Ты моё сердце выбери

С того дня прошло две недели и Сан У ни разу не встретился с Джэ Ёном. Почему же так вышло? Ответ очень прост. — Сан У… зачем… что… ты пытался покончить с собой? — слова старшего эхом пронеслись в мыслях юноши. Чувство стыда сжигало парня изнутри. Тот взгляд, которым одарил его Чан… не сравнить ни с чем. О чем он тогда думал? Осуждал? Возненавидел? Упрекал? Эмоция на лице Джэ Ёна была Сан У не знакома. Сидя на кухне за столом и попивая горячий кофе, Чу громко хлопнул по столу. Почти также громко, как захлопнул дверь перед носом старшего. — О чем я думал?! Придурок, кто захлопывает вот так двери? Но… вдруг теперь Джэ Ён меня знать не захочет? Вдруг я стал ему противен? — у младшего засосало под ложечкой, но он постарался отогнать эти мысли. — Тем же лучше… смогу сфокусироваться на учебе. Да, так и поступлю. Все две недели мне удавалось его избегать, так что помешает так поступать и дальше? На том и порешил Чу, уходя в душ. На его телефон с того дня, после двух сотен взволнованных уведомлений от Чана, которые так и остались без ответа, больше сообщений не приходило. Сан У посчитал это хорошим знаком. В его жизни никогда не было друзей и он без них жил вполне неплохо, даже хорошо. Не нужно было, как сейчас, заботиться о чужих чувствах. Вполне хватало и своих. Оголив свое тело, парень зашел в душевую кабинку и включил кипяток. Вода мигом ошпарила кожу, отчего та сразу покраснела. От неподготовленности у младшего даже зубы свело, но после минутной боли наступило блаженное успокоение. Мысли словно ушли на второй план. Если так подумать, Сан У правда пытался покончить с собой, и не единожды, но давно забросил попытки. Все равно ведь не получилось. Постепенно он заменил привычку резать запястья и бедра на привычку обжигать тело кипятком. «—От этого хоть шрамов не остаётся и никто не узнает.» — утешал себя Сан У. Покинув ванную, он одел пижаму и завалился в постель, но сон не торопился приходить, как и последние 14 дней. Мысли о Джэ Ёне не покидали головы. Желание все объяснить, извиниться ярко вспыхивали и также резко тухли. — Он точно не хочет меня знать… С этими мыслями, парень взял телефон и открыв чат с Минджуном, набрал следующее сообщение: — Привет, Минджун, меня не будет завтра. Я приболел. Прикрой там меня. Ответ последовал довольно быстро. — Хорошо, не переживай и поправляйся.

***

В университете он и правда не появился. Минджун, как и обещал, договорился, чтобы другу не влепили «нб» и в принципе был доволен. После окончания нужнейшей в его жизни лекции по программированию, парень отправился в студию, где договорился встретиться с Кёнхи и поработать над их игрой. Один лишь мысли об этой прекрасной девушке заставляли юношу покрываться румянцем. Зайдя в ларек, Минджун купил два стаканчика пенистого чая, после чего довольный отправился к месту встречи. Но только лишь переступив порог улыбка его спала. В студии был еще и Джэ Ён, который что-то бурно обсуждал с Кёнхи. Но расстроило его даже не это, а то что он купил всего лишь два напитка, а не три. «—Пустая голова! Как ты мог не подумать, что он будет здесь?!» Но делать уже было нечего, потому парень зашел внутрь, покашляв, чтобы на него обратили внимание. — О! Минджун, ты пришел, — радостно улыбнулась девушка, помахав младшему. — Привет Кёнхи, привет Джэ Ён, — юноша подошел к сидящим на диване и протянул два напитка. — Я вам прихватил, вдруг пить захотите. — А себе почему не взял? — удивился Чан. — Да я выпил по дороге сюда, жажда замучила после скучной лекции. — Оу, понятно… так что посоветуешь, — старший вновь перевел взгляд на подругу. — Я не знаю… ситуация капец какая сложная у вас возникла. Он явно думает, что ты его осудил и принизил за это, но ты ведь так не поступал. — Конечно не поступал! Ты бы знала, как в тот момент я испугался и разозлился. — На него разозлился? — Да на всех. Я не знаю что у него было в жизни, но неужели это стоит того, чтобы пытаться покончить с собой? — Вы о Сан У говорите? — подал голос Минджун. — Я не хочу встревать в разговор, извините если что. — Да, а как ты понял? — удивилась Кёнхи. — Ну я знаю его дольше всех… И тут в голове Джэ Ёна щелкнуло. Ему вспомнился диалог с Сан У: — На самом деле было еще одно дельце, но я тебе о нём не скажу, потому что мы не настолько близки. — А насколько нужно быть близкими, чтобы узнать? Ближе чем Минджун? — Ну немного ближе даже чем