that that

— Конечно, тебе было хорошо. Я сделал всю работу! Скай не скрывал своей насмешки. Прапай комично округлил глаза. — Как будто тебе самому не понравилось! — Вообще ни разу, — ответил Скай. Он соврал. Для себя он решил, что соврал самую малость. Вслух он фыркал и кривился. На самом деле, ему очень понравилось. Он смотрел на Прапая и вспоминал его большой горячий член. Скай думал, что мог скакать на нем вечно, но, к его сожалению, в комплекте к члену шел этот ужасный парнишка. — Но ты не дал мне и шанса показать, на что я способен, — напомнил Прапай. Скай помотал головой. — Ты бревно. Ты хорошо сосешься, но я уверен, что ты никакой. — Спорим? Я доведу тебя до оргазма, не прикасаясь к твоему члену, — весело предложил Прапай. — Я выиграю, и ты согласишься поужинать со мной. Это звучало высокомерно. Звучало горячо. Скай облизнулся, думая о том, как Прапай будет медленно входить в него по миллиметру. Прапай трахнет его так хорошо, что Скай забудет собственное имя, наполнит его до краев своим крупным тяжелым членом. Но, конечно, этого не произойдет. Прапай, скорее всего, пытаясь показать всего себя, решит быстро трахать его и, возможно, даже порвет, думая, что именно такая грубость ему нужна. Десять баллов за скорость, два за умение, двенадцать из десяти за старание — Скай хотел бы не этого. Скай сам не знал, чего хотел. Одно дело, когда парень одарен от природы, другое, когда он умело пользуется этим. — Дурака нашел? — спросил Скай. Прапай только улыбнулся. Скай помнил, как Прапай вжимал его в стену в ту ночь. Он помнил его ненасытные губы и беспокойные руки, которые легко возбудили его. Скай не мог выкинуть из головы его невероятно горячее тело. Еще у Прапая, конечно же, имелся язык, и Скай умер бы за то, чтобы этот ублюдок целовал его. Но Скай не хотел проблем. Он не хотел снова лечить свое разбитое сердце. Ему было спокойно сейчас, пусть и слегка одиноко. Но у него был университет, его прекрасные, совершенно дурные друзья и вся жизнь впереди. Скай не собирался еще несколько лет убиваться из-за нереализованной любви только потому, что какой-то безумно богатый красивый мудак запал на него. Скай ломался долго. Прапай написал целую простынь о том, как и что он мог бы с ним сделать. Прапай предложил начать сначала, попробовать еще раз и довериться ему. Скай даже не читал его сообщения, сразу отвечая, что Прапай может пойти попытать счастье в другом месте. Но вечером, когда он вернулся домой и лег в постель после душа, Скай понял, что ему интересно. Прапай умел чесать языком. Он расписал все так подробно, что у Ская запылало лицо. Но Прапай не обещал ничего грубого. Он писал о том, как нежно, с любовью доведет Ская до исступления. Скай возбудился, читая это. Его тело горело и зудело. Ему обещали больше заботы и внимания, чем резкости. Скай хотел, чтобы его взяли грубо, но сделали это умело. У Прапая были совершенно иные планы. Он хотел сделать все неторопливо и с чувством, чтобы Скай расплавился в его ласках. Он обещал показать ему небо в алмазах, растворить его в удовольствии. В сообщении было больше чувств, чем действий. И это было плохо. Это было очень плохо для Ская. Потому что на следующий день, утром, Прапай позвонил ему и хрипло шептал, как нежно взял бы его утром, если бы Скай остался на ночь. Скай обычно сбрасывал, но его охватила сладкая нега, одолела, не позволяя пошевелить и пальцем. Скай слушал его, все эти обещания, которые, как он считал, ничего не стоили. После сна у Прапая был бархатный низкий голос. Он мурчал, довольный, словно сидел напротив Ская и видел его лицо. Словно Прапай знал, что у Ская сбилось дыхание. Скай дышал тихо, поэтому надеялся, что на той стороне его не слышно, но он на всякий случай прикрыл динамик рукой. Он закусил губу, чтобы не стонать. — Ты наверняка очень милый, когда просыпаешься. Хотел бы я прижать тебя к себе, к своей груди, и гладить твои волосы. Ты же позволишь мне тебя поцеловать? Я бы хотел