В Кадиллаке стало душно

      Водитель Киры не привык задавать лишних вопросов, особенно, когда приказали ехать только вперёд. Сегодня Ягами Лайт уже считай может объявить о своей победе, обговорив условия с наследниками Эла. Они просты: богатая и свободная жизнь с гарантией полной неприкосновенности под защитой Киры, и возможность дальше в независимости от него ловить преступников. Детективы не принесут миру Лайта вреда, а только выгоду и пользу. Ягами даже готов выделять преемникам Лоулайта денег сколько они пожелают.       Особенно, когда эти сучки одновременно оставляют поцелуи на его щеках, глотая воздух в дорогом авто. После бутылки французского коньяка у Мелло буквально от всего рвало башню, а Нэйта накрыло от одного лишь бокала. Торжественное заключение договора уже прошло, а дальше они втроём едут после пира просто в даль. Неважно куда, маршрут не установлен. На край вселенной, можно сказать.       Может, Ривер бы и возражал, что его так бесцеремонно трогают под рубашкой, но спорить с таким мстительным человеком, как Ягами, дороже только себе. Правильно ли они поступили, согласившись поехать с ним «обратно домой», уже неважно. — Поверни голову, моя дорогая Мишель, — ласково обратился к Михаэлю обгашенный Лайт. — Прошу подвинуться поближе ко мне, котятки. — Полегче со словами, божок недоделанный. Я вижу, что тебе от травы вообще башню рвёт, — хрипло ответил бывший мафиози, поставив в отсек в сидении открытую бутылку огненного виски, прихваченную со стола с собой в машину.       Кожаное чёрное платье, сапоги на высоких каблуках, грязные разводы туши. Его «Мишель», возможно, плакала недавно. Нет, такие, как Михаэль не плачут — это всего лишь пролитый алкоголь. Слегка влажный волос (сигнал в холод для простуды) лип шатену на лицо, когда он глубоко целовал своего недавно ещё заклятого врага. Горячий секс в этом кроссовере — отличное завершение торжества. Михаэль согласен, Нэйт Ривер — не очень. — Мишель, скажи мне правду: сколько раз ты была с мужчиной? — спросил Ягами у блондина. — Всего два раза, а что? — хрипло пролепетал пьяный в стельку M.       Как будто он не знает, почему Лайт спрашивает, ей богу. Если было много, то не станет больше даже прикасаться. Михаэль соврал бы, что у него было двадцать партнёров, а с количеством раз он сбился со счёта, если бы сам не желал сейчас развлечься. С девушками тоже не так было много, как там Его Величество себе представляет в своей прокуренной голове. — Так мало… — удивлённо отвечает Ягами. — Нет, ну вы думали, что я прошмандовка с улицы буду? У Ниа так вообще не было ни с кем, на двести процентов уверяю. Я весь ваш, но его не мучайте слишком сильно. Хотя, кто Мишель такая, чтобы вам указывать? — Ты моя заноза, которую я вынужден до конца жизни спонсировать и охранять. Надеюсь, что вы оба будете в полной мере исполнять обязанности L, но не в мой адрес. — Обижаете, о «Великий Бог всех живых». Мы в Штаты завтра же. На территории Японии нас нет. Будем, только если пригласите в гости. Верно, Вата? — обратился парень к своему сопернику. — Да, — скучающе ответил беловолосый, пытаясь рассмотреть что-то в тонировке окон. — Твои условия одобрил бы, наверное, даже покойный Эл. Мы работаем, считай вместе, изничтожая преступность, ты защищаешь наши жизни за свой счёт, и дела у всех нас процветают. Я доволен таким исходом. И убытков не понесу. Все средства возместит Ягами. Букву «L» можешь оставить себе, Кира. Всё-таки тебя назначили, а не кого-то из нас. — У нас с Мелло получилось разрешить рождённый в нашем детстве конфликт благодаря вам. Мы оба никогда не должны были быть полностью, как Эл. Наша задача была стать великими детективами, равными ему, чтобы он мог бы нами гордиться. Мы оба разные, каждый действует своими методами, но иногда нам двоим придётся объединяться вместе, — Ниа сделал театральную паузу. — А всё-таки Киру мы поймали, как он нам и завещал… Вот он, сидит с нами в одной машине и говорит с нами о разном. Хочешь нас поиметь Элу из мести? Интересное кино и способ отомстить… Я вижу в этом для себя плюсы. Не уверен, правда, что ты захочешь лицезреть моё худое бледное тело. Это Мелло у нас писаный красавец.       На трезвую голову Ягами возможно нашёл бы что ответить, но глядя на ожог бедной Мишель и хрупкое тельце Нэйта, то язык будто онемел. Как же они всё-таки привлекательны… Сейчас эти двое сидят прямо перед ним и ждут, сами не зная чего. — Ну сделай уже что-нибудь… — буквально простонал Мелло, слегка поправив своё платье, пытаясь приобнять своего неожиданного любовника. — Мишель, имей, пожалуйста терпение. Для моей идеи двое должны быть полностью готовы. Ниа сильно напуган, по нему видно. Нужно подождать, пока он не начнёт раздеваться. — Я не напуган, — спокойно отвечает он слегка изменённым от алкоголя голосом. — Людям свойственно волнение перед новым опытом для них. Я поражаюсь вашему нетерпению.       И вправду, Михаэль и Кира не умеют ждать. Своей победы и взрослой жизни оба ждали несколько лет, а тут и пяти минут не могут. Как будто возбуждены до чёртиков, ей-богу. И всё же Ривер не хочет больше их мучить, да и себя тоже, начиная расстёгивать рубашку. Пусть смотрят сколько хотят, раз им так нравится…       Мишель остаётся в одежде. Лайта ещё как устраивает её чёрное узкое платье и сапоги, которыми она могла бы снести с креплений пару сотен голов недоброжелателей. Но латекс и кожа не граничат с мятой, поношенной льняной тканью, поэтому долой одежду N! Ягами решает немного помочь, но вместо этого обрывает почти все пуговицы, ещё больше пугая юного детектива. Они падали на сидение, скатывались с него на пол, вызывая у Нэйта чувство скорби по любимой вещи. — Она была недешёвая, между прочим… — слышится его тихий голосок. — С меня ещё никогда так грубо не срывали одежду. — Малышка, мы в такой машине, думаешь я не могу это возместить? Подумай сам. Я всё тебе новое куплю: рубашку, штаны, машину…       Не очень у Лайта получилось успокоить. Парень слегка вжался в сидение, судорожно крутя свои белоснежные волосы. Трудно передать словами его возмущение и эмоции. Он в ожидании смотрит на старшего из них и с надеждой произносит: — Меня хотя бы не порви как эту ткань, — холодно произносит Ниа, снова утыкаясь в окно. — Тогда ты меня казнишь, «Великая Нэйтали». Бояться тебе нечего, я всё же в достаточно адекватном состоянии, чтобы всё понимать. Тебе обязательно понравятся те вещи, которые я сделаю с тобой. Твой холод обжигает мою душу. Повернись ко мне, прошу тебя. Дай рассмотреть твоё тело поближе.       Стоило Ниа хоть чуть-чуть повернуть свою светлую (почти) голову, как в губы резко впечатались чужие. Ягами резко потянул его на себя, заставляя сесть себе на колени. Мелло среагировал тоже, начав целовать мелкими поцелуями правую щеку Киры. Свободной рукой он обнимал блондина, отрываясь на мгновение, чтобы сплестись ненадолго с его языком.       Ниа целовал Лайта в шею, соприкасаясь с его пахом, пока Мишель стянула вниз своё нижнее бельё. Куда теперь его ей деть долго думать не пришлось: пустая пепельница на дверце любезно приняла кружевные дорогие стринги. Келя брала гордость за то, что Кира купил ему все эти обновки, а Нэйту — пока ничего. Хотя в этом могла быть простая мораль в том, что ему за три жизни не накопить даже на один такой сапог. Парень заправил прядь волос за ухо, чуть спихивая N с колен Ягами, располагаясь на них самому. — Уже не терпится узнать, что я сделаю с тобой, Мишель? — нахально спросил старший, болезненно шлёпнув парня по пятой точке. — Это уже в самом деле интересно, — улыбнулся Михаэль (в коем-то веке настоящее имя). — Начните с меня, «повелитель». — Думаю, Ниа не будет возражать, если я начну с тебя, верно? Вот и славно, — произнёс Лайт, не дожидаясь ответа.

