Ваш дружелюбный сосед Хан Джисон

В день героического не-спасения Минхо Джисон в костюме Человека-паука возвращался на крышу школы, чтобы переодеться и забрать рюкзак, а по прибытии домой он обнаружил полицейскую машину, припаркованную у самого подъезда. Соседи были всполошены, о чём-то (Хан знал, о чём) перешёптывались и толпились в холле первого этажа. Прямо у квартиры его встретили прибежавшая из ресторана чета Ли и мама, отец остался готовить своё и соседское заведение к закрытию. Рядом с обоими Ли стоял молодой полицейский, и пока он тихим бархатистым баритоном что-то втолковывал испуганным родителям, мама вкратце пересказала “новости”. Для вида Джисон, конечно, удивился, выпучил глаза и спросил, всё ли в порядке с Минхо, после чего узнал, что того после пробуждения таки отвезли в больницу понаблюдаться одну ночь. Вполне ожидаемо на следующее утро во всех соцсетях появились видео очевидцев. Хэштег “человекпаук” снова выбился в топ. В обсуждениях начались не то что баталии, а скорее злорадный троллинг в перемешку с комментариями сочувствующих. И пока одни гении выкладывали тиктоки с моментом удара под смешную музыку, другие особо одарённые, явно помогавшие городу чаще Человека-паука, делились своим экспертным мнением о том, как на самом деле следовало спасать парня. Хан мечтал отгородить себя от потока информации о своём неудавшемся подвиге и перестать гореть от стыда, но в школе дела обстояли только хуже. Пятничное оживление, новость о взаимодействии Человека-паука с одним из учеников и само отсутствие этого ученика впервые за последние три года - всё это вылилось в настоящий хаос. Кто-то из команды по лакроссу разнёс по школе информацию о том, что Минхо и Джисон - соседи, и потому любопытные просто не давали покоя: писали в чатах, передавали записки прямо на уроках, вылавливали в коридорах. Всем было интересно, видел ли он Человека-паука, рассказывал ли ему что-то сам Минхо, но от расспросов Хан старался убежать как можно скорее. - Ну а если так по правде… ты этого Паука-то видел? - шепнул Феликс, когда они сидели на обеденном перерыве, чудом найдя в столовой место, где их никто не трогал. - Не видел, Феликс. Я сидел и уроки делал. Увидела его мама. - Счастливая, - коротко вздохнул парень, поправляя крашенные в каштановый волосы. - Задница у него что надо в этих трико! Джисон на секунду ощутил, как банановое молоко поднимается вверх по носоглотке, но вовремя остановил порыв подавиться. Он был неимоверно возмущён и, может, чуточку, самую малость польщён комплиментом, однако Феликса под столом он всё же пнул, недовольно прошипев: - Минхо чуть не умер по тупой случайности, а тебя интересует, как выглядит жопа Человека-паука вблизи? - Но Минхо ведь жив! - Феликс развёл руками, выразительно взмахнув в воздухе сэндвичем. - Поэтому ничто не мешает мне поинтересоваться. Из праздного любопытства. - Чанбин в курсе, что ты заглядываешься на чужие задницы? - Чанбин первый и заметил. Этот разговор нужно было закончить как можно скорее. Хан перевёл дыхание в тщетных попытках не краснеть, но расслабиться не получилось, потому что нападающий школьной сборной по лакроссу собственной персоной подошёл к их столу. Джисон боковым зрением заметил, что Феликс загорелся, как лампочка. - Привет, - небрежно бросил Со, кивнув им обоим. Форменный бомбер команды, казалось, он снял специально, чтобы пофлексить мускулами перед своим парнем. Хан почувствовал себя особенно одиноким и вообще лишним. Чанбин тем временем подсел к ним прямо с нагруженным едой подносом, на его заостренном, немного асимметричном лице выделялась виноватая косая улыбка. - Джисон, это… Хан посмотрел на спортсмена. - Извини, я не думал, что такой бардак начнётся, если я кому-то скажу, что вы соседи, - протянул тот. Казалось, он действительно сожалел. - Минхо сам как? Он не читал мои сообщения. - Он в больнице ещё, вроде бы. Похоже несколько дней его в школе не будет, - Джисон поднял свой телефон, когда раздался короткий звук уведомления. Сообщение он прочитал, беспокойно сведя брови к переносице. - Что такое? - через плечо заглянул Феликс, по-детски обнимая его за локоть. Чужое