Операция "Сад"

- Я возьму молочный коктейль, - объявляет Сону, бегло просмотрев меню. Сила привычки. Он всегда заказывает молочный коктейль. На другом конце стола Сонхун прикусывает нижнюю губу, рассматривая ограниченный выбор с очаровательно-вдумчивым выражением лица, как будто принимает судьбоносное решение, а не решает каким холодным молочным десертом полакомиться. - Мятный с шоколадной стружкой? - Угу, - Ким оперся об стенд, на все свои намерения избежать помятости костюма он просто забил. И теперь возится с галстуком-бабочкой – стилистистическим выбором Чонсона – на шее. - А ты? Ким не успевает подготовиться, как Сонхун наконец отрывает глаза от меню и смотрит на него. Прямо на него. Пак всегда выглядит так, будто вылез прямиком из манхвы, и Сону никогда не останавливал себя от высказываний этого вслух парню, который всегда отвечал самой довольной, смущенной улыбкой. Но сегодня Ким немного потрясён этим зрелищем: безупречно подведены глаза, причём насильно, благодаря Сэром-нуне, растрёпанные волосы, за которые дергали всю ночь, стараясь красиво уложить, и остатки розоватого блеска для губ, который Сону попросил его нанести и на свои. Старший выглядит просто идеально, но при этом похож на потерявшегося щенка (что, будь Сону честен, делает это зрелище еще более трогательным), когда он спрашивает: - Я? - Да, - Сону не может не улыбнуться. - Чего ты хочешь? Губы поджаты, а глаза псевдобеззаботно моргают, Сонхун качает головой. - Тебя. Это смешит младшего. Пак всегда заставляет его смеяться. - Ты сумасшедший. А Сонхун, мерзавец, подмигивает. - По тебе с ума схожу. Киму приходится сдерживать себя, чтобы не расхохотаться во весь голос и не привлечь всеобщее внимание в маленьком магазинчике десертов. Но Сонхун смеется вместе с ним, и они оба сгорбились над столиком, почти задыхаясь. Когда Сону, наконец, удается обрести на секунду ясность, он уверенно хватает второго за подбородок. - Где ты научился этим пикаперским фразочкам? Сонхун улыбается, мило и снисходительно, и всё же позволяет Киму касаться его. - Я распечатал все, что смог найти в интернете, собрал в папку и старательно изучал по ночам после домашних заданий, - когда младший отпускает его, он гонится за его прикосновением, наклоняясь через стол. - Ради тебя. Сону безудержно хихикает от внезапной близости. Он на сто процентов уверен, что на них смотрят, но ему уже все равно. На игривый тон Пака он отвечает: - Правда? Ботаник. Хун отступает со всё еще безумной улыбкой на лице и садится обратно на стул. - Нет, не совсем. Но могу, если попросишь, - он делает неуклюжий глоток воды, не желая разрывать зрительный контакт с младшим. Это так забавно, что даже обезоруживает – Сону чувствует, что ещё чуть-чуть и он умрёт на месте. - Хотя, это было бы бессмысленно, потому что мой рот всегда сбивается с тангенты рядом с тобой. Ким игриво погрозил пальцем. - Такой непослушный. Сонхун усмехается и скрещивает руки. - И это мне говорит парень, из-за которого я прогуливаю выпускной. Что ж, это правда. Если Чонвон спросит, им придется сказать, что это была идея Сону. Но в свою защиту скажет, что вообще Пак сам хотел пропустить выпускной. В начале учебного года операция "Сад", легкомысленно придуманная Шим Джеюном, не входила в планы Сону, но когда Ян сформировал специальный комитет по спасению школьного сада на крыше, и Пак поднял руку, вызываясь стать добровольцем, Ким вспомнил, что тоже неплохо справляется с садоводством. "Лжец", - шепнул бы Хисын. А младший в свою очередь за это стукнул бы его в плечо. Они всегда крутились друг возле друга, потому что группы их друзей всегда пересекались, но у них никогда не было возможности пообщаться. Чонвон говорил ему, что Сонхун хороший парень, Джеюн ни на секунду не затыкался, рассказывая о том, какой он классный, и это был шанс для Сону убедиться в этом самому. Это была всего лишь невинная влюбленность, настолько невинная, насколько это вообще возможно, поэтому Ким и не собирался делать первый шаг. - Потому что я хочу сблизиться с тобой, - беззаботно ответил Сону полгода назад, когда, старший спросил, почему он всегда работает в паре с ним, когда им поручают пересаживать растения. Сонхун чуть ли не лопнул со смеху: "Ладно. Давай будем друзьями. Подашь мне лопату?". Позже Сону узнал, что Пак вызвался помочь из-за того, что Джеюн уже участвовал в проекте, а он ненавидел сидеть дома в одиночку, и проект был отличным переключением от давления из-за подачи заявлений в колледжи. И попутно флирт стал частью этого отвлечения. За несколько