О, детка, я люблю тебя

2:23

Этери вошла в клуб, название которого получила смской от Туктамышевой.

***

1:26

Именно столько показывали настольные часы Тутберидзе, когда она открыла глаза и потянулась за телефоном. –Ало, – голос тренера звучал хрипло. Она отняла телефон от уха, чтобы посмотреть входящий, – Лиза. Что случилось? –Туктамышева не стала бы звонить просто так, что-то явно произошло. И логично, что если звонит Лиза, то это самое произошло зовут Женя. –Этери Георгиевна, простите, пожалуйста, за такой поздний звонок. Мы тут с девочками праздновали окончание сезона и... – девушка на секунду замялась, явно подбирая правильные слова, – Женя перебрала. Теперь она кричит на весь клуб, что любит Вас. Мы попробовали её заставить помолчать, но получилось только алкоголем, а она и так... –Я еду, – Тутберидзе уже натягивала штаны, – адрес смской, – и сбросила. Через 10 минут Этери уже мчалась по пустой Москве по адресу, который скинула Лиза. Параллельно она материла Медведеву за её безрассудство, неумение пить и громкие слова.

***

Тутберидзе рассматривала посетителей, пытаясь выцепить глазами либо Лизу либо Женю, хотя и сомневалась, что найдёт последнюю. Женщина прошлась по всему залу, подошла к стойке и спросила у бармена, где можно найти двух девушек, которые провели тут пол вечера. Он молча махнул головой в сторону уборной и вернулся к работе. Этери отправилась в сторону дверей, за которыми скрывались две спортсменки, которые могли сейчас создать такой скандал, от которой не только Женя будет отмываться, но и Туктамышева с Тутберидзе. Женщина распахнула дверь и зашла в помещение. В одной из кабинок она нашла Женю, голова которой была в унитазе, а волосы девушки поддерживала Лиза. Женя услышала звук открывающейся двери и попыталась поднять голову, но новый позыв не дал ей этого сделать, и она ещё сильнее опустила голову. –Лиза, – женщина кивнула девушке и передала ей бутылку с водой и перехватила одной рукой у той волосы Жени, а вторую кладя младшей спортсменке на спину, начиная нежно поглаживать, – Медведева, что ты творишь? –Этери, – Женя наконец смогла поднять голову, пьяно улыбаясь женщине и забирая предложенную таблетку с водой из рук Лизы, – я люблю тебя, знаешь? –Женя, сейчас мы едем домой, а утром тебя ждёт разговор. Скажи спасибо Лизе, что она не дала тебе попасть на первые страниц завтрашних новостей, – лицо Тутберидзе не выражало ни капли сострадания, а наоборот было жестоким, что заставляло Женю сжаться в комок и заплакать, – Женя, успокойся. –Ты меня не любишь, да? – она подняла на неё заплаканные глаза, которые ещё сильнее покраснели от слез. Её взгляд из пьяного превратился в ледяной, и Медведева сбросила руку Тутберидзе со своей спины, – проваливай! Мне нужна моя Тери: тёплая и любящая. Которая улыбается мне, целует и доводит до незабываемого оргазма! А не ты, Этери Георгиевна. Езжай к своим спортсменам и им нотации читай, понятно?! – Женя попыталась встать, но крепкие руки схватили её и прижали к горячему телу, а губы прикоснулись к месту за ухом, которое так любила целовать Этери. –Прости, малыш, я люблю тебя правда. Просто я переживала, что с тобой может что-то случиться. Прости меня, – она сжимала Женю в своих объятиях до тех пор, пока та не успокоилась и не обняла Этери. Медведева водила ладонями по спине своей любимой женщины и, абсолютно забыв про Лизу, начала целовать шею Тутберидзе, выбив из её груди глухой стон, – эй, малыш, тут Лиза, потише. Женя медленно отстранилась от Этери и подняла виноватый взгляд на Туктамышеву. Лиза смотрела на них с улыбкой, в её глазах не было ни злости на Женю, ни разочарования из-за её пьяных выходок. Императрица льда была одной из немногих, кто знал про их роман, и она была той, кто никогда не осуждал их. Лиза видела их обеих, когда они были в ссоре; видела их смущенных после секса, который нередко заставала; и главное – она видела, как они буквально дышат друг другом. –Домой? – на вопрос Лизы утвердительно кивнула только Этери, потому что лицо Жени покоилось в изгибе шеи женщины. Она вновь обхватила Тутберидзе руками и не хотела отпускать. –Отпустишь меня? Нужно до машины дойти, – она начала вставать вместе с Женей, придерживая девушку за талию, чтобы она шлепнулась обратно. –М, мне так плохо, детка, – Женя захныкала, снова утыкаясь в шею Этери, – сейчас пойдём, минута. –Не спеши. Стой столько, сколько надо. Через пять минут Женя отстранилась от женщины и медленно пошла к