Доминант

Последние строки постыдной главы закончились, а эмоции, пережитые при прочтении, грозились выплеснуться наружу нескончаемым потоком. Кажется, он провел за чтением не более часа, но цифры на дисплее телефона доказывали совершенно обратное. Ибо привстает с дивана, жмурясь от резкого перепада давления, и потирает уставшие веки. На предмете мебели остается лежать том новеллы, которую актер уже в который раз перечитывал, стараясь понять эмоции героев и перенять их, чтобы позже отыграть на камеру куда качественнее и правдоподобнее. Привычка вживаться в роль была с ним уже долгое время и зачастую влияла на его собственные привычки. Каждый сыграный персонаж оставлял исключительный след в его памяти и оказывал незначительное влияние на личностный рост юноши. Поэтому Ибо просидел весь вечер за чтением "Магистра", силясь пропустить через себя все чувства Лань Чжаня, и, как он считал, у него неплохо получалось казаться сильным доминантом с холодным взглядом. На этот раз актер дочитал главу "Курильницы" и жаждал поделиться впечатлениями со своим коллегой по съемкам, с которым они были в дружеских отношениях, несмотря на взаимотношения персонажей, что они играли, и фантазии фанатов. "Чжань-гэ, ты читал экстра-главы новеллы? Как тебе идея повторить в жизни сюжет "Курильницы"? Я бы посмотрел на подобное с тобой в главной роли. " "Бо-ди, неужели ты правда думаешь, что ты так же силен и статен, как Лань Чжань? Не поверишь, но вы совершенно разные, хоть ты и стараешься равняться на подобных ему людей." Старший попал в яблочко, разбив представления Ибо об их схожести с Молодым Господином Лань. "Хм, уверен, что я не столь же доминантен в постели?" Однако последнее его сообщение было учтиво проигнорировано, как и все подобные, что иногда отсылал затуманенный гормонами мозг юного актера. На следующие сутки у Ибо была назначена лишь одна дневная встреча, а потому уже к вечеру он смог расслабиться на диване за просмотром популярной дорамы, в которой и сам бы мог поучаствовать, но отказался из-за невыгодных условий контракта. Сюжет про врача, что спас отца своей пациентки, был достаточно интересен, чтобы потратить на это немного драгоценного времени. Стрелка настенных часов переместилась на цифру три, когда юноша наконец закрыл вкладку браузера и широко зевнул. Пятнадцать вышедших серий были, казалось, так коротки, что посмотреть их залпом не составляло совершенно никакого труда. Скрежет чужих зубов о металлическую решетку клетки внезапно напомнил засидевшемуся актеру о том, что его кролик давно не кормлен и требует внимания. Придя в себя, актер направился к высокой розовой клетке, в которой был заточен его любимый питомец. Мысль о том, что надо закупить для Шу корма на следующий месяц, пробежала горячей строкой в голове, и парень потянулся за предусмотрительно прихваченным с собой телефоном. Сайт продовольствия для животных, на удивление, был недоступен, а название домена отсылало его на страницу, где разработчики извинялись, что магазин придется закрыть на неопреденное время. - Что же нам с тобой делать, малышка? - обратился парень к маленькому черному существу, чья пушистая мордочка потянулась к ласковой ладони хозяина. В голову пришла идея попросить немного корма у кого-нибудь из знакомых. Единственным, кто пришел на ум, почему-то был его коллега и по совместительству друг. Не обращая внимания на предыдущую их переписку, Ибо отправил короткое смс: "Чжань-гэ, у тебя случайно не найдется корма для кролика?" Ответное сообщение пришло через две минуты: "Здравствуй, Бо-ди, тебя это действительно волнует в три часа ночи?" И тут же за ним: "Для чего тебе кроличьий корм? Ты завел кого-то?" Ибо отпустил смешок, когда осознал, что никому еще не говорил о своем питомце. Это так очевидно палило его. "Прости, что побеспокоил тебя в такое позднее время. Мой кролик голоден, я забыл купить корм заранее. Сайт, где я обычно заказывал его, не работает, поэтому я подумал, что могу одолжить немного у тебя. Разве с тобой не живет морская свинка? Думаю, их еда довольно схожа, не так ли?" "Ха-ха, Бо-ди, ты ужасно безответственный хозяин. Тебе чрезвычайно повезло, что у меня как раз осталось пару лишних пакетиков, ведь я случайно