Спасибо, что стал моим домом

Тьма окутала ясное небо над Ос Альтой, погрузив столицу во мрак. Лишь звёзды, одиноко поблёскивающее на небосводе, освещали Николаю дорогу. Он без труда проскочил мимо дворцовой стражи, оставшись неузнанным и поспешил на встречу, на которую уже неприлично опаздывал. Дорога к Малому дворцу была короткой, но царевич прибавил шаг, боясь, что ожидающий просто развернётся и уйдёт. По прибытию он никого не обнаружил. Только озеро, отражающее в себе серебристый блеск луны. Малый дворец всегда казался ему чужим. Словно здесь его не должно быть. Николай уже как несколько лет счастливый обладатель оливковой формы Первой армии. А гриши в своих разноцветных кафтанах будто попали сюда из другого измерения. Но это место быстро полюбилось Николаю ещё с детства. Тогда, когда он впервые увидел генерала Второй армии. Он не услышал чужие шаги позади себя и уж точно не ожидал, когда его губы накрыла чья-то ладонь. Ланцов дёрнулся, но безуспешно. У неизвестного была зверская хватка и на секунду Николай запаниковал, но вовремя взял себя в руки. Во время службы у него была куча времени для обучения боевым приёмам, которые в таких ситуациях могли бы спасти ему жизнь. Он ловко вывернулся и собрался напасть на наглеца, но в ту же секунду бросил эту затею, разглядев черный кафтан, который сливался с окружающей темнотой. ― Вы неплохо справились, мой царевич, ― произнёс Дарклинг, подойдя поближе. Серые глаза опасно поблёскивали во тьме, но для Николая они не излучали никакой угрозы. Всего лишь очередная проверка его и без того безупречной реакции. ― Оставь эти льстивые фамильярности, мы здесь одни, ― отмахнулся принц, складывая руки за спиной. Теперь он чувствовал себя хорошо. Несмотря на то, что покушения больше не пугали, его сердце всё ещё колотилось как бешеное, угрожая выбить рёбра. А возможно тому виной был не страх, а Дарклинг. Он застал Николая врасплох и тот надеялся, что сумерки скроют румянец на его щеках. ― Как угодно, ― кивнул мужчина, встав рядом, ― в следующий раз не трать время на страх. Будь быстрее. ― Меня трудно напугать. ― Они оба знали, что это ложь. Дарклинг искренне улыбнулся, понимая, что в темноте Николай этого не заметит. ― Не пытайся меня обмануть. У тебя слишком громкое сердце. «Боюсь, ― сознался Николай самому себе, ― боюсь, что ничего не выйдет. Что однажды на меня нападут по-настоящему. Что потеряю тебя рано или поздно.» Он никогда не расскажет Дарклингу обо всём, что творится в его голове. Это же безумие. Генерал просто с презрением посмотрит на него и больше никогда не придёт на ночные встречи, которые уже успели стать их общей вредной привычкой. Николай знал, что и сейчас заклинатель не смотрит на него, как на ровню. Знал, что с каждой такой встречей только сильнее привязывается и однажды это сыграет с ним злую шутку. Знал, что обожжётся, но всё равно тянулся к этому дикому пламени, тепло которого никогда не удастся приручить. «Просто прах» ― пронеслась в голове Ланцова горькая фраза, которую когда-то услышал. А может он выдумал её сам. Суть не менялась. Когда-нибудь он постареет, больше не будет красивым светловолосым юношей, а позже и вовсе отправится к святым. Просто прах. А Дарклинг останется таким же. Будет ли он помнить о нём? Оплакивать? Лицо тронула грустная улыбка, но принц держал себя в руках, не собираясь давать волю эмоциям. Только не при нём. Он не должен знать, насколько Николай слаб на самом деле. ― О чём ты задумался? ― спросил Дарклинг, обжигая дыханием его ухо. Слишком близко. ― О будущем, ― ответил Николай и не соврал. Он не мог жить здесь и сейчас, как обыкновенные люди. Не имел права. ― И каким оно тебе представляется? ― Унылым. ― Его взгляд снова заскользил по озеру, словно стараясь сохранить в памяти этот вид. Эти мимолётные минуты, когда можно не думать о том, что ждёт их впереди. Когда можно смотреть на звёзды в компании необычного для простого смертного приятеля. ― Проблем не избежать, но я всегда буду рядом. ― Я знаю, Александр, ― ответил Ланцов, позвав его по имени. Совсем тихо, чтобы ни одна живая душа не узнала их общий секрет. Дарклинг открыл ему и эту маленькую тайну. Всё это время Николай хранил её. Воспринимал как часть чего-то