Мужчина на замену в Марвел-11

Утром Джоанн Стейси была измотана. Страшная ночь, жуткие кадры разваращения мальчиков пугали мать. А ведь некоторые из них были даже младше её сына. А ещё те два убитых мальчика… Большая Медведица закрыла тот бордель, но она перешла черту. — Мам, ты как? — спросил её сын. — Как твои девушки? — тут же выплеснула она вопрос и пожалела. Не стоит так давить на парня, это не педагогично, но последняя ночь истощила её. Гленн в ответ опустил глаза и сказал. — Они вчера сказали, что им нужно взять большую паузу в отношениях. Хотят обдумать, какими наши отношения дальше будут. Если будут. «Мерзавки! То есть. Чудесно! Просто чудесно! Одной головной болью меньше! Но каковы мерзавки, поубиваю! Мой сын недостаточно для вас хорош?!», — разрывало мать от двух противоположных чувств. — Вопрос немного запоздалый, но вы же предохранялись? Ты же не станешь отцом одиночкой? — Конечно предохранялись… Секунду! Отцом одиночкой? — переспросил удивлённый сын. Наступила неловкая пауза. Внутри матери начал нарастать неудержимый гнев. — Тааак… вы предохранялись? — спросила она сжав губы. — Да, — сказал Гленн. — Хорошо, — выдохнула Джоанн. — Про биологию ты же всё понимаешь? — Да. — А про законы? Гленн Стейси выпучил глаза на мать, а затем наконец пискнул. — Нет… — Видимо, на секс просвете этому вас не учили, — подумала вслух Джоанн. — Что же. Позволь тебе всё объяснить… Раньше, вот раньше. Гаремы создавались женщинами, чтобы поддерживать друг-друга во время родов. Пока мать с младенцем беззащитна, её защищали и кормили подруги. Затем уже, подросших детей передавали мужу гарема, если такой в гареме был. Но с мужем или без мужа, именно гарем — это ячейка общества. Затем появился генетический тест на отцовство. Сам знаешь, что себестоимость такого продукта зависит от массовости и инвестиций. В своё время государство хорошо в эту технологию вложились. Благодаря этому тест на отцовство сейчас стоит, как пачка сигарет, и является обязательным после родов во всех клиниках цивилизованных стран. — Ничего себе! — выдохнул Гленн. — А я и не знал! И что же, никакого «подложного отцовства»? Никаких тебе: «нагуляю от бабуина-Гарри, а растит и воспитывает пусть олень-Джонни?» — Никаких! В восьмидесятые годы резко открылся настоящий ад. Чудовищная доля мужей, оказались жертвами подложного отцовства. Маскулизм в мире появился именно в те годы, как острая реакция. — Да как… Да как бабы допустили развитие такой технологии в этом мире?! — всплеснул руками Гленн. — Они же должны были костьми лечь, но не допустить. — Так женщинам-политикам это как раз то и выгодно! Раньше если дама залетела, то залетела она, говорили «богиня помогла». А сейчас есть генетическая карта всех мужчин. Случайный пьяный секс — залетел мужчина. А сразу после родов, «письмо счастья» тебе и твоему гарему из Национальной Медицинской Службы: «Так и так. Через шесть месяцев передаём ребёнка отцу. Желаете подавать на алименты?» Политики довольны, общество довольно. Всё по нашим американским «духоскрепным» традициям, что ребёнка растит мужчина. А если отец ещё и без гарема, то с ребёнком на брак он соглашается намного охотнее чем без него. Это же насколько меньше стало одиноких женщин в стране. От таких раскладов Гленн сидел поражённо выпучив глаза. Джоанн даже подумала: «Не слишком ли я его напугала сына? Ничего, всё равно бы потом узнал. Зато сейчас адекватно примет мамину просьбу?» Мама-Джоанн потянулась лицом к уху своего сына и наставительно прошептала: — Ты уж скажи своей маме. Кто эти самые твои девушки? Обещаю, я буду вежливо, очень вежливо с ними общаться. Ну, а если что… — на последних словах Джоанн согнула большим пальцем, зажатую в кулаке, стальную вилку. — Я этих прощелыг пинками под венец или в абортарий загоню. Не будет такого, чтобы мой сын стал отцом-одиночкой.