выходу, а Этери с Лизой шли сзади, внимательно следя за движениями Жени, чтобы, если что ловить. Они без происшествий дошли до машины блондинки, и Женя заползла на переднее сидение. Тутберидзе достала пачку сигарет и закурила, сразу выпуская дым из лёгких. Она протянула пачку Туктамышевой, но та отказалась лёгким машком головы. –Тебя подвезти? –Не, спасибо. За мной приедут, – Лиза мягко улыбалась и смотрела на Женю, которая сидела с закрытыми глазами и что-то бормотала себе под нос. –Хорошо. Спасибо, что позвонила, Лиз, – Тутберидзе приобняла фигуристку и отошла, садясь на водительское сидение. Через минуту белый BMW выехал с парковки клуба. Этери медленно вела машину, решив не увеличивать скорость, чтобы Женю не начало снова тошнить. Ещё в начале поездки тренер открыла Медведевой окно, поэтому большое количество кислорода освежило Женю, и теперь она смотрела на Тутберидзе взглядом голодного медведя. Через некоторое время женщина почувствовала чужую ладонь на своём бедре и слегка дернулась, но руку не убрала. Девушка продолжила поглаживания после того, как женщина не потребовала её остановиться. Она проникла рукой под резинку спортивных штанов женщины, касаясь насквозь мокрых трусиков. Тутберидзе от греха подальше свернула на обочину и резко отодвинула свое кресло назад. Обхватив двумя руками талию Медведевой, она перетащила её к себе на колени, впечатываясь в сладкие губы своей девушки. –Я за рулём, маленькая ты негодница, – она не дала Жене ответить и протолкнулась языком ей в рот, попутно расстёгивая джинсы фигуристки. –Стой, – Женя прижала Этери к спинке кресла и начала покрывать её шею и плечи поцелуями, периодически кусая, – пойдём назад, я очень хочу тебя вылизать, прям очень, – она не выслушала ответ женщины, а уже перелезала на задние сидения, за что заслужила довольно ощутимый шлепок, – Боже... Тутберидзе за секунду оказалась на Медведевой и вернулась языком той в рот, параллельно пытаясь опустить сидения. У неё получилось только с третьего раза и она улеглась спиной назад. Через секунду сверху уже была Женя, которая особенно не церемонилась и одним рывком сдернула с женщины штаны и трусики. –Только у нас честная сделка, Тери, – Женя несколько раз провела языком по промежности женщины, вызывая дрожь в её ногах, – я тоже хочу разрядку, детка. Через секунду перед лицом Тутберидзе оказалась промежность Жени, и тренер обхватив её за бедра, сразу начала кончиком языка дразнить клитор, из-за чего Медведева отстранилась от стимулирования дырочки женщины, громко застонав. Тряхнув головой, Женя попыталась прийти в себя и вошла в женщину тремя пальцами, сразу переходя на бешеный темп. Тутберидзе от неожиданности застонала и прикусила клитор девушки, заставляя её кричать от удовольствия. Женя чувствовала приближение своего оргазма, поэтому начала лизать клитор женщины, чтобы кончить с ней вместе. Тутберидзе медленно окунулась языком внутрь Жени и теперь дразнила её неспешными движениями. Она чувствовала, что оргазм обеих близко, но не хотела так быстро прекращать игру, поэтому просунув руку, сильно сжала клитор Жени. Она вытащила язык и принялась водить им по складкам своей девочки. –Тери... – Медведева задыхалась, все ещё держа свои пальцы глубоко внутри женщины, – Пожалуйста. –Что пожалуйста? – Тутберидзе застонала, когда Женя пошевелила пальцами и поцеловала её в бедро, – скажи. –Я хочу кончить, пожалуйста. Ты же тоже хочешь? Давай поможем друг другу, м? – она вновь начала движения пальцами, приближая каждым движением оргазм женщины. –Да... – Тутберидзе отпустила клитор Жени и вернулась языком внутрь. Через минуту обе почувствовали сокращение стенок и жидкость полилась им в рот. Этери осторожно перевернулась, чтобы быть лицом к Жене. Она поглаживала её бок и наблюдала за абсолютно истощенной девушкой. Тутберидзе мягко коснулась её губ своими, чувствуя собственный вкус. То же самое испытывала Женя, обхватывая любимое лицо и углубляя поцелуй. –Иногда маленький медвежонок превращается в опасного зверя, да? – Этери принялась натягивать штаны, чтобы вернуться за руль и наконец доехать до дома. –Я люблю тебя, – Женя провела по щеке Этери и закрыла глаза, – я немного посплю, ладно? Разбуди, когда приедем. –И я тебя люблю, – с этими словами Этери открыла заднюю дверь, выходя на холодную улицу, где её рагоряченную после великолепного оргазма сразу окутало холодным воздухом. Она достала сигарету и прикурила. Воспоминания о них затуманили сознание.

