devil town

Они не разговаривают с Ричи вплоть до Хэллоуина. В этом году тридцать первое октября планируется встречать в доме семьи Денбро: Билл впервые за все годы дружбы приглашает Неудачников в гости, и Тозиер ворчит, что это делается, только чтобы скорешиться с местным мажором Джейкобом Смитом, чей папа владеет главной лесопилкой штата, и парнями из школьной спортивной команды. Дипломатические маневры Билла явно никого не впечатляют: Неудачники прекрасно помнят, как те же спортсмены зажимали Стэна в коридорах и называли его «жидом», а Джейкоб помогал Грете Кин запирать Беверли в школьном туалете, когда той пригрозили отчислением за бесконечные опоздания. В ответ на напоминание о тех событиях, Билл нелепо улыбался и говорил, что нужно научиться прощать и поддерживать со всеми хорошие отношения, ведь от связей будет зависеть их существование в старшей школе. На самом деле, Биллу было наплевать на эти разборки: в голове только мелькала идея о поступлении в престижный колледж, с которым могли помочь только выгодные знакомства. «Папа Джейкоба мой старый друг и порядочный человек, Билли. Не надо его недооценивать. Дерри — маленький городок, здесь всё решает репутация», — объясняла миссис Денбро, опустошая бокал кьянти. — А Ричи будет? Эдди сидит на софе у входной двери и не замечает, как трясет ногой слишком интенсивно. — Может быть и нет. Сказал, будет в семь, прошёл уже час, — отвечает Бен, поправляя свой костюм «Крокодила» Данди у зеркала. — Если он не придёт, это будет главный подарок на Хэллоуин, Рождество, мой день рождения и все остальные праздники… Но когда на пороге появляется Тойзер, Эдди готов провалиться сквозь землю: — Привет, лузеры, — Ричи скалит зубы, опираясь на дверной проём. Он еле стоит на ногах, но не признать, что он выглядит просто охуительно, невозможно: на нём толстовка и пижамные брюки со скелетом, волосы растрепаны ещё больше обычного, а у глаз размазана черная подводка. — Ричи, какая приятная встреча! — миссис Денбро растягивает каждое слово и оглядывает его с головы до ног. — Миссис Денбро, моё почтение! — Ричи изображает пьяную версию реверанса. Мама Билла натягивает улыбку и не продолжает диалог, отвлекаясь на других гостей. Неудачники окружают Тозиера, смеются и обсуждают наряды. — Парни, я понял, как облажался с костюмом. В следующий раз мы должны нарядиться в Queen из того клипа! — Стэн чур будет той женщиной в пальто и шляпе с лисицей на плече! — поддакивает Майк. Все переводят взгляд на недовольного Стэна и начинают хохотать: чопорная дама с лисицей в исполнении Джона Дикона и Стэнли Урис это буквально один человек. — Ха-ха-ха! — Стэн корчит рожу. — Какие все смешные, щас умру от ржаки. Ричи, ты тогда будешь леди в латексной юбке. — Оу! — Тозиер дергает бровями. — Я не против… Решено, ребята, в этом году я отращиваю усы! Но сейчас у меня есть кое-что для вас интересненькое… Тозиер подносит палец к губам, показывая на бутылку за пазухой. В прихожей раздаются восторженные возгласы. — Денбро, ты в курсе, что выпускной ещё не скоро? — Ричи разглядывает идеальный чёрный смокинг с красной розой в кармане пиджака. — Ты просишь меня о помощи, но просишь без уважения… — Твой костюм изобрели до веселья? — Бип-бип, Ричи. — Нафига усики эти нарисовал, Беверли соблазняешь? — Я Вито Корлеоне, клоун! — А че такой свежак, я думал, ты не смотришь фильмы позднее восемнадцатого века. — Во-первых, в восемнадцатом веке кинематографа ещё не было. Во-вторых, это мне говорит Мистер Оригинальность в костюме скелета. — Я оригинальный, но бедный. — Да, Хеллоуин — это привилегия. Я вообще бюджетная версия Терминатора, но этого ещё никто не понял, — вмешивается Майк. Он стоит в чёрной футболке, синих джинсах и кожанке с пластмассовым пистолетом в руках. — Тупица, с каких пор Шварценеггер чёрный?! — Ричи перекрикивает Билли Айдола на фоне. — Сорри, чувак, но костюмов для чернокожих ещё не придумали! Выбор был между ним и «12 лет рабства»! — А как же мужик из Boney M.?! — вопит Ричи ему куда-то в ухо. Эдди стоит в стороне и молчит, надеясь, что очередь в прожарке сегодняшних образов не дойдёт до него. Он мысленно благодарит Бога за Майка, который ещё терпит шутки про расу и никогда не обижается