спусти цербера с цепи

- Приём, Земля вызывает Ким Тэхёна! Пожалуйста, молодой человек, вернитесь мыслями обратно к своим друзьям! - звонко голосит Чимин, щелкая пальцами перед Кимом. Он уже тщетные минуты пытается обратить внимание друга на себя, чтобы похвастаться новым луком, который заказал в интернете и удачно получил только сегодня. Шипение газировки под ухом, которую вскрывает Чонгук, помогает лучше. - Ну, наконец-то. Посмотри, какой у тебя шикарный Пак Чимин есть, м? М-м-м? - изящно виляет бёдрами блондин, поворачиваясь на триста шестьдесят градусов. Спорить не о чем - Чимин шикарен. В свои двадцать он расцвёл, словно пышный пион. У Пака обворожительная улыбка, нежные черты лица и невероятные способности в танцах, хотя учится он на ювелира, как и сам Тэхён. - Это из последнего заказа? Я думал, что штаны будут кремового цвета, - честно признаётся Тэ, забирая у негодующего Чона заветную колу. - Я передумал. У меня бёдра широкие, лучше чёрные, но обтягивающие. - Не неси чушь, какие ещё широкие? Ты мельче и компактнее нас двоих, хён. Тебя можно сложить пополам и засунуть в твой же чемодан, что ты купил на прошлой неделе, - закатывает глаза Чонгук, забирая газировку обратно. Пока два идиота кряхтят и борются за несчастную банку сладости, Чимин успевает переодеться и принести ещё три таких же, пресекая тем самым войну. - Это не отменяет того, что у меня упругая, шикарная задница, которая моментами больше, чем мне хотелось бы. - Я не понимаю, ты собой доволен или снова планируешь диету? Если второй вариант, то я всё расскажу Намджуну, а он снова принесёт твои любимые блюда и закидает тебя комплиментами, чтобы ты раскраснелся, как черри и начал пыхтеть, как паровоз, - допивая отвоёванную банку колы, чеканит Ким и ловит недобрый взгляд со стороны "черри". - Не тебе мне об этом говорить, Тэхённи. Это не я два месяца назад вбежал сюда, как ошалелый, на грани между истерикой и слезами счастья, - цокает языком Чимин, отбивая пятерню хохочущему Гуку. - Это подло, ты даже время запомнил, ужас! Вы оба знаете, как я его люблю. Понятное дело, я буду на эмоциях после встречи с ним на целый вечер, особенно, после долгого перерыва. - Ты говоришь так, будто вы встречались, расстались и снова внезапно встретились, чтобы сойтись. А по факту у тебя даже его номера нет, - продолжает словесно бить Пак, а Чонгук добивает, добавляя своё: "и никогда не было". - Вы не понимаете, - хмуро бурчит Ким и снова забирает у Чонгука кока-колу, выслушивая попутно самые красноречивые маты, на которое тот только способен. Тэхён не обижается, потому что и сам знает, что его любовь странная и не по возрасту сильная. Иногда он сам себя понять не может. Как можно настолько заполнить себя другим человеком? Человеком, который всегда был рядом, но как друг старшего брата. Он ведь не один такой. Рядом были и Хосок с Джином, были даже немного дольше, чем Юнги, но под кожей только он, другим места там просто-напросто нет и, кажется, будто и не было вовсе. В Тэхёне любовь родилась постепенно. Выросла из крупного семечка восхищения, стала ростком симпатии и вот - это нечто неувядающее и сильное, вроде, должен быть безобидный цветочек, а получилось крепчайшее дерево с ярчайшими цветами, которые распускаются только когда хён рядом. - Кстати, как будем твой день рождения отмечать, хён? - прерывает думы Кима самый младший из свиты. - Он посидит дома с семьёй, как всегда, а потом мы втроём пойдём в клуб. Ему давно пора узнать, что это такое. Его любимый хён вообще с восемнадцати лет по ним бегает, - ковыряясь в телефоне, отвечает Чимин, будто вопрос был адресован именно ему. - Бегал, - поправляет Тэ, тяжело вздыхая, - Он уже давно перестал. Да и вообще, он изменился, ты же сам заметил. Больше нет тех ярких волос, разодранных джинс и безразмерных худи с футболками, даже кепки теперь редко носит. Я уже и не помню, когда в последний раз видел его не в чём-то классическом. А ведь ему и классика жуть, как идёт. А когда он рукава закатывает, о, Всевышний. Ты видел его руки? Он немного похудел и вены теперь ещё больше видно. - Я бы облизал эту сетку с венами на бледных, тонких руках, - мечтательно заканчивает за другом Пак и ловит ошалелые взгляды друзей напротив, - Да я про тебя, идиот! Ты хочешь их вылизать, я уверен. - Нет, я не- - Не ври мне, я тебя лучше знаю, чем ты сам, маленький, нецелованный извращенец. Кстати, классика классикой, а куча железа в ушах у него по-прежнему торчит. Подозреваю, что язык тоже с железкой до сих пор. Я слышал, что с помощью такого языка можно до оргазма за считанные минуты довести. - Боже, Чимин, о чём ты постоянно думаешь?! - ужасается багровый Ким, прикладывая холодную банку колы к щекам под заливистый смех друзей. - А что тут такого? Это вполне естественные вещи. Поверь, твой хён далеко не романтик, ты сам говорил, что у него отношения дольше трёх-четырёх месяцев не длятся. Он знает, чего и кого хочет, а потом идёт, получает и бросает. Да я уверен, вы знаете это, если помните, конечно, о чём они вчетвером говорили, когда наивно думали, что мы их не слышим. Сейчас-то всё куда понятнее. Из них самым спокойным в этом плане всегда был Джин-хён. И вот, пожалуйста, уже четвёртый год в здоровых и счастливых отношениях человек. А Шуга-хён, как мужчина в отношениях, просто ужасен, я думаю. В постели, может, и огонь, но ты не только страсти достоин, Тэтэ. - Юнги-хён самый крутой и без всяких отношений. Ты просто плохо его знаешь, а я часто сидел с ним