он, хотя он в эту историю посвящен… зря я это сказал. — Минджун! Мне нужна твоя помощь. Сан У сказал, что ты посвящен в историю его прошлого. Ты можешь рассказать мне? — Я… нет, я не могу рассказать такое. Он брал с меня слово. — Прошу тебя, мне очень нужно знать, чтобы понять, как мне действовать. Я боюсь, что он все не так понял. — Могу лишь сказать его словами. Он винит себя в смерти очень близкого для него человека. Потому то, что он делал тогда с собой можно оправдать, ведь желания жить у него не было. Кёнхи и Джэ Ён окаменели, смотря то на Минджуна, то друг на друга. Спустя несколько минут, когда информация полностью обработалась в головах старших, оба синхронно закрыли рты, а в глазах читался истинный страх. — То есть как?! Неужели… безответная любовь? Но кто на такое пойдет? То есть, если знаешь, что не любишь… зачем жертвовать своей жизнью? — уничтоженным голосом выдавила Кёнхи. Минджуну даже показалось, что ее руки затряслись. Оно и не удивительно. Все настолько давно приняли факт того, что можно умереть, если не любишь человека, что услышав о такой новости, природный страх вновь сковывал дух. — Я не могу это обсуждать, простите… — Минджун виновно опустил глаза. — Не переживай, ты и не должен… — поспешил утешить младшего Джэ Ён. — Но как мне быть? Я хочу извиниться если обидел его своим поведением, но он избегает меня уже две недели. — Думаю пока вы не решите этот вопрос, в его жизни тоже не будет спокойствия. Он сказал, что приболел сегодня, но Сан У явно избегает встречи с тобой. Совсем себя извел. В четверг он пришел с такими синяками под глазами, что я даже испугался. Вообще странно от него видеть подобное поведение. Обычно мнение других его не заботит, но почему-то твоя реакция его задела. Возможно он уже подпустил тебя ближе, чем планировал, — подытожил Минджун. — Поговори с ним. Джэ Ён одновременно и воспрянул духом и поник. Как же правильно это сделать? «— В свой дом он меня точно не впустит, значит нужно выманить его на нейтральную территорию, а после поговорить.» — подумал старший и обратился к младшему. — Поможешь мне с этим?

***

Сан У целый день провел в постели. Странное это чувство, ведь раньше он никогда не прогуливал, но всегда мечтал. Но ожидания не оправдались в реальности. Помимо угнетения на душе от ситуации с Джэ Ёном добавились волнения об успеваемости. Ему очень не хотелось слететь со стипендии. Из душевных терзаний парня вывел звук уведомления в KakaoTalk. Сан У резко схватил телефон и поднес к глазам, словно так надеялся вновь услышать этот звук. Конечно он надеялся на смс от старшего, но увидел сообщение от Минджуна. — Сан У, привет. Слушай, я понимаю, что ты не в лучшем состоянии сейчас, но ты бы мог помочь мне? — Конечно, а как? — Приезжай в студию, где мы работаем над играми. Тут только я, старших нет. Юноше так сильно хотелось отказать, ведь выходить из дома вообще не было ни единого желания. Особенно ехать в студию, но все же Минджун ни раз и не два выручал Чу и был рядом с ним в трудные моменты. — Хорошо, буду через час. Отложив телефон, Сан У лениво потянулся и поднялся с постели. Особо прихорашиваться он не решился. Просто надел клетчатую рубашку, брюки и свою любимую кепку, под которой так ловко прятал челку. Посмотрев на себя в зеркале, Чу невольно выдохнул. Так плохо он не выглядел давно. Большие синяки под глазами, измученный взгляд, даже кожа казалась какой-то серой. Чтоб не усугублять положение, парень отошел от зеркала и, закинув рюкзак на спину, в котором по обыкновению носил только бутылку воды и блокнот для случайных мыслей, покинул квартиру. По дороге в универ, парень решил зайти в небольшую чайную, что недавно открылась недалеко от дома. Внутри работала всего одна девушка, удивительно приятной внешности. Длинные густые волосы, имевшие чистый матовый блеск, темно-карие глаза и идеальная улыбка сразу запали в душу Сан У, но лишь как объект восхищения, не больше. — Добрый день, мне пожалуйста черный чай и круассан с мандариновым джемом, — заказал Чу, подходя к стойке. — Добрый день, сахар нужен? — улыбчиво поинтересовалась девушка. — Нет, круассан вполне сладок для этого. — Прошу присаживайтесь, я принесу ваш заказ через пару минут. Вид из окон был не самый лучший, потому это заведение и осталось не популярным. Оно находилось среди серых домов и выходило прямо панорамой на них. В наше время главное не то, как вкусно