Часть 1
9 октября 2022 г., 15:05
«Чем мудрее ты становишься, тем важнее становится факт наличия в гардеробе плащей с капюшоном».
Так однажды сказал Деймон после возвращения из очередного похода на Ступени. Маленькая Рейнира не могла осознать правоты этого утверждения в полной мере. Но взрослая, умудрённая опытом и замученная необходимостью просчитывать каждый шаг наперёд принцесса отлично поняла смысл этих слов.
— Тебе идёт, — хрипло произнёс супруг, когда Рейнира наспех застёгивала тёплую меховую накидку с капюшоном. Лишь такую они с Лейнором смогли отыскать в покоях Лейны на Дрифтмарке.
Очевидно, дежурные слова давались Велариону непросто. Лейнор действительно скорбел об утрате и был, наверное, единственным из семейства Морского Змея, кто не обвинял в смерти сестры никого, кроме богов. Рейнира ободряюще улыбнулась, невесомо касаясь его руки. Разница температур ощущалась как никогда. Ледяные пальцы Лейнора в противовес её собственным — горячим и влажным.
— Благодарю.
— Я был бы рад защитить тебя. — Лейнор сокрушённо склонил голову набок.
Сердце Рейниры переполнило чувство благодарности к мужчине, который, невзирая на все пороки, старался быть тем мужем, о коем мечтает всякая. Судьба сыграла злую шутку с её семьёй, но так вовремя дала шанс исправить былое. Принцесса надеялась, что младший Веларион верил в её благодарность, чувствовал её.
— Ты уверена, что это лучший план для тебя? Всё же Деймон… — высказать вслух все свои опасения сын Морского Змея не решался, но Рейнира и без того понимала его тревогу: репутация Деймона, пусть и затихшая на время брака, была далеко не безупречна.
— Дядя поклялся в верности короне.
— Главное, чтобы он поклялся в верности тебе.
— Я и есть корона, Лейнор, ты же помнишь.
Веларион тепло улыбнулся. Когда-то он сам употреблял это выражение, чтобы приободрить её. Сейчас Рейнира и её дядя давали ему шанс. Шанс жить без оглядки на любые людские предрассудки. Рейнира дала ему время проститься с сыновьями, пусть не по крови, но по сердцу. Конечно, напрямую поговорить об этом они не могли, но Лейнор провёл вместе с Джейкейрисом и Люком весь прошлый день. А малыша Джоффри, чьё имя отдавалось в сердце тёплыми воспоминаниями, он не держал на руках столько с момента рождения. Лейнору становилось горько при мысли, что Деймон не сможет стать им отцом: он попросту не сочтёт это важным. У мальчишек был и наставник, и отец, сейчас же они рисковали попасть в опалу. Деймон не производил впечатления добросердечного папаши. Дети — что свои, что чужие — могли не входить в планы порочного принца.
— Нам пора.
Дрифтмарк, погружённый в сон, слегка напоминал принцессе Драконий Камень. Рейнире искренне хотелось чувствовать себя как дома в обители Морского Змея, но колючие взгляды Рейнис красноречиво высказывали её мнение насчёт блудной невестки. И как бы ни старался Лейнор смягчить матушку, правда казалась ей невыносимой. А потому и сыновей наследницы она за внуков не считала, отдавая предпочтение Рейне и Бейле. Эти обстоятельства распаляли пламя решимости Рейниры, убеждая в правильности их с Деймоном плана.
До Халла горемычные супруги добрались верхом. Рейнира ещё не садилась в седло после родов. Поездка, хотя и заставила лоно отдаваться ноющей болью, принесла давно забытое ощущение свободы.