закупился в этом месяце дважды. Я бы мог отправить их тебе курьером, если это не может подождать до утра." "Возможно, мне будет проще заехать за ним? Я как раз еще не переоделся и планировал выйти за кофе." Через 20 минут Ибо уже стоял с двумя стаканчиками горячего капучино в руках у дверей чужой квартиры, сонный хозяин которой лишь спустя некоторое время приветливо впустил ночного гостя в свою обитель. - Чжань-гэ, привет! Выглядишь уставшим, надеюсь, я не разбудил тебя, - немного скомканно произнес юноша, передав напитки прямиком в чужие сильные руки. - Добрый вечер, хотя, скорее, ночь, - мужчина поставил стаканчики на комод, вытащив из него же заранее подготовленный пакет с кормом, - Бо-ди, неужели ты завел кролика, впечатлившись сценой из новеллы? - посмеиваясь, снисходительно произнес Сяо Чжань, передавая лакомство младшему. - Ох, я... Я, похоже, и правда был впечатлен. Кролики, которых приносили на съемочную площадку, были столь милы, что я попросил оставить мне одного. Не беспокойся, я хорошо позабочусь о моей маленькой Шу. - благодарно принимая пакет, ответил Ибо, забывший, почему он, собственно, сюда и явился. - Бо-ди, о какой заботе может идти речь, когда ты приезжаешь ко мне в три ночи за кормом для неё? - усмехнулся Сяо Чжань, делая на пробу глоток горячего кофе. Младший вновь почувствовал себя провинившимся ребёнком, которого отчитал старший брат. - Подобного больше не повторится, - заверил актер, покорно признавший вину за свою оплошность, и отпил из второго стакана. Сладко. Между ними воцарилось молчание, прерываемое лишь звуком глотания. Ибо начал ловить взгляд чужих глаз своими, хоть и не хотел признаваться себе, что делает это осознанно. Установившийся зрительный контакт длился около минуты, после чего Сяо Чжань вернул стакан обратно на комод, вытер покрасневшие от горячего напитка губы, взгляд от которых отвести оказалось внезапно слишком сложно, и слегка приблизился к Ибо, застывшему с кормом в одной руке и стаканом в другой. - Бо-ди, чем ты планировал отблагодарить меня? Я так быстро ответил на твое сообщение в столь поздний час и даже согласился одолжить еду для твоего кролика, неужто я не заслужил благодарности? - слишком неожиданно спросил старший, оперевшись рукой на стену около головы Ибо, - а ты сегодня и сам похож на крольчонка. Смущенно отставив пакет и стакан, младший расправил плечи как ни в чем не было и деланно произнес: - Чжань-гэ, неужели ты заигрываешь со мной? - юноша подошел совсем вплотную, задавая нескромный вопрос старшему, - спасибо, что помог мне с этим. Я могу купить для тебя что-нибудь позже, но мы могли бы решить этот вопрос куда раньше, - руки младшего тянут мужчину за воротник ночной рубашки, приближая к своему лицу, - сейчас, например. Ты обдумал мое вчерашнее предложение? - Ибо, о чем ты говоришь? Глупее идеи я ещё не слышал. Думаешь, что сможешь завалить меня? Ты? - Сяо Чжань откровенно смеется над другом, что так усердно строит из себя альфа-самца, - хорошо, мы можем провернуть кое-что поинтереснее. Мужчина накрывает чужие теплые губы своими, притягивая оторопевшего коллегу за тонкую талию. Ибо, не ожидавший подобного напора, лишь спустя несколько секунд отмирает и сминает губы старшего в ответ, стараясь перехватить инициативу. Конечно, ему подобного не позволяют, и это начинает раздражать младшего, возомнившего себя главным во всем. Ибо обхватывает шею коллеги обеими руками, будто повиснув на ней, и зарывается пальцами в чужие густые волосы. Сяо Чжань усмехается в поцелуй, прижимая младшего к стене позади него. Изо рта Ибо вырывается вздох, когда он чувствует, что между его бёдер проталкивают острую коленку, откровенно надавливая на пах. Младший мгновенно разрывает тягучий поцелуй, распахивая глаза и тут же сталкиваясь с чужим потемневшим взглядом, пронзающим насквозь. Ибо еще не приходилось видеть подобное на лице своего коллеги. Старший вновь соединяет их губы, притираясь всем телом, и запускает ладонь под футболку младшего, пробегаясь холодными длинными пальцами по тонкой коже. С губ Ибо слетает тихий стон, а спина покрывается мурашками от чувственных прикосновений. Он покрепче сжимает чужие плечи и углубляет поцелуй. Кажется, что он и сам не