***

–Тебе же нравится валяться на льду? Быть в снегу? Тебе хочется поваляться? Давай я тебя поваляю. –Что для Вас фигурное катание? –Жизнь. –Женя также ответила. –Да ладно?! –Когда Женя выходит на лёд, часть моей души отправляется туда вместе с ней. –Для меня главная похвала была, когда я вышла после награждения, здесь, на Чемпионате мира, и... я повесила медаль ей на шею. Это был фантастический момент. –Я сделала все, что могла, чтобы пройти. А вы сделали все, чтобы Алина выиграла и в короткой, и в произвольной. Я сделала свой максимум. –Я так не думаю. –11 лет вместе и дальше пойдёте вместе? –Без всяких сомнений. –Я считаю, что благодаря Алине Женя так хорошо откаталась на Олимпиаде, потому что она ее тащила. –Как вы тогда смирились с ее уходом? – А что смиряться-то? Она же ушла, это не то, что у меня был выбор. –Вы знаете, я аплодировала, потому что девочка, понимая, что не готова откататься чисто, что она не готова на все сто процентов, не снялась, как сделали многие, не испугалась, а вышла и показала то, что она на данный момент готова. Это здесь уважение к болельщикам и к Федерации фигурного катания. Ну, в общем, это достойно уважения, честное слово. –Ничего не изменилось, но немножечко по-другому. Дискомфорта нет. С Этери Георгиевной мы поговорили, сейчас между нами все хорошо. Я считаю, что это здорово. И рано или поздно должно было случиться. –Я люблю тебя. –Я тебя сильнее.

***

Воспоминания проникли глубоко под кожу, вызывая слезы. Она была благодарна тем закрытым границам, которые вернули ей Женю. Сейчас они вместе и счастливы, как два влюблённых дурака. Хотя они таковыми и являются. Женя души в ней не чает даже спустя полтора года отношений, все ещё трепетно и с огнём в глазах слушает каждое её слово, утром обязательно говорит, что любит, и пытается не трогать, когда Тутберидзе напряжена. Она просто сидит рядом, оказывая бесконтактную поддержку, за что Этери ей очень благодарна. Когда-то злосчастная Олимпиада их рассорила и раскидала на разные точки мира, но судьба все равно свела их вместе вновь, давая второй и такой любящий шанс быть вместе. Этери выкинула сигарету и села за руль. Им пора домой.

