Рядом плохо, а порознь ещё хуже.

— Анатолий Борисович, а где Ирина Алексеевна? Мы тут зашиваемся, так ещё тут эти двое — стала причитать медсестра — Ниночка, я разберусь идите работайте, а вы за мной. Чиновник шёл своей обычной вальяжной походкой смотря на всех сверху вниз. Женщина, и мужчина шли за ним и о чём-то шушукались. А потом в один голос крикнули. — Мы в Минздрав писать будем пусть с этим разбираются наверху — Толя, усмехнулся — А вы, чего это ухмыляетесь? — сжала кулаки женщина, фырча на чинушу — Жду, заявления. — Что? — Что слышали, а теперь сели оба мне тут не прекратите крики вы в больнице между прочим находитесь! — потер переносицу — Шум прекратили и сели живо а не то я вызову охрану - это вам не, улица. — Я что-то не пойму. — А что тебе непонятно, Андрей? Это походу зам, зав отделением. — Дамочка я, вам не, зам, зав отделения. Что у вас вообще случилось? И чего вы, так разорались? Анатолий Борисович, начал осматривать кабинет своей супруги подошёл к столу и сел на кресло. — Мужчина, во-первых, это вы кто такой, во-вторых, нам нужна Павлова, а в третьих… — Твою мать! Что вы все пристали к Павловой? — стукнул кулаком — Во-вторых вас не, должно касаться кто я, а в-третьих я кажется уже сказал сели оба и обрисовали мне, картину вашего пришествия или я, вызову охрану. — Хам… — Анжела, не нарывайся лучше, давай всё расскажем этому… ты разве не, видишь он чокнутый и от него разит. Алеников тяжело вздохнул, посмотрел на ноутбук Иры, а потом медленно перевел свой взор на их общее фото , поправил часы, а потом холодно взглянул на семейную пару. — Как же вы мне надоели честное слово я, вызываю охрану пусть они, с вами разбираются! — крикнул чиновник — Дурдом, а не больница — сказала женщина — А вот с этим я соглашусь, пожалуй, с вами — фыркнул Анатолий и нажал на кнопку — Хам! Охрана вывела семейную пару, а Алеников сидел в кресле своей любимой и сверлил их фото спустя пять минут чиновник прошёлся по кабинету, отыскал в шкафу кальвадос и положил его в свой портфель. «Эти двое меня из колеи вывели… Как только Ирина, всё - это, терпит? Это же ад какой, то, может отпуск её отправить» — идя по коридору думал Алеников. — До свидания Анатолий Борисович,— тот мотнул головой — Спасибо, за помощь, а то, бы я… — Нина, он уже, тебя не слышит, в кабинете такой ор стоял, я пока мимо проходила, думала Анатолий Борисович, свихнётся… — Марин, а ты опять ходила в нейрохирургию? — Да, она ходила в нейрохирургию, а что? — Олег, может твоей жене туда если она так часто бегает… — Нин, вот давай без этих твоих подколов… я так устала… — Ладно, идите уже ваша смена три часа, как закончилась, а вы ещё тут. — Угу… — А ребят Катюшка, звонила. — Что с Катей? — Она, у нас всё хорошо спят. — Мать, ты так не, пугай. — Идите уже. Анатолий Борисович, стоял около прилавка с молочными продуктами и выбирал йогурты для Ирины и тортик, а потом направился к огромному стенду с алкоголем. Константин смотрел в свой телефон, где ему без перерыва писала племяшка, которая отправляла смайлики. «Бандитка, надо будет сотовый забрать, Если Элина, узнает скандал, закатит» — улыбаясь думал он. — Ты меня слышишь? — А? Что? — Костя, ты мороженое закинул в тележку? — Да. — А чай? — Да, а также печенье и всё то, что вы написали и ещё кое-что. — Интересно что? Алеников заглянул в тележку, где лежало: три коробки хлопьев, мармеладки и три упаковки йогуртов. — Ты ошалел? — В каком смысле? — Зачем мне хлопья, мармелад и столько йогуртов? — А хлопья это не, вам и половину йогуртов - это не ваши, мармеладки ну там и вам и… — И? — Ко мне, племяшка приехала… — А теперь понятно дети - это святое. — Да уж… Вот только я, не знаю, что ей ещё купить. — Купи ей всё то, что она захочет завтра, но только в рамках разумного конечно же, а то дети они такие… — Спасибо за совет, Анатолий Борисович. — Чуть не забыл, Костя, завтрашнего дня ты, в отпуске. — А как же? — Я попросил Мишу. Он давно просился и там что, то, случилось надо узнать. — Зотов или Миронов? — Миронов, Миронов. Ирина Алексеевна всё это время лежала и спала сладким сном в комнате стоял ужасный холод. Белокурая поёжилась, а потом перевернулась на другой бок смяв плед. Кот бегал по квартире и искал себе приключений. Пробежав ещё раз по квартире мягкий комок шерсти, задел хрустальную вазу, а также уронил горшок с цветами, а потом направился гордо изучать ванную в поисках приключений. Анатолий, который в это время ехал в лифте на нужный ему этаж искал ключи. «Твою мать, где они» — думал он, рыская в портфеле. Двери лифта раскрылись со скрипом, скрежетом и этот резкий, противный скрежет прошёлся по всему подъезду. Анатолий, поматерился про себя проклиная что у него слишком выдался тяжёлый день, а тут ещё и лифт, а потом увидел соседку, которую смотрела на него из подлобья. — Анатолий Борисович, вы бы не могли бы… — А? — Можно пройти? — Ой, извините Елизавета Викторовна. Толя вставил ключ в замочную скважину и начал прокручивать замок, который никак не, подавался. Спустя пять секунд. У Аленикова всё-таки получилось попасть в помещение. Пройдя вглубь помещения, он прошёлся по квартире, где почти всё было разбросано и раскидано. «Котяра, твою мать» — смотря на кота, думал он. Он прошёл в ванную, где всё было также раскидано, а потом зашёл в комнату, где жутко было холодно. Толя, увидел очень милую картинку: где блондинка, которая сладко спала сопя в подушку, а из-под пледа были видны только разбросанные белокурые волосы. «Пусть спит, а то… Я, сам виноват ещё хуже сделал и масло в огонёк подлил с этими отчётами… дурак…» — закрыв окно, положил пиджак на кресло подумал он.