готовят еду в заведении, а то, насколько красиво там можно сфотографироваться. Это и бесило Сан У. Он никогда не понимал подобного, потому часто посещал малопопулярные места, как это. Девушка справилась с заказом быстро и принесла его уже через пять минут. На подносе был стеклянный заварник, красивая чашка и тарелка с круассаном. Последний был и правда очень вкусным, хоть Чу и не любит сладкое, но из-за последних событий, энергии ему просто не хватало. Чай также оказался не плохим, особо в них юноша не разбирался. Оплатив свой перекус карточкой, и оставив пять тысяч вон наличными в виде чаевых, Сан У отправился в метро, на котором за двадцать минут доехал до станции, где находился его университет, но пошел в другую сторону, к офисному зданию. Поднявшись на нужный этаж, парень дошел к двери и открыл ее. Если бы он знал, что через мгновение окажется в большой комнате наедине с Джэ Ёном, то точно бы не открывал ее. Но младший не знал. Зайдя в помещение, он прикрыл за собой дверь и заговорил. — Минджун, я тут. С чем тебе нужна помощь? Но в ответ послышалась тишина. Юноша насупился и отошел от двери, заглядывая в сторону, где стоял диван. На нем сидел Джэ Ён, который уже смотрел на паренька. У младшего кровь в жилах застыла. Вновь его лицо, которое он не видел, казалось, целую вечность. И вновь в памяти всплыли воспоминания о том взгляде, полном осуждения. Натянув козырек кепки пониже, чтобы скрыть свои глаза, Сан У кинулся к двери. Чан тоже подорвался с места и кинулся за младшим в след. Догнать его не составило особо труда, тот лишь успел добежать до ступеней. Схватив Чу за руку, Джэ Ён притянул его к себе и поволок обратно в студию, закрывая дверь изнутри на замок. — Выпусти меня… Меня Минджун искать будет. — Не будет, я его попросил тебя сюда привести. — Предатель! — выругался Сан У, отходя прочь от старшего к окну. Уставившись в него, стараясь усмирить бушующие внутри него чувства, юноша даже не заметил, что к нему подошел старший. — Не злись на него, ладно? Просто иначе ты бы не захотел со мной встретиться. Ты ведь меня избегаешь. — Ничего я не избегаю! — Да что ты? То есть эти две недели молчания на мои смс и попытки не встретиться в университете просто так сами собой вышли? Сан У повесил нос. На душе стало так не приятно от этой правды, что даже захотелось спрятаться от самого себя. В глазах неприятно защипало, а нижняя губа предательски задрожала. — Я избегал тебя… только лишь потому что я тебе стал противен, — выдавил из себя Чу. Такое заявление максимально застало врасплох Джэ Ёна. Он то думал, что Сан У злиться и ненавидит его, а тут все совершенно наоборот. — Погоди… что ты сейчас сказал? — Да что не ясного?! Я видел как ты посмотрел на меня, когда увидел это! — юноша резко поднял глаза, полные слез и запястье, оголяя старые рубцы от шрамов. — Сколько осуждения, неприязни было в том взгляде. Я не осуждаю тебя, я бы также отреагировал. Такие люди, как я, ничтожны и противны. Потому и избегал тебя, чтобы не доставлять тебе больше неприятных эмоций… Речь Сан У была прервана объятиями. Чан прижал его к себе так сильно, что казалось воздух перестал поступать в легкие. Одна тёплая ладонь легла на затылок младшего и нежно прижала голову к плечу. — Какой же ты… дурак. Какой дурак… Голос Джэ Ёна дрожал. «— Он тоже заплакал? Но почему?» — испуганно задумался Чу. Пару минут они молча стояли в объятиях, пытаясь успокоить бушующие внутри эмоции. — Я не ненавижу тебя, и не испытываю к тебе неприязнь. Тот взгляд… это был взгляд полный ужаса. Я испугался за тебя. Я просто не мог поверить в тот момент, что ты мог пытаться покончить с собой. Я подумал, что мы ведь могли так никогда не познакомиться… ты все не так понял в тот день и даже не дал мне шанса объясниться. Отодвинув голову от плеча старшего, Сан У посмотрел в глаза Джэ Ёна, словно желал убедиться в его словах. — Но почему ты переживаешь о чужом для тебя человеке? Я не приятная в общении, недоверчивая персона. — Ты такой какой ты есть. Уникальный. И мне нравится это в тебе. Ты не такой, как большинство, словно уникальная загадка среди сборника обычных, ответ на которую так хочется найти. Прошу, прости меня, за то, что обидел тебя своими эмоциями. Они были не правильно тобою поняты. — Тебе не нужно извиняться… просто я не понимаю, почему я тебя так волную? Прости, но о таких как ты редко скажут, что он будет хотеть дружить