наедине. Он очень добрый и чуткий. И моментами очень стеснительный. Он не любит милые вещи, не любит громкие признания в любви и пустые слова на ветер, поэтому никогда не обещает, если не уверен, что сдержит слово. И поэтому в отношениях надолго не задерживается. Все хотят слышать от него слова, которые он из себя насильно выдавливать не будет. Если не захочет - никто не заставит, а если же хочет - никто не остановит. Он всё выражает поступками, действиями, но сейчас так мало людей, умеющих ценить это. Мне кажется, они даже не успевают узнать его настоящего, потому что слишком быстро и много хотят. И мне он своё сердце не обещал, даже намёка на это не давал. Мне не за что на него обижаться или злиться, поэтому и ты, Чиминни, не злись. Он очень хороший и, на самом деле, очень ранимый, самый замечательный. От него меня не нужно защищать, правда. Наступает звенящая тишина. Чимин хмуро прожигает взглядом свои аккуратные ногти и думает, что не видел ещё настолько влюблённых дурачков. Чонгук теребит в руках пустую банку и тяжело вздыхает, ловя на лице Тэхёна грустную улыбку. Его поражает сила этой односторонней любви. Поражает и восхищает. Эта любовь делает Тэхёна прекрасным, но также медленно ломает на части, по очереди задувая многомиллионные свечки в его светлой душе. - Значит, клуб. Мы хорошо там зажжём, да? В какой пойдём? - резко меняет тему Чон, подсаживаясь ближе, чтобы удобно развалиться и устроить голову на тэхёновых коленях. - Да, кстати. Раз уж мы понимаем, что едем по лазурной стороне, то я присмотрел пару темных клубов. Есть два прям гей-гей-гей клуба и три смешанных, где тусуются и гетеро парочки, - продолжает блондин, следуя примеру друга и разваливаясь следом, устраивая голову на чонгуковом подтянутом животе. - Но я не гей-гей-гей, - возражает Гук, - Я просто пан. Может, тогда в смешанный? А давайте у Хоби-хена спросим, какой лучше? - Он разболтает хёнам, а Намджун побоится отпустить нас одних, зуб даю, - задумчиво тянет Тэхён, перебирая мягкие, каштановые пряди на макушке младшего, - Я, кстати, тоже не гей-гей-гей. Я непонятно, кто. Юнгисексуал, похоже. - А это идея! Может, они с нами пойдут? В твой день рождения хёны тебе абсолютно всё позволяют, так что есть вероятность, что удастся вытащить их с нами, - воодушевлённо лепечет Пак. - И я, наконец, покажу Намджуну, каким ходячим сексом являюсь, - продолжает мысли блондина Тэ, тихо смеясь. - Обтяну свою упругую задницу голубыми, как я сам, джинсами, и повиляю бёдрами перед ним. Может, завалит, - подхватывает Чонгук и начинает гоготать вместе с Кимом, уворачиваясь от паковских ручек-ножек. - Чтоб вы знали, я серьёзно настроен! Я получу Ким Намджуна, даже если это займёт десятки лет, ясно? И я действую, в отличие от некоторых! У меня давно есть его номер, и мы даже иногда болтаем ни о чём! - смущённо пыхтит Чимин, забавно дуя свои и без того пухлые бантики-губки. - Да, Чиминни, ты прав, ты потрясающий, мне нужно у тебя поучиться, - нежно улыбаясь, мурлычет Тэ. Это он искренне. Целеустремлённость Пак Чимина подобна Генералу Шерману - размером с самое большое дерево в мире. - Да, тебе именно у меня и надо учиться. Нужно биться за то, чего хочешь. Почему ты вообще даже не обдумывал его взаимность? Ты должен его получить, иди к этому. И начни с любви к себе. Пока ты сам от себя в восторге не будешь, не будешь понимать, какой ты клёвый - никто не будет. А ты чертовски красивый, Ким Тэхён, и нам надо твою красоту подчеркнуть ещё ярче. С чего начнём? - Упругая зад- - Заткнись, Чонгук. И после этого ты говоришь, что не гей, - перебивает Чим, стервозно зыркая на смеющегося Чона. Они друг друга обожают, на самом деле, просто любят постебаться, - И вообще, ему его любовь нужна, а не член. Нет, он, конечно, тоже, но нужен весь Мин Юнги, а только задницей его всего получить не получится. - Цвет волос? - неуверенно предлагает Тэхён, разглядывая себя в экране потухшего смартфона. - Хорошее начало. - Нет, - отрезает Намджун, снимая перчатки после долгого сеанса с придирчивым любителем драконов. Мало того, что эскиз принёс старый, как радиоприёмник в доме Кимов, так ещё и непоседа, постоянно дёргающий плечом, на котором и набивалось тату. - Ну хён, - жалостливо тянет Тэхён, строя глазки-обаяшки, - Ты сам говорил, что я взрослый, могу позволить себе всё на свой двадцатый день рождения. Я же всё равно дома отмечу, просто позже пойду допраздную, как говорится, с Чимином и с Чонгуком. - Чимин тоже пойдёт? - Да, он за мной присмотрит. - Это за ним нужно присматривать! - почти панически возражает старший Ким, обессиленно заваливаясь на кожаный пуфик. Тэхён хихикает. Он понимает тревогу старшего брата за них. Конечно, боязно отпускать домашних, молодых, только начинающих взрослую жизнь, пацанов одних в довольно известный совершенно разными историями клуб. Пацанов, которые ещё и пить толком не умеют. - Тогда пошли с нами! Возьми с собой свою банду с хёнами, вы ведь давно вместе не отрывались, м? День рождения всё равно на субботу выпадает, в воскресенье сможете все выходной взять. Ну, хён, пожалуйста. - Вы пойдёте, даже если мы не сможем? - обречённо хрипит Намджун, массируя гудящие виски. - Да, определённо, - честно признаётся младший, широко улыбаясь. Джун тяжело и громко вздыхает. - Я обговорю с ребятами. Не могу сказать, что они точно смогут, но спросить - спрошу. - Хён, ты лучший, спасибо! - кидаясь с крепкими объятиями, тараторит Тэ, и Намджун не может не ответить такой же широкой улыбкой.