***

      Ниа зажался в самый угол сидения, наблюдая такую картину: Мелло сидит прямиком на бёдрах Киры и периодически блаженно вскрикивает. Он врывается в него глубоко, причиняя иногда несильный дискомфорт. Ягами иногда морщится от лезущих в нос волос, придерживая подол его платья. — Тебе нравится, дорогая Мишель? — кротко спрашивает Лайт. — Да-а, — коротко отвечает его партнёр, придерживая Киру за плечи. — Вижу, что недостаточно, — отрезал Ягами. — Ты ещё говоришь нормальным голосом. Хоть ты и пьян, а нотки удовольствия прекрасно можно различить. Я их пока не слышу отчётливо. Но прорезался твой натуральный немецкий акцент, что мне очень нравится. Говори со мной, сучка!       Лайт вошёл грубее, повалив Келя на сидение. Он держал его за бедро, целуя жилку на шее. Мелло извивался, обхватив его и держа его железной хваткой цепких пальцев. — Ты не против показать нашей невинной девочке, как нужно пользоваться ртом? — спросил Лайт, хотя его и не интересовал ответ. Он заставит Мишель отсосать себе.       Алкоголь, доза гормонов — всё равно ступор. Как будто он когда-нибудь делал это? Даже такое порно его не интересовало, где мужчин ублажают ртом. Мелло ощущал это на себе несколько раз, хотя с какого перепугу он стал бы запоминать?! Ягами, ты ожидал распущенную Барби, верно?