***

Счастье, непередаваемое счастье переполняло Михаила по пути в школу. Счастье настолько сильное и яркое, что прорывалось через его вечно серые эмоциональные фильтры социопата. «Я смогу стать отцом», — растекалась по нему одна единственная счастливая мысль, изгоняя из души страх смерти, одиночества, бессилия и любые страхи тридцатилетнего мужчины, что терзали его последние годы. Что же такого особого изменилось, что он перестал бояться? Он перестал бояться своего бессилия перед женщинами. Вот давайте, ради аналогии. В чём заключается страх бессилия перед женщинами у молодого паренька? Что девочки не будут любить. Что останется девственником до старости, как Вассерман. Попади такой парень на место Гленна Стейси в женский Марвелл, он бы… ну да… занимался сексом. Много секса. А какой страх бессилия перед женщинами у Михаила? Секса и любовниц у него полно, но он боялся. Того, что не может создать крепкую семью с женщиной. Что женщина заберёт их ребёнка и уйдёт строить личную жизнь. Что бессилен в такой ситуации и 100% зависим от женщины. Захочет, будет отца к ребёнку пускать. Не захочет, не будет и сама будет воспитывать. Вот сам Михаил — ужасный пример воспитания. Возможные алименты Михаилу не жаль, но ведь распоряжаться ими будет тоже женщина. Захочет, будет тратить алименты на ребёнка, или на себя, или на свою «новую любовь». Будет эта «новая любовь» ходить в квартире с ребёнком, в одних трусах, и по ночам громко трахать маму ребёнка. Много чего… Всё же знакомых мужчин у Михаила хватает, чтобы свои истории рассказать. На самом деле истории есть такие, что у взрослого социопата-садиста на голове волосы шевелятся от ужаса подобных перспектив. А статистика, что на 10 браков в стране 7 разводов, не оставляет никаких надежд социопату на успех его брака. Как бы там ни было, теперь правила игры поменялись. «Пугать меня перспективой стать отцом-одиночкой. Они что идиоты? Да это лучший день в моей жизни. Всё. Истинная цель в жизни есть, все дороги мне открыты. Хочу ребёнка. Немедленно. Два ребёнка? Три ребёнка? Ещё алименты дают и государство платит? Божественно. Могу хоть футбольную команду растить, хоть две футбольные команды. Никто мне не указ. Никто… Давно мечтал возродить школу русского штыкового боя. Почему нет?» Сегодня, Михаил всей душой полюбил этот мир и его законы.

***

Джентльменская компания четырёх школьников собралась обсудить сегодняшний экзамен и перемыть сплетни. — А что это… Что это наш зубрила счастливый такой? — учуял запах интересного ЭмДжей. Я только посмотрел на этого молодого паренька. Всё равно же ему моего счастья не понять… — Просто представляю. Будущее, дети… — беззаботно и мечтательно сказал я. От такого ЭмДжей совсем расплылся в коварной улыбке. Он обожал сплетни. Как капля рыжей ртути, он перетёк ко мне ближе и приобнял за плечи. — Так какие они? Расскажи, — мягко стал выпытывать. — Это кто же у нас покорил сердце ярого маскулина? Или ты из тех маскулинов, что до первой нормальной женщины? Вот нечего мне рассказывать ему, нечего. А настроение игривое и совсем беззаботное. Захотелось похулиганить. — Да, Майкл, расскажи. Это ты же у нас супер-герой попаданец, — перевёл я стрелку на самого молчаливого парня. Майкл застыл, глядя на меня, а затем начал отнекиваться. — Прости, Гленн. Но я абсолютно не в курсе, о чём ты сейчас. Мне стало даже смешно. Столько потратил сил, выполняя задачу настоящего Гленна Стейси по защите его мамы и друзей, что даже смешно. Особенно теперь, когда у меня открылась новая, невиданная в том мире, возможность в жизни. Нет, защищать этих троих я буду, но больше не с таким болезненным фанатизмом. А иногда буду позволять себе такую иронию. — Ой, да ладно, скромняжка. Я же понял, что ты не такой простой, как хочешь казаться. Серьёзный парень, независимый от женщин, сам стремится зарабатывать. Даже песенку написал. «Slave To The Evil Force»? Неужто моя любимая песня… — веселился я. — А кстати… помнишь, ты мне встречу с Большой Медведицей «проспойлерил»? Ну так я её видел, прямо вчера. Последние слова испугали парней. Маньячку супера по прозвищу Большая Медведица все мужчины боялись до усёру, ведь она специально охотилась на мужчин. — Погоди, погоди. Это совсем не смешно! — запротестовали ЭмДжей и Бен. — Где ты видел Большую Медведицу? — Так вот же говорю. Вот! — показал я пальцем на замершего Майкла. — Вот он, перед вами стоит. Настоящий попаданец. Смотрели аниме про исекай? Вот он прекрасно знает весь сюжет. Пусть расскажет! Кто такая на самом деле Большая Медведица? Какая будет судьба у Гленна Стейси? Какой у Гленна будет гарем и сколько детей? Лично я за тот вариант, что я буду счастливы многодетным отцом одиночкой… — Гленн! — выкрикнул Майкл, перебивая меня. Я только продолжал веселиться и улыбался ему. — Да, пошёл ты. Кривляющийся придурок, — развернулся он и ушёл. — Иди, иди! Промежуточный патрон и командирскую башенку на Т-34 уже изобрели! — веселился я ему вслед. После того как Майкл скрылся за углом школы, я бросил сумку с учебниками на траву и вжух! Сам упал на зелёный ковёр и прикрыл глаза, заложив руки за голову. ЭмДжей стоя удивлённый и вообще не понимал меня, а расстроенный Бен сказал: — Гленн. Ты же знаешь, что Майкла растил отец одиночка. Это не повод для насмешек. — Правда? — приоткрыл я один глаз. — Надо бы найти его и извиниться… Вааах! *Зевок* Но не сегодня, сегодня я не хочу работать… И вправду. Может прогулять этот экзамен? Один чёрт историю США я завалю.

