Чувак

      Казалось, можно было услышать, как что-то треснуло. Будто острый лёд оглушительно раскололся надвое и замер. Снежка чувствовала на кончиках пальцев и в груди морозное похолодание, будто это она только что легонько толкнула кристальную глыбу и стала причиной необратимых последствий. Она прекрасно понимала когда и что сделала не так.       — …Нет, чувак, это так не работает.       На долгие мгновения сердце Фила перестало биться. Он спокойно потягивал спрайт через фирменную трубочку, которую благополучно украл с работы, как трофей, и слушал от Киры о делах Арта в киношном ремесле, в то время, когда краем уха услышал кусочек другой беседы. Именно тот кусочек, который заставил его напрочь забыть об Артасе и его заботах.       Фил подавился, а глаза чуть не вывались из орбит. Они и без того у него большие, а лицо и без того всегда полно живой неподражаемой мимики, но в этот момент страх всей его жизни отобразился на лице и осуществился в реальности.       А Снежка даже не поняла, почему. Она продолжила хихикать и смотреть, как Саша и Вик пытаются сложить два и два — подключить гирлянду к электричеству так, чтобы все лампочки горели одним мягким импульсом. И только после того, как Кира обеспокоенно и с силой похлопала друга по спине, все повернулись к источнику катастрофы, а уголки глаз Вари дёрнулись — мельчайший, крохотный намек на прищур, будто песчинка коснулась века, — Снежка застыла на месте.       У Вари не могут ни с того ни с сего заболеть глаза. Она не будет дёргать ими попусту после того, как подкрасила их до идеала. А значит, жизнь Снежки под угрозой. И именно сейчас до нее дошло, что именно приставило к её горлу лезвие.       — Фил, ты как? — наклонилась к нему ближе Кира, чуть сползая с дивана. — Норм?       — Норм, — тут же ответил Фил сквозь кашель и плевки. — Так Арт обратился куда, говоришь? Мне послышалось или это правда?       Филу хватило нескольких секунд, чтобы взять себя в руки. Он совершенно перестал вникать в разговор, и даже когда Кира раздражённо пробубнила что-то, он засмеялся невпопад. Однако никто не придал этому значение — юмор у Фила бывает специфичным.       Фил осушил бокал газировки, раскашлялся снова и шумно поднял руку в воздух:       — Перекур, народ! Я ещё не отошёл.       Все тут же поддержали идею. Кира и Саша вспомнили про балкон, на который нужно выйти подышать свежим воздухом, Алёнка вспомнила про воду на кухне, которую нужно попить, Маша — про туалет, который нужно посетить, Варя — про телефоны, которые нужно поставить заряжаться, Вик — про свитер, который нужно снять, ведь в квартире душно, а их сегодняшняя посиделка явно еще не скоро закончится; Илья — про еду, которую нужно отодвинуть в сторону, иначе «подземелья и драконы» и Фил точно всё перевернут — вспомнили про всё, что сейчас имело смысл.       Снежка — про ванную, в которой хотела умыться, чтобы встрепенуться и не уснуть. Но после произошедшего она точно уже не сомкнет глаз.       Родная стихия подействовала освежающе. Морозные руки накрыли горячие щёки. Дыхание замерло, будто замёрзнув. Ой, что ей сейчас от Фила будет… Снежка уже представила, как он ругает её и успокаивает, и нервничает, и проклинает, а Снежка пролетает по всем фронтам.       — Это что сейчас было? — Фил вихрем влетел в ванную и захлопнул дверь.       Снежка подняла на него глаза, и стыд охватил её полностью. До чего же неудобно. До чего же не хочется встречаться с хмуро настроенными бровями и разочарованием. Но Фил, вместо того, чтобы разразиться громом, стоял с раскрытым ртом, большими глазами и немым вопросом. Он настолько не знал, что сказать, что долго тряс раскрытыми ладонями, ожидая, будто вещественных объяснений, которые Снежка должна была взять и вынуть из недр карманов своей домашней туники.       