Тэтэ: сделано! вопрос на обсуждении у банды, ждём ответ до завтра :з

Чиминыч: умница, тигра! горжусь! на всякий случай, задействую себя и вечером спрошу у хёна то же самое.

Гуги: вы что, придурки? почему у нас обычный поход в клуб выглядит, как операция шпионов??

Гуги: ладно, я в деле, я тоже придурок. напишу Хоби-хёну, попробую уговорить и через него.

Тэхён глупо улыбается, сидя в кресле у парикмахера, пока ждёт, когда тот размешает краску. Друзья у него и в самом деле самые лучшие. Их сплотили общие интересы, общая дурашливость и непонятки в ориентации. Они втроём до ужаса разные, но в то же время настолько одинаковые, что даже фразы друг за другом заканчивают, не ошибаясь. Они вместе смеются, плачут и злятся. И в неприятности тоже вместе попадают. Если же попал только один, то двое других, не задумываясь, прыгают в тот же котёл, и проблема становится общей. Тэхён думает, что их правильнее называть семьёй, потому что они тоже всегда рядом, всегда любят и иногда очень бесят, но всё равно остаются любимыми и душой родными. - Хороший цвет, вам очень пойдёт, доверьтесь мне, - перебивая мысленный поток, улыбается молодой мужчина-парикмахер. А Тэтэ и не сомневается в собственном выборе, он лишь улыбчиво кивает и прикрывает глаза, чувствуя холодную субстанцию на корнях с первых мазков широкой кисточки. Тэхёну без недели двадцать. У него яркие волосы цвета синего кобальта, под стать парфюму его особенного и любимого хёна, по три серёжки в каждом ухе, широкая улыбка и твёрдая решимость завоевать любовь мужчины по имени Мин Юнги. Внутри Тэхёна всё болело, потому что он тихо, но сильно любил, даже не думая признаться, и ещё будет болеть, потому что выбранный путь далеко не из лёгких. Но у Тэхёна есть лучшие друзья, которые способны вселить веру в то, что невозможное возможно. Вот и сейчас Ким уверен в себе, в своих друзьях, в своей любви и в неизбежном успехе, потому что хрупкий Чимин спустил с цепи внутреннего цербера Ким Тэхёна, а Чонгук подкинул сочный кусок мяса в том направлении, куда нужно идти. - Нет, я же бар открываю с восьми вечера, - хмуро бурчит Мин, до блеска натирая хрусталь. - Тэхён очень хочет пойти. И Чимин с Чонгуком с ним. Проблема в том, что они пойдут в любом случае, понимаешь? Без нас. Я один не справлюсь, Юнги. Мне бы сил хватило хотя бы Чимина удерживать от смачных шлепков в неприятности, - забирая олд-фэшн из рук Юна, практически хнычет Джун. - Застынь и не двигайся, пока я не заберу из твоих катастрофических рук свой дорогой бокал. Ты не представляешь просто, сколько я за них отвалил, - на одном дыхании тараторит Юнги, быстро забирая драгоценность обратно и недовольно морщась, увидев новые пятна на прозрачных краях, которые так старательно вытирал, - И почему ты говоришь про Чимина? Твоим маленьким братишкой так-то Тэхён является, забыл? - Чимин начинает буянить раньше всех, а за ним уже Тэ с Гуком подтягиваются. - Так сходи один и проследи, чтобы Чимин не начинал, тогда и остальные будут спокойны. - Юнги, не бросай меня! Меня не хватит на троих! Даже с Хосоком вдвоём, боюсь, не справимся, они же пить будут. Тэхён вообще в первый раз будет пробовать что-то крепкое. А Чимин... про него вообще молчу, я уверен просто, что он даст мне жару. - Что у тебя с ним? - беспардонно интересуется Мин, оставляя работу на потом, - Ты за Чимина печёшься больше, чем за родного брата. Ты с ним спал что ли? - Блять. Да ничего у меня с ним, он зелёный ещё совсем, но этим и опасный. У него ко мне интерес, и я не хочу быть причиной его кривой дорожки. Хочу проследить за парнем и убедиться, что он вывернет, куда надо. - У тебя к нему тоже интерес, похоже, - хитро скалится Юн, изящно вытягивая последнюю сигарету из пачки, - Я не осуждаю, не агрись, мне просто стало интересно, почему ты такой взвинченный на его счёт. Что тебя останавливает попробовать? Тем более, раз малыш сам к тебе тянется. - А что тебя останавливает попробовать с Тэхёном? - Намджун возвращает звонкой пощёчиной так, что Юнги аж давится ядовитым, ментоловым дымом, громко закашливаясь. - Сдурел что ли?! Ты под меня Тэхёна подкладываешь? - Нет, идиот, я спрашиваю, что мешает тебе посмотреть на него, как на своего партнёра по жизни, он же сам к тебе тянется. - Джун, ты иногда такой мудак, что даже врезать хочется. Ты прекрасно знаешь, я не создан для отношений. Сам посчитай, сколько раз я пробовал? Всё сходится к одному: я - обмудок, мои пассии - жертвы несчастной любви и равнодушия. Я не любил никого, кроме себя, и едва ли научусь в свои двадцать семь. Мне дороже моя свобода, зачем мучить других людей, если я знаю, что не отвечу им так, как они того хотят. Тэхён не будет исключением. Ты ведь прекрасно знаешь, как я могу его разбить, если попробую и не смогу. К тому же, он молодой, это пройдёт, как только узнает побольше о взрослой жизни. - Ты не представляешь, сколько раз мне хотелось тебе врезать, когда видел, как тухнет мой брат, влюбляясь в тебя. - О, в такие моменты я и сам себе врезать хотел. - Он серьёзен, я его знаю. Даже если сначала это была детская влюблённость, сейчас всё настоящее. И у Чимина так, поэтому я осторожен. И тебе советую. - Тогда мне тем более лучше не идти. Чем больше времени мы вместе с ним проводим, тем ему же хуже. - Юнги, это его двадцатый день рождения. Ты всегда приходил в его день, чтобы поздравить. Не обрывай всё так резко, это тоже не принесёт нужного эффекта. Ты и сам видел, когда начал чертить границы перед ним. Юнги в ответ только вздыхает, мысленно соглашаясь с другом; тушит, сгоревшую по самый фильтр, сигарету и бурчит, чтобы Ким выметался и не отвлекал больше от работы, а следом добавляет тихое "я приду. напиши место и время". И Намджун расплывается в довольной улыбке, быстро прощаясь и убегая, пока друг не передумал.

Намджун-хён: мы будем. все.

Намджун-хён: Юнги тоже, да.

Тэтэ: хён, не обязательно было уточнять! я звал всех не из-за него.

Намджун-хён: хотел заранее порадовать маленького братца. да и чтобы ты не гадал всю неделю, будет он или нет.