личного, чем Дарклинг решил поделиться. Будто частью своей души. ― Ты никогда не рассказывал о своей семье, ― заговорил Николай, собираясь перевести тему. Ему было плевать о чём говорить, лишь бы слышать его голос. ― Всю жизнь у меня толком не было семьи, ― ответил Александр, всерьёз задумавшись над ответом, — это нормально. Я быстро научился обходиться без неё. Но потом твоя буйная головушка заявилась в Малый дворец, и я понял, что ты ― всё, что мне нужно. Николай не мог понять какой именно случай Дарклинг имел ввиду. В детстве, когда он погружал Большой дворец в хаос, тоже самое проделывал и с Малым. Или он говорил о том времени, когда Николай только вернулся домой после службы и с распростёртыми объятиями кинулся к нему, перед этим пригубив несколько стаканов спиртного. Неужели за всё это время Дарклинг так ничего и не понял? То, как Николай смотрел на него не заметит, разве что, слепец. Возможно, Александр и был слепцом, за долгие годы своей жизни просто перестал воспринимать отказников как нечто большее. ― Потому что я — это путь к власти? ― Ты же понимаешь, что я говорю совсем не об этом. ― Разве? ― Николай захлопал ресницами пытаясь понять, что именно Александр имеет ввиду. Не мог же он прочитать его мысли. А если бы мог, то Николая, скорее всего, уже не было бы в живых. ― Ты настолько глуп, насколько красив, ― неожиданно заметил Дарклинг, сверкая своими кварцевыми глазами, ― а ты очень красив. Наверное, Николай потом пожалеет о том, что сделает. Но это будет уже потом. Он схватил Александра за грудки и нашёл его губы своими, вовлекая в нежный, но требовательный поцелуй, вкладывая в него все чувства, которые переполняли его долгое время. Эмоции сменяли друг друга в бешеном темпе. Первой была страсть, которая и подтолкнула Николая к этой непростительной вольности. На смену ей пришёл стыд, когда принц отстранился от удивлённого Александра и постарался понять, насколько велика теперь пропасть между ними. Серебристые глаза Дарклинга обжигали своей холодностью, но было в этом взгляде что-то, чего раньше разглядеть не удавалось. Николай вытер губы тыльной стороной ладони и сделал шаг назад. Сглупил. Третьей эмоцией стал страх. Липкий и до боли невыносимый. ― Забудь, ― шепнул он, видя, как на невозмутимом лице Александра появляется загадочная полуулыбка. «Как глупо всё получилось» ― подумал Николай, не в силах даже вздохнуть. Этого он себе никогда не простит. Не нужно было надеяться на что-то большее. Здесь, неважно в каком из дворцов, он всегда будет чужим. И для местной знати, и для родителей, и для Александра. ― Ты действительно глупый, ― соглашается Дарклинг со своими умозаключениями и приближается к принцу так, что между их лицами остались считанные миллиметры. Николай готов покляться, что если ничего не произойдёт, он просто упадёт в обморок. Он не знал какую игру ведёт Дарклинг и зачем издевается, но думать об этом не хотел. Будь что будет. Принц закрыл глаза, пытаясь понять не снится ли ему это. Губы Александра впиваются в его, похищая дыхание, которого сейчас так не хватало. Рука сжимает белокурые волосы на затылке, но он слишком увлечён, чтобы обращать внимание на боль. Николай обхватывает торс Дарклинга, сильнее прижимая его к себе. Он всё ещё казался таким далёким, но сейчас Александр здесь, целует его не забояться о том, что их вздохи и лобзания могли привлечь пару-другую любопытных глаз. Ему не хватало этой близости. Николай на мгновение ужаснулся, насколько долго жил без этого, боясь открыться. Мир сократился только до них двоих, жадно целующих друг друга, не собирающихся отстраняться даже на мгновение. Ланцов собирается сжимать Александра в объятиях целую вечность, не отрываясь от губ, опьяняющих сильнее самого крепкого алкоголя. До тех пор, пока их обоих не убьёт варграция. ― Спасибо, что стал моим домом, ― шепчет Николай, пытаясь восстановить дыхание. Он готов рисковать, если за всем этим его ждёт желанное вознаграждение ― любовь. Может будущее и обещает быть унылым, Николай встретит его во всеоружии. Больше не нужно одному продираться через все испытания. Теперь он сможет разделить это всё с Александром, тем, кто либо вытащит его из омута горечи, либо утащит на самое дно.