***

— Наверное… — рассеянно ответил Мелло, когда Лайт вышел из него.       А теперь насколько это был ужасный ответ, Мелло: «Наверное?!» Ты хоть понимаешь, кому и когда ты это говоришь?! Тому, кто не простит тебе слишком медленный темп или зубы, а также не примет отказа. Просто сейчас Мишель не в здравом рассудке для рационального ответа. Просто сглупила, опустилась до колен… Наверное, радуешься за него, Ниа? — Тогда прошу, глубокоуважаемый Кель, — подстегнул Лайт, пониже спуская брюки.       Мелло наклонился к налитому кровью стволу, попытавшись сразу взять в рот, как однажды сделала ему блудная баба в подворотне. Какая же это была грубая ошибка. Его гортань надолго это запомнит. Из-за боли и жуткого дискомфорта даже на глазах такой, как Мишель, навернулись слёзы.       «Только не зубами… — думал про себя он. — Кира меня прикончит за это, даже несмотря на союз».       Парень попытался сделать ещё парочку коротких движений, после чего почувствовал, как его за волосы тянут вверх. Он вынул член изо рта, кашляя и переводя дыхание. Ниа, сидящий в самом краю, скривился ещё сильнее. — Господи! — выругался Ягами, влепив Келю пощёчину. — Даже Нэйт, который в этом ноль, понимает, что ты — идиот. Великий, причём. Кто сразу берёт весь? Только шлюхи, Мишель, только они. Ты не такая, верно? Видимо, мне самому придется показывать вам обоим мастерство минета. Внимательно смотри и запоминай как надо. — Нифига себе. Да я избранный! Мне отсосёт сам Кира! Эл, ты не сомневался во мне, — заорал парень, чуть ли не разлетаясь на части от переизбытка восторга. — Ого, уже размечтался. За мою сестру… обойдешься. Ниа, хоть и хотел меня поймать, но не причинял никому из моих людей или близких конкретного урона. А тебя я ещё накажу. И больно похлестаю плёткой. Милая Нэйтали, не желаешь быть этому негоднику наглядным пособием? Тебе, так и быть, сделаю приятно. Пора начать растапливать твой айсберг в глазах.       Мелло гадко и недовольно зашипел от долгой пустоты в заднице и досады, видя, как Ягами пересаживает мальчишку на его место, заставляя смотреть, как он мягко целует его плоский живот, стягивая не лучшего вида штаны вниз. Намного красивее вообще без любых штанов, будь они даже бесценными на этом свете. — Ниа, прошу, не бойся больше меня, хотя и раньше не боялся. Имеется в виду, что я не из последних неудачников, как некоторые. Тебе обязательно будет хорошо. — Знаю, просто моя сущность всё ещё говорит мне остерегаться тебя. Приступай, коль желаешь, — равнодушным ровным тоном говорит N.       Нет, это уже наглость! Ведёт себя так, как будто ему всё равно. И на ситуацию, и на то, что его величество Бог пойдет ради него на такую грязную выходку. Ягами готов поставить миллион иен на то, что даже во время его оральных ласк мальчишка так и продолжит лежать, не проронив не звука в равнодушном ступоре. Должен быть способ его расшевелить, или вот поэтому Ягами в мыслях поставил на кон не такую значительную для себя сумму. Она для него как донат пару долларов в игрушку на выпущенных несколько лет назад сенсорных телефонах.       Ещё один повод разнести Ривера.       Мелло тоже негодует, мол, раз тебе плевать или не хочешь, то изволь уступить другим. Он вынужден смотреть, как Ягами Лайт с него снимает эти дурацкие серые трусы из парашютного магазина, целуя ещё не набухшую головку, и унизительно дрочить на это зрелище. Выбирая бы порно в интернете, то он бы ни за что не включил запись с их участием, перейдя на ту, в которой тот же актёр-актив втрахивает в сидение Кадиллака Эскалейд высокого блондина с каре.       Он мечтал бы знать, что сейчас чувствует это «чисто-белое совершенство», но по всей видимости — пока ничего прекрасного. Сколько Лайту с ним предстоит мучаться — неизвестно, но терпение у него не резиновое. Вот закончится оно в один момент, и отымеет он грубо Ривера во все дыры, несмотря ни на что. Берёт в рот — небольшая реакция за счёт организма, сам же ровно дышит, как и раньше. Он поднимает взгляд, пытаясь увидеть что-то в его чёрных пустых глазах, и видит едва заметный огонёк. Движется быстрее, вбирая глубже, но одним словом всё почти без изменений. — Кира, перестань. Скорее всего, ты этим ничего не добьешься, — как гром среди ясного неба прозвучал твердый спокойный голос детектива. — Твои действия даже нервируют, потому что я опасаюсь твоих острых зубов. Подобные ласки меня не впечатлили. В ходе них я только переживаю, боясь укуса или даже небольшого прикосновения челюстей. — Тогда что тебя возбуждает?! — прокричал, отстранившись, Лайт. — Мне-то откуда знать? — ответил Нэйт. — У меня ещё не было никого и никогда не привлекало такое. Попробуй методом подбора практик и разных вещей, авось и получится меня завести. Я не отказываюсь — можешь хоть сейчас взять меня себе на радость. Будет больно — переживу Мишель на потеху.       Машина набирала скорость так же быстро, как и желание шатена сделать так, как Нэйтали разрешила ему в конце. А вот теперь пора раскрывать все карты, или отсек во втором сидении. Чего там только не было: плётки, свечи с низкотемпературным воском, вибраторы, лубриканты, верёвки для связывания. Было ещё несколько закрытых чёрных и красных коробочек — одному Богу известно, что в них находилось. — Выбирай себе наказание, Мишель, — обратился Лайт, показывая ладонью на шкафчик. — Учти, если сама не решишь, то его выберу я. Поверь, тебе оно не очень понравится. Ах да, придётся познать сегодня практику мазохизма в любом случае. Ну же, скажи, как мне следует покарать тебя за прошлое, Мелло? — Свяжите и отшлёпайте меня плетью, как обещали, господин Лайт, — выронил Мелло самое первое, что пришло на ум, уже понимая, что зря он ляпнул такое. На то и пьяный разум, в конце концов. — Выбор отчаянный конечно. Да, в тебе много храбрости, скажу не скрывая. Могу сказать, что ты выбрал не самое худшее, что тут есть. Тем не менее, буду хлестать до первых рубцов на коже и небольших синяков. Ложись, неумёха в минете, но сперва сними платье. Ниа, с тобой так не буду, обещаю. Ты получишь тот воск для тела, который я буду капать на твои нежные зоны. Он любого заставит расцвести, даже тебя. А ты пошевеливайся, Михаэль Кель, пока я достаю верёвки. Они уже с нетерпением ждут тебя.