замечает, что является ведомым. Сяо Чжань перемещает обе руки под ягодицы парня, что вызывает возмущение, но прерывается подъемом на руки. Ибо шокированно хватается покрепче, не веря своим глазам: Сяо Чжань не выглядит как человек, способный поднять взрослого мужчину. Быстро переместившись на мягкий черный диван, стоявший в гостиной, старший укладывает друга на него, нависая сверху. Ибо подобный расклад не устраивает, а потому он пытается перевернуть их и смениьь позиции, но все, что ему удается - обхватить ногами бедра на удивление сильного Сяо Чжаня, которого подобное действие явно веселит. Младший вновь разрывает поцелуй, облизывая истерзанные губы, и хмурится. - Чжань-гэ, почему ты не позволяешь мне перевернуться? - возмущается юноша, безуспешно пытаясь опрокинуть старшего на спину, - разве ты всегда был так силен?, - устав давить на чужие плечи, Ибо ложится обратно на мягкую поверхность дивана и незаметно для себя дует губы, - мы ведь планировали повторить сцену из "Курильницы", значит Лань Чжань должен быть сверху! Сяо Чжань на это заявление лишь целует Ибо в лоб, потешаясь над младшим. - Бо-ди, разве это на самом деле имеет значение? Какая разница, кто Лань Чжань, если ты пассив? Ибо в немом шоке поднимает высоко брови, тут же сконфуженно отвечая: - Ч-что? П-пассив? Я? Что за бред ты несешь? Я всегда главенствую в постели, - парня затыкают нежным поцелуем, укладывая руку на пах и мягко поглаживая. Сладкая пытка длится около двух минут, после чего старший отрывается от чужих губ и парирует: - Тебе нравится, когда над тобой доминируют. Я всего лишь не позволил тебе себя подмять, а твой дружок уже стоит колом, словно я тебе отсосал. Ты можешь не знать этого лично, но мне прекрасно видно, что тебе доставляет удовольствие быть ведомым во всем: от секса до работы на площадке, где тебя направляют и хвалят за хорошо отыгранные сцены. Такого маленького крольчонка как ты нужно лишь ласково гладить и греть в объятиях, поэтому, пожалуйста, не нужно строить из себя альфача. Быть может, ты не замечал в себе этого, потому что встречался только с теми партнерами, что увидели в тебе лишь напускную мужественность, но я бы очень хотел, чтобы ты признал свою нежную сторону. Согласен? Выслушав длинный монолог мужчины, Ибо задумался: он действительно был не против, когда его направляли в чем-то и создавали вокруг него комфортную обстановку. Быть ведомым ведь не так уж и плохо, когда ты уверен в своем партнере? Поразмыслив, юноша все же решает согласиться. Один раз ни на что не повлияет, если это в самом деле не его. - Согласен, Чжань-гэ, попробуй убедить меня, - подтверждает свое согласие кивком, заглядывая в чужие черные омуты, и добавляет шепотом: - Докажи, что я нуждаюсь в твоем мече. Секунда, две. Комнату наполняет несдержанных смех Сяо Чжаня, что прижимает ладонь ко лбу и пытается сморгнуть слезы. - Что смешного? - уже и сам улыбается Ибо, осознав, какую глупость сморозил, - окей, я понял, это звучало бредово. - Не то слово, Бо-ди. Однако продолжать тему старший не планирует, возвращаясь к чужим губам и увлекая их в долгий поцелуй. Пальцы пробираются под резинку спортивных штанов младшего, стягивая ненужную вещь вместе с бельем, и сбрасывает одежду на пол. Свои ночные брюки Сяо Чжань снимать не спешит, направляя чужие тонкие дрожащие пальцы на собственную ширинку. Пуговица долго не поддается, но все же выпускает на волю стоящий член. Ибо отстраняется, чтобы стянуть с себя футболку, и с некоторой иронией замечает, что член старшего куда больше, чем его собственный. "Вот так меч," - из юноши вырывается нервный смешок от его же неудачной мысленной шутки. Сяо Чжань, наблюдая за оголившимся гладким прессом младшего, вынужденно поднимается с дивана в поисках смазки. Находит он ее в спальне, возвращаясь с тюбиком геля в руках. - Клубничная, - находя данный факт забавным, Сяо Чжань сообщает о нем младшему. Тот лишь кивает, неотрывно глядя на красивую фигуру мужчины, возвыщающего над ним, распластавшимся на диване. Актер опускается на диван, раздвигая худые ноги младшего, и выдавливает себе на пальцы немного пахучей субстанции. - Расслабься, иначе будет весьма неприятно. Первый палец, покружив вокруг сжавшейся