недель до выпускного Сонхун признался, что не хочет идти. Не в качестве бунта, а просто не хотелось. Но костюмы уже были взяты напрокат, сестра Пака настаивала, что он должен пойти, а парень никогда не мог отказать Сэром. Ким тогда не мог понять, как старший не видит волшебства и романтики в этом единственном в жизни событии так же, как и он сам. Они оба планировали пойти со своими друзьями, и он знал, что будет весело, ведь все из их кругов уже были знакомы. Но когда они встретился на детской площадке рядом с их домами, чтобы пойти вместе, в животе Сону проросло семя эгоизма. Он хотел, чтобы сегодня вечером Пак – зачесанные назад волосы, свежевыглаженный костюм и галстук, подведенные глаза – Сонхун был предоставлен сам себе. - Эй, - Ким выпрямился, пытаясь лучше контролировать бурлящее тепло в груди. - В этой небольшой прогулке не было никакого принуждения. Тебе просто нужно перестать ходить за мной по пятам. - Ох, я не могу, - Сонхун подпирает подбородок рукой, уменьшаясь в размерах, так что смотрит на Сону трепеща ресницами. Господи. - Я – надоедливая комнатная муха, а ты – неотразимейшая лампа накаливания. Ким пока не даёт себя свалить. - Я уже знаю, что ты надоедливый, но теперь я неотразим? И Сонхун, раздражающая, надоедливая, жужжащая муха, чмокает его в щеку, да так быстро, что последний даже не успевает осознать происходящее. - Очень. Сону точно сейчас умрёт. Но он смеется, и Сонхун смеется, они просто смеются, смеются, смеются. Теперь нет никаких сдерживающих факторов, кроме желания поцеловать в ответ. Дать попробовать на вкус собственное горько-сладкое лекарство. - Ты знаешь, что ты сумасшедший? - Да. И ты сегодня очень красивый. Младший закатывает глаза, хотя и не без улыбки. - Спасибо. Если бы я сказал тебе побегать в понедельник в одних трусах, ты бы это сделал? - Сону-я, - Пак тянет последний слог, будто говорит с пятилетним ребенком, - я, конечно, сражён тобой наповал, но точно не собираюсь этого делать. Его голос звучит непринужденно и искренне, словно это самый обыкновенный факт, а не умопомрачительное признание. Сону знает, что это искренне, ибо как Ким всегда был прямолинеен, так и Сонхун никогда не был скуп на комплименты. Парень всегда гордился тем, что способен заставить уши старшего покраснеть, как те розы, цветущие сейчас на клумбах в школе, но дело в том, что Сону никогда прямо не признавался в этом. И никто не нравился ему настолько сильно, чтобы встречаться. Да, в прошлом году было время, когда кто-то оставлял подарки на его парте, что доводило его чуть ли не до обмороков, но его тайный поклонник так и не объявился, а ему так и не удалось поймать его с поличным, несмотря на помощь одноклассников и Чонвона – президента студенческого совета и по совместительству лучшего друга. Итак, сегодня, кажется, карты раскрыты, ситуация перевернута, воображаемые черты пересечены. Теперь, когда все важные экзамены позади, и они зависли в мутной границе между выпускным балом и окончанием школы, Ким не знает, как реагировать. Будто паразит, беспокойство живет в нем и сейчас. Его мама говорила, что бояться будущего – это нормально, и главное, чтобы он наслаждался временем, которое осталось в этом быстротечном периоде его жизни. И впервые он верит ей. Но если учесть, что Сонхун собирается поступать в Университет Сонгюнгван на факультет спортивной науки вместе с Джеюном, а Сону на исполнительское искусство в кампусе Ансон в Чунане. А правильно ли было жаждать этого теперь, когда они так близки к концу? Вероятность, что все получится, всегда существовала, особенно когда расстояние между ними сокращалось с каждым днем, проведенным вместе. Это была счастливая влюблённость – возможно, она и сейчас таковой является, Сону не может сказать наверняка – но каждый раз, когда Сонхун цеплялся подбородком за его плечо, или приносил дополнительную грелку, или рассказывал о Гаыль, своем пуделе, от чего в его глазах мерцал весь Млечный Путь, Ким чувствовал, как что-то внутри него рушится от того, что он так долго был крепко сжат. Это было приятно. Приятно быть постоянно у Пака на виду. Их дружба, скрепленная растениями, которые они вместе лелеяли и поливали, была надёжной и стабильной. Но чувство, которое он испытывает сейчас, каким бы словом оно ни называлось, наваливается на него, быстро и сильно, и он чувствует, как тепло проходит по его шее, ушам, а затем и по щекам. Все, что он может сделать, это... - Извините, - обходительный голос прерывает все признания, готовые сорваться с его языка, - готовы сделать