Тэхён густо краснеет, когда читает сообщения. Ни для кого не секрет, кто объект его обожания. И ладно, если бы он сам всем разболтал, но все знают просто потому, что Тэ прямолинейный дурашка, не умеющий скрывать свои чувства к Юнги. Тэхён уверен, даже сам Юнги всё знает, хотя прямого, серьёзного признания никогда не было. Пока что. - Мы молодцы! Мы идём в клуб с лучшими мужчинами! - восторженно вопит Чимин, прыгая на кровати, как влюблённый школьник. - Кто бы мог подумать, что этот парень недавно пускал грязные словечки про языки, член и всё прочее, - закатывая глаза, вздыхает Гук, кидая в друга свою мокрую куртку. - Эй, убери её, она грязная! - возмущается блондин, откидывая чонгукову верхнюю одежду в угол комнаты. - А кто в этом виноват?! Ты нагло мной прикрылся, когда тот придурок на киа проехался по луже! Как вообще там лужа оказалась?! Зимой! - ещё громче возмущается Чон, расстёгивая ремень на джинсах. - А я откуда знаю? Ну, оказалась и оказалась, ладно. Не нервничай ты так, зато ты сыграл благородного рыцаря. Я, как король и владелец этого замка, разрешаю воспользоваться тебе королевской ванной. А опосля ты будешь вознаграждён прекрасным ужином в виде пиццы. - Напомни, почему мы дружим? - Потому что мы придурки, - тихо смеётся только что вошедший Ким, снимая такое же заляпанное пальто: второй рыцарь. После утомительного шоппинга для предстоящего празднетства парни, как всегда, заваливаются к Чимину, потому что его квартира чаще пуста, чем у остальных: есть возможность пошуметь, не сдерживаясь, и обсудить вещи, которые лучше не слышать тем, кто вне свиты. Например, как сообщить старшим о том, что вечерника в клубе будет маскарадной. Парни приходят к решению просто поставить хёнов перед фактом. Намджун в трубку Чимину тяжко вздыхает, но не отказывает, Хосок восторженно верещит на другом конце провода Гуку и сразу бежит придумывать себе образ, Джин тоже реагирует положительно, а вот Юнги. Как и ожидалось, Юнги коротко отвечает через Джуна сухое "нет" и пропадает на весь вечер, никому не отвечая. Чимин долго ворчит и краснеет от гнева, но все трое всё равно решают не сдаваться и пустить все силы, чтобы затащить слишком уж взрослого хёна на маскарадную вечеринку. На следующий день Тэхён, нагло забрав у старшего брата телефон прям у него на работе, долго и упорно ведёт переговоры, используя все приёмы, которым его научил Пак, мол, с твоим братом срабатывает, значит, и железный хён согласится. Сказать оказалось проще, чем сделать. Всё, начиная от "хён, ну, пожалуйста" и заканчивая "сделаю всё, о чём попросишь", не приносит никакого эффекта. В запасе, конечно, ещё есть фраза про обижусь, но её младший Ким сразу отбрасывает, потому что обидеться не сможет, да и пальцы никак эту глупость не напишут, не поднимутся. Но Тэ по солнцу козерог, упрямство зашито у него в пупке, так что Юнги сдаётся после телефонного разговора в двадцать семь минут, который сам же и заканчивает, потому что работа, и после семи пропущенных от неугомонного донсена, потому что они не договорили. Соглашается тихо, одним сообщением, но Киму этого хватает, чтобы окунуться в прорубь счастья, сверкая своей широкой улыбкой на весь салон Намджуна.

Юнги: хорошо, не хнычь. мафия. как тебе?

Намджун: потому что можно надеть всё чёрное? идёт!

Юнги: можешь придумать мне крутой псевдоним. и верни брату телефон, я собираюсь на тебя жаловаться.

Тэхён перечитывает каждую строчку, написанную Мином для него, и чувствует, как от происходящего колит в затылке, а ещё чувствует на себе недобрый взгляд брата, который уже готов выгнать младшего, выкинув за воротник любимого пальто. Получив согласие Юна, Тэ резко передумывает и насчёт своего костюма. Очень хотелось быть вампиром, но раз такое дело, и в клубе точно объявится мафия - нужно, чтобы на месте в нужное время был и полицейский. Чимин громко хохочет над идеей друга, а потом забавно дуется, потому что тоже хочет парные костюмы с Намджуном, но уже поздно отказываться от своего, который был сшит