им скоро умирать.

- я и в половину не так красив, как она. мне ничего не светит. джисон словами захлёбывается, в мыслях топится и ко дну идёт камнем. у чана девушка - ангел настоящий. её не получается ненавидеть. но птицы мыслей всё равно оборачиваются воронами и каркают, сидя на мёртвых деревьях хельхейма. сил терпеть нет, но и выбора тоже. уши закладывает, нос не дышит, от боли в горле ни слова сказать не получается. у минхо выражение лица, словно он прочувствовал всё отвратительное, что ощущает джисон. на него тяжело смотреть. но помощи не хочется. хочется изолироваться, закрыться и спрятаться, чтобы ни от кого таких взглядов не получать, чтобы никто ничего не видел и не знал. в одиночестве проще. слёзы никто не остановит, мысли не уведёт в другое русло, не будет ощущения предательства. а минхо не отстаёт. сидит рядом, за руку держит и говорит говорит говорит говорит. он джисона в одиночество не пускает и в мысли падать не позволяет. держит за шиворот над пропастью и упасть окончательно не даёт. он делает вид, что просто так держит, одной рукой, и отпустит в любой момент, делает вид, что ему на самом деле это не сильно важно. но когда джисон теряет бдительность, минхо его буквально на себе от омута тащит, о чужие смутные мысли спотыкаясь. ему совсем не плевать. ему страшно. и он джисона просто так не оставит. они идут домой по неожиданно людной улице. темно, словно небо это спина большого чёрного кота, а луна - серебряный бубенчик у него на шее. кот спит, уложив голову на лапы. джисону думается, что будь он небесным котом, жизнь была бы гораздо проще. его мутит от света фонарей, от людей вокруг и от голода. минхо ему руку протягивает. джисону некомфортно. но он пальцы сплетает и прячет свою и чужую ладони в кармане куртки, чтобы не было так видно. они идут молча. ветер с опавшими листьями говорят за них. звёзды осыпают небо, щекоча коту бока. с каждым шагом джисону дышать тяжелее. он смотрит под ноги и пытается дышать под счёт. выходит так себе. минхо тревожно вздрагивает и на джисона поворачивается с взглядом вопросительным. они останавливаются. горит зелёный. минхо джисона обнимает, прижимая к себе. у младшего в глазах паника, он смотрит по сторонам и на минхо, в его глазах легко читаются мысли. "тут люди" - плевать. минхо несильным давлением ладони опускает чужую голову на своё плечо. джисон прикрывает глаза и вздыхает. внутри пожаром горят осенние леса и нехотя тухнут у земли, где мокрые кусты и листья втоптаны в грязь. с чаном всегда пожар. а с минхо спокойно. с чаном каждая секунда на счету. а с минхо дни пролетают незаметно. а ещё чану открыться не получается. язык не слушается, легкие не дышат, а рот не открывается. зато минхо всегда слушает, отвечает и молчит, если нужно. с минхо проще. и джисон бы хотел любить его, а не чана. но он знает, что это провальный сценарий. "как только тебе станет легче, и ты его забудешь, я перестану быть тебе нужен. и я уйду. так всегда происходит. это нормально" джисона такие слова пугали, но он старался не думать о них. слова это же просто слова, верно? они необязательно должны быть правдой? по крайней мере, джисон на это надеется. - я не хочу больше о нём думать. я устал от этого. хочу его забыть. минхо на это только вздыхает. он слышал это много раз. но, видимо, желания не переросли в действия, раз он продолжает слышать это до сих пор. и минхо это надоело. но он делает всё, что может. и его сфера влияния всё равно мизерная. так что он вряд ли вообще помогает. если не спихивает джисона в омут ногами, сбивая пальцы с края. ему осточертело быть спасателем на пляже судеб, осточертело тащить из водоворотов проблем каждого встречного, да и, как ему говорили всю жизнь, спасение утопающих - дело рук самих утопающих. во всём этом словно и нет смысла и не было никогда. минхо просто заколебался. ему давно бы пора уже разорвать этот порочный круг, потому что чем дальше он идёт, тем ниже спускается в ад, как грёбаный данте. и силы иссякают с каждым шагом. черти вокруг летают, хлопают крыльями, капают ядовитой слюной под ноги и шепчут злорадно, что пора уже сдаться, пора отпустить и добровольно им сдаться. и минхо почти уже внимает, почти готов их послушаться. но принципы ему дороже плотских удовольствий, и от них он не отступится до конца. поэтому он накрывает дрожащие от холода губы джисона своими. он целует мягко, без напора. он знает, что джисону это нужно. и джисон жмётся ближе, дрожит сильнее, а слёзы начинают неконтролируемым потоком течь из его глаз, из-за чего поцелуи на вкус солёные. им холодно, но они согревают друг в друге свои души, бросают в этот камин свои страхи и тревожные мысли, хватаются друг за друга, как за последний островок надежды. - уже поздно. тебе пора спать. иди домой. доброй ночи. - и тебе. увидимся...? больше джисон никогда минхо не встретит.