дыхание опалило ухо Хана, отчего тот сразу сжался. Он не был против тактильности друга, но присутствие Со и вся обстановка в целом заставляли его чувствовать себя некомфортно. - Мама написала, что у Минхо диагностировали частичную потерю памяти и запретили ему тяжёлые физические нагрузки до полного восстановления. Переломов и трещин не нашли, так что выпишут сегодня. Чанбин как-то облегчённо вздохнул, а затем протянул Хану свой телефон. - Джисон, давай контактами обменяемся, - лицо у Со было серьёзное, плохо читаемое. Хан набрал свой номер и сделал дозвон, чтобы сохранить номер Чанбина и отдать смартфон обратно. - Я понимаю, что это не смертельно, но ты за ним проследи и пиши мне, если вдруг чем-то помочь надо. - Хорошо, - кивнул Джисон. Они с Чанбином никогда не были приятелями, скорее просто принимали существование друг друга как некую данность, не испытывая ни особой любви, ни ненависти. Однако проявление человеческого участия со стороны спортсмена что-то растопило в груди Джисона. Вдруг стало понятно, почему у того было так много друзей, почему он быстро сошёлся с тёплым и ласковым Феликсом. Со Чанбин, он ведь хороший парень, да? *** Хан отпросился со всех дополнительных занятий. Он понимал, что родителям Минхо сейчас тяжело. О том, что произошло, они узнали по новостям, потому что их сын ничего не мог вспомнить сам. Впервые за долгое время их главная опора выбыла из строя, оказавшись в совершенно уязвимом положении. Порыв приехать скорее домой, чтобы позаботиться о старшем, был продиктован одновременно и правилами приличия, и собственным желанием сделать для Минхо что-то полезное. Если не как Человек-паук, то хотя бы как Хан Джисон. Он и не заметил, как оказался на пороге его квартиры, отжимая кнопку звонка. Дверь открыл его отец. Вид у мужчины был замученный, под глазами темнели синеватые круги. - Господин Ли, здравствуйте! - Джисон поклонился, обращаясь по-корейски. - Я пришёл узнать, нужна ли вам моя помощь? Минхо… он сейчас отдыхает? - Привет, заходи, - господин Ли сделал шаг назад, чтобы пропустить гостя в дом. - Минхо проснулся. Ему не помешала бы компания. Тебе разве не надо на дополнительные занятия по физике? - Я отпросился, - ответил Хан, скидывая обувь. - Думаю, от меня было бы больше толку здесь. Мужчина завис. Видимо, совсем не спал. - Иди к Минхо, - вдруг отмер он, - с тобой чуть позже поговорим. Джисон ещё раз поклонился и зашагал в знакомом направлении по тёмному коридору. Он постучал в дверь, скорее чтобы предупредить, чем спросить разрешения войти, а затем повернул ручку, заглядывая внутрь. В комнате Минхо было непривычно темно: свет (даже неосновной) был выключен, окна полностью закрывали жалюзи. В этой полутьме только лицо самого Ли было обрисовано слабым голубоватым свечением айпада. Услышав, что кто-то вошёл, парень приподнялся на локтях, поморщившись. - Хён, привет, - Хан поздоровался по-корейски и с хозяином комнаты, помахав ему рукой. - Привет. Ты чего тут делаешь? - отстранённо спросил Минхо уже по-английски. Джисон прошёл дальше и, придвинув к кровати стул, сел напротив старшего. - Я хотел узнать, как ты себя чувствуешь, и еще поинтересоваться, что я могу для тебя сделать. Может, мне записывать для тебя домашку… - Домашку мне пришлют из администрации имейлом, - Несмотря на замедленные движения и видимую общую слабость голос Минхо казался твёрдым и холодным, как сталь. - Что-то ещё? - Ты не ответил… - Вчера мне в голову с четвёртого этажа прилетел целый ноут. Как, ты думаешь, я себя чувствую? - Да, действительно тупой вопрос, - Хан кивнул, виновато улыбнувшись. - Но всё же, есть ли что-то… - Хани, - начал Минхо, выделяя своё особое обращение к младшему, его голос сохранял спокойную холодность, - я не умру, если ты перестанешь целовать мою задницу. Раз действительно хочешь помочь, помоги моим родителям. Завтра на утренней смене им точно будет нужен официант. - Хорошо. А котята? - встрепенулся Джисон, оглядываясь в поисках коробки. - Как ты узнал про котят? Хан застыл, а вместе с ним - его сердце. - Вчера кто-то упомянул про них. Не помню, кто, - соврал он. Вчера про котят никто не