на политкорректность Тозиера, и молится, чтобы судьбоносный испепеляющий взгляд Ричи не упал на него. — Дорогой, подойди сюда, — миссис Денбро прерывает конвейер оскорблений, и Ричи закатывает глаза. Билл оглядывается на ребят и беззвучно шевелит губами: «Щас, чуваки, я на секунду». — Милый, ну ты просто роскошно выглядишь! Настоящий мафиози! — Спасибо, мам. Что такое? — Слушай, хотела спросить про твоего друга Ричи. — Да, он что-то испортил опять? — Что ты! Нет! — смеётся миссис Денбро и тянется в уху сына. — Скажи, а Ричи ещё дружит со своей девочкой? — Лорой? Да. Он просто опоздал, но они пришли вместе. — Ясно, — мама щурится и улыбается, пытаясь отвести парня в сторону. Её откровенный тон начинает пугать Билла. — А что же он тогда ходит с этой дурацкой мазней на лице? Ты прости конечно, но я волнуюсь за него. Мало ли что подумают другие… Выглядит как… Ну ты понял. — Мам… — Билл не понимает, шутит ли она. — Попроси его смыть эту ерунду, пожалуйста. Хорошо, мой хороший? Пусть не позорится. Биллу хочется смеяться от такой глупости, но холодный взгляд матери заставляет его осознать, что это не наивная просьба. — У нас приличная семья, Билли. Я не хочу, чтобы у тебя в школе были проблемы из-за этого бездельника. Я хочу, чтобы у тебя были нормальные друзья, слышишь? Когда мама проводит ладонью по его щеке, Билл замечает, как её глаза начинают блестеть. Сердце ёкает дважды: от страха расстроить мать и неприятного намёка на его окружение. — Хорошо, мамуль. Я постараюсь поговорить с ним. — Спасибо, Билли. Вижу, все в сборе. Мы с папой поехали. Веселитесь! В прихожей супруги Денбро пересекаются с Беверли. — Миссис Денбро, было очень приятно с вами познакомиться! — кричит девушка вслед садящейся в машину паре. Бев чувствует себя призраком, когда мать Билла одаривает её равнодушным взглядом и поднимает стекло автомобиля. Она замирает на крыльце дома ещё на минуту и захлопывает дверь, только когда Бен уговаривает её вернуться. Денбро приобнимает Беверли за плечи и ведёт её в шумную гостиную, игнорируя ледяные руки и поджатые губы девушки. Она отталкивает Билла и пропадает в толпе. Бен провожает пару взглядом и замечает Эдди в углу. Тот понимающе смотрит и грустно улыбается. Бен пожимает плечами. — Классный костюм, Бен. Выглядишь секси. — Ага, я Пол Хоган с животиком.

***

— Ну наконец-то съебались! — выдыхает Ричи. Он достаёт из-под кофты припрятанную бутылку текилы. — Ричи, фильтруй свою речь, пожалуйста, — зудит Билл, выхватывая алкоголь из рук самого ненадёжного человека этого вечера. — Не трясись ты так, Большой Билл, ну не понравилась им Без и что с того? — Послушай, дружок, не хочешь смыть это говно со своего лица? — Это часть моего костюма! — Костюма педика? Поверь, тебе не нужен костюм, чтобы выглядеть как скелет. Не позорься. — Да что с тобой не так? Выебываешься перед компашкой своих новых элитных дружков? Ричи игнорирует следующие реплики Билла в свой адрес и уходит. Он хочет поговорить с Беверли, но её нет ни на кухне, ни в спальнях. Пиво в животе смешивается с пропущенными завтраком и обедом, его мутит то ли от типичной для вечеринки влажной духоты, то ли от этого мерзкого разговора. В туалете Ричи обнаруживает Бев именно в том состоянии, в котором планировал застать: она оглядывается на внезапно открывшуюся дверь, готовая ругаться с каким-то нахалом, но расплывается в разбитой улыбке. — Рич! Отлично выглядишь! , — она прижимается рыжей макушкой к его вонючей кофте и прячется в объятиях. — Бев, что за дела? Разве ведьмы плачут из-за каких-то долбаёбов? Девушка смеётся и стирает потекшую тушь тыльной стороной ладони. — А что они в таких случаях делают? Ричи заправляет лямку её лифчика под рукав платья и хмурится: — Да нахуй превращают в крысу, вот и всё! — А если ведьма его любит? — Да, над этой проблемой бьётся уже не первое поколение учёных… Но есть только одно средство, готовое исцелить несчастную женщину! — Ричи мастерски проговаривает это голосом советского диктора и крутит у её носа двумя сигаретами. — Никотин?! Ричи подмигивает. Он поддерживает её под локоть, когда они спускаются на первый этаж. Окружённая этим родным теплом, Беверли забывает о том, как было тянуще больно пару минут назад.