***

*Тык* *Тык* Лениво опускаю и поднимаю шариковую ручку на лист экзаменационного теста. *Тык* *Тык* Наконец перевожу взгляд за окно. *Тык* *Тык* За окном пролетела птица. — Раз… *Тык* *Тык* *Тык* — Два… птица… *Тык* *Тык* — Целая стая… Теперь двенадцать птиц… — продолжаю отсчёт. Тут я вижу, как к окну подлетела крупная летучая мышь с привязанным к ней кульком из пищевой плёнки. «Средь бела дня?» — успел удивиться я летучей мыши. *ВЗРЫВ! * На том месте, где была летучая мышь. Стекло разлетается на осколки. «Какого хрена!» — думаю я сидя за партой неподвижно. В это время американские школьники в классе действую намного более грамотно. Услышав хлопок и видя разлетевшееся стекло, они тут же прячутся под парты. Всё же в США стреляют часто и на местном ОБЖ школьников регулярно так дрессируют. Только через двадцать секунд голову поднимает учительница, которая всё ещё не поняла, что же это было. По всех школе в это время слышались другие хлопки. *Нападение на школу. Всем пройти в спортивный зал. Повторяем…* Раздалось из динамиков. «Погодите! Разве при нападение на школу не нужно всем как можно быстрее разбегаться?» — удивился я такой странной процедуре. — Дети, вы все слышали. Встаём из-за парт и без паники идём в спортивный зал, — командует учительница.

***

Пока идём в спортивный зал вижу Майкла Мажора. Мы с ним только что поругались, но сейчас не до обид. — Майкл, эй Майкл! — подбегаю к нему. — Майкл, я видел, что это был за взрыв! — Чегось? — удивился парень. — Я говорю к нам в окно залетела летучая мышь с бомбой, — поясняю я. — Ну же Майкл, ты же мать его попаданец со знанием комиксного канона. Что это за сраные летучие мыши — камикадзе? Тут же дети! — Гленн. Я не попаданец. Я и половины не понял из того, что ты сейчас мне тут наговорил. — Мляя… — протянул я, видя, как нас всех гонят в спортзал. На входе в зал уже стояли вооруженные охранницы с помповыми ружьями. Тут я видел плакат на стене: «В случае нападения на школу оставайтесь в спортивном зале под надёжной охраной и ожидайте прибытия помощи. Стены спортзала очень крепкие» На том же плакате был изображён знакомое здание спортзала, по которому стреляли из автоматов женщины в масках и обтягивающих спандексных костюмах, а с неба на крепкое здание падала гигантская Халк. … Ага… Значит супергеройская угроза… Теперь я начинаю понимать логику этого мира и чего привыкли боятся местные жители на самом деле.

***

Террор — это значит ужас. А терроризм — это наведение ужаса. В любой стране наводить ужас имеет право только государство… но ладно лирики. Кто бы не стремился навести тут ужасу с помощью заминированных летучих мышей он конкретно так неправильно занимается терроризмом. Уж я то в наведении ужаса на людей разбираюсь. Неправильно он поступает, потому как кроме меня, никто в принципе не понял, что же сейчас происходит. Вот если бы в окно залетела пуля, или граната, или дрон с гранатой… тьфу-тьфу-тьфу. Сплюнем. Как бы там ни было, пока неизвестный террорист-дилетант не заявит о себе, предпринять я могу немного. Тут ко мне подошёл Бен со своим телефоном. — Гленн тут тебе звонит тот самый парень, — говорит он, протягивая телефон. — Какой парень? — не сразу понял я, прикрывая трубку ладонью. — Тот самый, что бы меня дома! — округляет глаза Бен. Я беру трубку. — Привет, Джозеф. Как твоё здоровье здоровье? Как мама? — начинаю я говорить максимально добродушно. — Привет, Гленн. Рад, что ты в хорошем настроении, я хочу сыграть с тобой в одну игру… Парень на той стороне явно хотел пародировать крутых злодеев. Вроде Пилы, или ещё кого. Он специально играл своим голосом и старался делать его ниже. Вот только ломающийся подростковый голос всё портил. «Блять! Этот подросток-террорист явно повторяет киношные штампы крутых злодеев! Если логика драматургии верна, он сейчас покажет свою силу (скорее всего взорвёт кого-либо), а затем начнёт диктовать свои требования! Нужно срочно сломать этот сценарий, сломать его логику!» — О господи! — кричу я в ужасе в трубку. — Так это ты всё сделал! Я видел ту летучую мышь, а потом она взорвалась! Это ты их контролируешь?! — … На той стороне вызова недовольное сопение. Киношному злодею же надо показать свои способности, чтобы другие оценили крутость. Да желательно испугать и сломать, а я сам первый упал и лапки вверха задрал. И как теперь меня эффектно поразить?! — Как бы там ни было, Гленн. Ты видишь вот ту девчонку с ярко-оранжевым рюкзаком? Сейчас ты увидишь на неё месте, бабах! — завершил Джозеф угрожающую речь и эффектно повесил трубку. — Сука! — выкрикнул я, срочно набирая ему обратно по истории входящих. — Нахрена девочку! Взорвал бы нашу директрису! «Бери трубку. Бери трубку, сука. Бери!», — думаю я, оглядывая всё кругом в поисках летучей мыши-шахида. *В настоящий момент абонент занят, попробуйте перезвонить позднее* «Сука! Этот пиздюк ещё звонки скидывает!», — возмущался я. Тут нанаконец заметил приближающуюся летучую мышь. Поворачиваю голову и вижу девушку с ярко-розовым рюкзаком. Такой рюкзак и впрямь ни в чем не перепутать. Бросаюсь на перехват летучей мыши, бешено оглядываясь. Вот бы найти сеть или бейсбольную биту, или ещё чего против мелкой летящей цели. На своём пути вижу нашу директрису, которая расселась на мелком раздвижном стульчике… Подбегаю к ней и хорошим пинком вышвыриваю её тело со стульчика. — Уступите место слабому полу! — кричу я, а затем хватаю стульчик, складываю его и бегу к девушке с оранжевой сумкой. Подбегаю к девушке и начинаю бешено отмахивать её от взрывной летучей мыши. Летучая мышь однако не дура, и от стульчика в моих руках успешно уворачивается, стремясь всё подлететь к девушке с рюкзаком. Тут ко мне подбегает Майкл Мажор и буквально одним взмахом ладони сбивает летучую мышь и тут же наступает на её, ломая крылья. Следующим пинком он отправляет её трупик в дальний угол, где и происходит взрыв. *Бах! * Крик, шум, кого то задело осколками издалека, полилась кровь. Блин, в логике того, что атаковать нас будут снаружи, толстые стены спортзала и вооруженная охрана — это самое то, но вот с этими летучими мышами — это самый худший сценарий. — ВНИМАНИЕ-Е! ВСЕМ ВНИМАНИЕ-Е! — пытаюсь перекричать шум. — ПРОИЗОШЛА ТЕРРОРИСТИЧЕСКАЯ АТАКА БОЕВЫХ ДРОНОВ-КАМИКАДЗЕ ПОД ВИДОМ ЛЕТУЧИХ МЫШЕЙ! Вот теперь все наконец-то поняли, началась паника и школота ломанулась к выходу из спортзала. Всё же, объяснять, что кто-то научился тренировать летучих мышей, чтобы те несли бомбы, а потом с их помощью… Нет. Просто всё объяснить привычными идеями и терминами. Ко мне обратился Майкл. — Так ты это всё серьёзно?! Про взрывающихся мышей? — Абсолютно. Ловкий удар Майкл. Будешь дальше отнекиваться, что не попаданец? — Я не попаданец. Объясни подробно, что сейчас случилось. — Его зовут Джозеф, Джозеф Манфреди. Как-то научился управлять мышами. Хочет получить одну вещь, которую мы добыли с Большой Медведицей. Для этого он собиpался взорвать вот ту школьницу с оранжевым рюкзаком и поставить мне ультиматум, — показал я на девушку пальцем. — Да, я её знаю, — сказал Майкл. — Она из моего класса… — Это не важно! Возьми Бена и отведи его подальше. Неважно куда, но главное подальше! У меня с собой телефон Бена, через некоторое время, Джозеф снова на него перезвонит, — даю я ему простые инструкции.