***

      Запястья связаны крепко наверху головы так, чтобы ими было почти невозможно пошевелить, ровно как и всё тело. Беззащитный кролик в силках дикого зверя. Ниа оставалось только посочувствовать бедной Мишель, когда её задницы впервые коснулась грубая кожаная плётка. Несильный крик на заднем уже не может напугать водителя, ведь он своими ушами слышал истошные вопли предателей и покинувших Киру людей перед их смертью.       Приказ был только продолжать движение.       Жертве прописано было столько ударов, пока Ягами Лайт не простит ей прошлые грехи. Он продолжал пороть, снова пересадив Мелло к себе на колени и входя в недовольное пустотой нутро. — Нэйтали, помоги мне. Видишь ли, я теперь занят, чтобы сейчас ласкать тебя. Выбери для себя пару приборов и развлекись с ними, пока я не закончу наказание для Келя. — Господи, я не такой… извращенец, как вы! — Ниа покраснел до кончиков ушей. — Да и пользоваться всем этим я не умею. — Хорошо, — бросил Кира, продолжая входить в Келя сзади. — Тогда открой белую коробочку и надень её содержимое. Извини, я забыл, что ты ещё маленький. — Надену только, если там не какая-нибудь ерунда из кожи или что похуже. — А про такие вещи откуда знаешь, дорогуша? — поинтересовался Лайт, больно хлестнув Мелло по пояснице плетью. — Про «ерунду из кожи» где вычитал, Ниа? — В твоём сознании, Лайт, — холодно ответил N. Его настроение изначально было плохим, но теперь он поник окончательно. Ему сейчас хотелось просто остановить машину и выйти из неё. Плевать, что за окном небольшой дождь и трасса вдоль леса. Эта идея секса втроём ещё вначале казалась ему провальной, ровно как и близость с кем-то вовсе. Риверу хотелось остаться, дабы понять только одно: этот воск мгновенно застынет на его теле?