тебя поцеловать, а потом перевернуть на спину и вылизать всего. Мечтаю о том, что ты не боишься меня, а смело позволяешь делать, что угодно. Я не обижу тебя. Я буду внимателен к твоим желаниям. В ту ночь ты хотел быть сверху, хотел командовать, потому что для тебя так безопаснее, так ты мог расслабиться и получить удовольствие. В ту ночь ты брал, а я отдавал тебе себя. Если ты считаешь, что это проявление моей слабости, то я хотел бы показать тебе, что могу. Прапай не брал его на слабо. Он не бросал вызов. Скай прикрыл глаза, слушая его. Скай хотел этого, но, как Прапай и говорил, немного боялся. Он мог позволить Прапаю сделать это. Он мог поддаться, а потом снова уйти первым, до того, как Прапай заберется ему под кожу. Даже думать об этом было больно. Прапай теперь всегда был рядом — Скай, возможно, желал избавиться от его назойливости. Но он так хотел нежности и тепла. Прапай пожелал ему хорошего дня и отключился. Его голос был веселым — он всегда звучал хорошо. Скай подумал, не тяжело ли ему каждый раз так изгаляться ради какого-то вшивого студента. У Ская не было ничего. У него был лишь он сам. Но у Прапая было все — буквально все. Он был богатым, красивым и иногда казался не таким уж глупым. Скай боялся его, но Прапай просил довериться ему. Он написал Паю сам. Это было сложное решение, но он быстро настрочил короткое сообщение, которые вскоре переросло в большое. Скай написал, что не может довериться тому, кого не знает, и, каким бы забавным не было то, что Прапай предлагает сексом уговорить его на ужин, Скай лучше бы изменил порядок этих действий. Ему нужна была уверенность в том, что Прапай действительно желает этого. Скай не пожалел бы, если ужин мог провалиться. Но если бы им воспользовались и сделали больно, Скай не мог бы думать о споре или о пустых обещаниях, о том, что Прапай делал вид, что был нежным, но оказался лжецом. Его сообщение было почти такое же огромное, как то самое сообщение Прапая. Скай был предельно серьезен. Он открылся Прапаю. И Прапай не испугался. Он спросил, свободен ли Скай этим же вечером. Скай не был свободен, но он мог перенести свои дополнительные занятия. Как бы далеко они ни зашли, Скай был готов ко всему.

***

Прапай не соврал, когда сказал, что отведет его в лучшее заведение города. Скай не хотел идти в дорогой ресторан, но Прапай привел его в небольшое кафе, где сидело много людей. Все были одеты просто. Прапай выделялся среди них, сияя идеальной кожей лица, белозубой улыбкой и явно дорогой курткой. Но он был милым с официантом. Он был здесь не в первый раз. Прапай не взял меню и заказал, не глядя, но Скай не решил так рисковать. По итогу они заказали одно и то же, и это правда оказалось божественно вкусно. Но еще милее Прапай был со Скаем, который успел забыть, что он на пробном свидании с парнем, которого избегал несколько недель. Он настолько растворился в этом, что позволил увезти себя на чужую территорию. Там он расслабился до такой степени, что целовался с Прапаем до тех пор, пока у него не распухли губы. Прапай умел располагать к себе. Оказалось, достаточно просто поддаться его очарованию, если не бояться его и не шугаться от каждого слова. Если не язвить ему по-настоящему, он улыбается совсем по-другому. Он становился солнечным и теплым, и Скаю понравилось греться об него. Скай был забитым и холодным, и Прапай аккуратно вытащил его из этого, прижал к себе и отказывался отпускать. Ту самую ночь Прапай решил отменить, но передумал, вспомнив, как Скай красиво смотрелся на его члене, как он стонал и двигался на нем, поражая Прапая прямо в сердце. Скай тоже не хотел забывать ее. Тогда ему не сделали больно. Прапай был страстным и сильным. Сегодня же он держал Ская в руках, как драгоценность, но он не был излишне мягок. Прапай знал свое дело. Скай решил, что все же доверится ему, и будь, что будет. Прапай уложил его на спину на своей огромной кровати. Скай провел ладонью по покрывалу, чувствуя, насколько