Холодный и горячий кофе

Проснувшись от лёгкого покрапывания дождя о крышу академии, Пятый открыл глаза, прекрасно зная, что его сегодня ждёт. Не смотря на то, что апокалипсис предотвращён и все живут спокойной и размеренной жизнью, сраная комиссия не оставляет Пятого и по сей день. Новый совет директоров, просмотрев все дела и нарушения Пятого за последний год, решили поставить его на отработку. Во главу с делом Пятого поставили Куратора, и он уже было расслабился, зная, что Куратором является Герб, решив, что тот поймёт его положение и не будет особо его нагружать. Но всё конечно же пошло через задницу. Придя в назначенный день в комиссию, Пятый узнаёт, что Герб слёг в больницу, по крайне серьёзной болезни, а вместо него поставили нового куратора, под именем «Мелоди». Одно её имя уже предвещало, что всё не кончится, а даже не начнётся так просто, как ему хотелось. Эта стерва крайне издевалась над Пятым, теша своё эго. Это не были привычные задания устранить кого то, это было лишь чистое издевательство. Порой он ощущал себя её слугой и ему хотелось застрелить её. Она давала такие задания, как: «Приготовь мне кофе, пожалуйста. Он у тебя крайне вкусный)» «Не мог бы ты съездить и проведать мою дочь, я сама не успеваю.» и тд. Это было крайне унизительно по отношению к такому, как Пятый, но он выполнял её просьбы, желая быстрее закончить эту глупую отработку.

***

Встав с кровати, он принял душ, одел классический чёрный костюм и спустился вниз выпить кофе. Дойдя до заветного кофейника, из-за угла вдруг резко вышел Клаус. — Привет братишка! Снова уходишь туда, где тебе трепят нервы? — сказал тот, лениво идя к бутылке с виски. — Всё как всегда. — ответил Пятый, глядя на наручные часы и отпивая горячий свежий кофе. В академии остались только Пятый и Клаус. Каждый день по вечерам к ним заскакивал Диего, и они просто болтали, иногда попивая алкоголь. Ваня приходила по выходным. У неё всячески не хватало времени на неделе из-за работы, но в выходные она была тут как тут. Лютер и Элисон полностью занялись своей жизнью и их можно было видеть очень редко. Они приезжали лишь по праздникам и то не всегда. — Я ушёл — сказал Пятый, и сразу же исчез в голубой вспышке, не дожидаясь ответа брата. Оказавшись у ворот комиссии, он вошёл внутрь, сразу же идя к «заветному» кабинету, не обращая внимание на косые взгляды. Войдя внутрь, куратор тут же окинула его оценочным взглядом, из-за чего ему захотелось вырвать ей глаза, и заговорила своим писклявым голосом: — Пятый, собственной персоны. — растягивая гласные, говорила она — Не виделись всего лишь выходные, а казалось целую вечность. — Ближе к делу. — сказал Пятый, не желая оставаться здесь надолго. — Знаешь, в этот раз я решила, что тебе не помешает немного общения, а точнее, целый год. — сказала она, ехидно прищурив глаза. — В каком смысле? — Пятый стоял в полнейшем недоумении, не понимая, что эта пищалка снова выдумала, чтобы вывести его из себя. — Я думаю тебе пойдёт на пользу общение с твоими «сверстниками». — на последнем слове она сделала особый акцент. — Я отправлю тебя в школу. Думаю, тебе будет полезно. Глаза Пятого чуть ли не вылетают из орбит после услышанного, а гнев потихоньку подползает, грозясь свернуть ей шею. — Вы что, совсем ебанулись?! Какая ещё мать его школа?! — Не выражайся Харгривз. Я считаю школа пойдёт тебе на пользу, познакомишься с молодёжью. Посидишь на уроках, может быть что то вспомнишь. Да и тем более, один год в школе, как раз вся твоя отработка, а это лучше, чем со мной. — она говорила это с улыбкой, что раздражало его ещё больше. — Да я знаю в сто раз больше того, что проходят в сраной школе! Это глупо! — всё ещё не веря в происходящее вопил Пятый. — Выбирай. Я, или школа. — сквозь широкую улыбку, чуть посмеиваясь говорила она, явно довольная происходящим. Гнев буквально пожирал Пятого изнутри, ему хотелось выбить все зубы в её рту, чтобы не видеть этой глупой улыбки. Всё же поразмыслив над выбором «она, или школа», он решил, что школа вариант получше, ведь он не будет видеть её тупого лица. Ещё немного помешкавшись в своей голове, показывая всем своим видом безразличие, он наконец выдавил из себя эти слова: — Я выбираю школу. — Пятому казалось, что его сейчас вывернет на изнанку из-за этой глупости происходящего, но она в тот же момент выдаёт: — Вот и славно. Завтра к девяти утра ты идёшь вот в эту школу, в двенадцатый класс.-говорила она, протягивая ему листок, со всеми данными. — Можешь идти. Пятый буквально выбежал из комиссии, он был в шоке с того, как она опять не упустила ни одного шанса поиздеваться над ним. И в этот раз, она постаралась в полную силу. Всё же это было лучше, чем постоянно вертеться около её ног, как сраный секретарь. Ему нужно выпить, срочно, иначе его голова лопнет от непрекращающегося возмущения и гнева.