***

      Мелло не был мазохистом, чтобы тащиться от того, что его так жестоко бьют по ягодицам и пояснице, поэтому ненавидел Лайта в тот момент из-за боли. Уже были не просто рубцы, а небольшие раны с кровью. Но он понимал, что заслуживал такого. Ему бы точно не понравилось, если бы его сестру похитили и угрожали пистолетом, а потом она страдала до сих пор от депрессии. Кель думал, что вообще умрёт, а ещё о том, что такое «самое худшее?» Зная Лайта, это может быть вообще что угодно, например, растяжение связок бедра, чтобы насадить его на чёрт пойми что в таком шпагате. Это не предел фантазии больной на голову Мишель, которая умудряется думать за Киру.       И почему-то ей отнюдь не страшно от своих мыслей, когда её тело полоснул последний удар грубой твёрдой кожи. Ещё немного, и Лайт превратил бы её поясницу в кровавый кусок мяса, который можно было бы кинуть собакам, и они бы не заметили разницы. Как будто дикие бродячие псы умеют различать человечину и мясо зверя? При голоде вся стая уже бы разрывала предоставленную им аппетитную жертву. Ягами — лев, изголодавшийся по мягкой коже и плоти. Его поцелуи — яд, а толчки — катализаторы предсмертного отвара. Они приятные, глубокие, скорее, компенсация за прошлые мучения.       В машине душно до одури, но окна в ней открыть нельзя. Этих троих несчастных взаперти на заднем можно сравнить с покорителями космоса, открепившимися от блока своей МКС и существующими в мире живых, пока не закончится воздух в баллонах скафандра. Они умрут от недостатка кислорода, если не откроют лица бесконечной трассе, но если это сделать, то дождь и холод остудят пыл неугасимой на вид страсти. И все негласно выбрали первый вариант, ведь микроскопические щели в стекле ещё никто не отменял. Оно, кстати, уже давно запотело, и если кто-то (хотя вероятность этого ничтожно мала) решит рассмотреть происходящее из окна своей машины, то чернота стёкол уже не спасёт секрет того, чем занимаются внутри этой королевской кареты в мире автомобилей.       Контору раскрывают капли на нём. Ниа только тем сейчас и занят, что выводит пальцем на окне различные рисунки, пока Ягами нещадно продолжал трахать Келя. Они были так увлечены друг другом, что Ягами даже не заметил, что Ривер уже в одежде, которую он приказал распаковать и надеть. Нежное белое платье с кружевами и белые гольфы до колен были уготованы образом для Нэйтали. В нём парень почти не отличим от кисейной барышни времён тридцатых годов прошлого века. Резкая и грубая Мишель в чёрном не сравнится с полной противоположностью своей женской личности. Лайт снова пытается научить блондина сосать, выйдя из него и развязав запястья, на которых тоже уже были следы от верёвок. — Только медленно, не забудь, — прохрипел Кира. — Я поняла, — ответил Мелло, обещая снова не подвести. Слегка поправив платье, он снова придвинулся поближе к своему японскому любовнику. На дорогой коже царапины — теперь эта вещь не такая ценная и неотразимая, в отличие от молодого тела. Пока оно не износилось, то придёт его час радовать взгляд всех будущих женщин и мужчин Мелло. Его вторая личность не бисексуальна: она хочет только Киру, который заперт в теле Ягами Лайта. Он резкий, грубый, приносящий смерть преступникам и боль ей. Мишель, одним словом, хитрая извращенка, так любезно берущая в рот член своего любимца. Она — не голос в голове, лишь то, что создал Кира для себя на эту ночь. Мишель помогает себе рукой, водя по стволу тонкими пальцами. Она ещё никогда так не грешила… Она ещё никогда не жила так долго. Мелло дышит ещё пыльче, эмоции захватывают разум. Он раньше никогда не думал, что будет отсасывать ранее заклятому врагу добровольно и ещё тащиться от этого. — Тебе помочь, Мишель? — ответила девочка в белом. — Могу попробовать, если Лайт попросит об этом. — Не прошу, а требую. Нэйтали, милая, вкус богохульства очень сладок, вот увидишь. Я сначала отказывал себе тоже, когда пробовал сделать это тебе, а теперь до сих пор жалею, что не закончил.       Убеждение? Призыв? Страх? Неизвестно, что так повлияло на Ниа, но он чуть придвинулся, и когда Мелло остановился, то стал тоже целовать гладкую твёрдую плоть. Не стесняясь и не краснея. В механизме Нэйтали нет программы смущения и красных щёк из-за этого. Она просто ещё не применяла данную функцию на деле. Теперь её «включили», и она будет работать до полной остановки механизма и автоматического выключения. Кель с интересом смотрит, а Ривер пробует на вкус свой первый член, который скоро в нем окажется. Он не придавал большого значения своей девственности, а уж тем более не думал, с кем её потеряет. Сегодня или же лет через тридцать — роли для него почти не играет. Дальше берёт головку глубже, обязательно помогая себе языком, но потом снова прекращает. — Тебе действительно нравятся такие вещи? — с интересом спросил парень у Лайта. — Очень, — ласково отозвался он. — Милая Нэйтали, я очень соскучился по твоему ротику. Каждая секунда выводит меня. Дыши носом, дальше будет тяжелее.       Он понимает, но не хочет прекращать развращение самого себя, глубоко ублажая ртом своего бывшего врага, а от мысли, что Эл может видеть этот разврат из другого мира, уже нагоняла по полной краски стыда и чувство вины. Нет, Ниа ни за что не остановится, ему нравится такая опция программы. Есть дискомфорт, даже небольшая боль, но даже самый умный и современный робот должен быть опробован и настроен несколько раз, прежде чем он идеально исполнит заданную команду. Мелло одним только взглядом показывает, что нужно отстраниться, и тут же заменяет Нэйтали. Её быстрый темп сводит с ума Лайта, и Ривер тоже не хочет отставать. Она оба лижут горящую огнём головку, проходят языками по длине, а теперь представьте от лица Киры эту картину: те, кто ранее делили между собой скорую победу над ним, теперь разделили на двоих его член. Ментально Лоулайт среди них третий.       У них было к Кире несколько жёстких условий. Первое — не убивать с помощью тетради никого за пределами Японии. Второе — не трогать никого, кроме самых опасных преступников и тех, что угрожают их с Лайтом жизням. Третье — обеспечить им безопасность и то, что ни один из его людей даже не попытается обнаружить их. Если ему нужно будет убить кого-то за пределами Японии, то он будет должен их предупредить. Взамен они его не выдадут (если, конечно, он будет соблюдать все условия договора) и явятся при первом же звонке и просьбе сотрудничать. У Мелло и Ниа так же есть право попросить Киру о деньгах и защите от чего-либо и об услугах, не связанных с этим.       Например, приласкать себя, как это делает Нэйт, выгибая спину от его гладких рук под платьем. Подол наряда был приподнят, оголив худые бёдра и такую же задницу. Мелло целовал их, пока эта девочка во всю хозяйничала своим уже наученным ротиком. Нэйтали всё схватила на лету, уже не давясь, вовсю лаская Лайту ртом его мужское достоинство. Он, хоть и лицемерно шептал ей комплименты по типу: «Ты потрясающая», но в них была огромная доля правды. Ниа даже умудрился заставить его кончить в скором времени, но через пару минут Ягами возбуждается снова. Он решил тогда завершить не в рот, пожалев неопытного парня в облике святого существа. — Девочка моя, ты прекрасно справилась, — слащаво похвалил Нэйтали Лайт. — Ложись теперь на спину. Пора подготовить тебя к весьма приятному моменту твоей жизни. Уж я не подведу тебя.       Не подведёт, как же! У самого идея — растянуть Нэйта горлышком бутылки, а затем дополнить бурным сексом всю эту развратную процедуру. Скажи парню это сейчас, так он потеряет тут же сознание. Достаточный аргумент, чтобы отложить на другой раз затею Киры?