***

Эдди ненавидит Хэллоуин. Он растекается на диване и пьёт какой-то мерзкий пунш, который нашёл на кухне. Каждый на самодельном танцполе так и норовит наступить на белые кеды Эдди, и Каспбрак клянется, что сегодня кого-нибудь всё-таки прибьёт. Вокруг мелькают бесконечные вампиры, призраки, серийные убийцы, пара парней в костюмах Джона Леннона и Пола Маккартни, две русалки, три непонятных кошечки-шлюхи и один Джон Кеннеди с простреленной головой. Последний нравится Эдди больше всего. Вечеринка к удивлению не тухлая: всё начинается с Blue Monday New Order, затем Another One Bites The Dust, Flash In The Night группы Secret Service, пара песен Blondie, Never Gonna Give You Up, которую Стэн и Ричи почему-то поют друг другу, играет Дэвид Боуи, а когда врубают Depeche Mode, с другого конца дома слышится пьяное и одобрительное: «О-о-о!!!» — Эй, ты! Слышишь? Как тебя там… Эдгар? Эдвард? Эдуард? — Лора падает на диван и проливает половину напитка на себя. Красная жидкость растекается по белоснежной блузке кровавым пятном, и Эдди готов поклясться, что никто из этой пьяной, обкуренной оравы никогда не отличит кровь от коктейля или кетчупа. — Да блять…. — Эдди. Можно просто Эдди, — парень натягивает традиционную фейковую улыбку, протягивая девушке бумажный платок. — Эд-ди … — мямлит Лора и копирует мимику собеседника. Она судорожно пытается спасти свой наряд, параллельно матерясь себе под нос. Эдди игнорирует её присутствие, избегая всяких small-talk’ов: он взглядом выискивает Ричи в толпе и к своему ужасу видит его у стойки с текилой. Он вскакивает со своего уютного пристанища, зная последствия убийственного сочетания «Ричи Тойзер + что-то крепче пива», но тёплая и немного потная рука возвращает его на место. — Ты в курсе, что ему нельзя сейчас пить? — Что? — Он был на антибиотиках недавно. — Подожди, чувак, есть одно дело… Эдди открывает рот, чтобы высказать всё, что думал о Лоре за последнюю неделю, но просто делает глубокий вдох и задерживает дыхание, замечая её тревожный взгляд. — Можно тебя на мужской разговор, так сказать… Эдди выдыхает через нос. — Валяй. — Слушай, я не знаю, как это объяснить… Ну короче вы же друзья с Ричи. У вас у парней всегда какие-то закидоны, свои приколы, понимаешь, и я…. Каспбрак фокусируется на происходящем у бара: кажется, шот в руках Тозиера он видит уже в третий раз. Одно полушарие твердит: «Пора с этим заканчивать, он пьёт в одиночестве, ему нужна помощь». Но одерживает победу второе — то, где осталось хоть толика самоуважения. Оно твердит только одно: «Да пошёл он нахуй». Слова Лоры растворяются в белом шуме вечеринки. Эдди откидывается на спинку дивана и зависает на пару мгновений, смотря в потолок. Лора продолжает говорить, говорить, говорить… Эдди закрывает глаза. — Так вот ты может быть объяснишь мне, как это у вас работает. Просто мои подруги говорят, что обычно парни «берегут» девушку, если у них реально на неё серьезные намерения. Хочется верить, что у Ричи… В сознании Каспбрака мелькают моменты сегодняшнего вечера. Он буквально весь состоит из улыбок, только не одна из них пока не была искренней: кислая мина мамы Билла, горькая ухмылка Тойзера в ответ на комментарии о его внешнем виде, сияющая всем своим обаянием в погоне за одобрением родителей Денбро Беверли. Громкая музыка притупила все органы чувств, и слова новой пассии Тойзера доносятся до Эдди с опозданием