***
Небольшой трактир, который дядя выбрал для встречи, пустовал. Рейнира оценивающе оглядела грубые лавки, столы, заляпанные жиром и кое-где кровью, стёртые половицы. Затем перевела взгляд на Деймона и сира Кварла. Если последний своими грубоватыми чертами лица, потрёпанной накидкой и жёстким ёжиком волос вполне соответствовал местному колориту, то вот дядя возвышался над обстановкой. В отличие от неё самой, плащ с капюшоном, казалось, подчёркивал серьёзность намерений и момента. Рейнира отчётливо вспомнила атмосферу той ночи, что случилась десять лет назад. Тогда дело обстояло похожим образом, но сейчас она являлась частью мыслей Деймона. — Как тебе удалось найти столь тихое место, дядя? Деймон ухмыльнулся, наблюдая за тем, как Лейнор отодвигает стул для пока ещё супруги. С ответом он не торопился. Лишь когда Рейнира оказалась ровно напротив, порочный принц заговорил: — Золото творит чудеса, моя дорогая племянница. Здесь нам не помешают. — А этот? — Лейнор кивнул в сторону хозяина трактира. Здоровенный верзила в засаленной рубахе усиленно делал вид, что переставляет бокалы. — Нем как рыба. — Ты отрезал ему язык? — Рейниру передёрнуло от мысли, что дядя самостоятельно лишил кого-то языка. Деймон оскалился: — Ты считаешь меня диким варваром, Рейнира? Мне это льстит, — принц перегнулся через стол и буквально выдохнул эти слова ей в лицо, а затем лениво откинулся обратно на спинку скамьи, сложив руки на груди и закончил предложение: — Но вынужден тебя разочаровать, нем он от рождения. — Что ж, в текущем контексте меня это радует. — Итак, сир Лейнор, полагаю, что ваша жена уже поведала вам о нашем плане? Деймон говорил, не проявляя эмоций. Но Рейнире хотелось верить, что он раздосадован тем, что употребляет сакральное слово «жена» не в связке со словом «моя». Столько лет прошло, но при взгляде на дядю девушка всё ещё ощущала себя неразумным ребёнком, хотя и утверждала обратное. — Ваш план мне известен. Но имеется ряд вопросов. — Каких же? — Вы говорили о том, что кто-то должен заменить меня в камине. Где мы найдём… подобного… Язык не повернулся бы назвать Лейнора мягкотелым: он не раз сражался, а мечом управлялся ничуть не хуже самого Деймона, но Рейнира знала — по своей натуре наследник Дрифтмарка весьма лоялен и не способен на убийство вне поля битвы. Раскусил его и Деймон, который откровенно глумился, получая удовольствие от смятения собеседника. Сир Кварл весьма многозначительно играл желваками. Участвовать в беседе ему не полагалось, но, очевидно, он очень хотел бы сказать порочному принцу пару ласковых. Ну а Деймон черпал сполна за свою благосклонность. — Вам придётся отыскать в замке подходящего слугу: рост, телосложение, возраст. Полагаю, что обмануть Рейнис Таргариен будет не так-то просто. — Мне? — Я мог бы сам… — Корри не выдержал, раскрыв рот впервые с начала диалога. Рейнира знала, что Деймон пообещал ему деньги, много денег, а также титул и землю. Что ж, они могли себе это позволить. Принцесса перевела взгляд на без пяти минут «мёртвого» мужа. Лейнор держался весьма неплохо. — Принцу Деймону, очевидно, хочется, чтобы это сделал именно я. — Это было бы занятно, — хмыкнул Деймон, не обращая внимания на многозначительные взгляды Рейниры. В отличие от племянницы, младший брат Визериса не опасался того, что Лейнор вдруг передумает. А потому не мог отказать себе в блажи поглумиться над мужем любимой женщины напоследок. — Не сомневаюсь, что мысли об этом доставляют тебе удовольствие. — Если быть откровенным, я привык удовлетворять себя иными способами. — Довольно, — жёсткий голос Рейниры наполнил таверну и даже заставил вздрогнуть её хозяина. Принцесса устало вздохнула, стягивая перчатки. Трое мужчин совершенно не стремились к тому, чтобы ускорить разрешение всех вопросов. Что ж, раз дядя не может остановиться в собственном веселье, ей придётся выступить противовесом. Накидка Лейны жгла плечи, как будто пыталась осудить за желание лишить Морского Змея единственного сына сразу после гибели дочери. Рейнира одёрнула рукава, скрывая побелевшие костяшки пальцев. — Не тревожься, дорогая племянница, я уже подыскал жертву для нашей проделки. — Деймон не испытывал её терпение, балансируя на грани. Так умел лишь он. — Какие ещё у вас имеются вопросы? — Морской Дым… — Лейнор чуть помолчал, формулируя предложение, а после продолжил: — Пока я жив, дракона нельзя приручить новому наезднику. Полагаю, вы бы хотели, чтобы его оседлала одна из моих племянниц? Но как… — Деймон не дал сопернику закончить, подняв руку. — У Рейны появится дракон, не тревожьтесь по этому поводу. Что касается Морского Дыма, вы можете приказать ему следовать в Пентос за вами. Некоторые драконы после гибели наездников не переходили к другим представителям рода, предпочитая улетать в дикие земли. Рейнира понимала, что слова дяди логичны. Если попытаться обмануть Корлиса и Рейнис они ещё могли, то дракона не так-то просто обвести вокруг пальца. Связь между наездником и его драконом крепче любого слова. И хотя количество крылатых напрямую определяла степень их могущества, в этот раз отпустить дракона с Лейнором оказалось единственно верным решением. Веларион, очевидно, удовлетворился ответом. — Что касается моих сыновей, — произнёс мужчина, и лишь глупец не заметил саркастической усмешки Деймона на этих словах, — я могу взять с вас клятву воина оберегать их как своих? — Они урождённые Таргариены, иное меня не волнует. Любой, кто посягнёт на благополучие детей нашего рода, понесёт справедливое наказание. — Это всё, что мне нужно знать. — Рад, что удовлетворил любопытство принца-консорта. — Деймон не мог не оставить последнее слово за собой, невзирая на укоризненный взгляд племянницы и сокрушённый вздох Лейнора. Он предпочитал выходить победителем из любых диалогов.***