***

      Нэйтали не может назвать момент, когда ей было бы так же хорошо, как сейчас: она лежала на мягком дорогом сидении, облитая вином с груди до кончиков стройных ног (бутылка должна же стать пустой), и её целовали двое прекрасных мужчин. Первых в её жизни любовников, которым уже попало на полный контроль её мягкое тело. Пока Мелло целовал Ривера в шею, Лайт возился ниже между раздвинутых ног: растирал по периметру смазку, иногда дразня пальцами тугое нутро. Потом стал медленно вставлять горлышко в растянутую задницу и было желание вставить всю бутылку сразу, глубоко и грубо, но за это теплота в душе Нэйта уйдет и снова вернётся ненависть.       Ягами это не нужно. Нэйтали и так морщится от боли, пытаясь скрутиться клубочком от неприятных ощущений. Такого поворота она не ожидала точно, но сама же просила научить. Учителей себе выбрала не сказать, что самых ласковых, и что они заставят трепетать её сердце, но оно громко стучит от смущения и разврата. Чего Нэйтали сейчас хочет? Лишь наконец стать одним целым с телом Киры и возможно представить во время процесса свой фетиш. Представьте себе, у нашей милой скромницы в платье он есть.       Ниа лежит в огромной куче пазлов, игрушек, лепестков роз и денег… Последнее… Разве его так волнуют эти цветные бумажки с рисунком, на которые он может купить полмира? Возможно и частично. А продолжение в том, что их топчет Лайт, подходя к нему со спины, а сбоку Мелло безжалостно давит сотни новых роботов. Всё это говорит о том, что ничего не важно, кроме их ладоней под белоснежной тканью и шёпота о якобы важных вещах жизни. Нэйтали — муха, жертва в сетях, которую хотят сожрать эти двое диких хищника. Один берёт, другой целует, но Нэйт падает вниз и осколки пластмассы впиваются в его тело. Что лучше для него: райские перья или шипы беспомощности? Нет, лишь осколки. Лишь превратиться в такой же кусок растаявшей пластмассы и слиться со всей этой мешаниной. Пусть розовые лепестки облепят его тело, а деньги закроют глаза, но лишь бы душа гнила не быстро. Хотя бы на время его «любви»…

***

      Ниа закрывает глаза, когда Лайт входит в него, и поднимает голову вверх. Его рот затыкает Мишель своими пухлыми от поцелуев губами. Член Киры был намного толще горлышка бутылки, поэтому даже с растяжкой всё чувствовалось. Глаза мальчика наполнились слезами, но он думал, что будет намного больнее. Мелло впивается как можно жёстче и плотнее, терзая его губы и не давая ему кричать. Лайт входит в него медленно и постепенно. — Прости за мучения, Нэйтали, — шепчет он, кусая за шею, — но сегодня мне предстоит ещё долго мучать тебя. — Знаю… — с болью прошептал Ниа, после того, как Михаэль оставил в покое его губы.       Для Мишель и Нэйтали игра с Кирой — пусть уже не разумом — будет сегодня долгой.

