For the Batter Half

Это было деревенское Г-образное кафе с темно-синей кирпичной стеной, на которой был изображен городской пейзаж в сумерках. На приподнятом деревянном полу цвета сепии беспорядочно разбросаны кресла-мешки, а на стене висел плоский экран телевизора. Полки были заставлены игровыми приставками и французской поэзией. А свисающие лампочки с закручивающимися искусственными лозами создают теплую и уютную атмосферу. Таким образом, она была странным зрелищем в таком кафе. Прямые серебристые волосы каскадом ниспадали ей на спину, а черное платье-карандаш обтягивало ее миниатюрную фигуру. Поверх ее платья был вязаный сиренево-синий жакет со стразами по краям, который переливается, отражая солнечный свет, льющийся из окон. В довершение всего нить жемчуга на ее тонкой шее, изящные руки сжимают кожаный клатч и пару черных туфель-лодочек. Ее каблуки тихо цокают по серому бетонному полу, когда она скользит внутрь. Ее движения неуверенны, как будто она не уверена, куда следует поместить ее конечности, чтобы они выглядели естественно. Она устроилась в задней части кафе, подальше от окон. После тридцатиминутного ожидания она подходила к стойке, чтобы сделать заказ. Дымящаяся чашка зеленого чая. Тогда она смотрела бы на это. Не делая глотка. Пока туман не угаснет, как мерцающее пламя, она уйдет. Это происходит уже несколько месяцев. Ее визиты в кафе эпизодични, но под парой проницательных карих глаз она постепенно сходит с ума. Ее когда-то фарфоровая кожа была пепельной, почти анемичной. Румяные щеки, обычно окрашенные в румяный оттенок, впали. Пышные локоны теперь поредели на некоторых участках головы и секутся на концах. Ее яркая цветная одежда была заменена чем-то свободным и тусклым. Она была призраком своего прежнего «я». Теперь она вошла в кафе, опустив голову и обхватив себя бледными руками. Сидя в углу, серо-коричневые глаза часто скользили по направлению к стеклянной двери, почти ожидая, что кто-нибудь ворвётся. Нажмите. Плечи дернулись, испуганные глаза поднялись. Пара проницательных темно-коричневых глаз встречается с ней. Вздрогнув под тяжестью его взгляда, ее глаза метнулись вниз. Бледно-зеленое туманное видение смотрело на нее в ответ. — Вы в порядке, мисс? — спросил ласковый голос. Она сразу же кивнула головой. Тихо, она хотела, чтобы человек оставил ее в покое. Раздался тихий скрежет, и в уголке ее глаза появилась пара ловких рук. Из-под его закатанных рукавов выглядывали бинты. — Кто причиняет тебе боль? Ее рука сразу же легла на ее щеку, прежде прежде чем быстро убрать ее, как будто ее ошпарили. Она тщательно нанесла макияж, чтобы скрыть яркую пурпурную отметину. Удивленная, она посмотрела на обладателя голоса. Он все еще был высоким, несмотря на неловко сложенные в кресле рядом с ней узловатые конечности. Копна шоколадно-каштановых волос и пара темных глаз на угловатом лице. И выглядит очень молодо. Как ее старший сын. — Мисс, вам нужна помощь? — повторил он снова. Его глаза были полны тепла и понимания.  Как прорвавшаяся плотина, она рухнула. Она плакала о насилии и несправедливости по отношению к ее детям. Она оплакивала потерю своего старшего ребенка. Мужчина не произнес ни слова. Он не считал ее неудачницей матери за то, что она не смогла защитить своих детей. Вместо этого он выслушал и передал ей коробку с салфетками. Когда она, наконец, сориентировалась, то поняла, что в кафе было тихо, если не считать периодического гудения холодильника. На заднем фоне не было слышно ни болтовни, ни ревущего звука «КО». Смахнув слезы с глаз, она заметила, что кафе было очищено от посетителей, а табличка «Закрыто» перевёрнута. Крошечный рыжий в переднике в тонкую полоску и фетровой шляпе на голове мыл пол. — Вы знаете, кто преступник, мисс? — Да. — ответила она, изучая мужчину рядом с ней. Он выглядел так, будто уже знал, кто преступник, но хотел от нее подтверждения. — Тодороки Энджи. — тихо прохрипела она. Ее голова высунулась из стены, как будто она боялась, что упоминание его имени вызовет его. Вежливая улыбка украсила его черты. — Что ж, Рей-сан, правильный порядок действий — сообщить о нем в полицию и подать на него в суд. — Мы не можем этого сделать! — выпалила Рей, прежде чем покраснеть от своей грубости. Мужчина по-совиному моргнул, склонив голову набок. — Почему мы не можем этого сделать? — Эт-это потому, что Энджи Герой Номер 2. — объяснила Рей, сжимая кулак. — У него были бы непробиваемые адвокаты и… — И как это сделало бы это невозможным? Рей недоверчиво посмотрела на мужчину. Он должен быть либо невероятно умен, либо склонен к суициду, чтобы хотеть сразиться с героем номер 2. На самом деле, черт возьми, этот человек выглядит так, будто даже не понимает термина « герой номер 2». — Тогда… Тогда что ты предлагаешь нам делать? Мужчина напевал веселую мелодию себе под нос. — Энджи уже дома? — Нет, — покачала головой Рей. — Отлично! — Он хлопнул в ладоши. — Привозите сюда своих детей на временное проживание. Раскачиваясь на стуле назад, он нараспев выкрикнул имя. — Чуя~ — Я слышал тебя, Дерьмовая Скумбрия! — Как грубо, Чиби! — надулся мужчина. — Ругаться перед красивой дамой. Чуя закатил глаза и заворчал себе под нос. Отложив швабру, он шагает к дуэту. Оказавшись в непосредственной близости, мужчина обхватил Чую своими длинными руками и притянул к себе. — Это Чуя, мой пес. — Мужчина заработал удар в затылок, от которого в последнюю секунду уклонился. — Он будет сопровождать вас до вашего дома, пока вы приведите своих детей. Чуя наклонил шляпу в сторону Рей в приветствии, прежде чем сделать шаг, чтобы проводить ее. — Подождите! — Рей протянула руку. — Но у меня нет адвоката, и я даже не знаю, кто вы?! Все это происходило слишком быстро. Пожав плечами, мужчина лениво ухмыльнулся. Он полез в карман и вытащил, простую белую карточку. Дазай Осаму | Поверенный защиты