это хорошая ткань. Он усмехнулся и посмотрел на Прапая, который испортил свою идеальную прическу, сняв рубашку через голову. И даже так он выглядел отлично. Скай потянулся к его штанам, желая скорее избавиться и от них, но Прапай сжал его пальцы, которые уже держали ремень. — Я же обещал сделать все сам, — надулся он. Скай растопырил пальцы, отпуская его, и лег обратно, решив, что тогда он будет просто наблюдать. Прапай красовался. Он улыбался ему, но продолжил держать руки Ская в своих. У Ская были три эрогенные зоны: шея, бедра и его руки. Он не сказал об этом. Шее и бедрам всегда уделялось должное внимание, но его руки были необычайно чувствительными. Поэтому смотреть, как кто-то гладит твою ладонь, было тяжело. Скай уже был твердым после поцелуев, и он знал, что Прапай тоже возбужден — это было видно по его лицу, и Скай прочувствовал это, сидя у него на коленях. Но Прапай не торопился. Он поднес ладонь Ская ко рту и целомудренно поцеловал костяшки его пальцев. Затем он взял указательный и средний пальцы в рот. Скай быстро дышал, глядя на то, как его пальцы пропадают между пухлых губ Прапая, а затем появляются, мокрые и слегка покрасневшие. Прапай облизал их, слегка покусал и спустился поцелуями к запястью, где точно так же вытащил язык и оголил зубы. Это была показательная ласка. Это была только его рука, и Прапай не сделал ничего сверхъестественного. Но Скай захотел сжать свои соски, потереть их и сесть на твердый член Прапая. Он стал нетерпеливым и чувствовал себя неудовлетворенным. Ему нужно было еще. Прапай разделся до белья. Его черные узкие боксеры ничего не скрывали. Скай сдержал порыв податься вперед и накрыть его член ртом прямо через ткань. Он так хотел отсосать Прапаю. Скай привык верховодить. Он часто был на доминирующей стороне. Его никак нельзя было легко назвать пассивом. И он не умел просто лежать и получать удовольствие, как бы партнер не давил на него. Прапай толкнул его в грудь, уже во второй раз, вынуждая лечь. — А сказал, что тогда тебе не понравилось. Уже не терпится? — спросил Прапай. Он потянул Ская к себе за ногу, решив заняться его одеждой. Сегодня они не торопились. Прапай вообще растягивал удовольствие, дразнил. Скай развел ноги в стороны сразу же, как только оказался полностью голым. Прапай целовал его плечи. Его горячий язык так приятно ощущался на коже, что Скай терял волю. Прапай не обделил вниманием его изнывающие соски, нежно покусав всю его грудь. Это было хорошо. Скай верил, что Прапай может возбудить его до смерти только ртом, но Прапай не останавливался. Он спускался по его телу, не забывая посмотреть в лицо и прокомментировать каждое движение. Прапай правда взял и облизал его всего. Но это не было неприятно долго. Скай цеплялся за одеяло, стараясь удержать ноги раздвинутыми, пока Прапай лизал его вход. Он выпрямился, поглаживая дрожащие бедра Ская. Он вел руками от коленей к тазу и обратно. Скай отвернулся от него, глядя в стену. Его глаза щипало от переизбытка чувств. — Тебе так сложно лежать без дела? — спросил Прапай и склонился над ним, покрывая поцелуями щеку. Он соскользнул к шее, и Скай протяжно застонал, когда ищущие губы нащупали важные местечки у него за ухом. Скай вцепился в его плечи, обнял его ногами. Между ягодиц было мокро от слюны. Ему было слегка прохладно от этого, но внутри все горело. Он хотел член Прапая, его пальцы — что угодно. — Я не умею так, — тихо ответил Скай, и Прапай вдруг перевернул их. Теперь Скай сидел на его коленях. Прапай сел и вжал тело Ская в себя, врываясь в его открытый рот языком. Его руки сразу же развели его ягодицы, пальцы нащупали влажную дырку. Он кружил по ней, поглаживая. Скай сжимался и хныкал. — Можешь быть сверху, если хочешь, но тогда мне нужно, чтобы ты перевернулся, — попросил Прапай. — Мне будет обидно, что я не смогу видеть твое лицо, но у меня останется вся ночь впереди. Скаю казалось, что уже некуда краснеть. Прапай целовал его уши, добрался