Клонит в сон

Где-то одиннадцать часов вечера. Мы лежим на диване в обнимку и смотрим какой-то фильм. Ну как мы, Инк смотрит. Понятия не имею о чём он, потерял интерес к происходящему уже после минут двадцати. Там что-то было про молодую пару которая рассталась со скандалом, а потом у той девушки началась депрессия. И весь фильм идёт про эту депрессию, или по крайней мере тот момент до которого я досмотрел. А вот Инку было интересно. Он смотрел не отрывая глаз от экрана. Когда я у него спросил что там такого увлекательного, тот ответил что депрессия - запутанная для него тема. И этот фильм объясняет это превосходно: поведение девушки; дома и в школе, её эмоции; безысходность, замешательство, желание ничего не делать кроме как лежать в кровати и пялиться в потолок. И так далее. Я ему конечно пояснил что мне это не интересно, но Инк сказал что это его месть за то, что я заставил его смотреть экшн с жестоким кровопролитием. Ему это не нравилось, но мне одному смотреть такое в разы скучней. Пока Инк с большим любопытством наблюдал за сюжетом, я включил себе музыку. Это позволяет хоть как-то отвлечься от этой скукотищи на экране. Найдя нормальный плейлист, я закрыл глаза и слушал всевозможные мелодии и голоса довольно не плохих певцов и музыкантов. Большинство из песн успокаивали и заставляли задуматься над их смыслом. Некоторые даже клонили в сон, настолько расслабляющие и мирные они были. Я облокотился на Инка. Вот прямо здесь и сейчас я мог с лёгкостью провалиться в сон. Я почувствовал как что-то гладит меня по голове. Это была тёплая рука Инка. Мои щёки покраснели, ведь это было приятно. Чёрт возьми, я чувствую себя ребёнком. Но я не против этого, пока мы наедине. Если кто-то посторонний увидит как я поддаюсь нежностям, меня могут высмеять и обозвать. Ну, может не все, но Найтмер точно. А потом Киллер распустит сплетни и меня станут называть неженкой, или что они там могут придумать. Суровая реальность средней школы. Из раздумий меня вытащили вопросом. – Ты тут спать собираешься? Я поставил музыку на паузу и вытащив наушники ответил: – Возможно, – Бодро я в любом случае не звучал. – Какие-то проблемы? Звук телевизора тем временем затих. Я увидел что он погас совсем, и свет отдавали только слабые настольные лампы по бокам. – Неа, но я тебя в кровать нести не буду. Слишком ты уж тяжёлый, – последнее было сказано с лёгким раздражением. – Говорит тот кто таскает портфель тяжелее три килограмма, – с насмешкой сказал я. – А ты сколько весишь по твоему? Легче моего портфеля? – Я не знаю. Послышался вздох. Что-то между безысходным и раздражённым. – Ты чего? – Хм? – Инк явно не понял вопроса. – Ты раздражён. Или мне кажется? – Да фильм закончился непойми чем, – разочарованно пояснил Инк. – Не понятно, избавилась она от депрессии или нет. – Вот правильно я сделал, что не смотрел, – удовлетворённо высказал я. – Не, ну сначала нормально было. – Было! Потом перестало. – Зачем вообще спорить? Ты не смотрел даже. Он был прав, но я всё же пытался найти аргумент. Моя гордость не позволяет соглашаться с ним. Но так и не найдя ничего что могло противоречить Инку, я вздохнул и откинул голову назад. – Я победил. – Нет, я просто устал. – Так иди спать! – Неа. – Сил небыло ни на что. Хочется просто лежать с ним в обнимку и всё. Не важно что там завтра или вчера было, у меня удовольствие здесь и сейчас. – Когда ты стал такой упрямый? – возмущённо спросил Инк. – Когда на тебя удобно лёг. – Тоесть я могу тебя просто спихнуть и ты отстанешь? Я поднял голову и посмотрел на него с презрением. Инк это увидел и начал пялиться обратно. Я смотрел ему в глаза, один голубой, другой жёлтый. Инк всегда говорит небесно голубой и лимонно жёлтый, но я не вижу разницы в оттенках. Жёлтый как жёлтый, голубой как голубой. Инк поправил мои на нос съехавшие очки. И когда они успели? мелькнула мысль в голове. Его щёки заметно