Теперь веришь?

Был теплый вечер, когда Кэйа решил как всегда зайти в свое любимое заведение – таверну "Доля ангелов". Он любил выпить после работы, это входило в его повседневную рутину. Сейчас, как и всегда, он неспешно направился в свою точку назначения. Пришедши, он сел за барную стойку и с горечью осознал, что сегодня вечерняя смена у Дилюка – его названного сводного брата. Он любил его, так как Дилюк был единственным близким человеком для Кэйи. 6 лет назад они перестали общаться, потому что их жизненные пути "разошлись". С тех пор Альберих потерял свое доверие к людям навсегда. Ему нужна была человеческая любовь. Кэйа жутко боялся разговаривать с Дилюком, боялся сказать что-то не так, показать свою слабость, горечь, одиночество. Он хотел поговорить, но храбрости , которой у Альбериха полно, все же не хватало. Видимо именно тогда был тот самый день. Когда Кэйа оказался за барной стойкой, сразу послышался уже привычный вопрос от Рагнвиндра: –Вам как всегда? –Да,–Кэйа пил всегда виски, а под конец выпивал бокал изысканного вина из одуванчиков – такого известного в Мондштадте. –Позвольте спросить.. сколько можно пить? – голос Дилюка был как всегда холоден, но Кэйа пытался себя убедить, что это своеобразное проявление заботы по отношению к нему. –А тебе какая разница? – подхватил стакан с виски и демонстративно выпил залпом. –Я больше не налью.– Дилюк ушел от места , где сидел его брат и принялся обслуживать других клиентов, что остались в таверне в это позднее время. –Бармен имеет право отказывать клиентам? Может я воспользуюсь книгой жалоб.. – Альберих повысил голос, дабы Рагнвиндр его услышал. –Я имею. Уходите, наше заведение скоро закроется. – эта резкость убивала Кэйю, в котором уже столько лет не жила, а медленно умирала надежда о том, чтобы наладить отношения с братом. Кэйа отправился на второй этаж "Доли ангелов", чтобы дождаться времени закрытия. Спустя немного времени посетители уходили, пока таверна не опустела совсем. Дилюк закрыл дверь изнутри, чтобы убраться. Первое, что он делал – вытирал бокалы и стаканы. Альберих понял, что то самое время пришло. С жутко колотящимся сердцем он медленно спустился со второго этажа. Повезло, что он мало выпил, и его разум не затуманил алкоголь. –Что ты тут делаешь? Я уже закрылся. – Дилюк был почему-то не удивлен такому появлению брата. –Ты меня презираешь? Ненавидишь? Тебе мерзко? – слова потекли ручьем из уст Кэйи, хотя сам он считал, что несёт полный бред. –Что? Уходи. –Я шесть лет не решался заговорить с тобой, а теперь ты говоришь мне уходить?? Нет уж, давай поговорим. – Альберих сел за барную стойку. Рагнвиндр тяжело вздохнул, но все же не стал сопротивляться: –Хорошо, давай, – и сел на соседний барный стул,– о чем? –Ээм.. аа .. я сам не знаю.. –Ясно. Учти, я не налью, –собирался было встать Дилюк. –Стой! –потянул его за рукав рубашки обратно Кэйа, – почему мы не разговариваем так долго? Почему ты отдаляешься от меня? Ты единственный, кто у меня остался, я боюсь.. –Что боишься? – вот тут Дилюк уже был заинтересован разговором. –Боюсь потерять тебя.. Это немного сбило Рагнвиндра с толку, но все же.. Не он ли мечтал вернуть те дни, когда они были ещё юны, были не разлей вода, радовались каждому моменту жизни? –Ммм.. это весьма громко сказано, – Дилюк просто не мог признаться брату , что он чувствует, наверное , тоже самое. –А ты? Ты что? Я знаю, я тебе противен, противен так же, как и алкоголь! – на глазах Кэйи проступили слезы, – так скажи мне это, чтобы я был уверен. –Ты плачешь? – красноволосый был явно удивлен. –Да, представь, я тоже человек, у меня тоже есть чувства, эмоции .. – слезы потекли ручьем. –О нет.. тише, не плачь.. – Дилюк взял Кэйю , усадил к себе на колени и обнял, – не надо.. я не ненавижу тебя, с чего ты взял? –Правда?.. Я не верю тебе.. – синеволосый заглянул в глаза брату, – ты знаешь.. я тебя все это время любил и , кажется, до сих ... Он не смог договорить, так как Дилюк накрыл его губы своими губами. И он, и его брат хотели, чтобы этот поцелуй длился вечность, ведь каждый из них мечтал об этом так долго.. –Тепепь веришь? – Рагнвиндр крепко обнял Кэйю. –Верю, – сейчас Альберих утопал в таких теплых и родных объятиях брата. Дилюк поглаживал Кэйю по голове, по его мягким длинным волосам, давая ему понять, что он не один. –Кэйа... я тоже люблю тебя, – сейчас эти слова дались ему легко, и он хотел повторять их раз за разом, чтобы Альберих верил ему. Этот день, это время, это место и эта картина – картина воссоединения двух любящих друг друга людей – запомнились им надолго. С того момента никто из них не был одинок.