с заурядным зубрилой. — А вот я тоже не такой как все. Видишь, как мы умеем друг друга удивлять? — старший улыбнулся и скинул кепку младшего пальцем, а после начал трепать его волосы и Сан У впервые не был против. Он не отпрянул как обычно и не начал читать Джэ Ёну монотонные лекции о том, почему нельзя так делать, нет. Чу лишь немного улыбнулся и позволил сотворить на своей голове целое гнездо для горлицы. Почему-то сейчас, прикосновения старшего не вызывали дискомфорт, а лишь наоборот, словно эти две недели он ждал этого момента. «— Что со мной? Почему мне так этого не хватало?» — эти вопросы глубоко засели в голове Сан У. — У меня есть кое-что для тебя, — старший быстро подошел к своему рабочему столу и взял стопку из нескольких листов, после чего протянул их Чу. — За эти недели было много времени и… ну я набросал как и обещал эскизы персонажей для нашей игры. Сан У неожиданно приятно удивился, ведь не ожидал, что Джэ Ён будет что-то делать не из-под палки. Видимо все-таки он ошибался на его счет, причем уже дважды. Взяв работы, парень присел на диван и начал рассматривать разные концепты. Чан нервничал, словно сдал курсовую работу преподавателю. Нервно потянувшись, он поднял кепку младшего с пола и надел себе на голову, присаживаясь рядом. — Вот этот не плохой на самом деле. Этот паренек в ханбоке очень харизматичный, но думаю ему не помешают очки. — Очки? — удивился Джэ Ён. — Чтоб лучше видеть кимбап на платформах? — Нет… я люблю очки на парнях, они делают их более задумчивыми и обаятельными что ли. Ну просто так хочется, сделаешь? Джэ Ён улыбнулся и одобрительно кивнул. — Не вопрос, босс. И наступила тишина. Сан У лишь взглянул на Чана и душа вновь сжалась в камень. «— Может стоит рассказать ему истинную историю этих шрамов? Он итак уже вошел в мою жизнь намного больше, чем я планировал… он переживал за меня… имеет ли он право знать?» С этими мыслями, парень медленно снял кепку с головы старшего и натянул на свою голову. — Хён… мы можем сегодня вновь встретиться? Я бы хотел… ну… пролить свет на всю эту ситуацию, что возникла… я чувствую свою вину, что повел себя как малолетка… — Оу, конечно! Где встретимся? — с неподдельным энтузиазмом воскликнул Джэ Ён. — Мне понадобится время и много сил, чтоб рассказать тебе историю каждого своего шрама. Как насчет по одному за раз? Давай встретимся сегодня вечером в городском парке. — Вечером, это, я так полагаю, в семь? — Это должно уже стать нашей фишкой, — как-то облегченно вздохнул Сан У. После желания поделиться своей историей хоть с кем-то, на душе стало так легко и беззаботно, что юноша, в прямом смысле, расцвел. — Сан У для меня это очень важно и приятно… то, что ты хочешь довериться мне. Спасибо за это. — Давай сделаем так, чтобы я об этом не пожалел? — улыбнулся младший и вышел из студии. До семи вечера было еще достаточное количество часов, чтобы вернуться домой, принять душ и даже немного поработать над домашним заданием, к которому он не притрагивался уже несколько депрессивных дней. Порешив на этом, Сан У вновь вернулся домой, по привычке завернул с порога в ванную комнату и принялся освежаться. Сегодня даже не хотелось обжигать кожу кипятком, поэтому парень сразу включил теплую воду. Стоя под струями воды, он посмотрел на свои запястья, где было много глубоких шрамов, и на бедра, которые было исчерчены не меньше. Про какой рассказать сначала? — Насколько же я жалкий… — выругался Чу и пнул рукой стену, по которой ручьями стекала вода. — Будто только у тебя в жизни проблемы… посчитает ли меня Джэ Ён слабаком? Но ведь то, что я не завершил все эти попытки может значить, что я сильный? Мне хватило сил продолжить сражаться… ненавижу эти суждения по поводу «суицид — выход для слабаков» ведь это не так. Слабый человек не сможет покончить с собой, для этого нужны огромные силы и с тем же, мне не хочется признавать себя слабаком, потому что я не смог себя убить. Закончив тираду, в которой никогда не будет однозначного ответа, парень покинул ванную комнату и отправился на кухню. Еды в холодильнике конечно не прибавилось, да и откуда, если Сан У никуда не выходил? Заварив себе стакан кофе, юноша отправился в комнату и уселся делать домашнее задание. На удивление, после такого откровенного разговора с Джэ Ёном, у Чу появились силы сконцентрироваться, что позволило юноше полностью забыться среди примеров по программированию.