***

Вышел из школы и просто не спеша шёл по улице. Блин, как же победить этого взрывного террориста? Я почти что уверен, что он сейчас наблюдает за мной. Достаю телефон и набираю сообщение маме. Долго описываю всё, прошу найти гада по номеру. Вот только проблема в том, что судя по уведомлениям, мама сейчас выключила телефон. *Звонок на телефон Бена* — Ало! Всё! Всё! Сдаюсь! — кричу я Джозефу. — Я понял, ты крутой! Что тебе нужно?! — Ты забрал то, что принадлежит нашему клану. Аудиоплеер. — Погоди! Аудиоплеер? — Да. — Такой дорогой и качественный? — Да. — Висел на шее Большого Си? — Да. — Ты знаешь, но его кажется забрала Большая Медведица… — неуверенно говорю я. — Не ври мне! Пусечка рассказала, что плеер забрал ты! — Пусечка?! — задаю вопросы, главное сейчас это задавать вопросы. — Моя летучая мышь! — … Джозеф… ты же понимаешь, что у летучих мышей мозг в лучшем случае размером с горошину… — начинаю я объяснять этому повернутому на Бэтмене парню. — Пусечка уникальная и генномодифицированная. Выращена в специальной лаборатории в единичном экземпляре. Она даже знает таблицу умножения, — распинался мне Джозеф, которому с самого начала хотелось показать себя, а тут есть возможность про свою особую мышь рассказать. «Да чтоб тебя твоя летучая мышь в жопу драла, Джозеф!», — недовольно подумал я. — «Ну вот кто, кто придумал такую хрень для комикса?! Хотя… всякое безумное дерьмо для комиксов придумывают, удивляться тут глупо» — Окей. Ты меня победил. Аудиоплеер я спрятал, — признаюсь я. — Хорошо, — самодовольно сказал Джозеф. — А чтобы ты меня за нос не пытался водить, буду каждые десять минут буду взрывать прохожего, пока плеер не будет у меня. — Эй! Эй! Эй! Погоди, погоди! Не надо взрывать. Я принесу, я обязательно принесу! Но я не успею добежать до тайника за десять минут! Ты просто взрываешь человека, а смысла в этом нет! — Хорошо. Тогда прямо сейчас иди и принеси. И помни, я пристально слежу за тобой, — снова повесил трубку, оставив за собой последнюю угрозу. «Блять! В каком же фильме он подглядел про десять минут?! Хорошо, что удалось переубедить его»

