Квипрокво

      Давайте по фактам.       Железный Человек был всегда молчалив. Весь такой загадочный, с неизвестным пилотом — в этом есть некий шарм, согласитесь?       Правда в том, что… не с кем было бы пообщаться.       Железный Человек был один.       Если так подумать, то это было даже хорошо. Никого не было рядом, никто не нанесёт неожиданный удар. Сомнительный плюс, конечно, но почему бы и нет? Когда тонешь в пучине страхов и кошмаров, заливаешь пустоту внутри себя алкоголем, пока руки не начинают трястись, старательно ищешь любые плюсы в текущей ситуации, с отчаянием за них цепляешься, чтобы просто не то чтобы жить, а продолжать существовать.       Железный Человек как пустой лист. Красивая обёртка, в которой пока ещё нет никакой начинки. И только ты сам можешь решить, какой она будет. Ты сам создаёшь себя, вопреки любым ожиданиям, которые ломают тебя и вгоняют в рамки в реальной жизни. Когда всё, что ты можешь делать — убивает, потому что насквозь лживо и пафосно.       Ты можешь быть каким захочешь. Можешь быть таким, каким чувствуешь себя. Ершистым, молчаливым и недоверчивым. Всем всё равно плевать. Никто тебя не знает, никто не будет ожидать от тебя какой-то определённой модели поведения. Полная свобода, которой ты можешь распоряжаться. Ты решаешь, что, как и кому ты скажешь. Или не скажешь.       Костюм даёт многое. Чувство полёта — когда тебя наполняет только это, вольность выбора траектории и фактическая свобода. Ты также можешь попытаться искупить свои грехи. Как бы долго ты не стоял на коленях и не вымаливал прощения у тех, кому как-либо причинил боль — это всё равно ничерта не изменит, не вернёт погибших, не восстановит руины. Зато ты можешь не допускать повторения всего этого, можешь стараться быть лучше, ты можешь…       …наивно потягаться с героями со всей их недосягаемостью и белизной.       Ты не герой.       Другие — да.       Железный Человек — быть может.       А ты всего лишь мудак с огромными проблемами с доверием, фантомными болями, кучей фобий и огромной тягой к алкоголизму.       Ты ебучий Тони Старк.

*

      Начиналось всё так.       Каждый из этой разношёрстной компашки держался особняком — Железный Человек и не казался таким уж не вписывающимся. Та же Наташа Романофф — что было о ней известно? Да, они все видели хотя бы её лицо, но, по правде, никто не был уверен в том, что она не смогла бы, если бы захотела, стереть у них как-нибудь эти воспоминания. Она же… Ну, Чёрная Вдова.       Брюс Беннер — он же вообще где-то там вынужден был ютиться едва ли не на краю света. Себя боялся, разве нет?       Бартон вообще шпион.       А Капитан… Человек из другого времени — кому-то из них пришлось хуже что-ли?       А Фьюри молодец. Нужно было назвать их не «Мстителями», а как-нибудь не менее кричаще, но хотя бы предупреждающе, что тут одни психи в кучку собраны.       Бред.

*

      Бред.       Не бывает идеальных людей.       Можно повторять это снова и снова, потом с сомнением взглянуть на широко известного Капитана Америка и…       А что «и»?       Тот как-то быстро вливается в новое время. Тони видит в нём такую же дыру внутри, чувствует, что есть в них ну хоть что-то, о чём следует поговорить, но потом Капитан так легко начинает общаться с другими. Да, на самом деле не легко. Да, это для него огромный труд. Да, он не совсем при этом искренен.       Ссссстарк может убеждать себя сколько угодно.       То хрупкое, что ему виделось, испарялось быстрее, чем он успевал бы хотя бы осмелиться прикоснуться к этому. Пропасть между ним и командой становилась всё шире.       Непростительно шире.       Железный Человек — великолепный шанс начать всё сначала. Просто забыть, кто ты, и общаться. Старк продолжает молчать.       Это… Незаметно. Это так незатейливо, обыденно, просто. Его футуристичный костюм напоминает робота-андроида из фантастических фильмов. Видимо, за этим многие не до конца понимают, что внутри человек.       А может, так и надо.       А может, все эти мечты о чистом листе — просто слова.       В конце концов, не Тони Старк ли это громит собственную мастерскую и, отчаянно воя и давясь слезами, топит кошмары, из-за которых не может спать, в бутылке?