говорил. - О них позаботятся другие волонтёры. - Окей, понял, - Джисон замолчал на секунду, а потом достал из рюкзака что-то прямоугольное и протянул это Минхо. - Я тебе шоколадку принёс. С мятой, как ты любишь. В тусклом свете, исходящем от экрана планшета, глаза Ли вдруг полыхнули какой-то слезливой детской растерянностью. Он взял гостинец и с удивлением посмотрел на упаковку, будто сам никогда не брал этот шоколад при любой возможности поесть сладкого. Минхо перевёл взгляд на Джисона, тихо вздохнул, и сказал: - Спасибо, - на этот раз его голос был уже гораздо теплее. - Не за что, - Хан хлопнул себя по коленям и встал, сразу же направившись к двери. - Хани, - окликнул его Минхо, и он остановился на пороге, обернувшись, - настроение у меня препаршивое, - Ли констатировал факт, видимо, не видя причин за что-то извиняться. - Я понял, - ответил Джисон снова на корейском, - хорошенько отдохни, хён. Выйдя из комнаты, Хан задержался, чтобы поговорить с господином Ли. Тот уверил, что официант на утреннюю смену им не нужен, и настоял на том, чтобы Джисон не сильно отвлекался от домашки и остался присмотреть за Минхо. Родители Хана не были против, а потому уже утром субботы он, стоя на кухне семьи Ли, готовил завтрак для себя и больного. Возможно, из-за того, что Джисон уже был на этой кухне сотни раз и пару из них даже помогал маме Минхо, всё ощущалось особенно родным и понятным. На секунду (ладно, не на секунду) Хан даже позволил себе представить, что мог бы вот так готовить завтрак для старшего, если бы они жили вместе. Это ведь довольно просто: встать пораньше, завести тесто на блинчики, заварить кофе, а потом смотреть на улыбку напротив, вместе обсуждать планы на день, целоваться, забыв о грязной посуде в раковине… Пока фантазия не разыгралась окончательно, Джисон разложил по тарелкам глазунью с золотистыми желтками и засервировал блюда беконом, тостами и шариками творожного сыра с зеленью. Довольный собою парень со сноровкой бывалого официанта прихватил обе тарелки пальцами, а на предплечье той же руки устроил маленький круглый поднос с воздушными японскими панкейками, кружкой кофе для себя, стаканом молока для Минхо и блюдцем с таблетками, что тому предстояло выпить только за утро: средства от мигрени, отёков и лекарства для укрепления сосудов. Когда Хан зашёл в комнату к старшему, тот ещё спал. В помещении было всё так же темно, а ещё пахло ароматизированной универсальной жидкостью для мытья поверхностей, кондиционером для белья и шампунем - чистотой, с которой ассоциировался Минхо. Джисон оставил еду на столе, чтобы осторожно разбудить Ли. От него исходило сладкое сонное тепло, в которое хотелось уткнуться носом и вдыхать, пока круги перед глазами не запляшут, но в сложившейся ситуации это было бы как минимум странно, поэтому Хан собрался и полушёпотом произнёс он прямо над его ухом: - Хён, завтрак в постель. Просыпайся. Минхо нахмурился и зашуршал одеялом, пытаясь повернуться на спину. Не без труда разлепив глаза, он недовольно засопел и, наконец сфокусировав взгляд на Джисоне, выдал: - Какого хрена, Хани? - Ты сказал помочь твоим родителям. Этим я и занимаюсь, исполняя обязанности твоей сиделки, - парень выпрямился, уперев руки в бока. - Не нужна мне сиделка. - Хорошо, - Джисон пожал плечами, развернулся к окну и резко поднял жалюзи. Густой полумрак комнаты разорвал яркий поток радостных солнечных лучей, и привыкший к темноте Минхо тут же взвыл, хватаясь за голову. - Вставай и обслуживай себя сам. Даже свет тебе организовал, чтобы еду с лекарствами было лучше видно. - Да я тебя… - пригрозил было Ли, но, видимо, головная боль была настолько острой, что он не смог даже продолжить. Хан скрепя сердце стоял над кроватью старшего и ждал, когда тот наконец перестанет упрямиться. - Я в общем-то не против, но для этого тебе нужно сначала встать, поесть, принять таблетки, а потом меня догнать. Ты же наверняка справишься с задротом вроде меня. Минхо накрыл голову одеялом и угрюмо пробубнил: - Понял я, понял! Только свет закрой, прошу. - Вот и умница! - Хан тут же опустил жалюзи. Тем временем Ли осторожно поднялся в кровати. - Извини, конечно, за