и туда, продолжая сминать бедра. Скай немного расслабился и сделал, как ему сказали. Теперь он сидел спиной к Прапаю. Прапай не стал ждать, крепко держа его за бока, целуя шею. Скай откинул голову назад, открывая ему доступ к своему телу. Прапай целовал его и гладил. Он не трогал его член, как и обещал. Но его руки были везде, сжимали и ласкали, невесомо выводя разные узоры. Скай подался порыву и потерся задницей о его член. Прапай зашипел и заставил его приподняться. Затем Прапай вдруг исчез из-за его спины. Он лег и подтянул Ская выше. Скай оказался прямо над его головой. — Нет… — Да, — решил Прапай и надавил на его бедра. Ноги Ская дрожали и не держали его. Прапай укусил его за ягодицу, развел их руками и позволил Скаю опереться на свои руки. А потом был его рот и язык. Скай боялся расслабить ноги, но Прапай тщательно раскрывал его и целовал, и Скаю оставалось только хвататься за подушку. Он не был тяжелым, но вдруг показался себе таким. Прапай настаивал и в итоге смог усадить Ская на свое лицо. Его язык, как горячая змея, заскользил по щели, проникая сразу внутрь. Скай вскрикнул. Почему у Прапая был такой длинный язык? Почему он сам был таким бесстыдным? Скай не двигался, замер, жмурясь от ощущений. Между его ног было уже так мокро, но Прапай с аппетитом пожирал его. Скай чувствовал, как тот двигает челюстью, посасывая нежную кожу у самого входа, а затем снова лижет. Лишь от одних звуков было стыдно. Прапай ел аккуратно, когда они сидели за столом, а сейчас вкусно чавкал. Когда у Ская не осталось сил сидеть, Прапай надавил на его спину и мягко уложил на живот. Но он не остановился. В этот раз вместе с его языком работали пальцы. Скай двинул бедрами, насаживаясь на пальцы и потираясь членом о кровать. Прапай предупредительно шлепнул его и подложил подушку под живот. — Будешь так делать, свяжу, — сказал он. Он звучал грозно. Скай обернулся и ахнул — он был совершенно поражен его видом. На лице Прапая стал полный беспорядок. Его рот был мокрым, волосы растрепались еще больше. Скай вспомнил, чем они занимались минуту назад, и застонал. — Ты медлишь, — ответил Скай и стиснул его пальцы в себе. Прапай покачал головой. — А когда я говорил, что сделаю все быстро? Я делаю все тщательно, как и обещал, чтобы ты потом не придумал себе что-нибудь еще, — Прапай помассировал его простату, и Скай вскрикнул, — никакой пощады тебе. Буду любить тебя сегодня, как свою дорогую невесту, долго и обстоятельно. — Хочешь, чтобы я умолял? — Нет. Это тебе не поможет. Просто расслабься и получай удовольствие. Пальцев было мало. Они не доставали, куда нужно. Прапай с нажимом провел по его спине, подобрался к загривку, скользя вдоль позвоночника. Скай прогнулся, выпячивая задницу. Ему срочно нужно было что-то большое и длинное внутрь. Ему не терпелось. Он повел бедрами в стороны, и Прапай вообще перестал шевелиться. Скай обреченно застонал, и Прапай вышел из него. — Хочешь член, да? — спросил Прапай. Он зашуршал чем-то сзади. Скай снова обернулся и заметил, что тот полностью разделся. Наконец-то. — Хочу. Дай мне его. — Такая поза тебя устроит? Или сменим? Прапай был красивым, и Скаю нравилось видеть его лицо, но в такой позе Прапай мог войти глубже. Скай не мог выбрать. Руки Прапая не отпускали его ни на секунду, из-за чего думать стало невозможно. Прапай навалился на него, прижался ртом к шее. Он надавил членом на вход Ская, потерся головкой, но не вошел. Скай хотел поскорее насадиться, почувствовать распирающее натяжение. Прапай решил за него. Он развернул Ская лицом к себе и наконец-то поцеловал в губы. Прапай схватил его руки и переплел пальцы. Скай изнемогал. В его голове не осталось ни единой связной мысли. Прапай все же сжалился над ним, довольный собой. Он тщательно растянул Ская. Боли не было, и Скай только беспомощно стонал, поражаясь, каким он стал нуждающимся. Прапай наполнил его до упора. Скай задыхался, царапая его гладкую грудь. Останутся следы: синяки и царапины. Скаю было плевать. Ему нужно было, чтобы его хорошенько трахнули, потому что он уже обезумел под Прапаем. Теперь Скай не мог сказать, что Пай был плох — это выглядело бы жалко. Но Скай и не стал бы врать. Вместо этого он лучше бы действительно остался на ночь и дождался второго акта, в котором Прапай, как и обещал, измучает его еще и утром. Прапай не ругался больше. Скай вторил его плавным движениям, и Прапай, держа его за бедра, хрипел, врезаясь все быстрее и быстрее. Они двигались синхронно и слаженно. Прапай держал его за руки, чтобы тот не смел касаться себя. Скаю нужно было. Жар скапливался в его теле, и ему не было выхода. — П-Пай, — простонал Скай. Он взвизгнул. Ему так нужно было потрогать себя. — Если я кончу раньше, чем ты от моего члена, я отсосу тебе, хорошо? — предложил Прапай. Он перешел на медленный темп. Скай помотал головой. — Ты и так мне отсосешь. Мне так неинтересно. Хочу и тебя внутри, и руку, — честно сказал он. — Блять. Не говори так. Ты слишком развратный. Я-то могу и от слов кончить. — А говорил, что такой умелый. Скай не собирался его дразнить. Он сказал это, чтобы добиться своего, но Прапай еще больше замедлился. Он отпустил его руки, но Скай оставил их у головы. Прапай переключился на его твердые соски, поглаживая их. Скай выгнулся прямо ему в руки, и Прапай пощекотал его ребра. — Интересно, а как слова действуют на тебя? — спросил Прапай. Скай знал, но не стал ему говорить. Прапаю же было все равно. — Я же завел тебя теми разговорчиками. Ты трогал себя, читая это? Или когда я говорил? Ты же затвердел, я прав? Его член скользил ужасно медленно. Скай стиснул его в себе и попытался двигаться самостоятельно. Скай думал, что разревется, но Прапай снова начал серьезно трахать его. — Прикоснись ко мне — умоляю. Я сам тебе отсосу. Мне нужно. Я не буду дразниться потом… — зашептал Скай. — Ты мне и так отсосешь, — вернул ему Прапай и хрипло рассмеялся. — Ты правда хочешь закончить так быстро? Сбежать удумал? Скай с трудом открыл глаза и посмотрел на него. Лицо Прапая покраснело. Он и сам был на грани. — Нет, хочу скорее кончить и сесть на тебя. — Еще? Хочешь еще, хотя мы даже не закончили? — И утром тоже. Прапай ускорился. Его бедра ударялись о бедра Ская с громким шлепком. Это было именно то, что Скаю было нужно сейчас. Прапай все же снова сцепил его запястья над головой. Он держал его одной рукой, второй сжимая основание члена. Скай замер, позволяя Прапаю трахать себя. Прапай гладил его. Его член дергался внутри Ская. Скай зажмурился и закусил губу, боясь сломаться от накатывающей волны оргазма. Скай все же кончил раньше — прямо Прапаю в ладонь. Прапай вышел, снял резинку и довел себя рукой. Скай не мог пошевелиться, чтобы помочь ему, но Прапай справился сам, кончая ему на живот и бедра. Это смотрелось… вдохновляюще. Скай почему-то хотел слизать это, но помотал головой, отбрасывая эту мысль. Из-за этого его лицо снова запылало. Он успел только подумать об этом, как Прапай навалился на него и поцеловал. — Ты в порядке? — Прапай терся лицом о лицо Ская, и Скай обнял его за плечи, чтобы тот прекратил так делать. Это было щекотно. От этого становилось смешно, и Скай захихикал. Прапай, услышав это, видимо, воодушевился и зацеловал его щеки. — Уйди. Мне душно, — Скай старался звучать капризно, но после его смеха Прапай ему не верил. Прапай устроился на его груди, забыв про сперму на животе Ская. Он выглядел таким счастливым. Скай невольно улыбнулся. Они пролежали так какое-то время. Скаю нужно было подышать. Он как-то смирился со своей участью в процессе. Прапай, видимо, просто решил не отпускать его и зажать в спальне. Скай безвольно расслабился под ним. Он обещал ему второй раунд. Еще утро. Скай подумал, что он был свободен после занятий завтра. Прапай сжал его талию и что-то пролепетал ему в живот. Скай погладил его спутавшиеся волосы. И вот Прапай снова целовал его грудь. Как он и обещал — никакой пощады.