Снежка смотрела на него, как на умалишенного, и хлопала глазами. При виде относительно спокойного Фила она напрочь забыла о надуманной ярости.       — Как тебя угораздило, Снеж? — искренне недоумевая, взорвался Фил, не выдержав этой бессловесной борьбы и миганий разного оттенка похожих глаз.       — О чем ты?       — Чувак? — выпучил глаза Фил и сложил руки на груди в новом нетерпеливом ожидании. — Чувак?!       — Чувак? — проквакала Снежка недоуменно.       — Чувак!       — Чувак… — прошептала Снежка, хмурясь и усиленно вникая в скрытый смысл слова.       — Чу-вак! — капитулируя, вскинул обе руки к небу Фил и оперся о сзади стоящую стиральную машинку. — Чувак, Снеж!       — А ты…! А ты выбирай выражения! — не выдерживая такого напора и раздражения, разозлилась насколько это возможно, имея тонкий голосок, Снежка. Уму непостижимо, это полностью его вина, а получает осуждающий взгляд именно она. — Если бы ты не говорил это слово так часто!..       — Если бы ты его не переняла!..       — А как его не перенять, если ты его так лаконично вставляешь почти в каждую фразу? — изумилась Снежка, не то делая комплимент, не то тыкая Фила в бедность его речи.       — Ай, ладно! — отмахнулся, смягчившись, Фил, принимая тот факт, что ему всё же льстят все три варианта: и тот, где Снежка осыпает его комплиментами, и тот, где они так часто общаются, что она переняла у него эту привычку, и даже тот, где проглядывается верность Фила собственному стилю речи. — Чувак — это первое на чем нас с тобой спалят! — Фил нервно усмехнулся, представляя широкие чеширские улыбки друзей. — Это же очевидно!       Снежка промолчала, всё же виновато опуская взгляд и раздумывая над тем, что теперь им делать. Если все узнают, то… собственно, что будет, если все узнают? Снежка не знала, и понятия не имела, что будет дальше. Но это априори казалось чем-то страшным, странным, личным. Вряд ли их друзья были бы против или начали бы смеяться, вряд ли бы она перестала общаться с Филом, вряд ли бы на Землю обрушился метеорит, и даже если бы это случилось, Снежка уверена, что разберётся со всем. Будто должно случиться совсем иное, если все об этом узнают.       Размышляя о ещё одних «вряд ли бы», она смотрела на ноги Фила. Они не шевелились. Грудная клетка и всё тело вздымались от редких вздохов. Коврик на полу быстро высушивал случайные капли, падающие с всё еще немного мокрых рук Снежки. Время тикало, как капала вода. И очень быстро. И по мере того, как оно тикало, Фила отпускали нервозность и паника, а последствия уже не казались апокалипсисом. Они казались постапокалипсисом, когда выстраивается совершенно новая, не похожая на прежнюю и пугающая эра.       — Может, они не догадаются? — попыталась предположить Снежка, лишь бы не слышать почесывания, потирания, постукивания и вздохи раздумий.       — Сомневаюсь, — задумчиво усмехнулся Фил и снова, нервничая, потер подбородок. А затем его осенило. — Придумал! — он вдруг засиял, а Снежка с надеждой и благоговением подняла на него взгляд. — Нам нужно расстаться.       — Расстаться? — тут же потускнела Снежка, и в глазах у неё будто что-то разбилось вдребезги.       — На время, — поспешил уточнить Фил, примирительно выставив ладони. — Если мы расстанемся, то и уличить нас будет не в чем. Отношений-то нет. Палить-то нечего! А?       Он так и замер с раскрытыми широкими глазами и ртом, светясь, как идейная лампочка, и ожидая лавров, но Снежка не совсем улавливала ход его мыслей. Она до сих пор хлопала глазами, стараясь понять, правильно ли она вычленила информацию, собирая те самые осколки в кучу. В голове вертелись неприятные мысли о мнимом расставании и верности данной затеи. Действительно ли на время? Чем всё это закончится? Что ей делать оставшийся вечер? А вариант «вряд ли Фил с ней расстался бы» перестал быть таким невообразимым…       — Но как мы?..       — Будем вести себя как обычно, — успокоил её Фил, видя замешательство на фарфоровом лице и буквально то, как шестеренки шуршат в её головке. Он спешно сделал шаг навстречу и опустил руки на её плечи. — Мы же ведь скрывались и делали вид, что между нами ничего нет. А тут то же самое. Тут ничего не будет, а значит, и скрывать ничего не надо.       Ее задумчивый, встревоженный взгляд вмиг расслабился, когда Фил одобрительно и непринужденно пожал плечом, чисто и честно улыбаясь, сообщая о том, что сомневаться в нём попросту невозможно — он не станет ее обманывать. Опущенные девичьи плечи радостно приподнялись вверх, и Фил, понимая, что слишком долго удерживает и превышает границы дозволенного, осторожно отпустил.       Они встречаются не так давно. И даже неофициально. Их «встречаться» измеряется прогулками, объятиями, болтовнёй о всяком вживую и по телефону, засыпанию друг на друге, и, до сих пор, удивлением, подозрением и непониманием того, может ли быть все так до смешного хорошо и просто — просто дарить кому-то те самые любовь и время и получать взамен всё то же самое. Однако до чего же это приятно и до чего же это нужно.       Её взгляд просветлел изумлением и осознанием. Таким детским восхищением того, что Фил придумал, что она не сдержалась и прыгнула ему на шею.       Снаружи послышался шум смываемой в туалете воды.       — Это гениально, Фил! — её тонкие пальцы обвили его за головой, обдавая тело приятной дрожью. Он едва не упал назад, вовремя обхватив девушку за талию. — Только не смотри на меня, а я не буду смотреть на тебя! Или это наоборот будет подозрительно?.. Тогда даже не трогай меня, и…!       — Это-то тут причём? — тихо рассмеялся тронутый её реакцией Фил, не убирая ладоней и чувствуя тепло «бывшей» девушки.       — А вдруг это будет подозрительно?       — Они не настолько умны.       — Чувак, не говори мне!..       Снежка оборвалась на полуслове, а Фил искренне захохотал. Он инстинктивно прижал её ближе, понимая всю прелесть, нелепость и правильность ситуации. Обескураженная своим поступком Снежка тоже захихикала, закрывая глаза и проклиная свою болтливость. Вот привязалось же.       — Не смейся, Фил! Это ты виноват!       — Да, да, чувак!..       — Фил!       — Снежка, Фил! — крикнула за пределами ванной комнаты Алёнка, и Снежка вмиг прижалась к Филу, пискнув. — Ну вы скоро, нет?       Как ошпаренные кипятком, пара отскочила друг от друга. Ванная каморка в съемной квартире Сказочного патруля умещает в себя ванну, раковину, стиральную машинку и никак не высокого худого Фила и маленькую хрупкую Снежку. Черных ударился о железную коробку позади себя, еле удержавшись от вскрика, и схватился за ногу, насколько позволяла ширина комнатки. Снежка ойкнула, задев кран и включив воду, и бросилась на помощь Филу, но вместо того, чтобы дать девушке коснуться себя, Черных разогнулся во весь рост и, как от зараженной, кинулся в сторону, устроив еще больший грохот — в конце концов, он рухнул в ванну, принимая тот факт, что эта квартира его ненавидит. А занавеска смачно шаркнула ему по лицу за сию неуклюжесть.       В это же время, не желая тянуть с ответом и не думая о том, как пострадал позади нее Фил, Снежка раскрыла дверь и максимально непринужденно улыбнулась:       — Да, Алёночка, Фил просто опять, — она обернулась, не зная, к чему отослаться в этот раз, но ответ быстро возник в голове. — Упал. — Снежка извиняюще улыбнулась. Фил пыхтел и барахтался в ванне. — Мне что-то попало в глаз, и я долго не могла это вытащить. Фил вызвался помочь, но ты так резко нас позвала, что я с перепугу вздрогнула — и Фил упал. — она вдруг подорвалась с места и попыталась поднять парня из белой скользкой ловушки. — Прости, Фил.       