***

Самое главное я понял, что стоит мне передать ему аудиоплеер, как он и меня взорвёт. Просто из принципа, ведь Джозеф Манфреди — это подросток, который хочет самоутвердиться за счёт эффектной победы над равным, над другим подростком. Пока плеера у него нет, он считай меня не победил. Поэтому убивать до этого меня не будет. Зато потом, почти 100% взорвёт, просто для пущей красоты и крутости момента. Вроде противник ясен и очень даже примитивен, но чувствую себя абсолютно в безвыходной ситуации. Я не вижу противника, а стоит мне начать выслеживать, как он начнёт убивать прохожих с помощью дрессированных летучих мышей. Сейчас я просто иду средним темпом в сторону своего тайника с аудиоплеером, не пытаясь предпринять лишних движений. Сдаваться я не собираюсь. Пусть я сейчас и бессилен, но это не повод опускать руки. Много раз видел, как люди сталкиваясь со своей беспомощностью в текущей ситуации опускали руки и проигрывали. То были сильные люди, привыкшие побеждать и полагаться на себя, но именно это их и подводило, как ни странно. Они слишком уверовали, что всё зависит только от них, а это не так. Я же как человек, бывавший часто на месте слабого проигравшего или бессильно, зачастую побеждал в самых безвыходных ситуациях. Иногда приходится надеяться не только на самого себя, но и на удачу, рояль в кустах, а главное на врага. Всегда можно ожидать, что враг оступится и сделает ошибку, нужно только морально к такому быть готовым, чтобы не упустить момент. *Вжжж* *Вжжж* Звонок от Майкла Мажора — Майкл? Ты увёл Бена? — спрашиваю я самое главное. — Увёл, но это сейчас не важно. Нашёл ту самую одноклассницу с оранжевой сумкой. Среди её вещей был спрятан простенький маячок, по сути динамик с батарейкой. Гленн, летучие мыши слишком тупые, чтобы отличать одних людей от других, но они слышат на недоступных обычным людям частотах. — Я понял! Я тебя понял тебя! Есть ещё чего? — Нет. Ты где? — Иду в парк в конце школьной улицы, там у меня тайник с добытыми уликами. Этот парень пришёл за ними… Погоди! Снова террорист звонит!

***

— С кем ты разговаривал? — требовательный голос Джозефа Манфреди. «Ути-пути какой ревнивый. Что-то мы ещё не стали встречаться, чтобы я тебе отчитывался», — думал я со злостью. — Одноклассник. Беспокоится за меня, — ответил я. — Надеюсь ты не пытаешься сделать глупость… — начал он с пустых избитых фраз, дальше я пропускал мимо ушей. Подошёл к тайнику на дереве. Скидываю свой школьный пиджак и незаметно начинаю его обыскивать. Так и есть, в одном из фальшивых карманов, которыми никто никогда не пользуется, лежит плоская таблетка звукового маячка для летучей мыши. Бросаю пиджак у дерева, зажимаю маячок в зубах и лезу вверх к дуплу с тайником. Нахожу аудиоплеер и включаю. Аудиоплеер у Большого Си был очень дорогой и с крутыми качественными наворотами. Я включаю диктофон на плееру и подношу к маячку. Сам я звука маячка не слышу, но качественным микрофон должен его записать. Минуту веду запись, а потом включаю запись на циклическое воспроизведение и выключаю экран. Всё, записанные звуки маячка человеческому уху не слышны, поэтому кажется, что аудиоплеер просто выключен. После этого я ломаю аудио-маячок. Сползаю с дерева и отхожу. На телефон Бена вновь звонит Джозеф Манфреди. — Аудиоплеер у меня, — поднимаю коробку вверх и показываю невидимому собеседнику. — Прекрасно. Брось под ближайшую лавочку и убирайся прочь, — говорит Джозеф и вешает трубку. Я закидываю аудиоплеер и спешно ухожу из парка. Через минуту снова звонок от моего любимого террориста. — Аудиоплеер у меня и я тебя победил, Гленн Стейси. Не стоило тебе и твоей ручною зверюге становиться на пути фамилии Манфреди, — разглагольствовал Джозеф. — Поздравляю с победой, парень. Надеюсь ты наигрался и не станешь больше угрожать мне и моим близким. — Прощай, Гленн, — повесил трубку. Я остановился и стал ждать. *Бух! * Через минуту где-то в парке произошёл взрыв. Я пошёл проверить место взрыва.