дырочки, аккуратно входит на две фаланги, что вырывает из младшего короткий стон: - Холодно. - Прости, крольчонок, но иначе никак. Смазка с эффектом подогрева, подожди немного, после продолжительного трения она станет теплее. Ибо до сих пор смущало подобное прозвище и все откровенные слова, что говорил его коллега. Признание себя в пассивной роли вызывало чувство стыда и одновременно заводило. Его совсем скоро возьмут, хотя парень всю жизнь считал, что именно он должен быть тем, кто берет. Тугие стенки ануса плотно обхватывали уже два длинных пальца, незаметно введённых во время нежных поцелуев, пока вторая рука старшего мужчины поглаживала чужой член. Ибо не знал, что он думает по поводу инородных предметов в своей заднице. Это ощущалось не так плохо, но и не доставляло особенного удовольствия, пока Сяо Чжань не развел пальцы в стороны, задев чувствительную точку внутри и выбив первый громкий стон из уст юноши. - Сделай так еще раз, - конечно, он знал о существовании простаты, ведь имел партнёров до этого, но прикосновение к собственной было чем-то совершенно новым и не поддавалось описанию, - не думал, что это настолько приятно. Сяо Чжань только слегка улыбнулся, вынимая пальцы и разрывая упаковку латекса, заодно прихваченную из спальни. Младший почувствовал странную пустоту внутри, словно его нутро изначально должно было что-то заполнять, но это чувство длилось недолго. Сяо Чжань пристроился рядом с входом младшего и провел пару раз на пробу членом между чужих ягодиц. Ибо заметил для себя, что кожа вокруг его отверстия стала куда более чувствительной, и тихо вздохнул. Было непривычно ощущать чей-то большой горячий член в опасной близости от собственного девственного ануса. - Готов? Я вхожу, - уведомил партнера Сяо Чжань, и, получив кивок, поцеловал младшего, вводя член в чужую разработанную дырку. Ибо замычал в чужие губы, крепче схватившись за плечи старшего и неосознанно пытаясь слезть с предмета, вторгнувшегося в его зад. Это не было чем-то чрезвычайно болезненным, но ощущалось, словно его разрывает изнутри горячий твердый жезл. Серьезно, он бы никогда не подумал, что однажды будет принимать своей задницей член. Стоны слетали с губ с движениями внутри, ощущаемыми особенно четко. Когда же наконец была задета заветная точка, Ибо обхватил чужую спину цепкими ногтями, оставляя красные отметины с каждым толчком. Хлюпающая в анусе смазка и шлепки яиц об ягодицы заставляли уши краснеть, а пальцы сильнее сжиматься на плечах. Сяо Чжань вышел из покрасневшего отверствия, попросив младшего встать на четвереньки, и тот незамедлительно послушался. "Доминант, как же, " - усмехнулся мужчина своим мыслям и обратил внимание на открывшийся вид: упругие ягодицы в такой позе не скрывали раскрытую дырочку, сжимающуюся вокруг воздуха, что была не в силах сомкнуться полностью. Картина была столь сладкой, что мужчина не отказал себе в желании легко протолкнуть палец в чужое нутро, немного поигравшись им внутри, словно проверяя ширину отверстия. Оставшись довольным, актер вгоняет член обратно на всю длину, выбивая протяжный стон из своего "альфа-самца", и, обхватив тонкую талию, начинает быстрые движения с оттяжкой, чем доводит нижнего до исступления. Конечности уже не справляются, и Ибо остается лишь полагаться на сильные руки, что поддерживают, когда его собственные ногти окончательно разъезжаются в стороны, открывая больший доступ к заднему проходу. Скомканные мысли подсказывают ему, что он, словно течная сучка, расставляет сейчас ноги перед подходящим самцом, принимая толстый член в свой уже не такой уж и узкий растянутый анус. Последняя мысль пробегает горячей строкой - он позорно кончит без прикосновения к члену. И в тот же момент Ибо изливается на черную ткань с громким вскриком и обессиленно ложится лицом на подлокотник, чувствуя последние рваные движения внутри и тепло, не распространяющееся благодаря презервативу. Сяо Чжань выходит из него и валится рядом, устав не меньше, и перекидывает через него руку. Ибо расслабляется в чужих "объятиях", ощущая, как сильно горит сфинктер, и думает, что после столь крышесносного оргазма он уже никогда не сможет быть сверху. "Прости, Лань Чжань, но нам с тобой не поравняться."