***

В парк Сан У не опоздал. Он вовремя опомнился, что до семи оставалось не много времени, потому поторопился одеться и отправиться на договоренную встречу. Температура была около 18,5 градусов, потому младший надел узкие джинсы, клетчатую красную фланелевую рубашку и, конечно же, кепку, под которой спрятал челку. На месте был за десять минут до встречи. Солнце уже близилось к закату, но было вовсе не темно, чтобы включили фонари. Ветер, как старый друг, вновь пронесся над асфальтом, вздымая легкую дымку пыли, а после закружил Сан У, уволакивая в воспоминания. Но те были вовсе не самыми приятными, о них хотелось забыть. Вновь ее улыбка, ее смех, ее нежный голос, от которого кожа покрывалась мурашками. — Чу Сан У, — ее голос стал становиться немного грубее, с каждым повторением его имени. Призраки прошлого развеялись, а голос, что вывел его из забвения принадлежал Джэ Ёну. Парень стоял рядом с младшим, придерживая того под руку. — Ты в порядке? Я уже пару минут до тебя докричаться не мог. Думал ты уснул стоя. — Я в порядке, прости… — Чу неловко покашлял в кулак и освободившись от руки старшего начал идти по аллее, зазывая его за собой. — Итак, я обещал тебе рассказать про свои шрамы. — Давай для начала присядем? Как насчет вон того кафе? — старший указал пальцем на заведение, что стояло дальше по аллее. Туда они и направились, занимая столик на улице. Заказав бутылочку макколи и пиццу, парни остались одни, в ожидании заказа. Людей в парке было много, но сейчас студенты были словно на необитаемом острове. Никого не существовало в данный момент времени. Джэ Ён нежно прикоснулся к левой руке младшего, отчего тот даже вздрогнул, но не отдернулся. Пальцами он осторожно расстегнул пуговицу и засучил рукав, оголяя три больших рубца. Выдохнув, старший мягко погладил каждый тыльной стороной указательного пальца. — Расскажи мне о них. — О них… — обреченно протянул Сан У. Озвучивать историю каждого, сейчас сравнимо тому, чтобы взять нож и заново вскрыть свои рубцы. — Они самые давние у меня. Со времен, когда мне было лет… четырнадцать? Тогда в моей семье были сильные проблемы. Отец был владельцем фирмы по изготовлению игрушек, а мама работала поваром в небольшом ресторане. Казалось все идеально, но как бы не так. В том году моего отца обвинили за то, что в игрушках, якобы, нашли опасные канцерогены, которые могли навредить детям. Спешу сказать сразу их там не было. Отец потерял работу, которая приносила много денег, начал злоупотреблять алкоголем… А когда он был пьян, то кто-то обязательно страдал. Однажды он разбил бутылку о голову моей матери… тогда ей даже зашивали щеку. И меня стороной не обходило несчастье. Если только попадусь ему на глаза во время опьянения… самое безобидное что было, это табурет, который прилетел в меня с другого конца комнаты. С этими словами Сан У, который уже был бледнее утренней дымки, снял кепку и поднял челку. У самых корней волос был шрам, видимо от табурета. Джэ Ён и сам седел растерянный до невозможности. Поверить в то, что у спокойного умного Чу Сан У могло такое в жизни происходить… казуистика какая-то. — Однажды он так сильно избил маму, что та пролежала в больнице неделю. Это время было самое не веселье для меня, ведь все что он вымещал на нас обоих теперь шло лично на меня. — Почему вы не ушли? — резко перебил Джэ Ён. — Почему его терпели? — Мама любила его. Когда он просыпался после опьянения, то раскаивался, умолял простить, рыдал. Но если быть честными, нам некуда было идти. Уехать к родителям мамы в Сеул было не вариантом, ведь работа в ресторане единственное, что держало нас на плаву. Но однажды я заставил отца прийти в себя. Когда он кинулся на меня, мне ничего не оставалось как схватить нож. Он засмеялся, мол неужели я правда смогу убить своего отца? Но я не собирался его убивать. В тот момент, мне больше всего на свете хотелось чтобы он жил и знал, что его сын умер из-за него. Я резко полоснул себя по руке раз, второй, третий… было много крови, но больше всего мне запомнились испуганные глаза, которые кажется в миг протрезвели… Сан У прикрыл ладонью глаза, чтобы не показывать слез, что уже текли ручьями. Он даже не услышал скрипа стула по плитке, пока не ощутил что-то теплое на своих плечах. Приоткрыв глаза, Чу увидел, что Джэ Ён придвинулся к нему и