заказ? За них обоих отвечает старший. - Один мятный молочный коктейль с шоколадной стружкой и двумя соломинками, пожалуйста. (Вдалеке Сону услышал крик Ники: "Мерзость!") Уже поздним вечером в кармане Кима зазвонил телефон. Увидев, что это никто из его родителей, он тут же возвращает его обратно. - Ты знаешь, что тараканы могут жить без головы? - именно так Сонхун решил продолжить разговор. Некоторое время они рассеянно гуляли, когда Сону с запозданием понял, что они добрались до его микрорайона. Они подошли к небольшой детской площадке, которая удобно расположилась в середине между их домами. Пак рассчитал. - Правда? Старший садится на одну из лавочек и жестом приглашает парня сесть рядом. - Да, правда. Холодно. Его пальто вполне выполняет свою работу, но он забыл взять перчатки. Он потирает руки и обдувает их теплым воздухом, прежде чем ответить: - И ты, наверное, связываешь это с чем-то? - Что связываю? - Свои небольшие фан-факты. Сонхун засмеялся. Он придвигается ближе и обхватывает руку Кима так естественно, что только спустя секунду второй понимает, что они держатся за руки. Вау, это действительно происходит. Круто. - Неа, для такого у меня есть Джеюн. - Ну конечно. Пак на этом не останавливается – он засовывает их переплетенные пальцы в свой карман. Они разговаривают некоторое время, делая ставки на то, кто первым пригласит другого на танец, Джеюн или Чонвон, и гадая, не вывихнул ли Хисын лодыжку, пытаясь показать другим ребятам брейк-данс, которому научился у Ники. Чонсон, вероятно, все задокументировал. - Хочешь пойти домой? Сону сделал резкий вдох. - Я сказал маме, что вернусь поздно. - Тогда давай ещё погуляем. - Можем просто посидеть здесь, - предлагает младший. Пак по-прежнему выглядит идеально. Но всегда Сону может определить, когда у него почти села батарейка. - Всё нормально? Выглядишь уставшим. - Потому что ты меня вымотал, - драматично вздыхает парень. Он похлопывает себя по груди свободной рукой. - Ты заставляешь мое сердце бешено колотиться в груди. Так и есть. - Не шевелись, - Сонхун смирно сидит. Ким больше не может сдерживаться и поправляет волосы парня. После этого он поглаживает его щеку. - Ты очень забавный. Пак улыбается, от чего ямочка становится явнее. Намного симпатичнее, чем Сону когда-либо видел. И тут старший отпускает его руку, встает и кричит: - Эй, Ким Сону! Ты не можешь просто так говорить подобные вещи! - Что?! - парень смеется, наблюдая за тем, как Сонхун лихорадочно вышагивает вокруг качелей. - Я просто сказал, что ты смешной! Тот останавливается и обхватывает лицо Кима. - Тебе ведь нравится смешные, верно? А Сону нравится. - Возможно, - приглушенно вырывается из поджатых губ. - Лгун. Я мог бы прямо сейчас выцеловать из тебя всю честность, но не буду, - глаза Сонхуна превращаются в щелочки, когда он отпускает его лицо и снова переплетает их пальцы. Он отворачивается, и Киму одно удовольствие наблюдать, как краснеют кончики ушей парня. - Хочешь потанцевать? Младший хотел бы сказать, что у него выработался иммунитет к его признаниям, но тогда бы он явно солгал. - Конечно. Времени у них осталось немного, но вполне достаточно, чтобы Сону понял, что будет скучать по этому, как только потеряет. Поэтому он отказывается даже думать о таком. Вместо этого думает о том, что хочет, чтобы они оставались здесь так долго, как только он сможет растянуть их оставшееся время. Пак быстро выбирает песню на своем телефоне. Если кто-то спросит, Сону скажет, что это была «Lullaby for a Cat» группы Epik High или «Love Poem» IU. Эгоистичная часть его личности, которая хочет, чтобы этот момент остался только между ними, никогда не скажет, что за песня была на самом деле. Слащавость песни сначала рассмешила Кима, но неизменная искренность в глазах Сонхуна лишила его слов. Они обнимаются – довольно близко, чтобы оставаться в тепле, но и с достаточным пространством, чтобы смотреть друг на друга под светом уличных фонарей. Старший улыбается, Сону отвечает тем же. Парень покачивается, а Пак следит за каждым его движением. Это новое чувство, которое поселяется в груди Сону. Чистое блаженство, легкая удовлетворенность. Он чувствует себя уверенным, чувствует себя счастливым, он так сильно хочет поцеловать Сонхуна. - Ты в порядке? - настала очередь Сонхуна спрашивать. - Да, - Ким крепче обхватывает талию парня и сокращает расстояние между ними. Он целует Сонхуна в уголок губ, и этого достаточно, чтобы гальванический разряд прошиб его тело. - Определенно в порядке. Чонвон Студсовет [20:57] Где Сонхун ???