***

Джозефа Манфреди я нашёл лежащим кустах. Мальчик сильно пострадал и сейчас лежал постанывая. Я не спеша подхожу к нему и устало вздыхаю, понимая всю тяжесть положения. — Поздравляю тебя малыш Джозеф, ты победил, — вздыхаю громко. Лицо Джозефа посекло осколками и обожгло. Теперь на нём особенно выделяются белки глаз. Я подошёл к нему ближе и слегка пнул под ребро, вызывая новые болезненные стоны. — Я проиграл, а ты победил… Знаешь, мальчик, меня воспитывали ещё советские люди, для них любые дети священны. Даже те бандиты, что спасали нас, когда в доме уже долго нечего было есть, а за окном наших пятиэтажек лопались стальные трубы из теплоцентралей, от замерзшей в них воды. Они тоже были советскими людьми… Но ты Джозеф… Ты меня победил… Заставил меня признать, что… Да, я признаю: дети — это просто не выросшие взрослые, ничего священного в них нет. «Вот так мы и теряем кусочки старой человечности. Теряем и становимся сильнее» Тут я увидел, что Джозеф перевел взгляд мне за спину, а потом с трудом поднял туда руку и что-то проскулил. Я повернул туда голову, из листвы медленно вышла Большая Медведица. — Снова ты, — поприветствовал я маньячку. — По какому делу? — Помнишь тех двух изуродованных тобою мальчиков? — спросила она. — Джозеф Манфреди приказал убить их и повесить на меня, чтобы скрыть следы. Я глубоко вздыхаю. — Значит, я снова ошибся в расчётах и те двое на моей совести… — признал я вслух, а затем перевёл взгляд на мелкого ублюдка. Но отпустить я его не могу. Уже отпустил один раз. От любой тюрьмы его мамочка отмажет. Оставить инвалидом не могу. У него деньги и власть, инвалидность ему не помеха. Будет дальше мстить? Будет. — Медведица… — обратился к мутантке. — Чего? — Ты можешь, пожалуйста, перегрызть ему горло? — попросил я. — Нет, он же ребёнок. Я не могу, — отказывается медведица. «Ясно, но выхода разумного выхода нет» Оборачиваю кругом и нахожу здоровенный камень. Наклоняюсь и с трудом отрываю его от земли, забрасываю к себе на плечо и начинаю делать тяжёлые шаги к лежащему и беззащитному Джозефу. — Не надо. Пожалуйста. Не надо, — умоляет меня слабым голосом мальчик. Я стою над ним со здоровенным камнем, целясь с силой уронить на голову. — Почему же тебя не научили… Что во взрослых играх и проигрыши взрослые, — тяжело выдыхаю я ему последнее наставление, после чего заношу камень для размаха. Большая Медведица резко жмурится и отворачивает. — МАМА! *Хрясь* От удара Большой Медведицы я улетаю в куст, ломая ветки, а камень летит куда-то в другую сторону. Повинуясь старой выправке тут же молча вскакиваю, игнорируя боль в теле. В глаза мне молча смотрит Большая Медведица. Я тоже стою молча. Стоим мы так долго, но никто не отводит взгляда. «Одна из наших?», — думаю я, удивляясь её стойкости в старые добрые гляделки. — «Что впрочем неудивительно, для серийного маньяка» Осознание того, что передом мной существо со схожим диагнозом меня расслабляет. Поэтому я начинаю говорить первым, и уже не так напряжённо. — Жалость к врагу — есть жестокость к другу. Ты просто не любишь своих друзей, если поступаешь так, — озвучиваю своё старое правило. — Не прикрывайся своими друзьями, не думаю, что это убийство они бы оценили. — Моих друзей сейчас тут нет. — Зато есть я, и я против, — заявила медведица. — Значит берёшь ответственность за него живого на себя… но ты не можешь его контролировать. Он уже приказал убить двоих, угрожал жизни моего друга Бена, пытался взорвать школьников… Нет, ты не можешь его контролировать… Лучше отойди и не мешай, когда взрослый дядя закрывает проблему. *РАААААР! * Раздался угрожающий медвежий рык прямо мне в лицо. Медведица приняла решение и показала силу, перед которой мне придётся отступить. Но это не значит, что я убегу поджав хвост. Вместо этого я глядел на неё прямо и не моргал. Наконец, медведица замолчала. — Ты же не Гленн Стейси… — заявила она. — Нет. Душа Гленна отправилась в мой родной мир. — Значит ты демон. Раз утащил душу человека в свой дом, а сам занял его тело. — Я человек… вроде как… В моём мире живут люди. Гленн стал попаданцем, а на своё место выбрал такого человека, чтобы лучше всех других защищал и заботился о его близких. После моих слов Большая Медведица покосилась пострадавшего от взрыва Джозефа Манфреди. — Не боишься, что расскажу всем? — Рассказывай. Из нас двоих, только про тебя все в курсе, что ты маньяк и убийца. Тебе всё равно никто не поверит… Вышел быстрее с парка, стараясь не прихрамывать и пошёл домой как можно быстрее. Ясно, что медведица сдерживала свой удар, но тело болит всё равно сильно. Сделать бы паузу и отдохнуть, но нет. Никакой жалости к себе. Быстрее домой, залепить царапины и смыть грязь. Только дома, привёл себя в порядок, сел на кресло и разрешил себе расслабиться. Хм… На лице появляется улыбка. Хорошую оплеуху дала медведица, прямо тёплые воспоминания навевает о молодости и старых друзьях. Правильно она меня остановила. Надо будет поблагодарить при встрече.

