Охранник

— Говорили мне иди в мед, но нет, мам, я коп, — чёрноволосый парень осторожно крался по длинному коридору одного клуба. И ему даже не известно, что сегодня именно в его первую смену произойдёт, что-то странное. Ему только и оставалось тихо бурчать себе под нос возмущение и также тихо идти до комнаты охраны. На вытянутых руках он держал пистолет. Такемичи даже не был уверен, что он сможет его направить на кого-то, но никак выстрелить. Тихо идёт, слышит, как за тонкими стенами была то ли паника, то ли шумная вечеринка непонятно. На стенах висят картины, разные картины. Они были более современные нежели классические. Но они нам не интересны. Парень медленно идёт. По его мнению этот коридор бесконечный. — Наконец-то, дошёл, — срывается с губ Такемичи. Он повернул ручку двери, и она открылась с характерным скрипом. Он раздался слишком громко и брюнет скривился. В кабинете всё осталось на месте. Хотя туда никто и не ходит, чтоб менять там что-либо. Много мониторов, которые показывают то, что видит определённая камера. Танцпол, бар, зона отдыха всё было как на ладони. Что напрягло голубоглазого так как это, то что не все мониторы работали. Ханагаке подошёл к столу. Поставил руки на хлипкий, деревянный стол с кучей бумаг и кружкой кофе и перевёл свой взгляд на мониторы. Людей не было, что странно обычно в клубе полно народу. На одном из мониторов брюнет заметил трёх мужчин в костюмах. В руках они держали пистолеты?! "И что мне делать?" Пронеслось в голове копа. Розововолосый повернулся и помахал в камеру, а потом она отрубилась. Всё камеры резко выключались. Но Такемичи парень не простой, он не станет стоять и ждать когда за ним придут эти мужчины. А они за ним придут. Он ведь свидетель может и сдать их. Брюнет побежал со всех ног из комнаты. Он бежал быстро, никак он шёл в эту комнату. Но матушка фортуна сегодня от него отвернулась, он врезается в одного из них и подает на пол. — Ну привет, куколка, — ехидно улыбаясь говорил розововласый. — Он ничего такой, да, Рин-рин, — обратился более высокий парень к Рин-рину. И тут Такемичи понял, что попал. Он хотел расплакаться как школьница. С каждой секундой глаза, как ясное небо начинали жечь. — Ну чего ты, куколка? — со страданием спросил розовый. Он присел на корточки и начал гладить щеки, которые были холодные, как лёд, — нас не надо бояться, мы тебе не навредим. — Считай, что тебе повезло ты личиком вышёл, — сказал тот самый Рин-рин. За эту фразу он получил в бок от второго. Такемичи шумно дышал. Он хотел начать ползти назад, как это говорил инстинкт самосохранения. Но он сидит, сидит и смотрит в эти берюзовые глаза. — Такого и убивать жалко. Слушай ну-ка улыбнись, — выразил свою просьбу стоящий рядом с Рин-рином, как понял охранник он самый старший. Мичи натянуто улыбнулся. Верхняя губа дрожала. Глаза уже не выдерживали и хотелось плакать, — и улыбка у тебя хорошая. Думаю Майки он понравится, — все согласились. — Ран, он на тебе, — розовый встал, обошёл охранника и поднял его за плечи, — только не убей его, а то такую куколку очень жалко будет закапывать. — Не переживай, Санзу не убью. Последнее, что помнит Такемичи это ехидную улыбку парня со шрамами. ... Проснулся Такемичи с жуткой головной болью. Он лежал на мягкой кровати. В комнате был шкаф-купе для одежды, книжный шкаф, письменный стол, на котором лежало куча бумаг, тумбочка возле кровати. Вроде  всё, что было в этой комнате он глазами просмотрел. Голубоглазый принял сидячие положение. Всё, что он помнил со вчерашнего дня это: кабинет охраны, трёх мужчин и ехидную улыбку парня со шрамами. Он встал с кровати. Первым делом он подошёл к двери. Она оказалась открытой, что очень удивило охранника. Деревянная дверь открылась и его встретили длинные коридоры. Опять. Такемичи стал осторожно осматриваться. Прислушивался к каждому шороху и осторожно идти по коридору. Но так как он встал явно не стой ноги ему не повезло и он опять в кого-то врезается. — Далеко собралась, куколка? — опять эта ехидная улыбка. Кажется Ханагаки запомнил её на всю жизнь. — Ты кто и что вам от меня нужно? — голос дрожит, он находится в руках неизвестного ему парня. — кто я, тебе знать пока необязательно, — уверенно сказал парень со шрамами, — сейчас не я твоей жизнью распоряжаюсь, а босс. Он только, что вернулся с переговоров и я пришёл забрать тебя, — щелк. На запястьях красуются наручники. Такемичи хотел уже сказать хоть слово, но не успел, — чтоб не сбежал. Ключи у меня, не переживай. — Скажи хотя бы, как мне к тебе обращаться? — охранник хотел узнать имя своего похитителя. — зови меня слуга, — слуга. "Это либо любое случайное слово, либо его прозвище. " Прокрутил  голубоглазый у себя в голове. — Хе, хорошо, слуга. ... Двое парней остановилось возле такой