в минуту. Стоп, что вообще они сейчас обсуждают?! Последняя реплика Лоры возвращает Каспбрака на землю. — Стой, подожди, что ты имеешь в виду? — Кхм… — она наклоняется к нему как можно ближе, — Понимаешь, у нас с Ричи, ну… Ничего не было. — Чего? — Я не шучу. — Сколько вы вместе? Три месяца? Он прекрасно знает — месяц, одна неделя и три дня. — Вот именно, — Лора театрально корчит рожицу, поджимая губы. — Я ничего не понимаю… — Эдди мигает глазами, пытаясь взбодриться. — Послушай, я знаю, это тупо такое обсуждать с друзьями парня, но из всех их ты показался самым адекватным… Не в обиду остальным. «Лгунья», — подмечает Эдди. — Когда мы начали встречаться, я только и слышала от подруг, что Тозиер ещё тот любовник. Попробуй проникнуть в наш школьный женский туалет хоть раз — все стены будут в его имени. Правда, я ни разу не слышала, чтобы кто-то об этом говорил напрямую — но это буквально витает в воздухе. Эдди фыркает. Последнее, что он хотел бы обсуждать сегодня ночью, это ебучие похождения Тозиера по бабам. — Лора, не удивляйся, когда у всех твоих одноклассниц будет одинаковый набор венерических заболеваний. Возможно, это грубая шутка, но после этих слов Лора начинает хохотать, поджимая колени. На секунду Эдди даже кажется, что на неё ещё есть надежда. — Смейся, смейся, Эдгар, а мне с этим придётся потом разбираться… — Судя по твоему откровенному монологу, не придётся. Так что стряслось? — Он игнорирует меня в сексуальном плане. Он может меня обнять, помочь с чем-нибудь, позвонить, он даже познакомил меня со своими родителями! Но он избегает любой намёк на что-то большее… Эдди в недоумении. Ему не верится, что речь сейчас идёт о Ричи мать его Тозиере, который не затыкается о сиськах, сперме и дрочке с пятого класса. — Да-а… Видишь, я сама в шоке. Он даже целует меня, только когда я целую его. То есть в ответ. В один вечер мы зависли у него после кино, и я попыталась ему… Ну… Рукой помочь, шаришь? — Типо того… — Так вот ничего не получилось! Он замялся, сказал, мол, прости, это от стресса, сама понимаешь, школа, все дела. Но самое интересное — какая, блять, школа? Какой стресс?! Я не видела, чтобы Ричи хоть раз получил что-то больше «Удовлетворительно». Лора совсем не тупая, и Эдди совершенно не понимает, хорошая ли это или плохая для него новость. — И почему ты это терпишь? — вырывается у Эдди. Лора долго не разрывает зрительный контакт с парнем, закусывает губу и наконец утыкается взглядом в тающие льдинки в своём стакане. — Я… Я просто подумала, что накручиваю себя, что встретила парня своей мечты, а в итоге хочу с ним разругаться из-за какой-то мелочи, — Лора не поднимая глаз на Каспбрака, теребит пластиковую трубочку. — Хорошо… Я люблю его, понимаешь? Тебе это будет сложно осознать, вы, мальчики, не понимаете, как любят девочки. Ты никогда не сможешь оказаться на моём месте, только скажешь: «Лора, ты дура!» Но я будто готова закрыть глаза абсолютно на всё, если это поможет остаться с ним… — Лора, послушай мой совет. Надо думать не о нём, а о себе. Вот он стоит в жопу пьяный, он хоть раз подошёл к тебе за это время? Поинтересовался, как ты? Палмер слушает Эдди, как лектора, кивает понимающе и выдаёт с благодарностью: — Да, да! Ты прав. Ты так прав, Спагетти! Знакомое прозвище из уст Лоры звучит так нелепо, и Эдди только смеётся, хлопая её по плечу в надежде поскорее закончить этот диалог.