***

— Так значит вы сюда пришли, Михаил, из-за того, что ваш лучший друг выбил ваш зуб? — спросил меня доктор. — Да, — ответил я. — Он сказал мне, «проверь свои мозги», после чего отправил в нокаут. — И вам сложно теперь пережить эту боль? — Нет. Мне же сказали проверить мозги, вот я и пришёл к вам проверить свои мозги. — … эээ… возможно проблема в ваших взаимоотношениях. Желаете их обсудить? Пристально посмотрел в его глаза. — Доктор. Я доверяю Николаю, а он мне. Если мне нужно будет ночью труп из дома вынести. Он не будет спрашивать, а молча поможет вынести. Если он увидит, как я женщину насилую. Он спросит удобно ли мне, и нужно ли её подержать. Если он узнает, что я ребёнка избил. Он скажет, что так нужно было, и скорее всего это была самооборона. Сбил хромую бабулю на пешеходном перекрёстке? Она сама носилась как угорелая на красный и просто бросилась под колёса. Поэтому, если Николай говорит «проверь свои мозги», и бьёт меня по ебалу. То я молча иду и проверяю свои мозги… Вот так я начал излечиваться. То был очень позорный период моей жизни. Настоящее моральное дно, когда социопат отыгрывался обратно. Не хочу подробных историй, но в общих чертах: девушки, прямо ко мне и летели… как мотыльки на огонь. Оно же всё просто. Пещерная женская прошивка — искать сильного доминантного. Пофиг, что мудак известный и уже многих сломал. Об этом все предупреждают: родители, подруги, общество, мозги в конце то концов и логика. Все говорят, что Михаил Марков — конченный мудак, пиздабол и бабник. Тогда ещё не было модных слов: токсик, абъюзер и газлайтер. Но ведь инстинкты то говорят другое, гормоны там и любоооовь... У меня даже прозвище среди парней было иронично-издевательское «не такой» или «нетакуся», «мишуся-нетакуся». Потому как каждая влюблённая дурочка говорила, что «Миша не такой». Вечный беспомощный самообман девушек, которые только по закону достигли возраста согласия, но ещё неспособны управлять своими инстинктами. Несколько раз их отцы и старшие братья быстро раскусили меня и оперативно выдали мне крепкие пизды. За это им от меня сейчас огромное спасибо. По сути, спасали молодого долбаёба от ещё одного греха. Всё изменилось с тем ударом Николая. Увидел он случайно одну сцену. Перед этим лишил я девственности одну девушку, и уже неделю потрахивал её, а она себе воображала, что это великая любовь. В тот вечер она отвела меня со студенческой вечеринки в сторону и спросила «Когда мы наконец всем скажем, что мы встречается» Я в ответ её со улыбкой объяснил, что мы же просто трахаемся, а отношения с такою как она мне нафиг не сдались. А она расплакалась. Оно же очень важно для женщин — отношения. У нас девушки ставят фильтр, кому дать, а парни — будут ли отношения. Как в пещерном веке: она — от кого буду рожать, он — в чью пещеру нести убитого мамонта. Девственники и шлюхи, девственники и шлюхи — это просто аутсейдеры в этой игре. Пусть таких глубоких объяснений я не знал, но правила игры чувствовал, и наслаждался её страданиями. Она рыдала, а я смеялся, убито плакала, а я ликовал. Да! Да! Так тебе и надо! Сама виновата! Меня никто не жалел, и я никого жалеть не буду! Развинула ноги конченная шлюха! Да кто с такой шмарой как ты встречаться будет?! Тут меня за плечо обернул мой лучший друг Николай, сказал «проверь свои мозги» и выписал мне с кулака по ебалу. После этого обнял девушку и отвёл утешать её. Они даже несколько лет счастливо жили вместе, но не поженились и мирно разошлись. Спасибо ему, что немного сгладил мой вред той девушке. Вы не подумайте, что Николай особый рыцарь. В тот самый момент Николай жалел девушку, но заботился больше обо мне. В конце концов, с нею он не был повязан убийствами. Свои лучшие чувства и опасения за меня, он раскрывать мне не мог. Он же не педик какой. Не мог, но очень хотел, и нашёл такой способ. Просто увидел и почувствовал, что со мной что-то очень не так. Поэтому и въебал кулаком, со всей мужской любовью и заботой. Он был прав. Даже с точки зрения мудака-бабника, моё поведение было нелогичным, ведь я мог ту девушку ещё пару месяцев иметь и водить за нос, пока она не поймёт какая дура и не отвалит. Но мне ведь важнее было в тот момент, начать насмехаться над её разбитым сердцем. Садизм, Николай вовремя заметил мой зародившийся и прогрессирующий садизм. Поэтому он одной фразой и ударом кулака отправил меня лечить мозги. Как же мне его в этом мире не хватает.