же двери, которая ничем не отличается от других. "Слуга" постучался в дверь, он услышал тихо "входите" и они вошли. В центре комнаты стоял стол. За ним сидел парень. Его волосы напоминали снег. А глаза бесконечность. Мичи был готов утопать в ним вечно если не помощь сзади. — Санзу, кто этот парень? — поинтересовался беловолосый. Он склонил голову в бок, как ребёнок, который познаёт, что-то новое. "Санзу значит." Подумал брюнет. — Мы были на задании с Хайтани, — начал речь Санзу, на что он получил кивок от главы, — как мы поняли он был охранником. — Это был мой первый рабочий день, — тихо сказал Мичи. Он смотрел в пол. И тихо водил руками из стороны в сторону создавая тихий звон цепочки от наручников. Повисло молчание. Санзу и слова больше не сказал. Беловолосый встал из-за стола и направился к охраннику. Такемичи боялся. Боялся посмотреть на вверх и встретиться в чёрными омутами. — Ну же, не бойся, я тебя не обижу, — шёпот раздался слишком громко в комнате. Парень перевёл взгляд голубых, как ясное глаз, — можешь называть меня Майки. Такемичи молчал он, понял, что этот парень главнее Санзу. Он не знал, что говорить. А то что ляпнул само собой вырвалось. — Как тебя зовут? — Майки сделал свой голос более дружелюбным. В ответ на вопрос он услышал лишь молчание. Он выглядел так беспомощно, что Майки хотел его защитить и спрятать от всего зла в этом мире. Впервые Манджиро Сано — глава преступной организации захотел кого-то защитить. Мичи боялся. Боялся сказать лишнего. — Ханагаке Такемичи, — дрожащим голосом сказал он. — Такемичи значит, — усмехнувшись сказал Сано, — теперь ты будешь со мной, хорошо? — Хорошо? — всё такая же неуверенность в голосе. И он до конца не понимал последний фразы. Пока он думал глава, обнял его прижимая к себе. Санзу удивился. Спустя столько лет он увидел искрению улыбку своего друга детства. Охранник творит чудеса. ... Прошла неделя, как Ханагаке остался у Манджиро. Они быстро нашли общий язык. Он познакомился с остальными верхушками. Они говорили, что Сано странный, но для Такемичи он казался потерянным и запутанным. Мичи очень часто сидел у него в кабинете. Беловолосый сидел за своим столом и усердно перебирал бумаги. На вопрос брюнета, что за бумаги ему отвечали, что это нужно. Ещё один "подарок" для охранника показался странным — это ошейник. Ошейник с черным ремешком и с кулоном, как тату у Майки. Опять на вопрос зачем Майки ответил, чтоб знали, что ты занят. Ещё одно условие — когда Майки нет рядом на запястьях будут красоваться наручники. Вообщем Такемичи относились к нему нормально до одного инцидента ... Кабинет 241. Кабинет Манджиро. Оттуда доносились кряхтение и мольбы о том, чтобы это поскорее закончилось. Что же случилось? Если в вкратце, то Ханагаке вернулся не вовремя с обеда. И Майки из-за неудачных переговоров по телефону решил бить, кидать всё что попадётся под руку. — Майки, прошу, — хрипел бывший полицейский, — перестань, — удар прошелся по рёбрам, Такемичи закашлял. Ответ на мольбу парня пришло, лишь молчание. Для Такемичи эти минуты были бесконечными. Для Сано это были самые обычные пару минут, которые он очень редко выделял для "уборки мусора" в компании Санзу. — Такемичи? — тихо прошептал свой вопрос Манджиро. Тишина, — Такемичи, прости меня, пожалуйста, — он упал на колени перед телом, которое и так еле дышало. Через пару минут и Ханагаке уносят на носилках в медпункт. Рядом стоит Харучиё держит босса за плечи. — Я, — заикался Манджиро, — я не хотел, правда, — чёрные глаза были пусты. — Тише, тише, всё будет хорошо, — успокаивал розововолосый. И вправду Мичи стало легче через пару дней. Его тело было почти всё в бинтах со ступней до головы. Здешние медики творили чудеса. Когда он очнулся Майки, хотел сразу пойти к нему, но не решился даже подойти к этой двери медпункта. Но в офисе есть святые люди, которые под угрозой отрубленной головы впихнули туда главу Бонтена и закрыли дверь на замок. — Если вы сейчас не откроете, то я вам пулю в лоб в сажу, —  громко возмущался Манджиро. — Майки? — громко. Слишком громко получился вопрос. Таке принял сидячие положение и прищурился. Это было необходимо ведь голубоглазый только после сна. — Такемичи? — Манджиро решил оставить дверь в покое и неуверенно начал приближаться к кровати, — Мичи, прости меня я не хотел. Я, — он снова начал заикаться, — я не знаю, что на меня нашло, — Майки думал, что Такемичи начнёт в панике кричать, просить не подходить и не трогать его. Этого не было. Вместо этого брюнет смотрел на Сано своими голубыми глазами, со своей яркой улыбкой. Мичи протянул ему руку. — Я тебя давно простил не переживай, — нет, он его не простил, но увидел сожаление в чёрных омутах. Этот страх пройдёт со временем, а их отношения станут крепче?