Алёнка согнулась пополам от смеха сразу после того, как увидела сложенное гармошкой тело друга, а затем, протиснувшись в комнатку, помогла бедовым выкарабкаться. Удостоверившись во всеобщей безопасности, Снежка ушла, давая Алёнке пройти к раковине.       — Она так быстро деранула, — хихикнула Алёнка и ополоснула руки. Фил повесил несчастную занавеску, проклиная боевые навыки подруги, а услышав слова, чуть нахмурился. — Она расстроилась из-за проигрыша в прошлом раунде?       — Алёнка, — усмехнулся Фил, — В этой комнате не развернуться! Я бы тоже быстро ушел.       Всё оставшееся время, проведённое за настольными играми, картами и едой, а также бесконечными историями, байками, песнями под гитару Вари, Фил и Снежка сидели по разные стороны дивана, комнаты, не сотрудничали в командных играх, даже кусочки пиццы брали те, которые находились максимально далеко. Они даже почти не разговаривали и не смотрели друг на друга, однако Фил всегда нарушал правила первым.       И всё было бы хорошо, если бы компания не вышла на улицу, дабы проводить друзей до остановки и прогуляться поздним осенним вечером.       Снежка обхватила локоть Фила и тихо пошла рядом. Тот от такой неожиданности поднял брови, однако Варя, Илья и Вик были сильно увлечены спором, Кира и Маша отстали на несколько метров, а Саша с Аленкой остались дома, и никому совершенно не было дела до того, насколько плотно друг к другу идут Снежка и Фил.       — Чего это ты делаешь? — заозирался Фил усиленным шепотом. — Мы же не встречаемся!       — Мы и не встречаемся! Я просто не хочу упасть, — с напором ответила Снежка и Фил не сдержал самодовольной ухмылки. — Вон, эти трое тоже все вместе идут. Потому что тут скользко.       — Да, но ты-то магичишь льдом, и это не аргумент.       — Точно! — Снежка чуть не рассмеялась, но вовремя взяла контроль над ситуацией. Впереди троица прокатилась по замерзшей лужице, и Снежка крепче взялась за локоть парня. — Но мне нет смысла направо и налево раскидывать свою магию. Поэтому мы по-дружески и вместе пойдем дальше.       — Ты забыла сказать «чувак».       — Такими темпами я буду звать тебя морщерогим кизляком, — Фил возмущенно и удивленно перевел на нее взгляд. — Это неплохое существо, но тебе лучше не знать, кто это.       Фил не успел возмутиться как следует — с чувством, с толком, с расстановкой. Его внимание переключилось на Варю, Вика и Муромова, которые, завидев вывеску магазина, юркнули внутрь.       — Я в эту духоту не пойду, — фыркнула Маша, проходя мимо входа. — Мы пока пойдем, наверно. Догоняйте!       Снежка и Фил остались одни посреди тротуара, перед пешеходным переходом, озаряемые светом уличных фонарей, цветного светофора и фарами проезжающих машин. Пуховой тихий снег приземлялся на их непокрытые шапками волосы и тут же таял от тепла. Локоть Фила по-прежнему был охвачен маленькой ладонью в варежке. А взгляды обоих в молчании устремились на медленно исчезающие в темени и снегопаде силуэты.       — Пару часов назад ты назвала меня гением, — усмехнулся Фил, когда Кира и Маша совсем скрылись из поля зрения. — Теперь киз-ля-чем-тó. Я был бы не против «гения». Но даже просто «Фил» сойдёт. На крайняк, если тебе вдруг захочется — «чувак».       — Чува-а-ак! — простонала Снежка. — Я же неспециально! Я уже покаялась! Извинилась!       