Игра
16 марта 2023 г., 20:32
Карты всегда были любимыми играми Штатов. Дурак, покер, рулетка, крэпс и далее по списку. Америке нравится азарт — поставить что-то на кон и пытаться выиграть всеми силами. Обыграть всех или остаться в дураках?
Мягкий и тёплый свет освещал деревянный кухонный стол, покрытый белой скатертью. Клетчатая рубашка карт, собранная в неаккуратную стопку, пополнялась с каждым ходом. Карты летят в бито. Америка расслабленно развалился на стуле, поглядывая на беловолосого парня, что разминая соблазнительно тонкую и чистую шею, раздумывал над следующим ходом, а после, не долго думая, кинул шестёрку пики.
— С козырей пошёл, — с едкой улыбкой сказал Штаты, отбиваясь королём. Русский лишь цокнул, складывая карты в кучу других. Одним движением американец выбросил на стол все свои листы. Три дамы. — Хах! ты опять в дураках. Двенадцатый раз подряд. Глупый русский, тебя так легко одурачить! — Вновь победа, приносящая массу удовольствия гостю. Россия лишь закатил глаза, перемешивая колоду. Его ни капельки не злило, что какой-то наглый и самоуверенный америкашка так высокомерно, явно наслаждаясь своим превосходством, выражается о нём. России было плевать. Он быстрее хочет доиграть и выпроводить не желанного гостя, но что-то заставляет играть дальше.
— Ра-ша,— растянуто произнёс Америка, смешно выговаривая "р"
— Чего тебе? — выплюнул Федерация, последний раз перекидывая между собой карты и раскладывая.
— Давай сыграем на что-нибудь. — поправив очки, он облизнул губы, подпирая подбородок ладонью. Что-то зловещее тенью прошмыгнуло по его лицу.
— На что? — поднял белую бровь русский. Голубые глаза смотрели в упор, пытаясь увидеть сквозь тёмные солнечные очки хоть что-то. Понять по взгляду, что думает его противник, заглянуть в душу, прочесть между строк. Но видел лишь слабое очертание глаз. Только губы, сложенные в пошлой ухмылке, выдавали что-то неладное.
— На твой зад. — прошептал американец, чуть наклонившись.
Он знал, что одержит победу, и был уверен, что этот вечер пройдёт "наилучшим" образом.
— Не охренел? — прошипел Россия, стуча пальцами по столу и сжимая челюсть. Но вскоре, растрепав свои белоснежные волосы, спросил: — Если я выиграю, что получу? — Америка провёл языком по своим зубам, щёлкая подушечкой пальца по аккуратному веснушчатому носу. Тот, от столь неожиданного движения, вздрогнул.
— Ну, если такое ВДРУГ случится, то, так и быть, отодрёшь меня на этом столе. — он еле заметно подмигнул, закусывая нижнюю губу. Россия усмехнулся, услышав картавое "отодъёшь".
Если парень согласится, каков шанс одержать победу и поиметь зад надоедливого американца? Один неверный шаг и ты на дне. Хотя куда ещё ниже?
— Ладно, но с одним условием. — всё же азарт взял верх над разумом и хоть какой-то логикой.
— Оу. И какое условие? — Америка будто засиял пламенем, оживился, чуть приподнялся, нависая над собеседником. Близко. Россия лишь жёстко отодвинул страну рукой, что нелепо приземлилась американцу на лицо, и с некой брезгливостью оттолкнула Штаты.
— Если я выиграю, больше никаких санкций от тебя. — США поправил очки, что залезли почти на лоб и неприятно давили.
— Так и быть. — Америка был слишком уверен в своей победе.
Перевернув первую карту в колоде и положив под стопку, они начали. Козырь — черви. Первым ходит Россия, выкидывая семёрку крести. Начало положено.
Дальше происходило настоящее сражение. Не на жизнь, а на смерть.
Гость не поскупился на обман: нечестно брошенные карты, сброс в бито, подмена и всё, что только удавалось провернуть. Русский будто не замечал. Играл честно и отрешенно.