специально на заказ и должен быть готов уже со дня на день. Да и принцем быть уж слишком сильно хочется. Чонгук смеётся с обоих и получает за это пощёчину жирным куском пиццы, хотя сам, на пару с Хоби, выбирает костюм ковбоя. Так, оставшиеся до главного события дни, проходят незаметно и очень быстро. Юнги не готовится, нет. Он всего лишь делает модный андеркат, открывая лоб, и красится в иссиня-чёрный, подчёркивая белизну своей кожи. Намджун одобряет, думая про себя, в каком восторге будет его младший брат от всего этого. А ещё Юнги долго зависает в ювелирном, рассматривая серебряные кольца в витринах. В голову лезут воспоминания трёхлетней давности, когда здесь же он выбирал серьги Тэхёну. Мин думает сосредоточенно и непривычно долго, но в итоге выходит оттуда с серебряным браслетом, на застёжке которого красуется аккуратный цветок, напоминающий гортензию. Это один из немногих цветков, значение которых Юн запомнил, но Тэхён вряд ли полезет в интернет за информацией, ему язык цветов совсем не знаком. В клуб парни приезжают на разных машинах. Тэхён долго прихорашивается у зеркала и уговаривает Джуна забрать Чимина и добираться самим, но старший брат непреклонен: неловко оставаться с пареньком наедине. Зато собранный наспех костюм полицейского выглядит на младшем Киме сногсшибательно. Тёмно-синий цвет рубашки чудесно сочетается с яркими, синими волосами, а серебро в ушах, небрежно накинутая фуражка и слегка подведённые глаза дополняют образ и делают его до головокружения горячим. - Вау, детка, ты выглядишь чертовски сексуально! - закусывая нижнюю губу, мурлычет Чимин, разглядывая друга с ног до головы. Он даже на мгновение забывает, что рядом с ним стоит не менее горячий Ким Намджун, одетый в короля Годжонга эпохи Чосон: Тэхён подговорил. - Вам, королевским юношам, не следует так выражаться, - звеня наручниками на ремне, угрожает Тэ, наблюдая несколько видов эмоций на лице лучшего друга. Пак, явно не ожидавший подобного сюрприза, то густо краснеет, то бледнеет, то вовсе зеленеет, рассматривая Джуна. Тэхён думает, что тот сейчас завизжит и побежит прятать голову в песке от смущения, но Пак себя пересиливает, показывает свою ярчайшую улыбку и вежливо кланяется, пряча пунцовые щёки в широких рукавах костюма. Возможно, Намджун немного впечатлён. С небольшим опозданием к клубу подъезжают ковбои, то есть Чонгук с Хосоком и франкен-Джин с франкен-дамой своего сердца, а Намджун уже звонит "главе мафии", выслушивая в трубке отборный мат по поводу внезапно образовавшейся пробки. Юнги даёт добро зайти без него, и шумная компания заходит в мир, доселе неизвестный невинному Ким Тэхёну и его свите. Громкие биты бьют по ушам с непривычки, стены пропитаны дымом от сигарет и паром с запахами разных смесей, но при этом общая атмосфера приятная, хоть и незнакомая. Это не дешёвая дыра, куда люди приходят влить в себя дешёвый алкоголь, закидаться колёсами и найти любовника на ночь. Последнее, может быть, не точно. В тёмном свете разноцветных огней Тэхён видит совершенно разных людей: вот два парня мило обнимаются на диване, а у барной стойки пристроилась парочка явно флиртующих друг с другом дам. Чимин забавно прикрывает рот своей маленькой ладошкой и хлопает глазами, оглядываясь, а ведь именно он был инициатором всего этого, глаголил, будто великий знаток. Тэ тихо смеётся про себя, шепча Намджуну, чтобы тот присмотрел за его лучшим другом, и сам отходит к барной стойке вместе с Гуком, чтобы ознакомиться с меню. Перед глазами ряд незнакомых названий, а состав читать настолько лениво, что Ким отмахивается, предлагая заказать с помощью считалочки. Чонгук согласен. В итоге, парни пьют коктейль Лонг-Айленд айс ти, Намджун, Хосок и Джин предпочитают взять обычное пиво, потому что им нельзя расслабляться, особенно старшему Киму. Он пьёт вторую кружку и молится всем богам дорог, чтобы те скорее пропустили Юнги, а Чимин тем временем утаскивает именинника с Чонгуком в центр танцпола, почти вызывая у Джуна нервный тик: нужно идти следом.