Фил снова рассмеялся, не устояв взора серьёзных, утомлённых голубых глаз, которые с укором смотрели на него снизу вверх, а снег бахромой обрамлял её лицо. Такое простое выражение лица, такая простая ситуация казались такими приятными и такими уникальными, что Фил старался запомнить каждое мгновение и каждое ощущение, вызванное присутствием Снежки. Когда ещё они смогут вот так стоять и разговаривать? Когда ещё он сможет шутить, а она не обижаться и смеяться? Когда между ними все закончится, а Снежка поймет, что Фил неинтересный? Кто знает, когда это всё произойдет, но Фил об этом не думает — он наслаждается этим секундным моментом, этой обстановкой, этой красотой. Это невероятное сочетание голубой челки, пшеничных локонов, лучистого и светлого, нежного и морозного завораживали, пленили и заставляли не отводить собственного взгляда ни на мгновение.       И Фил заново пережил тот переломный момент, когда Снежка впервые пробудила дрожь, подобравшуюся к самому сердцу.       — Ой, что мне от Киры будет… — покачал головой Фил, улыбаясь своим мыслям и понимая, что месть АртИры его очень скоро настигнет. — Черт!       Снежка ахнула. Её глаза распахнулись в восторге, а по лицу медленно и тягуче расползлась ехидная улыбка. Она с хитринкой прищурилась и присмотрелась к Филу, с особым трепетом и предвкушением перебирая в голове слова, которыми должна осадить Фила и эту смешную ситуацию. Фил ляпнул не подумав, и это тоже умиляло и льстило.       Фил на пару секунд зажмурился, нехотя смиряясь с тем, как же смешно всё получилось и какое выражение лица может быть у Снежки — определенно победное.       Снежка долго наслаждалась моментом. И ее довольное, умиляющееся Филом, коварное настроение, заставляло его наслаждаться моментом собственного нелепого проигрыша и её радостью.       Он наклонился к ней, сокращая расстояние до минимума, опаляя губы несмелым выдохом. Снежка замерла и с испуганным придыханием приоткрыла губы, а улыбка немного дрогнула. Фил расценил это как позволение.       Он целовал осторожно, ненапористо и даже целомудренно. Не хотелось почувствовать страх или омерзение, вызванного его наглостью и неопытностью, однако Снежка явно знала, что делать, что не могло не удивлять. Она чуть приподнялась на носочки, и Фил не сдержав улыбки, положил руку ей на талию и прижал ближе.       — Вот теперь мы точно должны думать, что нам от Киры будет… и от Вари, — засмеялась Снежка, чувствуя до ужаса приятную будоражащую всё тело легкость.       — Ага, — также рассмеялся Фил.       — О, вы помирились! — из-за дверей магазина выглянул Вик и, увидев как Снежка и Фил смеются без зажимок и держаться за локти почти напротив друг друга. — Я уж думал придется ждать год!       — Мы и не ругались вроде, — размышляюще пожал плечом Фил.       — Правда? — округлила глаза Варя. — Мне казалось вы расстались сегодня так болезненно, что я даже не стала спрашивать…       — Мы не встречались! — в один голос отмахнулись Фил и Снежка.       — И не целовались? — со смешком спросила Варя, приподняв бровь.       — И не!.. — хором начали отнекиваться Снежка и Фил, но не сумели повторить это слово.       — Ага, вы ведь так «тщательно» от нас это скрывали, — усмехнулся Вик, не поленившись выделить кавычки пальцами.       — Черных, ты ужасно глуп, если думал, что по твоей мечтательно-влюбленной физиономии ничего не будет понятно, — закатил глаза Илья.       Варя, по-теплому хихикнув, закивала головой, и Вик и Илья вторили её примеру, одаривая Фила насмешливыми взглядами. Получив в ответ только раскрытые рты и невозможность возмущаться, допрашивать и оправдываться, Вик, Илья и Варя двинулись по пешеходному переходу, ведь загорелся зеленый.       — Ну, — усмехнулась Снежка, делая шаг вперед и утягивая с собой Фила, когда мысли в голове улеглись. — Теперь нам точно не придётся им объясняться.       Все еще удивленный проницательностью друзей и шокированный своей неспособностью утаивать что-то, всё же шпионские игры не были его сильной стороной, Фил обескураженно согласился и потопал рядом, ловя снег, ночь и сверкающий взгляд Снежки.