. После кофе родители водили Сафиру по площади, красивым улочкам и магазинам, где они закупали продукты. Всё это для неё было обыденностью, но в то же время и таким особым событием, что каждый раз она чувствовала себя, как в первый.    А как Сафира любила подкрадываться сзади к отцу, когда он читал газету или книгу, и забирать его очки. Когда она убегала, слышала его смеющийся возмущённый голос: "Отдай мои очки, воровка!". После он гонялся за ней по дому, иногда запинаясь и стукаясь о стулья и мебель, проклиная своё зрение. Догнать быструю и юркую дочку он не мог, поэтому, только когда вмешивалась мама, помогая ему в поимке Сафиры, они могли загнать её в тупик, а после защекотать девочку до слёз.    А когда ей пришло письмо из Хогвартса, она и мама обвинили отца в розыгрыше, от чего он отнекивался. И только когда пришла Минерва МакГонагалл и объяснила всё, обвинения с отца они сняли. Минерва выглядела тогда строго, изумрудная мантия, высокий пучок тёмных волос и квадратные очки. Сафира тогда предложила ей выпить чай, прежде чем та отправилась к остальным детям из магловских семей.     В Косой переулок они заглянули всей семьёй. Все трое таращились и дивились всему, что видели, и никак не смущались направленных на них косых взглядов. Они никогда не видели ничего интереснее этого переулка, товаров, которые там продавали, и людей в цветных мантиях. Они весь день провели за покупками вещей для школы, тогда же они купили феникса, поели мороженное в кафе Флориана Фортескью и конечно же пообещали в следующем году купить Сафире метлу, если она будет хороша на уроках полётов, о которых рассказывала профессор МакГонагалл.    А когда наступило 1 сентября, и Виолент приехали на вокзал Кингс-Кросс, девочку одолевали сомнения насчёт стены. А вдруг она врежется и разобьёт себе нос? Но родители сказали, что всё будет хорошо, и все вместе, взявшись за тележку с чемоданом, преодолели барьер.     Виолент вспомнила счастливое лицо мамы, по щекам которой текли слёзы, отец махал ей рукой, приобнимая маму за талию, а она стояла, прижавшись к окну, и посылала воздушные поцелуи родителям. Те изобразили, что поймали их, и приложили руки к щеке, оставляя воздушный поцелуй там. Они повторили её действия, и Сафира поймала два поцелуя и прислонила руки к обоим щекам, выдавая смешок. Раздался гудок поезда, и родители начали отдаляться от неё, пока не исчезли вовсе.     14 февраля на первом курсе в Хогвартсе в 8 часов вечера, когда соседки по комнате находились в гостиной, Сафира стояла у открытого окна, ожидая школьную сову, которую отправила после завтрака. Хоть Сафира родилась утром, родители сделали традицию дарить подарки исключительно в 8 часов вечера. Для того чтобы птица успела туда и обратно, Сафира немного опоздала на первую пару по травологии. Но подарок того стоил. Бурая птица залетела в окно и положила красивую коробку на кровать Сафиры, а после, ухнув, улетела в совятню. Родители подарили ей толстую записную книжку в красной обложке с золотой окантовкой, а по середине была золотая голова льва. Внутри была золотая лента-закладка, а листы были в клетку. На первом абзаце был текст, написанный двумя разными почерками. Первый - аккуратный, мамин, а второй - папин, врачебный почерк, который Сафира чудом понимала. Они сделали его своими руками, и Сафира до сих пор писала в этой книге самые важные события своей жизни, а в последние годы и стихи. Сладости и всякие украшения также прилагались к подарку.      После первого курса в июле родители затеяли поход. Всей семьёй они выехали подальше от своей деревни, вышли из машины с рюкзаками и отправились в глубь леса, отлично проводя время. Сафира помогала папе ставить палатку и разводить костёр, маме готовить еду и собирать хворост. Когда они нашли пруд, то решили искупаться и наловить рыбу. Рыба, жаренная на костре, была просто невероятно вкусной и сытной. Этот поход стал незабываемым и отложил свой отпечаток на Сафире. А интереснее всего, что этот поход они совершали в лесу, где всё это время жила Сафира.    - “Что бы сказали родители, если бы тогда им сказали, что я проведу часть своей жизни здесь?” - подумала Сафира.    Но хорошие воспоминания кончались и приходило время той роковой ночи. Мама тогда гладила Сафиру по голове, говоря, что через полчасика она снова будет человеком. До полуночи оставалось полчаса, а Сафира почувствовала голод и не смогла его сдержать. Всё было как в тумане, а после слышится крик мамы, разум проясняется.    Мама лежала на полу и от неё исходил белый свет, который поглощался Сафирой.    - Мама?!! - крикнула Сафира, ей было так страшно. Что она сделала?    На крики прибегает папа.    - Что происходит? Лавия?.. - вновь помутнение, а после уже и отец лежит на полу и с ним происходит то же самое.    - Папа?!! - Сафира впадает в истерику. Как ей это прекратить? Но пока она пыталась понять, что делать под крики родителей, голод исчезал.    - Милая! Прошу! Хватит! - кричала мама.    - Прекрати! Что ты делаешь?! - кричал папа.    - Я... Я не знаю...     Родители кричали всё громче.    - Нет! Мама! Папа! Прошу, простите!..    Затем родители перестали кричать и дышать. Сафира падает рядом с ними на колени и плачет. Крылья исчезли, а с улицы были слышны голоса людей. Сафира принимает решение бежать и обещает больше не возвращаться домой.    Через неделю, когда родителей похоронили и никого на кладбище не было, Сафира положила на их могилы два букета искусственных белых лилий, с глаз стекали холодные слёзы. Она не вернётся сюда больше никогда, пусть хоть цветы у родителей будут лежать всё время, как свежие. Она опустилась на колени и стала просить прощения. Боль утраты была невыносимой. Всё из-за неё... Они умерли из-за неё!     - Вы говорили, что я не монстр... Но тогда почему вы лежите в земле, а не со мной сейчас?! - ненависть к себе загорелась внутри, хотелось умереть, пойти к ним, но... Что-то мешало ей... Она протянула руку, и на мраморе начали появляться буквы, которые складывались в слова.    - Пусть тот, кто виновен в вашей смерти, умрёт в муках, так и не познав чувства истинной любви... А это я... - бросив последний взгляд на могилы дорогих ей людей, которых ей теперь не вернуть, она прошла к своему дому, наложила неизвестно откуда известные чары и, бросив последний взгляд на дом, попросила феникса увести её отсюда.     Они вспыхнули и с тех пор больше там не появлялись.    Неизвестно сколько времени прошло, но всё это время подсознание обнимало Сафиру, которая всё время плакала, иногда смеялась, а когда дошла до последних воспоминаний начала кричать от боли вновь вскрывшихся ран. Подсознание же смотрело равнодушным взглядом в туман. Оно знало, что вспоминала Сафира, но ему было не до слёз. Погружённое в свои мысли, оно молча гладило Виолент по волосам.    - “Римус... Надеюсь, что ты жив. Сафира больше не вынесет потери и в этот раз точно убьёт себя... Спасибо тебе за то, что любишь её и спас, но спас ли себя ты, я не знаю...”