Америка пристально следил за игрой. Все мелкие карты уже вышли, включая в себя джокеров, что улетели ещё в начале. Близился конец. В руковах у США были козырная дама и два туза, червовый и бубновый. Победа обеспечена. Россия бросил вальта крести, которого Американец вольяжно покрыл червовой дамой, при этом гадко улыбаясь. У русского всего одна карта, но это не беда. Червовый туз летит на стол. В мыслах мужчины всплывают развратного характера картинки. Он уже знает, как и в каких позах будет иметь эту юную задницу. Взгляд из-под темных очков мысленно раздевал парня, безжалостно сжимал ягодицы до красных отпечатков, жадно терзал губы и вдалбливался в русское поддатливое тело. Слишком реальны были эти фантазии. Штаты в долгожданном предвкушении закинул ногу на ногу, чувствуя, как плоть наливается кровью. Он оторвал глаза от столь привлекательного тела и почувствовал, как в горле застрял ком. Улыбка быстро сгинула с его лица. Он замер, рассматривая брошенную карту, что покрывала туза. Красный джокер будто смеялся над ним, веселился, нелепо застыв на листе. Америка точно помнил, что эта карта уже давно лежала в бито. Но сомнения всё больше одолевали мужчину.
— What the hell?! — Штаты был в сильном замешательстве. Голос звучал уже не так стойко. Россия лишь мягко улыбнулся, так беспечно, как никогда прежде. Вкус победы ощущался на языке. Приятная нега разливалась по телу. Было слишком отрадно смотреть на такого потерянного врага.
Федерация осторожно поднялся с места, подходя к растерянному американцу. Он аккуратно положил руки на чужие плечи. Америка шумно втянул воздух, чуть морщась.
По телу пробежали мурашки, когда проворные пальцы коснулись подбородка, поднимая голову вверх. Фиалковые глаза, прикрытые тёмным стеклом, столкнулись с голубыми, холодными и пустыми. Но если приглядется, можно было заметить маленький уголёк, притаившийся в углу. Он был горяч, ведь много чувств смешалось в нём, но не на столько, чтобы растопить ледяную стену, что Россия выстраивал годами. Что будет, если еле горящий уголёк вдруг вспыхнет? Растопиться ли лёд или непоколебимо затушит проявившиеся чувства? Как ни странно, США знал ответ.
Штаты сдался первым. Запустил пальцы в белоснежные волосы, сжимая и резко притягивая к себе, с жадностью впиваясь в тонкие, им же искусанные губы. Языки сцепились в страстном обжигающем танце. Острые русские зубы то и дело пытались поймать нахальный язычок американца, что так ловко, явно наслаждаясь, ускользал от заточенных концов. Игра началась. Маски с грохотом упали на паркетные доски.
Россия отпрянул, мельком глянув на самодовольное лицо врага. Он аккуратно снял раздражающие тёмные очки с не менее раздражающего лица, кинув их на диван, находившийся за его спиной. Штаты часто заморгал, пытаясь привыкнуть к яркому свету. Грубые мозолистые пальцы скользнули по затылку. Резкий толчок, сильная боль, глухой стук и громкий вскрик. Америка был нещадно впечатан в стол. Федерация будто облегчённо выдохнул, также быстро поднял шипящую от боли голову и взглянул на вытекающую из носа кровь. Приблизился и аккуратно лизнул алую жидкость с губы, куда она уже успела стечь. Россия облизнулся, неотрывно глядя в фиалкового цвета глаза. Они были прекрасны, всё так же высокомерны и всё так же сладостно завлекали в своё безумие. Американец смотрел с вызовом. Действия врага его всегда забавляли, настолько они казались предсказуемы, что иногда срывало крышу от столь ожидаемых действий. Он усмехнулся. Передние зубы были слегка окрашенны красным, а нос неумолимо болел. Его взяли за шкирку и безжалостно швырнули на стол, покрытый белоснежной скатертью с одиноким алым пятном. Синий бомбер был жестоко сдернут с тела и отброшен в сторону, чёрную футболку безжалостно разорвали, отправив к бомберу. Федерация в плотную прижимается к американцу, облизывая краешек уха. На шее и по линии позвоночника рассыпались дорожки багровых засосов, больше походящие на синяки и сильные, неприлично болящие укусы, что оставляли вонзающиеся в кожу зубы.