*

      Капитан внимателен к своей команде.       Капитан заботится о своих товарищах не только на поле боя, но и за ним.       Капитан… такой Капитан.       Тони настороженно смотрит на них, несмело улыбается, зная, что они его команда, но… Как бы оно не выглядело со стороны, в глубине своей изодранной в клочья души он знает, что это совсем не так. Они действительно команда.       Но без него.       Причастность Железного Человека к этим людям всегда будет ограничиваться общей дракой и очередным совместным спасением мира.       Причастность к ним Тони Старка? Одна общая крыша и взаимная — хах — неприязнь при случайной встрече. Ты нервничаешь, боишься и хочешь задеть. Они просто знают кто ты, они знают твою репутацию, они знают, что люди вокруг для тебя ничто, а потому априори для них ничто ты сам.       Тони Старк должен быть как можно дальше от них — пожалуй, это твоё лучшее решение за последнее время.       То, что Железный Человек не намного и ближе, особо остро ощущается тогда, когда СМИ спрашивают команду о его личности. Команда, естественно, не отвечает. Грамотно выкручивается, говорит о тайне, а после просто буравит его взглядом.       Таким, осуждающим.

*

      Капитан внимателен к своей команде.       Естественно, он первый прекращает эти бессмысленные попытки узнать хотя бы имя и даёт отмашку другим. Имя можно было бы и придумать, но Тони всё ещё нравится иногда помечтать о том, что Железный Человек — это лучшее.       Лучшее в нём, не забывайтесь. Насколько же он ублюдочен, не так ли?       Капитан говорит о разном, понемногу рассказывает о своём прошлом, с интересом косится на Железного Человека. И напрямую говорит:       «Мне интересно узнать, какой ты. Не имя, лицо, нет. Твоя личность. Твои убеждения, характер».       Тебе такое ни разу не говорили, не так ли?       Особенно кто-то такой, как Капитан.       Как… Стив.

*

      «Капитан Сосулька? Чем обязан?»       «Старк!»       «Не думаю, что твой доисторический мозг хотя бы немного смыслит в современных технологиях, а значит причина твоего появления в моей обители какая-то другая?»       «Ты!.. — А вот и самое красочное. Скрипящие зубы и слишком явная попытка держать себя в руках. — Фьюри требует, чтобы ты пришёл».       В ответ — резкие слова. В груди — сплошная боль. Когда-то ты пытался, но ничего не вышло. Ты больше не пытаешься, потому что тебе не позволено. Стив общается с Железным Человеком — с Айменом, — а потому Тони Старк должен оставаться абсолютным злом.       Мудак, Торговец Смертью, эгоист и так далее. Ничего нового, только то, к чему ты уже привык.       Стив в очередной раз отмечает обильное количество бутылок в лаборатории, в которой у него персональный допуск, а тебе просто страшно. Железный Человек — вот то, что следует беречь, то, что позволяет находиться в команде, что позволяет устраивать разговоры по душам. Железный Человек, который вечно устаёт и который никогда не спит. Причина лаконичная и Стиву уже известная — кошмары.       Стив обращает на него внимание, правда.       Но это физически не всегда возможно.       Стиву… явно не стоит знать о других провальных способах бороться со страхами.       «Ну ты же меня знаешь — девчонки, секс, алкоголь!»       Ты правда меня знаешь. Кошмары, плен, недоверие, постоянная боль. Ты знаешь, чёрт возьми, какие мои любимые пончики!       Ты просто не осознаёшь, что Железный Человек — Тони Старк.       К сожалению, всё это будет продолжаться только до тех пор, пока Стив не знает. Стив не должен узнать. Тони Старк ведь действительно… действительно…

*

      Они часто сидят где-нибудь на крыше и болтают. Наедине. Железный Человек ревниво считает, что это только их, их фишка. Он полагает, что мужичок средних лет, что сидит на вон той вот вышке, уже давно их обнаружил и с нетерпением ожидает каждый раз, когда два Мстителя неожиданно появятся вновь, чтобы тайком смотреть очередной чёрно-белый фильм под открытым небом. Внизу полно машин, впереди — белое полотно, проектор, колонки. Они сами — на крыше.       Стив, из чувства солидарности, никакую еду с собой не притаскивает.       Тони с болью осознаёт, что они никогда не съедят вместе пиццу, если только он во всём не признается. Но проблема в том — что он не может этого сделать. Чтобы он не придумывал, это никогда не сбудется. Он чёртов Тони Старк, а потому, если он не хочет разрушить то, что у него есть сейчас, он должен навсегда остаться для Стива только Айменом.       А глупое влюблённое сердце пусть и дальше обливается чёрной кровью, бешено биясь о днище цилиндра реактора. То, что есть у него сейчас, он не рискнёт обменять на гипотетическое что-то (вполне вероятное ничто).       У него есть улыбка Стива, обращённая только к нему, и большего не нужно. Правда.