Хроники Тэйвата.

— Альбедо подумай сам. — Если на его город обрушилось стихийное бедствие, то он вероятно сбежал из родных мест — объяснил Син Цю, оторвавшись от книги и сняв с правого глаза монокль. — А если в пути его заставал ливень, то совсем неудивительно, что он простудился после таких перебежек — добавил Венти, намазывая на кусок булки очередную порцию ягодного варенья. — Но что же это за алые точки на карте — спросил наконец Итэр, которому то и дело не давали заговорить. — Эти точки отмеченные части мира — ответил Аято, отрываясь от сковороды с жареными мясом и овощами. — Когда же где-то случается беда тогда точка, которой отмечена та или иная часть карты начинает светиться. Остальную половину вечера друзья с самым серьёзным видом разговаривали о произошедшем. Помимо этого Чунь Юнь изучал карту с алыми точками. Люмин и Итэр предполагали, что стоит предложить юноше остаться с ними, что было весьма хорошей идеей в сложившийся ситуации. Син Цю то и дело отрывался от книги, вставляя в разговор несколько фраз, а Венти и Альбедо, не отрываясь от общего разговора раскладывали на столе тарелки и приборы. Кейа и Дилюк стояли на веранде и говорили видимо о своём прошлом ибо до ребят и Аято изредка доносился приглушённый смех. Наконец, друзья отложили все дела и сели ужинать. В доме всегда готовили по очереди и каждый на свой вкус, однако и старшие и юные члены необычной семьи умели угодить любому, даже самому искушённому человеку. Ближе к ночи на кухне остался один Венти. Юноша убрал со стола, вымыл посуду и пол, стараясь делать всё аккуратно и за всеми этими делами он невольно вспоминал, как отказался от сущности архонта и сбежал из родного города. Было время однажды Мир был светел и юн, Дул ветер вдоль водной глади С пиков заснеженных гор. Луна снова вышла из ночи, На небе оставив свой след На город печальный пролился Звёздный, искристый свет. Сквозь струны оконных решёток Испачкана кровью не раз, Сияла луна, освещая О битве великой рассказ. Пришёл, будто рыцарь нежданно С осенней багровой зарёй, Людей заслонил он собою В разгар беды роковой. Возвысилась статуя бога, Вдаль устремив свой взгляд Вырос на острове город, Старый, на новый лад. Старое пусть исчезло, О новом пусть все твердят Для меня, ты по прежнему старый, Город великий Монштадт. — Где, где я? - тихий голос вдруг отвлёк Венти от чтения стиха и он обернулся. — Ты в нашем доме. — На окраине Снежной - ответил Венти, садясь рядом с юношей и потихоньку разглядывая его облик. Странник уже не был таким бледным, каким его нашли, глаза играли бликами от зажжённого фонаря, тёмные волосы, оттенённые зелёными прядями в лунном свете казались едва ли не шёлковыми, а средней длины чёрные ушки придавали ему некоего очарования. — Спасибо, что помогли мне - сказал юноша. — Я не знаю, что было бы дальше если бы я не наткнулся на вас. — Но кто ты и как здесь оказался? - спросил Альбедо, всё это время стоявший в дверном проёме, наблюдая за всем происходящим. — Меня зовут Тигнари - ответил юноша, тяжело вздохнув. — Я стражник из леса Авидья. — Однако, несколько дней назад на нас обрушился гнев водяной стихии и я вместе с отрядом лесных стражей старались защитить тех, кто находился в лесу. Но едва мы добрались до места откуда начался потоп их вдруг смыли огромные бушующие волны и я остался один. — Я собрал дома всё, что сумел найти и сбежал. — Каждый раз меня подгоняли потоки воды и вскоре идти самому уже не осталось сил потому я позволил унести себя так далеко. — Однако же, теперь ты в безопасности - сказал Альбедо. — Мы не дадим тебя в обиду. — Это правда - улыбнулся Венти. — В конце-концов мы в какой-то степени семья. — Кстати, а что за карта с алыми точками была у тебя в сумке? — Это старая магическая карта - объяснил Тигнари, вертя пальцами стакан с чаем. — В древние времена с помощью неё отслеживали места, где чаще всего случались беды и выдвигались туда где нужна была помощь.