— Fuck! — выдохнул сквозь зубы США, сильнее сжимая угол стола, когда холодные пальцы хозяина квартиры умело расстегнули джинсы и, пробравшись под ткань боксеров, обхватили стоящий член. Штаты готов был кончить от такого нежного прикосновения, но лишь закусил тыльную сторону ладони, чувствуя, как подушечки касаются яиц, слегка сжимают и выныривают из под тканей. Мужчина разочаровано и с явной предъявой поворачивается к русскому. Тот улыбается, полностью разворачивая Америку и усаживая на хоть и старый, но прочный стол. Теперь их глаза на одном уровне, можно было взглянуть и прочитать всё то, что США думает и желает. Жажда, словно факел, разгоралась в фиалковом зеркале души. Наверное, поэтому Америка и носит очки. Его глаза — бездна правды, которую он никогда не скажет прямо. Единственный, кому он может доверить правду, стоит перед ним с головой окунувшись в фиалковые воды. Для России утонуть в них — это чуть ли не ежеминутное занятие. Слишком бескрайние его очи.
— Раша! Очнись! Мать твою. — Американец нахально закрыл нос России, перекрывая и без того рваное дыхание и слегка мотыляя его головой в стороны.
Вместо ответа русский с кривой улыбкой прильнул к таким родным губам. Америка чуть опешил, но, закатив глаза, обвил шею младшего, отвечая на тягучий поцелуй.
Федерация стянул обтягивающие джинсы вместе с боксерами с США. Пока последний, спешно расстегнув белую рубашку и не удосужившись её снять, спохватился за пряжку ремня, что охотно поддалась. Брюки упали на пол, русский высвободился из их плена и откинул к другим вещам. Самое интересное ещё впереди. Россия повалил Штаты на стол, руками обхватив оголенные бёдра, а языком стал ласкать розоватый сосок, что был эрогенной зоной старшего. Американец издал первый глухой стон. По телу пробежали мурашки, а ладонь рефлекторно легла на беловолосый затылок. Дорожка поцелуев и засосов вела к паху. Прикосновение губ к чувствительной головке сносило крышу. Хотелось быстрее приступить к горячему. Шершавый язык прошёлся вдоль члена, яички в секунду оказались во рту, нежно обсасывая со всех сторон.
— Россия, блять! Твои прелюдия раздражают! — воскликнул нетерпеливый американец.
Они слишком давно не виделись, и нутро изнывало по русскому члену внутри. Америка готов был молится всем богам, лишь бы Россия наконец в него вошёл. До ушей старшего донесся смешок, а после влажный кончик языка облизал колечко мышц. Федерация выпрямился, подняв с пола синий бомбер, стал копаться в карманах. Наконец, отыскав нужное, он вновь пристроился между ног Штатов. Выдавив смазку на пальцы и растерев, припал к аналу, надавливая и входя одним пальцем. Внутри стало некомфортно, но хотелось быстрее начать.
— Да что ты медлишь?! — второй скользнул в след, сразу делая "ножницы". Неугомонного Америку хотелось быстрее заткнуть, чтобы из его рта вылетали только стоны, а не бессмысленные речи. Достаточно растянув гостя, парень вытащил пальцы, приставив к анусу головку. Резким толчком Россия вошёл во всю длину, замерев. США тихо вскрикнул, сильно сжимая челюсть. Нутро чуть ли не разрывало от боли. Губы припали к соскам, а подушечки пальцев легли на слегка опавший член, поглаживая красноватую головку. Свободная рука разгуливала по телу. Россия не хотел причинять ещё больше боли, поэтому смиренно ждал отклика, всеми силами стараясь доставить удовольствие возлюбленному. Америка всё больше расслаблялсь, откинул голову и поддался назад, сам насаживаясь на твёрдую плоть, а после на выдохе произнёс:
— Начинай. — русский припал к пухлым губами, делая медленные размеренные толчки. Терпение быстро сдало, как бы Россия не держался, слишком желанное было то тело. Поэтому Федерация ускорил темп, грубо вдалбливая в стол. Ладони сильно сжимали накаченные ягодицы. На утро явно будут синяки. Штаты прерывисто стонал, чуть ли не всхлипывая от старых и таких долгожданных ощущений. Его ногти впились в кожу спины, безжалостно царапая. Фиалковые глаза закатывались чуть ли не с каждым удачным толчком. Надрачивание члена приводило в ещё больший восторг. Двойное удовольствие молнией прошибало по телу, приводя в больший экстаз.