***

Он пробирается сквозь танцпол, натыкается на кого-то, спотыкается о чужие ноги, извиняется, но когда добирается до кухни, Тозиера там не обнаруживает. Он движется к столовой Денбро. Мелькающая неоновая подсветка то и дело озаряет незнакомые лица. Эдди задевает какого-парня плечом, и тот бурно реагирует, крича ему вслед: — Слышь, морячок, ты чето попутал?! Вдруг в темноте блестит знакомая ткань — край темно-зелёного ведьминского наряда виднеется за углом. Эдди расталкивает танцующих и пробирается к большим витражным окнам гостиной. На подоконнике, поджав ноги, сидит Бев. Над ней нависает Билл: он что-то активно ей объясняет, пытаясь заглянуть ей в глаза. Бев трясёт головой, будто не хочет его слушать, и прячет лицо в коленях. — Где, сука, Ричи?! — Эдди кричит Беверли прямо ухо, но она всё равно ничего не разбирает и только кивает, отвечая непонятно на что. В гостиной раздаётся интро Sweet Dreams, и Бев поднимает голову. Она указывает на лестницу, и Эдди готов поклясться, что это самый эпичный момент после убийства Оно, потому что Ричи пьяный в жопу появляется в проёме и медленно спускается, прекрасно зная, что работает на аудиторию. — КАК ДЕЛА, НАРОД?! — орёт Ричи, и толпа ему отвечает. Тозиер изображает нечто похожее на танец — такое шоу обычно можно увидеть только в обосанном «Chez Suzie», где очередной бомж напивается до состояния диско. Эдди шагает ему навстречу и переходит на бег, когда видит, как Ричи пропускает ступеньку и падает. — Ты живой?! — «SWEET DREAMS ARE MADE OF THIS! WHO AM I TO DISAGREE?!» — вопит в ответ Тозиер. — Поднимайся, блять, певун! — Эдди протягивает руку, помогая ему встать на ноги. — Я не упал, Спагетти! Я решил прилечь отдохнуть! И без того качающийся Тозиер с трудом может сделать шаг, и Эдди понимает, что тот ударился не на шутку сильно. Под угасающий трек Эдди ведёт его в ванную и усаживает на крышку унитаза. Он осматривает его и ужасается, когда закатывает штанину: на ноге Ричи остался красный отпечаток от края ступеньки, кожа в некоторых местах содрана и начинает опухать. — Давайте, Доктор Кей, заштопайте его! — Ричи еле выговаривает свою любимую фразочку и сонно облокачивается на толчок. — Жаль, что тебе нельзя заштопать рот. Так, сиди здесь! Через закрытую дверь ванной пробивается первые строчки The Loser In The End. — Э, там Квины играют! Подъём!!! — Тозиер пытается подняться, но руки Каспбрака впечатывают его в кафель. — Двинешься с места — я придушу тебя вот эти руками, даже несмотря на недавний перелом… — шипит Эдди ему на ухо. — Ого, а это кинковая хуйня, Каспбрак, ты в курсе? — Я всё сказал. Повторять не буду, — с расстановкой отвечает Эдди. Он пропадает на несколько минут и возвращается с пакетом коктейльного льда и своей поясной сумкой. Он находит засыпающего Ричи в том же положении. Эдди вздыхает и мысленно просит Бога дать ему сил и терпения, пока не замечает на дне ванной непонятную субстанцию. — Фу, господи, ну и мерзость! — Эдди зажимает нос. Ричи просыпается и трёт красные глаза. — Спагетти, пока тебя не было, мне пришлось блевать под Cheri Cheri Lady. Это был худший момент в моей жизни! — ноет Ричи. — Почему нельзя было сделать это в унитаз?! — Ты сказал не двигаться, придурок! Или у тебя есть навязчивое желание меня подушить, признавайся… — Оно у меня есть с момента нашего знакомства, но не в этом смысле… — бубнит Эдди. Он присаживается на колени и просит Ричи вытянуть повреждённую ногу на край ванной. Ричи скрещивает руки, бурчит, но послушно выполняет просьбу. Эдди поднимает на него свои щенячьи глаза и смотрит на него снизу вверх. — Отличный ракурс, Эдс, — Ричи закрывает глаза и улыбается. В ответ Эдди молча надавливает ваткой с перекисью водорода на рану. Тозиер шипит и осознаёт свою ошибку. Стекающая по ноге кровь превращается в белую пену. Когда Каспбрак тянется за пластырями, в гостиной включается Eyes Without A Face. — Мы тебя сейчас заклеим, потом будешь где-то полчаса держать лёд, там где