представление, но твои родители дали распоряжение о тебе позаботиться, даже если ты будешь сопротивляться. - А ты человек слова, я смотрю, - констатировал Минхо, принимая тарелку от Джисона. - Я прямо всё съесть должен? Боюсь, что меня вывернет. - Съешь хотя бы половину, хён, - мягко улыбнувшись, ответил парень и принялся за свою глазунью. - Вчера Чанбин о тебе спрашивал. - Да, знаю. Уже ответил на его сообщения, - Минхо вяло орудовал приборами, отмеряя обязательную половину порции. - Навёл я шуму, да? - Ещё бы! Давно я такого не наблюдал. - Что-то спрашивали? - Спрашивали, говорил ли ты что-нибудь. Ещё всем было интересно, видел ли я Человека-паука. - А ты видел? - Только на картинках, - Хан хмыкнул, пережёвывая яичницу. - Сам помнишь хоть что-нибудь? Минхо скривился, намазывая сыр на тост. - Помню, что шёл по улице, моргнул, но открыл глаза уже в больнице. Очень странное ощущение, будто сериал начинаешь с конца смотреть. Хотя вот родители сказали, что я просыпался один раз ещё до госпитализации, но я ни черта не запомнил, - Ли нехотя начал есть. Укутанный в одеяло, одетый во фланелевую пижаму, он выглядел так же безобидно и до нелепости мило, как дикобраз в свитере. Одежда и домашний антураж вроде бы добавляли уюта, но иглы всё равно проходили сквозь вязаное полотно, предупреждая всех желающих пообниматься о том, что им не очень-то и рады. - Фигово. Тебе не кажется, что это косяк Человека-паука? - осторожно спросил Джисон, сквозь полумрак вглядываясь в бледное лицо напротив. - Его косяк, что я жив? - Ты понял меня, не передёргивай. - Я думаю, что всё могло быть гораздо хуже, и Паук поступал, как знал, - Минхо отправил в набитый рот очередной кусочек тоста. - Этому ведь не учат в колледже, и инструкций для таких случаев не выдают, а так, как ни посмотри, со всех сторон ситуация была дерьмовая. Но в конце никто не умер, а мог бы. Сотряс хотя бы вылечить можно, - Ли сделал небольшую паузу, взглянув на Джисона в ответ. - Сам как считаешь? - Ну, пока ты про инструкции и прочее не сказал, думал, что он мог бы и получше постараться. - Посмотрел бы я на то, как ты с такой задачкой справишься… Хан с трудом сдержал рвущийся наружу истерический смех. Он напряг лицо, чувствуя, как в болезненном спазме сводит скулы. - Я бы точно облажался… - кивнул он наконец, бездумно размазывая желток по тарелке. - Как и я, - согласился Минхо. Когда они закончили с завтраком, Хан дал старшему лекарства, а затем убедился, что тот сможет сам привести себя в порядок в ванной. Ли больше не геройствовал, а с каким-то обреченным послушанием принимал заботу Джисона. Потом они просто разошлись по разным комнатам до обеда. Так и прошли выходные. Джисон готовил или разогревал оставленную еду, выполнял какую-то минимальную работу по дому и следил за тем, чтобы таблетки принимались вовремя. В перерывах между процедурами он, устроившись в гостиной, либо делал домашку, либо занимался проектами для конкурса по робототехнике. Минхо спал почти всё время. Его голова продолжала болеть, пускай уже не так сильно, как в первый день после пробуждения, а общая слабость не особо располагала к учёбе. Иногда он ненадолго выползал из комнаты на свет божий, чтобы сходить в туалет, попить воды или размяться, и им с Ханом удавалось перекинуться парой слов. Ничего особенного. «Что делаешь?» - «Расчёты». - «М...» - «А ты чего встал?» - «Устал лежать… башка раскалывается». - «Тогда погуляй тут, и марш обратно в постель». - «Раскомандовался». Обмен короткими взглядами, усталыми улыбками, тихими смешками. Потом мальчики снова расходились. Уже лёжа у себя в постели, Джисон думал о проведённых в квартире Ли выходных. Его не отпускало чувство, будто между ним с Минхо что-то безвозвратно изменилось, но при этом осталось по-уютному прежним. Может, всё это было из-за того, что впервые за долгое время Джисону удалось стать для старшего тем, кто по-настоящему отдавал? В понедельник Ли ещё не появился в школе, но страсти по его приключениям будто бы поутихли. Джисон не замечал ажиотажа, царившего в Стайвесенте в пятницу, поэтому и учебный день прошёл более спокойно. Во вторник