***

      Когда Ягами начинает двигаться в Ниа, то парню было всё же трудно это осознать. Ещё вчера с него можно было сдувать пылинки, лишь бы не очернить эту чистоту и святость, а теперь хоть латынь начинай учить, дабы вписаться в ряды демонов. Подумаешь, первый раз напился и занялся сексом в женском образе в роли с мужчиной, который был твоим злейшим врагом… Обычное дело, с кем не бывает. И не так уж прям и больно. — Ну вот и настал твой час, дорогой Нэйт! — похабно улыбнулась Мишель. — Добро пожаловать в клуб извращенцев! — парень «заботливо» засунул два пальца в глотку мальчишки. — А, забыла, ты у нас теперь Нэйтали! Тебя может вырвать, так что нёбо трогать не буду, — Мелло пошевелил пальцами внутри, за что его больно укусили острые зубы Ниа.       Блондин ругнулся что-то про себя, отдёрнув руку от «опасной зоны». Спина ещё болела и неизвестно, когда теперь заживёт, а тут ещё зрела перспектива остаться без пальцев на правой руке. Пусть Ниа надорвёт глотку стонами от движений Лайта, зато его конечности останутся целы. Ниа лежал на сидении, как бревно, не подавая признаков внимания и наслаждения от процесса, будто сейчас с ним ничего не происходит и его задницу сейчас открыто не пользует самый главный захватчик сердец всего мира (Лайт был дико популярен у обеих полов). Даже Мишель удивляет это спокойствие. Но такового не было: у Нэйта Ривера наслаждение не выражалось криками и стонами на весь зал, бурными мыслями в мозгу и восхвалением партнёра. Его учащённое дыхание уже говорит, что парню более, чем хорошо. Он лишь слегка вздыхает, когда задевают его сокровенное место. По лицу Ниа было понятно, как сильно он тащится от процесса. — Ты не прекращай туда, — тихо проговорил Нэйтали. — Но лучше чуть правее. — Ты совершенно отличаешься от Аманэ тем, что ты не кричишь, как ненормальная, и не царапаешь мне сидение. Она мою прошлую машину замучила так однажды. Пришлось менять драпировку. — А я думал, что машину… — решил подстебнуть детектив. — Ты меня разочаровываешь, Кира.       Ягами хватает одной рукой парня за горло, начиная душить за дерзость. Он сильнее вдавил его в сидение, больно шлёпнув по бедру. — Не очень люблю обсуждать Аманэ. Не настолько она умна, чтобы твой мегамозг вёл рассуждения насчёт этой дурёхи. Эта тупица не стоит и вашего пальца, поверьте. Куда Мисе до наследников Эл? Особенно в постели… — М, ну и чем же мы лучше вашей пассии? — поинтересовался Мелло, накручивая на палец золотистый локон. — Вы желаннее и с яйцами туда не падает, — смеясь, ответил Кира, продолжив плавно иметь Ниа.       Мишель долго не могла себя унять. Её истерический хохот, казалось, было слышно за многие километры отсюда. Она утешала Ниа, гладя мальчика по голове, мол, вся боль сейчас уйдет вообще. Тихие стоны заполнили тесное пространство, дождь немного перестал, и Мелло позволил себе открыть ненадолго окно. Свежий влажный поток воздуха вскружил головы всем, кто умирал от страсти в тесноте. Ниа всё так же не стонет, лишь теперь подаваясь навстречу и прикрывая от удовольствия глаза. — Я никогда не считал, что мы с Ниа были для вас, Кира, главной угрозой. Или вы не знаете, сколько за вашу башку дают на чёрном рынке? За мертвого дохуя, а за живого тоже дохуя, но десять раз. Возможно договор будет разорван через год-два и далеко не по нашей воле, а четвертыми лицами.       Михаэль засмеялся собственной шутке, вновь целуя счастливого стонущего Нэйта. На самом деле состояние божка было в два раза больше тех денег, что готовы выложить за него живого. Дёшево Кира стоит в глазах террористов и организаций, мешающих его жизни, пока они все не оказываются в руках ФБР или на листах блокнота проклятий. Довольно. Всех не сдать, не перестрелять, не записать. Мишель хмурится, взяв из шкафа кляп для затыкания рта, и надевает его себе, дабы ещё не съязвить чего-нибудь лишнего. Лайт наваливается на Ривера, вколачивая ещё сильнее мальчишку в сидение. Он случайно рвёт подол подаренного им Нэйтали платья, входя по направлению слабого места. Ему оставалось недолго, ровно как и пареньку, до главного пункта удовольствия. Ягами Лайт просто хотел сказать: «Прости».       Нэйтали дрожит под ним, когда он начинает ласкать её между ног, но не стонет. Это не расстраивает Киру, он уже просёк эту фишку, став самым главным создателем шума сейчас. Резкий поворот машины направо и мгновение одновременного оргазма заставили парней вздрогнуть от неожиданности и удовольствия. Ривера всё ещё не проняло насчёт того, зачем вообще заниматься с кем-то любовью? Ему даже в голову не приходило запихивать пазлы в задницу или пытаться совокупиться со своим любимым роботом. Люди гениев не привлекают, но не сказать, что ему не понравились такие бурные длительные судороги. Всегда по традиции люди целуются после оргазма, но это неудобно, поскольку парни лежат на животе. — Мы подъезжаем к гостинице, — сообщил им Лайт, выходя из Нэйта. — Через минут десять будем уже там. Это шикарный коттедж за городом посреди леса, где мы заночуем, а возможно, и продолжим наши игры. Вы пока можете переодеваться в свою одежду, Михаэль и Нэйт.       Вот так и были вмиг уничтожены Мишель и Нэйтали… — Вы что-то говорили по воск, господин Лайт, — напомнил Ниа Кире его обещание. — А, что? — переспросил Ягами, не успев ответить, когда послышались гудки телефона из его куртки.       Звонила Миса Аманэ. Лайт противно скривился в экран. Уже не было причин, чтобы держать её живой. Глаза Бога смерти? Есть Миками. Тетрадью второй она уже не владеет, и от бога смерти он избавился. Он взял трубку и сразу начал слушать её высказывания о том, где он находится в такое время. — Ниа, наклонись к его уху. Погрей свои, а то они заскучали. Хотя не нужно — Аманэ и так вопит на всю машину, — девушка в телефоне ругалась и приставала с расспросами, мол, где в два часа ночи пропадает её ненаглядный женишок? — Миса, не кричи, я задержусь на работе. Всплыли новые подробности по делу Киры. Меня не будет до утра. Прости, дорогая. — Ну уж нет, я тебе не очень верю, Лайт! У тебя четыре раза в неделю были «ночи на работе». Передай трубку кому-то из ваших, чтобы я убедилась. Миса-Миса начинает ревновать, — Мелло наклонился к свободному уху Киры и сказал: — Позвольте мне ей ответить. Я умею менять голос. Но с вас мне тысяча долларов. Если не согласитесь, то вас ждёт звонок от неё по видеосвязи и вам конец. Не смерть, но мало не покажется. Нам с Ниа что? Мы в Америку и всё. — Лайт, ты долго там? — кричала в трубку недовольная девушка. — Чёрт с тобой, — торопясь ответил Ягами и протянул Келю телефон. Мелло прочистил горло и спокойным басистым голосом обратился к девушке: — Зачем ты беспокоишь Лайта? Он тебе невнятно сказал, что занят? Аманэ, я понимаю, что ты взволнована, но дело срочное. — Айдзава, это ты? Я так рада тебя слышать! Извините, Миса просто переживает за него. –Я понимаю, но ему нужно работать. До свидания, Миса, — сказав это, Михаэль положил трубку и отдал Кире телефон. — Эти бабы никогда не могли понять, что их парень занят не ими, — Мелло наклонился и укусил Лайта в шею. — Признаться честно, я был в восторге от вас обоих. Может быть, судьба подошлёт нам случай снова поразвлечься исключительно втроём. Ни с кем из вас по отдельности. Только в этом главная сладость нашей игры, в которой нет победителей. Ниа, я покажу тебе, кроме постельного воска, много интересных вещей, от которых можно получить удовольствие. Поверь, ты окончательно втянешься в мир секса, содомии и порочности. У меня есть на вас большие планы, но обо всём мы поговорим потом, поскольку мы на месте. Прошу вас накинуть куртки и заходить внутрь.       Двери дорогой красной машины открылись, заполняя чистым воздухом лёгкие трёх парней, уставшие от кислородного голодания. Вежливая девушка-администратор расцвела, увидев около дверей такую дорогую машину и солидную сумму денег в руках Ягами Лайта. Она кивнула и попросила следовать за ней в один из роскошных люкс-номеров отеля.