Намджун: они выпили, кажется, по два стакана какой-то гадости, состав которой я даже писать боюсь, и пошли танцевать. Чона мелкого я уже потерял. НА ПОМОЩЬ!

Но Юнги не отвечает, а телефон приходится убрать, потому что к принцу Паку уже подбивает клинья какой-то сосунок с недобрым взглядом, так думает Намджун, отгораживая незнакомца рукой и вставая между, тут же чувствуя, как чиминовы руки неловко приобнимают сзади за талию. Джун не отталкивает. Чувствует себя как-то неправильно, но чужие объятия не вызывают дискомфорт, если не наоборот. Тэхён мягко хлопает друга по плечу и скрывается в толпе, стараясь ускользнуть незамеченным, чтобы не смущать королевскую пару. Получается вполне удачно, пока незнакомые руки какого-то Джокера властно не притягивают к себе, увлекая в танец. Тэ смущён и немного растерян, но пока касания не переходят грань дозволенного, его всё устраивает. - Кого пришли арестовать, мистер полицейский? - улыбчиво интересуется парень, чуть склонившись к уху, чтобы перекричать музыку. - Мафию. Арестовать сердце и душу, - честно признаётся Тэхён, слегка ёжась, когда чужое дыхание обжигает ушную раковину. Он не привык к чужим прикосновениям. - А что насчёт настоящих злодеев? - На настоящих злодеев есть настоящие герои, - кивая в сторону супермена, смеётся Ким, упираясь ладонями в чужие плечи, чтобы немного отстраниться. Объятия становятся слишком крепкими и явно не вызывают трепет в позвонке. - А вот злодеи охотятся на хороших полицейских, - упорствует Джокер, опасно скалясь. Тэхён напрягается, но не паникует. Осматривается вокруг, насколько это возможно в душной, пьяной толпе, и ловко уворачивается от первой попытки соприкоснуться губами. - Не надо. Вы пьяны, а я здесь не один, нам не нужны неприятности, давайте просто повеселимся, - мягко отказывает Тэ, устраивая пальцы на изрисованных губах, стараясь быть как можно тактичнее и вежливее, но глаза напротив чёрные, как бездна, и пониманием не светятся. Парень явно задет отказом, а чужие руки, что внезапно оказались на бёдрах, сжимают почти до боли крепко. Тэхён думает, что можно попробовать закричать, потому что Намджун с Чимином где-то рядом, и брат, скорее всего, уже ищет его, но характер не позволяет дать слабину. Да и что можно сделать в такой толпе посреди танцпола, не изнасиловать же. Становится страшно, когда сзади пристраивается кто-то ещё, а потом, в кольце рук, Кима ведут сквозь людей к какому-то узкому и тёмному помещению, грубо сжав челюсть двумя пальцами, заставляя смотреть в глаза. Больно. - Ты не понял. Я - злодей, ты - хороший полицейский. Это моя охота, и жертвой был выбран ты, как только засветился весь такой очаровательный у барной стойки. Это же вечеринка, расслабься и подыграй нам. - Я уже сказал, я здесь не один. Меня ждут друзья и они будут искать, если я сейчас же не вернусь к ним. Не будем усложнять и разойдёмся, тем более, они могут быть не очень спокойны, если начнётся конфликт. Мы ведь веселиться сюда пришли, - холодно цедит младший Ким, игнорируя учащённое сердцебиение и внезапную сухость во рту от тягучего чувства страха. - А я тоже не один. И тоже не особо спокойный. Всё хорошо будет, мы будем веселиться, как ты и сказал. Там есть удобный диван, посидишь, - криво улыбается Джокер, убирая руку. Тэхён потирает челюсть, морщась, и думает, что он везунчик уровня сто, раз среди всех приветливых и довольно милых гостей этой ночи ему удалось попасть в руки к самым отвратительным. Он хватается за руки того, что стоит сзади, и резким рывком отдёргивает их, отходя на пару шагов назад, насколько позволяет толпа. В кармане телефон, можно попробовать набрать Чимина или Джуна, но до барной стойки, за которой должен сидеть Джин с его девушкой, совсем не далеко. Тэхён разворачивается, не дожидаясь реакции со стороны "злодеев", и проникает в толпу, протискиваясь сквозь толкающихся и странно дёргающихся антигероев, принцев и диснеевских персонажей, но железная хватка за запястье грубо вырывает из потока веселящихся. - Сука, что не ясно из того, что я сказал? - рычит