Минхо тоже не было, но на обеде Чанбин сказал, что тот пообещал прийти в четверг. Ах, да, Чанбин. Хан не знал точно, чем было вызвано желание спортсмена вдруг пообщаться с ним, но почему-то его присутствие в жизни обозначилось неожиданно ярко. То ли из-за Феликса, то ли из-за отсутствия Минхо Со вдруг очень часто начал оказываться где-то поблизости. Подходил поболтать на перемене, подсаживался во время ланча, оставляя сокомандников за другим столом, крайне внезапно отправил Джисону пару мемов вечером после занятий. Хан воспринимал эти знаки внимания с долей недоумения, но пытался настроить себя оптимистично. В конце концов, пора бы учиться заводить новые знакомства. Однако общение с Чанбином также означало стать невольным свидетелем их с Феликсом воркований. И если в школе они хотя бы старались соблюдать видимость близкой дружбы, то за её пределами отпускали ситуацию и становились собой - двумя влюблёнными идиотами. Стоило Джисону хотя бы краем глаза увидеть, как они держатся за руки, обнимаются или - о, господи! - целуются прямо на улице, его тут же переполняла странная жгучая смесь неловкости, гнева и вселенской печали. Хану было ужасно, просто до чёртиков завидно. В течение дня всё шло нормально, но в те мгновения, когда в присутствии Джисона рука Чанбина касалась хотя бы сантиметра кожи Феликса, зависть пронзала грудь, заставляя отвернуться с максимально страдальческим видом. - Чего грустный, будто тебе в кашу кто-то насрал? - спросил Феликс в среду по пути к станции метро. Минуту назад Джисон чуть не расплакался от вида его прощального поцелуя с Со, а сейчас от самой формулировки вопроса резко захотелось заржать. - Да так, о своём задумался… - Если соскучился по Минхо, то ты буквально можешь постучаться в соседнюю дверь. - Не хочу навязываться. Я и так все выходные у него дома просидел. - Ну посидишь по будням для разнообразия. А то на тебя аж смотреть тошно, - Феликс задумчиво поправил лямку своего рюкзака и, коротко вздохнув, сказал: - Мы с Бинни не были бы вместе, если б я однажды ему не навязался, решив поделиться хот-догом. - “Поделиться хот-догом”? - Джисон отпрянул в отвращении. - Это у молодёжи теперь так называется? Незамедлительно Хан получил хорошо поставленный, точнёхонький поджопник прямо с ноги, отчего тут же заскулил от боли. Он слишком часто забывал о том, что у Феликса чёрный пояс по тхэквондо, а забывать такое опасно для жизни. - Не разыгрывай карту деда! Ты старше меня на один день, - тон был непреклонен. Феликс умел ставить на место так же хорошо, как улыбаться во все свои тридцать два отбеленных зуба или говорить комплименты. - Не мне, конечно, советы о делах сердечных раздавать, но я бы на твоём месте уже что-нибудь придумал. - Последние несколько лет я этим и занимаюсь. - Значит, делаешь что-то не так. Может, ты как-то, ну не знаю… подумаешь, что нравится Минхо, а потом под новым углом на это посмотришь? Джисон задумался. Они с Феликсом попрощались у самой станции. Хан спустился к поездам, а друг пошёл пешком дальше - он жил совсем недалеко от школы. Слова Феликса не давали покоя. Ну не могло же быть всё так просто. В метро Джисон скролил ленты в соцсетях, проверяя группы и аккаунты, на которые был подписан Минхо. Перейдя на страничку приюта, где тот работал, Хан увидел уже знакомые мордочки прямо в закреплённом посте. Несколько фото и большой текст. На картинках котята были завёрнуты в махровые полотенца, они прижимались друг к другу в поисках тепла, а их горящие розовым носы были перепачканы молоком. Сам пост содержал советы о том, как правильно кормить осиротевших котят, если таковых вы решили взять под свою опеку. Там было что-то о соблюдении баланса питательных веществ, выборе специальных смесей, пробиотиков и режиме кормления. В самом конце волонтёры, составившие текст, призвали читателей отправлять донаты на выхаживание новых постояльцев их приюта или жертвовать товары по приложенному списку. Хан пробежался по нему глазами. А что, если..? Да нет… Котята были в приюте, а значит пожертвования стоило относить туда. Не мог ведь Хан сначала разыграть благодетеля и потом невзначай сообщить о