обнял, ободряюще похлопывая по плечу. — Эта история… я просто не знаю, что даже сказать в такой ситуации… мне искренне жаль твою маму и тебя, за то что вы натерпелись подобного. Мне жаль и вашего отца, за то что он стал таким. Жизнь никого не щадит. — Ты первый… — М-м? Первый в чем? — удивлённо спросил Чан, вытирая большим пальцем слезы с щеки Сан У. — Первый, кто проявил сочувствие к моему отцу. После всего все только и делали, что лаяли его, но мы с мамой любили его. То что случилось с ним может случиться с любым из нас в будущем, а алкоголь портит людей… спасибо за то, что посочувствовал и ему. Это очень важно для меня. В это время на стол подали пиццу и бутылочку макколи с деревянными мисками. Старший сразу потянулся к бутылке, открывая ее и наполняя сосуды для питья молочного цвета жидкостью. — Теперь я понимаю, почему тебе было так тяжело об этом рассказать. Не каждый сможет правильно выслушать подобные истории. — Ты сможешь… я уже убедился в этом только что, — сделал глоток Сан У. — Где сейчас твои родители? — Оу, ну отец бросил пить после моей попытки суицида, взялся за голову, устроился работать к маме в ресторан администратором. Они здесь, в Пусане, но я редко вижусь с ними. Слишком много боли всплывает при встрече, потому мы обходимся видео-звонками. — Ну оно и не удивительно… Сан У, спасибо что решил довериться мне. Сидеть здесь с тобой и слышать истории твоих шрамов очень важно для меня, — Джэ Ён отодвинул рукой кепку, что лежала на столе и прикоснулся тыльной стороной пальцев к шраму на лбу. Он был небольшой, хорошо зажил, но сколько боли в себе он хранил… несоразмерно. Щечки младшего мигом покраснели. Он вольно не вольно немного отодвинул голову назад, но не настолько, чтобы старший прекратил. — Не благодари. Я обязан быть с тобой честным. — Атмосфера здесь хорошая, — внезапно увел тему хён. — Ты как себя чувствуешь сейчас? — Ну я ожидал, что будет хуже если честно, — сказал Сан У, вытирая последние капли слез и беря кусок пиццы. — После того как высказался стало намного легче. — Может тогда и о других шрамах расскажешь? — Хм… ну думаю я могу. Про какие тебе рассказать? — Про эти, — Джэ Ён отодвинул Сан У на стуле назад и положил свои ладони тому на бедра, отчего парень чуть не взлетел с места. — Но разве ты видел их…? — Увидев твои руки мне не составило труда предположить, что ноги у тебя изувечены не меньше. — Умный какой… ладно ты прав. Но тут все просто на самом деле, ведь причина у всех шрамов на ногах одна. В школьные годы я часто был объектом травли среди одноклассников. Будучи сыном отца, который якобы изготавливал игрушки используя опасные канцерогены, никто не упускал возможности на мне отыграться. Я мог терпеть насмешки или физическое насилие в свою сторону, но когда мои друзья… да, тогда они у меня были, начали отворачиваться от меня… я потерял последнюю веру в себя. Они сговорились с этими выродками… и устроили мне тот вечер… — Какой вечер? — с ужасом в голосе, предвещая неладное, спросил Чан.

***

— Да, я уже выхожу, — улыбаясь ответил Сан У кому-то по телефону. Настроение парня сегодня было очень хорошим. Отец не пил уже больше двух месяцев, ситуация в семье стабилизировалась. Но оставалась лишь одна проблема — одноклассники Сан У. Они уж точно никуда не делись и не лишали себя возможности поиздеваться над юношей. Все таки не зря говорят, что за ошибки родителей всегда платят их дети, в той или иной мере. Но то, что сегодня сделают эти уроды… тяжело просто забыть. Спросите, почему Сан У идет на вечеринку, где явно будут его одноклассники? Потому что там будут его друзья. Они ведь всегда поддержат и помогут ему в трудную минуту… на тот момент ему так казалось. Доехав до загородного дома на такси, парень вновь посмотрел в телефон, как тут же услышал голоса, взывающие к нему. — Сан У, Сан У, давай к нам! — кричал какой-то парень, рядом с которым стоял Минджун и две девушки. — Привет Ёнсу! — радостно обратился к кричащему приехавший, а после также поприветствовал остальных своих друзей. Как уже можно было понять, этот Ёнсу был лучшим другом Сан У. Минджун был знакомым первого, потому с Чу они были просто друзьями, ничего большего, ровно до полночи. В эту полночь жизнь полностью поменяет привычные рамки жизни парня. Компания направилась внутрь дома, где уже во всю кричала