В замок они вернулись верхом на одной лошади. Лейнор и Кварл остались в городе. Рейнире показалось, что Деймон приложил руку к подобному исходу. — Я ведь не должен спрашивать разрешения переночевать в твоих покоях? Дядя помог ей спешиться, недвусмысленно придерживая за бёдра. Рейнира многозначительно ухмыльнулась. Желание подразнить принца будоражило сознание, но едва ли из игры с Деймоном можно было выйти победительницей. — Возможно, нам следует подождать завершения официальной церемонии. — Я ждал одиннадцать лет, — напомнил дядя, и глаза его сверкнули сталью. — Напомню тебе, что две ночи назад ты обнулил своё ожидание. — Твоя дерзость умилительна. — Деймон приподнял её подбородок пальцем, заставляя посмотреть прямо на него. Он обожал зрительный контакт, никогда не отводил взгляда. Одной рукой дядя всё ещё держал Рейниру за талию, второй провёл по лицу девушки, резко снимая капюшон накидки Лейны. Белые волосы рассыпались по плечам, точно освобождённые от заточения. — Так лучше. — Я растеряла всю свою дерзость за эти годы. — Ты стала мудрее, только и всего. — Недостаточно для того, чтобы рожать бастардов от беловолосых мужчин. Деймон заразительно хохотнул и невесомо коснулся её лба губами. Больше никакой разницы температур. Губы Деймона такие же горячие, как у неё самой, будто выжигали на белоснежной коже его клеймо. — Достаточно для того, чтобы носить такие накидки. Всё остальное незначительно. Детишки вышли весьма неплохими. — Ты говоришь так, будто оцениваешь псов в овчарне, — укоризненно проговорила Рейнира, наблюдая за тем, как дядя привязывает лошадь и снимает попону с седлом, перекидывая их через перила в стойле. Деймон обернулся через плечо: — Я оцениваю юных драконов. Рейнира первой двинулась к выходу из конюшен. Здешний запах не располагал к задушевным беседам. Наследница даже прикрыла нос в попытке избавиться от навязчивой вони. — Вы с девочками не очень-то близки? — Лейна проводила с ними много времени, ну а я больше изучал древнюю литературу. — Деймон заложил руки за спину. — Ты боишься, что они не примут тебя в качестве матери? Быть матерью Джейса и Люка Рейнира считала благословением богов. Старых и Новых. Её мальчики отличались несвойственными для их возраста интуицией и пониманием. Кроме того, безусловной преданностью своему дому. То, как отчаянно сыновья защищали Рейну и Бейлу, оценил даже сам Деймон. В отличие от не слишком дружных братьев Эйгона и Эймонда, сыновей Рейнира обучила братской любви в полном смысле этого слова. «У вас нет и не будет никого ближе друг друга, запомните это». Наверное, именно поэтому принцесса не боялась осуждения отпрысков за столь скорое замужество. Но перспектива не понравиться Бейле и Рейне, особенно учитывая их близость с покойной матерью, крайне пугала наследницу. — Они умны, к тому же воспитаны. Тебе не о чем беспокоиться. Обе дочери исполнят долг перед короной, каким бы он ни был. — Полюбить кого-то долг не заставит, Деймон. — Ей показалось, что дядя вздрогнул, когда она произнесла его имя. Рейнира хотела отучиться от привычки называть Деймона дядей. После их женитьбы подобное обращение станет совсем неуместным. — Ты достаточно благосклонна, чтобы заслужить их расположение. Не о чем переживать. Какое-то время они шли в тишине. На языке Рейниры крутилось ещё множество вопросов, но тяжёлый подъём в гору не давал ей перевести дух. Накидка Лейны оттягивала плечи, а бессонная ночь давала о себе знать. Последний рывок, сопровождаемый услужливо протянутой рукой порочного принца, казалось, высосал из девушки все силы. — Передохни, — предложил дядя и, не дожидаясь ответа, опустился на песок, усаживая Рейниру к себе на колени. Она буквально ощущала жар его тела. Но сейчас это чувствовалось совсем иначе. Несколько дней назад Рейнира желала принадлежать ему физически, признавая разлуку в десять лет невыносимо долгой. А сегодня ей хотелось создать семью с тем жестоким человеком, который ради этой самой семьи не поскупится на любую подлость. Ей отчётливо вспомнился смех Деймона на похоронах Лейны. — Спасибо, что засмеялся тогда, — почти прошептала Рейнира, касаясь макушкой горячей головы. Деймон сомкнул руки поперёк её живота, опаляя дыханием открытую часть шеи. За такое не принято благодарить в приличном обществе, но ей хотелось показать, что этот жест был понят и услышан. — Он пытался оскорбить тебя. Так что я оскорбил его. Лейна поняла бы меня, я уверен. Она, знаешь, терпеть не могла душные речи. — Скажи, ты когда-нибудь сможешь полюбить меня? Не ради короны или возвращения власти в лоно дома. Просто потому, что я — это я? — Вопрос казался до одури странным. Но от ответа на него многое зависело. Слишком многое. — Что ж, — выдал принц после недолгой паузы, — возможно, я погорячился, когда сказал, что тебе уже пора носить плащ с капюшоном.