***

Да, какое счастье, что у меня были с детства такие правильные друзья. Столько раз они меня спасли… Глянул в зеркало: — Что-то Мишенька, ты слишком стремительно деградируешь в этом бабском мире… — обдумываю случившееся. Это правда, я слишком сильно сконцентрировался на внедрении и выполнении задач от настоящего Гленна Стейси. Я забыл про очень важное для взрослого человека — подбор своего окружения. Это в детстве ты не выбираешь с кем дружит и что есть. «Что подали то и ешь». А дружишь ты в детьми маминой подруги, соседями по двору, одноклассниками. Уже потом, подрастая ты понимаешь, что то с кем ты общаешься, влияет на тебя намного больше, чем то, насколько здоровую пищу ты ешь. Глупо надеяться, что окружённый психически больными, ты останешься здоровым. Все эти книжные истории про героев, плотно окруженных ублюдками и слабаками, но оставшихся благородными и сильными — романтический вымысел для красивого сюжета, как «любовная-любовь» и «успешный-успех». Главное, чему ты учишься — это контролировать своё окружение. Искать туда людей, у которых хочешь перенять хорошие черты, и отсекать нездоровые вещи. Это не значит, что нужно по свинский обрывать старые связи, но их нужно осознанно контролировать. Тем более, что некоторые связи оборвать нельзя: родственники, коллеги. Просто если человек в окружении ведёт себя хорошо — похвали его один раз вслух, этим ты дашь сигнал подсознанию перенять такую черту. И наоборот, если например твой коллега лжёт, скажи ему это прямо. Дело не в чувстве справидливости, и даже не в том, чтобы помочь стать ему лучше, просто так ты отсекаешь подсознательный процесс перенимания этой черты. Высший уровень такого взрослого контроля окружения, это создание коллектива, нацеленного на воспитание в его членах желаемых ими же качеств. Например, любые пацаны знают, что начать ходить в качалку, в сто раз надежнее толпой, чем одному. В разы меньше шансов бросить. Вот и выходит, что моя стремительная моральная деградация — закономерность. А также то, что я чуть не убил Джозефа Манфреди — это тоже закономерный итог, моей заброшенной работы с окружением. «Но вот в чём вопрос: где мне найти нормальных мужиков в этом мире? Хотя в идеале этакий джентльменский клуб» Мало нормальных мужиков в этом мире, а скорее всего и нет. А они нужны, без них… Вот помните про этапы охоты социопата? Так на третьем этапе, где идёт подчинение жертвы и замыкание её психики на себе, нужно обязательно разрывать её контакты со старым и привычным окружением. Да даже жёны, что загоняют своих мужей «под каблук». Они обязательно, сознательно или бессознательно, стремятся разорвать мужу всякие контакты и встречи с ненавистными «друзьями алкоголиками» Механизм жёсткий и из любого здорового человека быстро ебаната сделает, а мне даже ебанатом становиться не надо. Вернее, нет предела в совершенстве на пути становления ебанатом. Но я постигаю этот путь в десять раз быстрее, если грамотно не работаю в противоположную сторону. Проклятье, снова материться начал. … … … Тут я увидел по часам, что чуть не пропустил своё любимое шоу. Быстро подбегаю и врубаю телек. *… и теперь последнее письмо с вопросом в нашу редакцию «Как вы относитесь к профессору Логовенко?» Вот что я вам скажу дорогие зрители: это бред, гнусный и опасный бред, от начала и до самого конца! Вся эта идея прогрессорства — очередное мессианское учение, которое свалилось на наш город. Мало было нам профессора Ксавье и её идеи очередных чудиков в цветном тряпье! Так теперь Логовенко хочет сделать и обычных людей чудиками! Пускай выезжает со своей выставкой обратно в СССР и промывает там мозги, рассказывая про совместное мышление, ноосферу и прочие вымыслы…* Я даже переключил канал, что-то Джей-Джей Джеймсон сегодня явно не блистает. Обычно она ворчит, брызгает слюной, но в целом говорит правильные и очень здравые вещи. И нет! Я не ворчу как старикан! Просто я тоже… правильно же всё говорит! Разве не так? А какая экспрессия и чувство юмора, обожаю её! Вот с кем надо общаться, жаль что она баба. Тут я переключаю канал и вижу очередного супера, только супера мужского пола. Дизайн костюма и маски очень похож на Капитана Америку, только цвета красные. Сейчас супер сидит и даёт интервью, а за спиной фон-плакат с командой суперов и надписью на русском языке «Авангард». Интересно… Я попал где-то на середину интервью и сейчас говорил мужчина-супер: — …нет, нет, нет. Зачитывайте вопрос так же, как спрашивает зритель. Я за открытое общение. — Зрительница спрашивает, не являетесь ли вы, Красногвардеец, плагиатом Стефании Роджерс. — Ожидаемый вопрос, но я скажу прямо. Как Капитан Америка, так и я — результат того, что у вас называют сыворотка суперсолдата. Неправильно бы было называть космические программы всех других стран «плагиат», после первых советских ракет. Правильно их было бы назвать «ответ», я советский ответ на Стефанию Роджерс. — И всё же как шоувумен замечу: вы же ведь мужчина, это очень яркий ход с точки пиара — создать своего суперсолдата из мужчины. — Ох, мои кураторы из КГБ… — начал с иронией и юмором в голосе говорить Красногвардеец. — … предуплеждали меня, что на Западе совсем другая жизнь. В СССР меня никто так не спрашивал. Понимаете ли мисс, Великая Октябрьская Социалистическая Революция уже сто лет как освободила, в том числе и мужчин в нашей стране. И освободила, как может некоторым показаться, самым безжалостным образом. Ведь простой принцип «кто не работает, тот не есть», распространяется в нашей стране, в том числе и на мужчин. Вести быт и воспитывать детей — это одно, но до этого всякий обязан трудиться на благо общества. Ты не можешь быть безработным содержанцем, есть уголовная статья за тунеядство. А все мальчики, воспитываются на равных с девочками, в духе трудового воспитания и товарищества. Большинство мужчин трудятся наравне с женщинами, и это вовсе не декоративная роль при фирме, это полноценные рабочие профессии. Поверьте, меня выбрали не за самое красивое лицо. — Надо же! — восхитилась ведущая. — А какое у вас лицо? Наши зрители очень хотят увидеть загадочного русского супергероя без его маски. — Хмм… А вот этот вопрос мы и правда обсудили с куратором заранее… Дело в том, что в СССР предпочитают бережно хранить личную жизнь своих героев. Но в вашей стране, снятие маски может помочь нашему общему, важному делу… Красногвардеец очень медленно и театрально отстегнул ремешок на подбородке, а затем снял свой шлем-маску с головы… «Блять! Это же я! Этот мужик полная копия меня из моего мира! Конечно он очень накачанный, но черты лица один-в-один мои!» — Позвольте представиться. Меня зовут Михаил Марков. Я Красногвардеец — командир особой группы «Авангард»