своём подвиге Минхо. Это было бы как минимум тупо. Нет, так делать нельзя. Что ещё любит Минхо? Ванильный “Доктор Пеппер”, шоколад с мятой, огненно-острый “Читос”, клубничный йогурт, мармеладных мишек… Вот! Оно! Джисон не мог удивить старшего своим кулинарным мастерством, но явно в его силах было потратить немного карманных на джанк-фуд. Джисон не доехал одну остановку до места назначения и, выйдя на улицу, решил забежать в магазин. Буквально за пару минут он успел пронестись по круглосуточному и похватать с полок всё, что подходило под описание любимой Минхо вредной еды. Стоя на кассе, он невольно зацепился взглядом за вывеску через дорогу. Зоомагазин. И всё-таки? Джисон знал, что в квартире Ли никого, кроме самого Минхо быть не должно. И поскольку он обещал появиться в школе уже на следующий день, то наверняка был занят домашкой. Хан правда не собирался навязываться, а пообещал себе, что просто проявит дружеский знак внимания и оставит все купленные вкусности тому, кому они и предназначались. Он позвонил в дверь, а спустя примерно полминуты она отворилась. - Привет, хён! - улыбнулся Джисон, прижимая к груди пакет из минимаркета. На пороге стоял Минхо. Немного хмурый, потрёпанный, но всё так же пахнущий чистотой и теплом. - Привет. Чем обязан, Хани? - одним плавным движением Ли зачесал назад рыжие пряди и замер в ожидании ответа, но прошла ещё пара секунд, прежде чем младший перестал залипать. - А? Я… ты завтра придёшь в школу? - Ну, да. А что? - Ничего! - как-то очень радостно ответил Джисон, протягивая пакет. - Подумал, что ты будешь до вечера над домашкой сидеть, и купил тебе. - Эм, - округлив глаза от искреннего удивления, Минхо принял гостинцы, - не стоило. Я тут не голодаю. - У “Читоса” срок годности четыре месяца, так что можешь съесть его в любое удобное время в течение четырёх месяцев. Да и “Доктор Пеппер” будет ещё месяцев одиннадцать храниться, ты ведь явно захочешь пить за одиннадцать-то месяцев? Ну и ещё там мармелада несколько пачек. Его вообще можешь с кем-нибудь разделить. Ли похлопал ресницами. Почему они такие длинные? У него всегда были такие красивые глаза? А губы? Хан вдруг ощутил, как к горлу подкатил колючий ком, состоящий из нежности и страха, и дыхание спёрло окончательно. Восстановилось оно, только когда красивые губы Минхо растянулись в не менее красивой улыбке. - Спасибо! - коротко ответил он. - Не за что, - Джисон кивнул будто самому себе и сделал шаг назад. - Пойду я. - Иди. - Буду делать уроки. - Ага. Все задания до единого. - Обязательно, - Хан сделал ещё три шага, пока не наткнулся спиной на дверь собственной квартиры. - Пока, хён! - Пока, Хани. На ватных ногах Джисон дополз до своей комнаты, радуясь тому, что дома нет никого, кто мог бы пошутить над его дурацким выражением лица. Он бросил рюкзак в угол у кровати и сразу кинулся к комоду, где был спрятан костюм. Хан не будет навязываться. В гости к Минхо зайдёт Человек-паук. Ему-то в любом случае нужно извиниться за причиненные неудобства. А пока Паук будет болтать с Ли, сам Джисон убедится, что со старшим всё действительно хорошо. Большего и не надо. “А главное, что это абсолютно точно не крипово”, - лукаво протянула совесть голосом Феликса. С этим точно нужно было что-то делать. Джисон влез в тесные объятия спандекса и окинул критическим взглядом собственное отражение в ростовом зеркале. За последний год он довольно сильно изменился. Некогда узкие худые плечи расправились, спина стала значительно шире, а на всём теле нарос приличный мышечный корсет. И пускай мускулы Хана не были такими же огромными, как у Тора или Капитана Америки, но новое ловкое тело ему нравилось, хотя он и продолжал прятать себя в оверсайзе. Отец преображение сына тоже подмечал не раз, списывая всё на удачное течение переходного возраста, и радовался, что у Джисона благодаря гормонам проявились “дедовские атлетические гены”, но они, конечно же, к преображению Хана имели только опосредованное отношение. Отвернувшись от зеркала, Джисон посмотрел на маску в своих руках. Он медлил, не решаясь наконец надеть её и вылезти из окна, пытался найти причины решения заявиться к