музыка. Там было человек пятьдесят, не меньше. Все толпились, танцевали, пили соджу с пивом и наслаждались весельем. Ёнсу сразу принёс несколько стаканов с алкоголем и протянул каждому из компании, после чего все ребята выпили за приятный вечер. Только вот сам принесший не пил, но никто на это не обратил внимание. — Как у вас день прошел? — спросил Сан У у Ёнсу и Минджуна, ведь через полчаса после начала, девушки отсеялись к каким-то парням. — Ну я играл в баскетбол, — ответил Минджун, на что Сан У лишь кивнул, явно не особо интересуясь этим. — Я сегодня пытался одну девчонку подцепить. Ну знаете, на одну ночь. В последнее время такой голод внутри, не могу насытиться, — засмеялся Ёнсу. — Ничего себе! Ты же помнишь, что нужно быть осторожным? — поучил друга Чу, делая очередные глотки алкоголя. Мозг уже явно был не в трезвом состоянии, о чем говорило несколько замедленное моргание. — Конечно, мам, я все помню. Не целуй в губы, предохраняйся. Кажется не сложно да? На самом деле это очень сложно. Так хочется прикоснуться этих алых лепестков роз на прекрасном личике, но в нашем гадком мире это запрещено. Клянусь, когда найду свою половинку, сотру ее губы поцелуями в мозоли. Все трое громко засмеялись. — Пойдемте к бассейну, — внезапно предложил Ёнсу, посмотрев на свои часы, словно сверял время. — Хочу покурить. Минджун отказался от этого, потому что не переносил запах сигарет, а вот Сан У с радостью решил составить компанию лучшему другу, но вот только стоило парням выйти наружу, как в глазах у Сан У потемнело, а дыхание затруднилось. Ощутив, что на его голову что-то одели, а после боль от удара в животе, парень свалился на колени, но и то ненадолго. Кто-то подхватил его с обеих сторон и поволок в сторону гаража. Очнулся Сан У уже привязанным к стулу, а перед ним стоял тот, кого парень боялся встретить больше всего. Чонг Чонхо, этот безмозглый остолоп всегда издевался над слабыми, не только над Чу Сан У. Ему доставляло удовольствие самоутверждаться за счет тех, кто не могут дать отпор. Позади него стояло еще двое незнакомых парней, а также Ёнсу. Первый вопрос в голове был «Что все это значит?». Но его сразу вытеснила боль в области живота, когда в него порезался кулак Чонхо. — Надо же, Чу Сан У, сын выблядка собственной персоной, тебе не больно? — Не смей так говорить о моем отце! — вспылил младший, но в ответ ему вновь прилетело, на сей раз в скулу. Во рту появился металический вкус крови, видимо прикусил язык. Дергаясь на стуле, парень не заметил, как Ёнсу начал раздавать каждому стоящему в гараже ведра с пластиковыми игрушками, которые изготавливала фирма его отца в прошлом. — Почему бы тебе не впитать все эти вредные вещества самому, а? — вывел его из транса Чонхо, а после последовала новая порция боли. Пластик стал биться о его тело, иногда рассекая кожу, особенно на лице. Все что мог в этот момент Сан У, так это кричать, но этого точно никто не услышал бы, ведь музыка играла на всю. — Ёнсу… почему ты это делаешь?! — не понимая заплакал Чу. — Почему ты стоишь с ними, друг? — Придурок, какой я тебе нахер друг? Думаешь с такими как ты общаются? Мне мое положение в обществе все же дороже, чем шляться рядом с уродом, отец которого изувечил множество жизней. — Да не правда это все! Не было там канцерогенов, это доказали, почему вы не верите? — Ему лучше помолчать, как считаешь? — спросил Чонхо и получив кивок от Ёнсу, быстро взял рулон клейкой ленты и мигом заклеил рот Чу. — А знаете, у меня есть замечательная идея. Говорящий достал ключи от машины, что стояла рядом со связанный и залез внутрь, заводя мотор. После, не заглушая его, Чонхо покинул транспорт и закрыл роллетные ворота гаража. — Почему бы не оставить его подышать чистым воздухом, прям как тот, чем дышали дети? — Отличная идея, — поддакнул Ёнсу и все находившиеся внутри, начали выходить в дверь, что вела внутрь дома, где во всю кричала музыка. — Тебя никто не услышит, — приторно проскрипел на ухо Сан У Чонхо и покинул помещение. Как бы Чу не пытался кричать, лента на его губах не позволяла звуку покинуть ее пределы. Руки и ноги были крепко стянуты пластиковыми хомутами к стулу, на котором он седел. Мысли мешались между собой. «Неужели это конец? Вот так просто надышаться угарным газом и умереть? Сколько бы проблем тогда решилось…». На