Джокер, больно заламывая тэхёнову руку. Тэхён пугается, но не боли или неадекватного поведения парня, он пугается удара, который тот ловит челюстью. Юнги бьёт с размаху, не задумываясь и не предупреждая. Переключателем служит лицо Тэ, искажённое гримасой боли, и жалкое расстояние в пару сантиметров между лицами этих двоих. - Что-нибудь не ясно из того, что я сделал? - прожигая взглядом, со сталью в голосе спрашивает Мин, пока Чимин с Чонгуком тянут младшего Кима к себе, в безопасные объятия. Часть толпы продолжает веселиться, не обращая внимание на потасовку, а оставшаяся часть опасливо косится и отходит, чтобы ненароком не задело. Намджун дышит огнём и это, наверное, пугает неудавшихся злодеев. Они шипят себе под нос, но пятятся назад, увидев подошедших Джина и Хосока: не потянут четверых. Юнги поправляет ворот чёрного пиджака, благородно стряхивая несуществующие пылинки, и кивает в сторону бара, уходя первым. Тэхён чувствует облегчение, вину и стыд. - Куда один ушёл? - первым спрашивает Чонгук, протягивая Киму стакан уже с каким-то другим коктейлем. - Толпа унесла. - А с этими как оказался? - Танцевать пригласил. Джокер который. Мин раздражённо цокает и встаёт напротив, зачёсывая тэхёновы синие волос назад. Тэ только сейчас замечает пропажу фуражки. Юнги серьёзен и, кажется, раздражён. А ещё он до одурения красив. На нём действительно только чёрные вещи, от чего кажется, что его бледная кожа даже светится, и клубные цветные огни не могут это перебить. Колец на руках больше, чем обычно, и первые три пуговицы на фланелевой чёрной рубашке расстёгнуты, благодаря чему открывается вид на острые ключицы, на которые младший готов молиться. - Болит где-нибудь? Он бил? - заглядывая в глаза, интересуется Юн, аккуратно оглаживая линию медовой челюсти. Тэхёна от этого током бьёт и размазывает по стулу. - Не бил, хён. Спасибо, ты появился очень вовремя, как главный герой в дорамах. Это было так красиво. Болит рука? - на одном дыхании тараторит Ким, взглядывая на чужие, едва покрасневшие костяшки. Юнги кажется, что этот солнечный малыш не меняется даже к двадцати годам, по-прежнему за других переживает больше, чем за себя. - Не отходи от меня. У Джуна чуть истерика не случилась. Тому разукрашенному повезло, что я первый добрался до него, а не твой брат, а то пришлось бы с пола соскребать, - усмехается старший, садясь обратно. Он заказывает коньяк, недовольно кривя губы, когда просят не курить у барной стойки, и опускает взгляд на тэхёнов ремень, где красуются наручники, - Это для меня? Что, охоту на меня решил открыть? - Да. До победного, хён. Юнги на секунду теряется, вглядываясь в серьёзное лицо напротив. Шуткой даже не пахнет, и дело не в алкогольном перегаре. Тэхён расплывается в улыбке, залпом допивая остатки коктейля, и тут же чувствует лёгкую слабость во всём теле и головокружение. Кажется, это называется "напился". - Не перебарщивай. В этих коктейлях всегда столько разного намешано, что уносит влёт, а утром совсем беда с головой, - предупреждает брюнет, практически вживую видя вертолётики над головой Тэ. Забавный. Пьяненький, довольный и влюблённый. Юнги чувствует лёгкий угол в районе солнечного сплетения и заливает его очередным стаканом хеннесси. Тэхён красивый, он возмужал, окреп и расцвёл. Его новый цвет волос делает его ещё больше похожим на синюю гортензию. Юну определённо нравится этот цвет. Или этот новый Тэхён со странным огнём в глазах. - Я хочу курить. Пошли со мной, а то наши на танцполе зажимаются все, не проследят за тобой, а я словил, как минимум, три пары глаз, изучающих тебя, - после очередного стакана виски бурчит Мин, лениво вставая с нагретого места. Отсутствие нормальных приёмов еды в течение дня плохо сыграли с ним: в голове лёгкий туман от выпитого, ещё немного и можно сказать, что пьян. - Ты тоже зажимать будешь? - пьяно тянет в ответ Тэхён, заливаясь смехом с округлившихся глаз старшего. - Что? - Что? - Ничего, пошли уже курить. Точнее, я буду курить, а ты рядом трезветь, если это возможно, - тяжело вздыхает