Джеюн [20:59]

С Сону :D

А где Сону

Чонвон Студсовет [21:00] Он не отвечает на мои смски Стоп, что????????????? Ты думаешь... Джеюн [21:01]

АХАХАХАХАХАХАХАХ

Миссия выполнена! 8D

Годом ранее

Кот вылез из мешка. Но кот нашел этот самый мешок и сейчас угрожающе улыбается Сонхуну. - Так это ты тайный поклонник. Чонвон как всегда носит свою фирменную улыбочку, так же, как воин держит меч. Он стоит, положив руки на пояс; гордость и самонадеянность в его пристальном взгляде очевидны. - Тебя здесь не должно быть, - сбивчиво произносит Пак, его решимость спадает с каждым шагом младшего вперед. Ян выгибает бровь в раздражении. - А твой класс вообще-то находится в другом конце коридора. - Не рассказывай ему. - Пак Сонхун, твои глаза говорят за тебя, когда ты рядом с ним, что я удивляюсь, как он еще не понял, - Чонвон улыбается, добродушно и неверяще. - Будто ты умираешь от желания быть пойманным, но слишком боишься дать ему знать. Именно эта самодовольная ухмылка Яна промелькнет в глазах Сонхуна позже, когда он "добровольно" поможет возродить школьный сад. Пак не знает, сколько времени ему удастся провести в саду, но надеется, что этого хватит, чтобы кирпичик за кирпичиком достроить свою башню храбрости, которую он так усердно строит.