***

      Ниа сидел на кровати в своей комнате. Он молча смотрел в пол, «переваривая» всё происходящее и произошедшее. Как ему быть теперь и куда подаваться? Жить, работая на Киру нельзя, да и расследования дальше вести было нужно, а агентам СПК парню будет невозможно даже посмотреть в глаза. Сказать всё как есть и платить им просто так? Он загнётся от лжи и скуки. Михаэлю хорошо — ему думать не надо. Иди на все четыре стороны — везде мила душа. Таким людям легче, у которых совесть работает на минимальных настройках. Сейчас разговор не о стыде, особенно после того, как он раздвинул свои ноги перед Лайтом и получал удовольствие от этого на глазах у Мелло. Парню даже хотелось повторить, но явно не сегодня.       Ривер закутался в тёплый халат, который выдали при заселении в номер, и вышел на балкон, несмотря на холод. Он вдохнул воздух полной грудью, и мысли вмиг покинули его. Всё же нужно будет распустить СПК и найти новых людей, уже как N. Время L, к сожалению прошло, уступив место ему, новому великому детективу. В какой-то степени нужно благодарить Киру, потому что неизвестно, как бы сложилась его жизнь дальше, будь Эл жив? Может, пришлось бы бедствовать, искать работу неизвестно где, еле сводить концы с концами? Конечно, с такими мозгами было бы намного легче, но… он часто думал о том, что было бы, если бы Эл выбрал Мелло? Его всю жизнь готовили к тому, что он должен…       Он всегда был кому-то что-то должен.       Но теперь Нэйт свободен от долгов. Его жизнь свободна как мысль, как птица, которой плевать на природу её породившую, как безрассудство Киры. Возможно судьба накажет человека, решившего стать Богом, но если он ещё жив, то каким-то боком нужен миру. Парень чувствует укус в шею, который заставил его не слабо испугаться, но спустя мгновение выгнулся навстречу потенциальному «вампиру». Все мысли разом покинули голову и растворились в темноте комнаты.

***

      Воск и розовое масло текли по всему телу Нэйтали. Ниа ещё никогда не был так спокоен и расслаблен. Тёплые руки и холод из окна. Где-то на парковке стоит дорогая красная машина, похоронившая прошлое. А сейчас Ривер как будто стоит около дороги и ждёт попутно проезжающую новую машину. Как только человек спросит о маршруте, то он ответит, что не важно, главное, чтобы когда машина ехала, то не сворачивала с пути. С его нового мира и светлого будущего. С мира между ним, Кирой и Мелло. Чтобы никогда больше не исчезали эти руки, запах роз и прохлада из окна. Чтобы лето было дольше и жизнь легче. Чтобы ночь ушла и он дожил до утра.       Нэйт Ривер подписал гарантию кровавой подписью на листе, вырванном из чёрной тетради.

«🖤❤️🤍»