шишка, хорошо? — голос Эдди смягчается. В ответ Ричи молча мигает глазами в знак согласия. Эдди подносит к лодыжке холод, грубые пальцы касаются его запястья и перехватывают ледяную пачку: — Я сам, — Тозиер поджимает ногу. — Зачем так нажираться надо было?.. — Эдди остаётся сидеть на коврике у унитаза, опираясь на стенку ванной. — Спагетти, мы всё лето потратили на этого ебаната клоуна-убийцу, хоронили Джорджи, а теперь и Тони. Нет поводов не нажраться… — Ричи кряхтит, приподнимается и валится рядом с Эдди. — Мне снятся кошмары каждую ночь. — Представляешь, мне один и тот же сон снится постоянно… — Та же хуйня… — мямлит Ричи. Приглушённая мелодия добирается до их ушей и отражается эхом по комнате. — «Yes, it makes me sad…It makes you mad at truth…For loving what was you…» — подпевает себе под нос Ричи и опускается на плечо Эдди. — «Les yeux sans visage…» — продолжает Эдди. — «Eyes without a face…» — улыбается Тозиер. Песня за песней — они остаются на полу. Никто не двигается с места и не произносит ни слова. — Мне снился кошмар, где мы с тобой в поле… — начинает Ричи. Эдди напрягается, но он не подаёт вида: — Кошмар? Нас там преследуют? — Нет… Не совсем… Эдди сглатывает, его сердце колотится. — Там тепло так, и мы сидим короче на траве, и вроде Оно мы уже победили… Каспбрака накрывает паника. Он пялится широко раскрытыми глазами куда-то вперёд, боясь услышать продолжение, но Ричи затихает и просто сильнее прижимается к плечу Эдди. Каспбрак чувствует, как холодеют его руки и что-то неприятное сжимается внизу живота. Эдди медленно поворачивает голову. Ричи внимательно смотрит на него и не моргает. Взгляд Тозиера скользит на губы Эдди, и тот чувствует, что внутри него что-то проваливается. Ричи замирает перед тем, как выговорить: — Ты чо, Моряк Попай?! Не скрывая разочарования, Эдди отвечает: — Ты что, только сейчас заметил?! — А я думаю, что за костюм странный… — смеётся Ричи и приподнимается. Растаявший лёд стекает по его руке: — Тридцать минут, думаю, прошло. — Да, скорее всего. Идти можешь? — Эдди встаёт и отряхивает выглаженные брюки. — Велик в помощь. — Нет, ты не поедешь сам. Я отвезу. Ричи лыбится. Вечеринка, кажется, подходит к концу, и кого-то явно тянет на романтику, потому что следующей песней включают Good Old-Fashioned Lover Boy.

***

Эдди подставляет плечо и доводит Ричи до прихожей: — Ты растёшь слишком быстро, Рич, так нечестно, — кряхтит Эдди, позволяя Тозиеру облокотиться на себя. Оглушённые яркой ночью, они совсем позабыли о мире за пределами дома Денбро. Каспбрак выглядывает в окно: — Чёрт, там гроза… Наклонись-ка… Качающийся Тозиер послушно сгибает колени, их взгляды встречаются. Каспбрак по-матерински застёгивает его худи, поправляет тёмные кудри и накидывает на голову капюшон. — На счёт три выбегаем и бежим к велику. Готов? — «Just take me back to yours that will be fine», — подпевает Ричи. — Раз. — «Ooh, love…» — Два. — «Ooh, loverboy…» — завывает очкастый. — Три. Эдди хватает его за руку и распахивает дверь. Они смеются, и холодный дождь заливается за воротник, попадает в глаза, рот, просачивается в ботинки. Эдди разворачивает руль, Ричи садится на багажник. — Держись крепко, — кричит Эдди и крутит педали. Они с бешеной скоростью скользят вниз по улице в сторону дома Тозиеров. — Эдс, ты ещё злишься на меня? Вопрос остаётся без ответа. Эдди жадно вдыхает морозный озоновый воздух. Пахнет листвой и мокрой землёй. Каспбрак сосредотачивается на дороге, он аккуратно объезжает люки и асфальтные трещины. Тозиер ведёт себя тихо, и Эдди даже в какой-то момент забывает о его существовании, пока не чувствует, как ледяные пальцы приподнимают его кофту и скользят под футболку. Ричи обнимает его со спины и трётся щекой о мокрый плащ. Эдди не реагирует и продолжает крутить педали. Он поджимает губы. Глаза почему-то наполняются слезами, и он радуется, что Ричи этого не заметит. Никто не нарушает тишину — кажется, любые слова сейчас будут звучать глупо.