Минхо именно так. Будет ли ему легче с ним общаться, скрываясь за маской? Удастся ли потом, в школьной обстановке или дома набраться смелости и обратить на себя внимание чем-то, кроме покупки вредных снеков или вопросов невпопад? А если Минхо его раскроет? Посмеётся и примет? Или обидится за ложь? Но Джисон не узнает, пока Человек-паук не попробует. Ведь Человек-паук не сомневается. Маска. Крафтовый пакет из зоомагазина. Окно. Шероховатость холодной кирпичной поверхности. Хан надёжно зацепился за стену сбоку от окна Минхо и осторожно заглянул внутрь. Ли сидел за столом возле окна. За его спиной на кровати лежали три кота, по форме напоминавшие свежеиспеченные буханки хлеба. Низко склонившись над задачником по тригонометрии, парень усердно что-то записывал в тетради. Рядом стояла открытая банка “Доктора Пеппера”, а в маленькую стеклянную пиалу по другую сторону стола была высыпана пачка мармеладных мишек. Что-то в груди Джисона отчаянно сжалось, а потом, как сверхновая, взорвалось потоком тепла. Казалось, Минхо его совсем не замечает. Хан-Человек-паук тихо постучал по раме. Ли оторвался от учебника, округлил глаза и с опозданием в пару секунд чётко и довольно громко произнёс серию матерных слов. Джисон поборол дрожь в руках усилием воли, чтобы дружелюбно помахать рукой и указать на защёлку форточки, мол, чувак, впусти внутрь, я не кусаюсь. Оправившись после первого шока, Ли осторожно, будто боясь обжечься, потянулся к окну, а затем медленно-премедленно его открыл. Человеку-пауку хватило секунды, чтобы оттолкнуться от наружной части стены, влететь в комнату ногами вперёд и приземлиться на крошечном пятачке между столом и кроватью, ничего при этом не задев. Один из рыжих котов проснулся, и, сладко потянувшись, вальяжно направился к Хану. - Привет! - бодро поздоровался Джисон, понизив голос, чтобы звучать взрослее. Кот мягко постучал лапкой по его бедру, и парень сделал вид, что не замечает этого. - Привет, - Минхо был ни жив ни мёртв. Он продолжал сидеть на стуле и упорно сверлил взглядом восьмиглазую маску. По Ли было сложно сказать: злится он или просто удивлён. - Чем обязан… сэр? Под слоем спандекса и пластика глаза Хана заслезились. От комичности ситуации, от слов, которые он слышал буквально полчаса назад, будучи самим собой, ему так хотелось рассмеяться в голос, аж челюсть сводило. Как же всё-таки хорошо, что маска не выдает настоящих эмоций. Как хорошо, что она вообще не выдаёт Джисона, благодаря чему он ощутил просто сверхъестественный прилив уверенности. - Ты ничем мне не обязан. Я хотел извиниться за этот дурацкий случай с ноутом. Наверняка подпортил тебе планы на ближайшее время. Прости. - Сэр… - Зови меня просто Пауком. - А меня Минхо зовут. - Приятно познакомиться. - Сэр… просто Паук. Не стоило отрываться от ваших супер-дел, - Минхо как всегда - сама тактичность. - Могли просто открытку прислать. Зла на вас я и так не держал. - Ну, я этого не знал, например, - короткий смешок. - К тому же мне показалось, что открытка не самый лучший способ загладить вину, когда кто-то по твоей вине получает черепно-мозговую. А ещё к открытке не прилепишь этого, - Паук протянул пакет. - Для твоих детишек из рюкзака. Где они, кстати? - с важным видом он оглянулся по сторонам, словно желая высмотреть знакомую обувную коробку, которую на самом деле убрали ещё на прошлой неделе. Хан Джисон - гениальный актёр, у которого нет “Оскара”. - Родители отдали их волонтёрам, когда меня отправили в больницу. - Минхо забрал пакет и сразу развернул его. Внутри оказалась банка с заменителем кошачьего молока. - О! То, что надо. Спасибо большое. Я завтра передам в приют. - Уголки губ парня дёрнулись в подобии улыбки. Ему было неловко, отчего звучал он слегка грубовато, но Хана это не задевало. - У вас всё? - А? - Джисон не ожидал, что разговор так быстро себя исчерпает. - Да, наверное? Но ты выглядишь каким-то напряжённым. Всё в порядке? - За исключением того, что ко мне в комнату забрался жуткий мужик в маске? - Ну, да. Хотя технически ты меня сам впустил. - Да вот какое-то дежавю испытал, и даже не знаю почему. Странно. А вообще я спросить