покраснели. Мои тоже, ведь наши лица были достаточно близко. Вот бы он ещё наклонился... – Пойдём спать, Эрри. – Не зови меня так, – я нахмурился. Инк издал смешок. Он выпрямился, что заставило меня тоже сесть прямо. Удивительно, где-то были ещё силы держаться. Инк встал и прошёл в сторону спальни, где были готовы две кровати, одна из которых для гостей. Он обернулся и дёрнул головой в сторону комнаты, намекая на то чтобы я пошёл с ним. После этого он удалился. Я потёр глаза под очками, но от этого они слипались только больше. Где-то во мне всё таки взялись силы подняться и пройти в спальню к Инку. Инк уже сидел в кровати и ждал меня. Я откинул одеяло другой кровати и, перед тем как залезть туда, выключил свет. Мы не проронили ни слова о чистке зубов или переодевание в пижамы. На нас и так была домашняя одежда, а зубы чистить не хотелось из вредности. Я залез в кровать, и по закону подлости сон как рукой сняло. Мы ещё о чём-то болтали, пока Инк не замолчал. Я подумал что он решил уйти спать и уже хотел отвернуться набок, но Инк, так же внезапно как и замолк, спросил меня: – Можно мы... поспим в одной кровати?... От этого вопроса мои щёки покраснели, нет, загорелись. Что он имел ввиду? Мы всего пару месяцев встречаемся! Он же не хочет уже?... – Я всмысле просто... просто поспать.. – Э-эм... хорошо? Чёрт, это так неловко! Эта ситуация, мы оба просто горели от смущения. Инк откинул одеяло и поправил подушку. Я взял свою подушку и положил рядом. Он подвинулся и я осторожно залез под одеяло, как будто я поднимаю какие-то драгоценности, а не обычное тканевое изделие. Я лёг набок, Инк сделал тоже самое. Мы лежали близко друг к другу и старались много не двигаться. Я то и дело отводил взгляд в смущении, но не найдя ничего на чем я бы мог сконцентрироваться, глаза сами возвращались на лицо Инка. В темноте ничего не видно, но могу поспорить что он делал тоже что и я. Но в какой-то момент, Инк обнял меня. Сначала легко, но через несколько мгновений мы лежали плотнее друг к другу. Он зарыл свою руку в моих волосах, другая была на моей спине и прижимала меня к нему. Своими руками я обнимал Инка за талию. В свои ноги я замкнул одну из его ног и слегка сжимал. Пусть пару минут назад это была самой неловкой ситуацией в наших отношениях, сейчас всё было отлично. Нам обоим нравилось то что мы делали. Я чувствовал как сердце Инка в быстром темпе билось, и он наверняка чувствовал тоже самое с моей стороны. Через пару минут сутки стали медленнее, пока не задержались в одном, ровном темпе. Мы пару минут лежали тихо. Меня клонит в сон, еле держу глаза открытыми. И вот Инк из пустого места говорит: – А мы геометрию забыли сделать. – Мгм... – промычал я. – Нафиг эти формулы. – Двойку поставят. – Инк, ну суббота же, – Уже сонно бормотал я. – Ещё два дня есть до этой геометрии. – Я просто говорю, а то забуду. И вновь тишина. Я закрыл глаза и начал засыпать. Инк поворошил той рукой которая была в моих волосах. Она опустилась ниже, до моего уха. – Ты очки снять забыл, – он проскользил пальцами по рамке и обхватив её потянул на себя. Очки поддались только когда я немного приподнял голову. Инк потянулся рукой к столику около кровати и, к удивлению, достал до него и бережно положил очки. Он вернулся в прежнее положение и я прижался к нему. Но вскоре я обмяк и закрыв глаза снова пытался заснуть. Это чувствовалось странно, вот так лежать с Инком в обнимку в одной кровати и попытался заснуть. Мы такого раньше не делали, может поэтому? Нет сил на большие раздумья. Мысли все больше угасают и становятся неразборчивы. Звуков почти не слышно, только дыхание Инка напоминает о том, что я ещё не сплю. Он вновь гладит меня по голове. Ему явно нравится ставить меня в положение ребёнка. Под его дыхание, я и провалился в сон. Наутро он наверняка будет говорить о том какой я милый когда уставший. Я его прибью когда нибудь за это...

***