***

Утро Жени началось с гудящей головы, которая готова была взорваться. С третьей попытки Медведева села на кровати и медленно открыла глаза, сразу сталкиваясь с такими родными карими глазами. Эти самые глаза смотрели на нее с любовь, но также в них плескался небольшой упрек. –Проснулась, соня? – Тутберидзе говорила тихо, чтобы не потревожить и так раскалывающуюся голову девушки. Женщина пересела с кресла на кровать, прихватив с собой таблетку и бутылку воды, –выпей, станет легче. –Спасибо, – Женя закинула таблетку и жадно присосалась к горлышку, опустошив бутылку за десять секунд, – ты знаешь, что я люблю тебя? –Да, медвежонок, я тоже тебя люблю, – она оставила быстрый поцелуй на губах девушки, которая недовольно похныкала, и поднялась с кровати, – пойдём завтракать, гулёна. Я хочу кое-что сказать, ещё вчера хотела. Через пять минут Женя уплетала за обе щеки омлет, иногда кидая в сторону Тутберидзе благодарные взгляды. Этери в свою очередь сидела, опираясь головой на ладони, и смотрела за Женей. –О чем ты хотела поговорить? – Женщина еле поняла, что говорит девушка, так как Женя как обычно говорила с набитым ртом. –Малыш, доешь сначала, а потом поговорим. –Угу. Когда Женя наконец доела, Этери вышла из кухни, оправдываясь звонком Глейхенгауза по поводу программы Ани Щербаковой и говоря, что этот звонок вопрос жизни и смерти. Женя быстро заскучала и решила позвонить Лизе. –Лизон, доброе утро, – Женя после таблетки и завтрака звучала уже более оживленно, – Как ты? –Для человека, который всю ночь пил, твой голос звучит слишком энергично, Жень. Я в порядке, ты, кажется, тоже. Как Этери? – в голосе Туктамышевой прозвучали нотки обеспокоенности за их отношения. –У нас был примирительный секс в машине, все в порядке, спасибо, – Женя засмеялась после того, как Лиза отчаянно застонала. –Ну Женек! Ну я же просила! –Прости, прости, я больше так не буду, – Женя ещё сильнее засмеялась, прекрасно понимая, что она будет и ещё как будет. –Какой раз ты мне так говоришь? – Лиза фыркнула и тоже засмеялась. В комнате появилась нервная Тутберидзе, которая сжимала что-то в руке, а другой рукой теребила свой свитер. Она медленно подходила к Жене и выглядела при этом так, как будто что-то натворила и боялась, что Женя её наругает за это. –Лиз, подожди, – Женя убрала телефон от уха, но не отключила звонок, – Этери, что случилось? Что-то с Даней? Аней? Не молчи, – Медведева слезла со стула и подошла к женщине, которая остановилась на пол пути. –Я долго думала над этим, и я не знаю, как правильно это делать. Если ты откажешься, я пойму правда, – лоб Этери покрылся испариной, а нижняя губа начинала дрожать. –Что ты несёшь? Что происходит? – Женя опустила глаза вниз и посмотрела, что же сжимает в руке женщина, – Этери... Синяя бархатная коробочка покоилась в ладони Тутберидзе, и она опустившись на одно колено, открыла её. Кольцо. Чёрт возьми, в коробочке было кольцо. Серебряное кольцо, покрытое маленькими камешками. –Жень, выходи за меня, – руки Этери дрожали и Женя прекрасно видела это. –Этери, мы не можем... – глаза Тутберидзе сразу потускнели и вся надежда разбились и посыпалась, наполняя глаза слезами, – нет-нет, Этери, тише, детка, – Женя быстро опустилась на колени рядом, сцеловывая каждую слезинку с лица любимой, – не в этом смысле. Я имею в виду, что здесь мы не сможем пожениться, но у нас есть целый мир, не так ли? –Ну так что? – женщина посмотрела на неё и взгляд вновь начал светлеть, и на губах тренера образовалась счастливая улыбка. –О, детка, я люблю тебя, – поцелуй, – и хочу быть твоей женой, – она протянула руку навстречу кольцу, которое Тутберидзе уже вытащила из коробочки. Аккуратно надев тонкий ободок на палец Жени, она набросилась на её губы, даря ей мокрый поцелуй, наполненный еле сдерживаемой страстью. –Я люблю тебя. Жень... –М? –А Лиза ещё на проводе? –Чёрт. Медведева подскочила на ноги и схватила телефон, который пару минут назад бросила на стол. Звонок с Туктамышевой ещё шёл и она аккуратно поднесла трубку к уху. –Лиза? –Поздравляю, малышка. Я так рада за тебя. –Ты так говоришь, как будто не удивлена, – Женя смотрела на Этери, которая на её слова смущённо улыбнулась, – Боже, ты знала! –Конечно знала, Женек, – Лиза на той стороне провода улыбалась и даже не скрывала этого, – я вместе с Этери Георгиевной выбирала твоё колечко, Евгения Армановна. –Какие же вы... –Ну все, я побежала. И да, я хочу быть подружкой невесты. –С какой стороны? – саркастично спросила Медведева. –Потом все обговорим, – и Лиза отключилась. Женя медленно отложила телефон и не спеша подошла к своей будущей жене. –Ну что, Вы счастливы, Этери Георгиевна? – как только Медведева приблизилась к Тутберидзе, тут же оказалась в сильных объятиях блондинки. –Я самый счастливый человек на свете, Жень.

И как бы не старался – никак, никак, никак. Тебя мне мне разлюбить тебя никак. Никак, никак, никак. И как мне разлюбить тебя? Ну как? Ну как? Ну как? И как бы не старался – никак, Никак, никак, никак. И как мне разлюбить тебя?