самом деле после такого предательства друга и унижения, мысль о конце была очень заманчивой. Голова понемногу начинала кружиться, а сам парень начал судорожно кашлять, хоть лента и не позволяла ему это сделать. Каждый глоток воздуха был словно наполнен кучей иголок, которые раздирали все внутри. Так и могла закончиться история Чу Сан У, но этого не случилось. По самому счастливому стечению обстоятельств, дверь, через которую ушли те ублюдки, открылась вновь. — Да где же этот туалет, — послышалось оттуда. Этот голос… он так знаком для Чу, но чей же он? Было тяжело думать, но реагировать нужно быстро. Возможно это последний шанс спастись. Собрав в себе остаток сил, парень качнулся в сторону и промычав, упал на пол вместе со стулом. — Что такое… Сан У?! Это испуганное лицо парень не забудет никогда. Минджун со всех ног бросился в нему, снимая ленту со рта. Чу закашлял с новым порывом, чувствуя как внутри грудной клетки все пылает. — Кто это сделал?! Твою мать, тебе нужно в больницу! Вскочив, Минджун быстро подбежал к воротам гаража и открыл их, запуская чистый воздух, который мигом, словно ледяная дымка проник в дыхательные пути Сан У. Но приятного в этом было мало, ведь жжение только усилилось. Его спаситель времени зря не терял. Схватив кусачки, он быстро перекусил ими хомуты и помог другу встать. — Пойдем внутрь, тебе нужно умыться. — Н-нет! — прохрипел Сан У, указывая на ворота. — Отсюда… Прошу… Все поняв, без лишних объяснений, парень подхватил Чу под плечо и повел прочь из этого дома, вызывая попутно такси. В больнице сказали, что все чудом обошлось. Дав Сан У подышать чистым медицинским кислородом, его отпустили домой. Минджун проводил его до самых дверей. — Ты уверен, что не хочешь заявить на них в полицию? Это покушение на твою жизнь. И я… я не ожидал такого от Ёнсу, — Чу все ему рассказал по дороге домой. — Этот ублюдок ответит за то, что сделал… — Минджун… спасибо тебе. Нет, правда. Если бы не ты, то сейчас скорее всего я тут не стоял бы. Я знаю, что мы не были особо близкими друзьями, но кажется мы оба поставили не на ту лошадку. Давай вычеркнем этого урода из жизни и пойдем дальше вместе как друзья? Я обязан тебе своей жизнью. — Ничем ты мне не обязан. Ты бы также поступил для меня. А касательно Ёнсу так и поступим. Хотя я бы ему разукрасил физиономию. На утомленном, после такого вечера, лице Сан У появилась улыбка и он крепко обнял друга, который доказал свою преданность.

***

— Я просто поверить не могу… — ошеломленно заявил Джэ Ён. — Ублюдки! Скажи мне их адреса, я каждого уничтожу, слышишь? На лице Чу вновь расцвела улыбка. Попытка старшего его защитить, пусть и от призраков прошлого, выглядела очень милой. — В этом нет необходимости, я уверен судьба их накажет. Я так и не закончил историю, хотя ее финал, наверное, тебе понятен. Тем же вечером я оставил у себя на бедрах очень много шрамов, стараясь сдержать бурю, что разрывала меня изнутри. — Да уж… теперь я еще больше хочу быть рядом с тобой, чтобы не допустить такого никогда. Щечки младшего покрылись румянцем, потому он поспешил попить воды, чтобы снять взгляд с себя. — Полагаю, я рассказал тебе о всех своих шрамах. — Не совсем. — А о каком еще я забыл? — парень начал осматривать себя в поиске забытой истории, но нового ничего не нашел, пока теплая ладонь Джэ Ёна не легла ему на грудь. — Ты не рассказал о шраме на сердце. Это самый болезненный для тебя шрам, который постоянно кровоточит. Он связан с любовью. Я не прошу тебя говорить о нем сейчас. После таких рассказов, тебе точно нужно поскорее отдохнуть. Я буду ждать, когда ты сам будешь готов вновь открыться мне, — старший улыбнулся и погладил младшего по голове. — Ты прав. Для этой истории мне и самому не помешало бы собраться с мыслями и силами… Домой Сан У вернулся в десять вечера. На душе было одновременно невероятно легко и больно. С одной стороны было приятно поделиться с кем-то этим грузом, но также, вспоминая о прошлом, шрамы вновь начинали кровоточить. Но сейчас младший был преисполнен уверенности в том, что Джэ Ён не просто так появился в его жизни. И он точно не допустил повторения этих историй. После тёплого душа, юноша забрался в постель, где очень быстро уснул, до последнего момента думая о том, насколько сильно ему в душу запал этот немного нахальный хён.