Все посторонние мысли испарились, оставив лишь желание большего, которые Америка, не задумываясь, выкрикивал, как только они появлялись в голове. Пошлые шлепки тел, громкие стоны обоих и бесстыдные речи американца распространились по квартире и за её пределы. Было понятно, что такое эмоциональное шоу услышит чуть ли не весь этаж, а то и сразу три. Но страны особо не задумывались. Стол яростно скрипел, двигаясь при каждом толчке. Было ощущение, будто он развалиться при ещё одном сдвиге, но стол терпел, с достоинством выдерживая этих двоих.
Штаты извивался, моментами ударяясь головой об поверхность стола Руки скользили по телу русского. Языки вновь сцепились в жарком бою, слегка приглушая стоны, что выбивались из двух тел. Эйфория растекалась по телу. Ни один наркотик не мог сравниться с чувствами, что вызывает их близость.
Конец близок. Каждый был на пределе. Толчки стали ещё грубее, а рука быстро надрачивала член. Америка не выдержал и кончил на длинные пальцы, выпадая из реальности. Россия некоторое время продолжал вбивать старшего в стол, а после, выйдя из нутра, кончил на плоский, чуть загорелый живот. Блаженство от оргазма пробежало по телу. Русский повалился на США, тяжело дыша. Он легко поцеловал мужчину в лоб, поглаживая щёку большим пальцем и смотря помутневшим взглядом в фиалковые глаза напротив. Они прекрасны.
***
На далеко не мягком диване лежали две страны, потные и уставшие. В этой встрече они выплеснули все чувства, скопившиеся за месяцы разлуки. — Обещаю, что когда-нибудь куплю тебе новый диван. Так просто невозможно! — ворчал Америка, привыкший к мягким матрасам, и сейчас не мог улечься, ворочась. — Не нужен мне твой диван. Меня этот вполне устраивает. — невозмутимо ответил русский, глядя в потолок и перебирая мягкие, цвета пшена, волосы, чьих хозяин не мог усидеть на месте, мотыляясь из стороны в сторону. — Меня не устраивает! — Штаты поднялся, наклонился за бомбером и стал рыскать по карманам. Через некоторое время он вновь улёгся на живот. Голубые глаза медленно повернулись к мужчине. В его руках была пачка сигарет, которую он агрессивно сжимал, доставая две белые палочки, одну из которых протянул России, вторую зажав меж зубов. Америка со щелчком поджёг кончик сигареты, а когда пламя охватило табак, передал её Федерации. Последний лишь цокнул, поднося к губам сигарету и почти её поджигая, остановив себя за секунду до того, как огонь коснулся бы кончика. На белой бумаге, что оборачивала табак, была надпись. Русский взял сигарету в руки, рассматривая чёрные буквы "I ♡ YOU" . Россия косо посмотрел на американца, что незаинтересовано глядел в сторону, иногда вдыхая горький дым. Младший лишь вздохнул, чуть проворачивая никотиновую палочку. Там скрылось продолжение "FUCK". Не сложно понять, что имел ввиду американец, поэтому усмехнувшись, русский, наконец, поджег сигарету, делая первую глубокую тягу. — Ты придурок — сказал Федерация, а после, чуть наклонившись к уху возлюбленного, добавил шепотом: — Я тоже тебя люблю — дыхание обжигало ушную раковину, а затем острые концы зубов слегка прикусили мочку. Америка не сдержался, блаженно растянув губы в улыбке. Вспыхнувший уголёк безжалостно уничтожил ледяную стену, растопил до основания. США знает, что эта самая стена возведётся вновь, а после с таким же треском растает под натиском чувств. Кто бы что не говорил, но они счастливы. Влюбленные идиоты, которым запрещено быть вместе, но каждый раз переходящие черту. Выйдя за порог этой квартиры, они должны навеки запереть этот день на тысячу замков, закопать воспоминания до следующей бурной ночи. Разлука будет болезненной, маски будут давить и трещать по швам на собраниях, когда их взгляды снова встретятся. Ожидание утомительно, но это того стоит, чтобы вновь утонуть в возлюбленном. Отдать всю любовь и передать горечь расставания. Они влюбленные идиоты, наплевавшие на правила этого жестокого мира. Пока в них есть этот огонь страсти, они будут идти по головам, лишь бы вновь окунуться в омут чувств.