хотел. - Я весь внимание. - Как вы… - Можно на ты. - Я, конечно, благодарен за спасение, и всё такое, но как ты узнал, где я живу? Ну, в тот вечер. Никогда в своей жизни Хан не придумывал целую историю в голове так быстро. Действительно, как он мог узнать адрес, если Человек-паук и Минхо не знакомы? - Посмотрел историю твоих перемещений в картах. - А как ты разбло… - Парень, это всё Face ID. Если реально хочешь защитить данные, лучше поставь хороший комбинированный пароль с буквами, цифрами и прочей фигнёй. - Я открывал глаза? - Что? - Face ID работает, только если глаза открыты. - Ну да. Ты пару раз просыпался. - Джисон врал, как дышал, и от этого неприятно скребло по сердцу. Однако пока ложь не противоречила тому, что Минхо уже знал, а потому шалость удалась. - В любом случае это была вынужденная мера. В твои переписки с подружкой я не лез, можешь быть уверен. - Окей, - как-то быстро согласился Минхо, - тут поверю, потому что подружки у меня нет. - Нет? - с наигранным разочарованием протянул Хан. Значит, Минхо ни с кем не встречается. - Ты же… - Если хоть слово скажешь о том, что я красивый, соберу тебя клюшкой для лакросса и выкину обратно в окно. - От непреклонного тона Ли у Джисона по спине пробежали мурашки. - Меня с этими разговорами все уже достали. - Прости. - А сейчас прощаю. - Ладно. - Джисон развёл руками. - Пока этот разговор не стал ещё более неловким, я, наверное, пойду. Рад, что ты поправляешься. - Но не успел он даже двинуться в сторону окна, как Минхо сказал: - Интересно на тебя Суни среагировал. - М? - Хан будто льдом изнутри покрылся. Он посмотрел на кровать. Рыжий кот, так и не добившись внимания, теперь просто сидел и смотрел на Паука, тихо мурча. - Он будто тебя знает. - Конечно, - активно закивал Джисон, - я ведь уже был здесь, я тебя сюда и принёс. - Да? А, точно… - Минхо вдруг показался по-странному задумчивым и растерянным. - Тебе, наверное, пора. - Ага, пора, - подхватил Хан и сразу начал перелезать обратно через подоконник, но его опять остановил Ли. - Паук, а ты часто вот так в гости к людям заходишь? - Ну, периодически. Несколько раз навещал людей в больницах. На прошлой неделе в Бронксе помог старушке донести пакеты из магазина до дома, так она меня на ужин оставить пыталась. - Все старушки одинаковые, - Минхо улыбнулся. - Действительно. Им только дай кого-нибудь накормить. Правда на ужин я так и не остался. - Почему? - Из-за маски. Такая конструкция, что ты её либо полностью снимаешь, либо не снимаешь вообще. А мне как бы лучше инкогнито оставаться. - Правда? Я про мутантов слышал. У тебя, наверное, реально восемь глаз, вот ты в маске и ходишь. Опершись о столешницу, Человек-паук навис над парнем. - А если скажу, что так оно и есть, испугаешься? - Не особо. Будет легче фингалов наставить. - А с тобой опасно связываться. - Выдавив из себя нервный смешок, Паук отстранился. - Как жаль, что ты уже связался. - Лицо Минхо казалось умиротворённым, отчего сказанные им слова будто бы обрели дополнительные смыслы. Джисон за маской хоть и ощущал себя увереннее обычного, но по-странному обострившееся чутьё под пристальным взглядом Ли стало тревожно вибрировать. - Такую энергию - да в правильное русло, Минхо. Если мне вдруг понадобится помощник, обращусь к тебе. - А если мне понадобится твоя помощь, как я тебя найду? - Не бойся, - Хан перекинул обе ноги за подоконник и, словно опытный гимнаст, повис на окне так, что его голова и плечи были всё ещё видны собеседнику, - я тут всегда где-то рядом ошиваюсь. Бывай! Паук выстрелил паутиной вверх, чтобы резко (и эффектно, как надеялся Джисон) исчезнуть. Он решил уйти в небольшой патруль, прежде чем вернуться к домашке. Да и проветриться после такого не помешало. Грудь распирало радостное волнение. Возможно, завтра он попробует поговорить с Минхо в школе или вообще проводит до дома, не делая вид, что они незнакомы. Завтра всё обязательно получится. Хан уходил по крышам всё дальше от Корейского квартала, не зная, что Ли ещё очень долго отсутствующим взглядом смотрел в открытое настежь окно, а потом и вовсе закрыл задачник, чтобы вернуться к нему уже глубокой ночью.