Юнги, подхватывая Кима под локоть, чтобы не свалился. Тэхён послушный, он охотно обхватывает в ответ руку хёна и жмётся щекой к плотной ткани пиджака, чуть ли не мурлыча. Как и ожидалось, клуб не может перебить любимый запах. Они проходят в зону для курения, и Тэ слышит шепелявый мат со стороны, тихо хихикая с этого: слишком много людей, интроверту Мину не нравится. Старший тянет в самый угол, там темнее всего и сидеть негде, но Тэхёна всё устраивает, пока с ним Юнги. Он с улыбкой наблюдает, как его изящный хён подкуривает, глубоко затягивается и удовлетворённо прикрывает глаза, выпуская дым через нос. Прекрасный. - Хён, как ты стал таким красивым? Разве ты не должен стареть и становиться менее привлекательным? - немного обиженно даже спрашивает Тэ, наблюдая, как чужая бровь ползёт вверх. Большая часть лба Юнги теперь открыта, взгляд от этого становится только выразительнее. В какой-то мере даже немного легче читать эмоции на чужом лице. - За комплимент, конечно, спасибо. Но почему ты ждёшь, когда я поплохею? Разве плохо иметь рядом такого прекрасного хёна? - Так тебя все считают прекрасным. А когда ты станешь страшненьким, то для остальных уже не будешь таким привлекательным, тогда к тебе не будут клеиться всякие, а для меня ты всё равно останешься самым красивым, - Тэхён пьян и прямолинеен. Юн тихо смеётся, снова оголяя дёсна. Его явно забавляет логика пьяного донсена. Всё ещё ребёнок. - Тэхён-а, как давно я для тебя самый красивый? - делая очередную затяжку, интересуется Мин, тоже поддаваясь алкоголю в крови. - С первой встречи. Я не видел до тебя таких красивых людей. И после тоже не видел. Почему ты смеёшься? Это разве странно? Ну посмотри на себя в зеркало, ты должен меня понять. Хё-ё-ён, не смейся, ну, - почти хнычет младший, безвольной тушкой опираясь на плечо Мина. Выпитое серьёзно мешает понять, что так забавляет его хёна, он ведь абсолютно серьёзен, а этот смеётся, не прекращая, - Хён, ты мне не веришь? - резко выпрямляется Ким, разворачиваясь лицом к старшему. Он подходит ближе, стараясь рассмотреть в темноте любимые черты, и удобно прижимает смеющегося к стене, медленно моргая и не совсем соображая, что находится непозволительно близко. Юнги спокоен. На губах всё ещё играет улыбка, а коньяк с торможением выносит остатки сознания. Взгляд невольно падает на пухлые губы напротив, и Мин даже слегка подаётся вперёд, выдыхая в них горький дым. - Смеюсь, потому что приятно. Могу сказать, что до тебя никто с такой искренностью не выражал дикий восторг в мою сторону, даже когда мы выступали. Спасибо за такую преданность, фанат номер один. - Хён, а как бороться с желанием поцеловать кого-то? - резко переводит тему Тэхён, слегка хмурясь. Он не может отвести глаз с тонких миновских губ вот уже секунд тридцать. Юнги хочется сказать, что бороться незачем иногда, но одёргивает сам себя, туша окурок подушечками пальцев. Он и сам борется, если быть совсем честным. Горячее дыхание опаляет и влечёт, хочется разделить его на двоих. Юн подаётся вперёд ещё раз, вглядываясь в потемневшие глаза "полицейского", и ловит губами сбитые, неровные выдохи. Между ними опасное расстояние в пол сантиметра, и это разрывает и окрыляет одновременно. - Блять, - тихо рычит старший, прежде чем прикрыть тэхёновы губы своими узловатыми пальцами, мягко отодвигая. Нельзя, он сам себе обещал не ломать этого светлого ребёнка. Обычно после подобного жеста следуют обида, разочарование и расход с дальнейшей игрой "ничего не было", но Тэхён любит так сильно и так чисто, что даже с повышенным градусом в крови понимает и принимает все действия его взрослого хёна. Он нежно целует приставленные к губам пальцы и прикрывает глаза, слабо улыбаясь. Больно. Почему-то сводит челюсть и неприятно тянет в груди, но это же Мин Юнги, не могло быть и речи о том, что всё получится за один вечер. И в любви признаваться рано, даже если всё совсем очевидно. А сам Юнги тихо крошится на части, по-прежнему видя только себя в блестящих, пьяных, но таких же искрящихся и влюблённых глазах Ким Тэхёна.