Показалось

— Саш, а ты Ворону когда в последний раз звонил? — поинтересовался однажды Максимыч. — Не помню. Я даже не помню, где мой телефон находится, — рассмеялся Джокер. — Где-то в пиджаке наверное лежит, разрядился весь. А к чему ты спрашиваешь? — Ну, ты же знаешь своего отчима. Он сейчас наверняка не в себе от гнева. Не доводи до греха. Проверь свой телефон и поезжай к Ворону. — До греха я уже давно и тебя, и себя довёл, и до оргазмов тоже… — полез снова обниматься Джокер, улыбаясь. — Могу ещё раз довести. — Саш, перестань. Успеем ещё. Сам же понимаешь, он будет в бешенстве от того, что тебя так долго нет на связи. Ещё и узнает о нас, не дай Бог. Рано или поздно обязательно узнает. Но лучше уж поздно. — Боишься? — Нет. Не боюсь. Но ни к чему это. И вообще, счастье любит тишину. Хотя… с тобой тихо не бывает. — Это точно!       Джокер встал с кровати, прошёлся по спальне, вздохнул горестно, погладил кошку… — Да Ворон с бабой своей загородом зажигал, сам сказал, что не нужен я сейчас ему, — искал оправдание сам для себя парень, лишь бы не иметь неприятного разговора сегодня с отчимом. Так хотелось остаться здесь, в объятиях Максимыча, болтать обо всём подряд, нежиться в кровати, готовить вместе обед… — А может, и нужен. — А может, и не может. — Саш! — с укором глянул Максимыч на Джокера своими голубищими глазами. — Ну не шесть же дней он со своей бабой зажигал. — Зато мы с тобой шесть. Потому что ты круче любых баб! …Ладно. Ты дело говоришь. Он ведь, если что, полгорода на уши поставит, чтоб меня найти. Псих долбанутый. Сейчас, проверю, что там в телефоне. — Молодец, правильно. Лучше перебдеть, чем недобдеть. Ступай, проверь. А я пока кофе сварю.       Через несколько минут из прихожей до Максимыча донеслась речь Джокера, изобилующая трёхэтажным матом под пиликанье ожившего телефона, который еле успевал оповещать абонента о пропущенных вызовах и сообщениях. — Да бля! Бля-а-а!.. И этот дятел, и этот ещё… А это вообще кто?! — закончил свои комментарии к содержимому телефона Джокер, заходя на кухню и присев на стул. — Ты чего, Саш? Совсем всё плохо? — Плохо. Мне кто только не названивал и не писал за последние дни. И Тельцов, и Стас, и Шрам, и Ворон, и Завьялов… И Рыжов, и Гера, и какие-то шлюхи. Похоже, реально хреново всё. Кипиш конкретный. Ты был прав. Надо мне к нему ехать, повиниться в своей пропаже. Иначе совсем пиздец будет, — поник Джокер. — Причём ехать надо срочно. — Погоди, Сашуль. Кофейку давай попей, позавтракай и езжай. Полчаса погоды не сделают, раз ты так давно во всеобщем Охтинском розыске находишься, — ухмыльнулся Максимыч. — И то верно. Но я ничего есть не могу, меня аж тошнит от предстоящего диалога с этим самодуром! — Я тебя понимаю. Но хороший завтрак — это уже половина успеха для конструктивного диалога. Поверь моим словам. Съешь хоть что-нибудь. — Да какое там, блять, конструктивное! Он меня сразу так морально унизит, что… В общем, как обычно. — Соберись, Саша! Иди в душ и завтракать. Давай, исполняй, считай это моим приказом. — Есть исполнять… — Джокер чмокнул Максимыча в губы и поплёлся в ванную. — …Спасибо, Тош. Очень вкусно! — поблагодарил Джокер за завтрак Максимыча, умяв омлет и дожёвывая бутерброд с хлебом из цельнозерновой муки, сёмгой, сыром, авокадо и рукколой под крепкий бодрящий кофе.       Максимыч обычно старался кормить парня полезной и изысканной пищей, которая порой не уступала блюдам из гламурных ресторанов Ворона. — И придумай, что будешь ему говорить. Он враньё сразу почует, если что. — Знаю. Да чего тут думать… Сначала выслушаю его, покаюсь, мол, я — дебил, такого больше не повторится. Потом скажу, как есть. Что налаживал свою личную жизнь и свой бизнес. И что забыл о времени, пространстве и телефоне. Может, он хоть порадуется, что у меня свой кабак будет. Выкручусь как-нибудь. Я знаю к нему подход. Только надо бы Шраму позвонить, узнать, в каком там настроении Ворон. Сейчас поржём вместе.       Джокер включил громкую связь при разговоре с соратником. Максимыч оценил, что у парня нет от него секретов. — Братан, ты где?! Ты там живой?! — сходу спросил взволнованный Шрам. — Нет, бля, я с того света звоню. Я живее всех живых, как дедушка Ленин. — С тобой всё в порядке? — Да в порядке, в порядке. — А чего с телефоном?! — Отключал я его. — Пиздец. Саш, ты чё творишь? Тут Ворон рвёт и мечет! Третий день тебя ищет! Он уже думал, тебя опять украли. У него вчера давление зашкаливало, врача вызывали. Орёт на всех, как припадочный.       На заднем фоне действительно послышались крики Ворона. — Меньше коньяка пить надо, тогда и давление нормальное будет. Короче, скажи ему, что я скоро буду, и что я жив-здоров, пусть не переживает. Где он, кстати? В офисе или дома? — В офисе. Ну, ты, бля, даёшь, братан! Сейчас он тебе такое устроит, мало не покажется! — Не сомневаюсь, — вздохнул Джокер. — За тобой заехать? — Да нет, я сам доберусь. — Тебе вызвать такси? — уточнил Максимыч. — Не надо. Пешком пройдусь, с мыслями соберусь.       Парень выглядел мрачнее тучи, словно перед казнью. Анатолий обнял его, заглянул в прекрасные и печальные глаза и попросил: — Улыбнись, Саш. У тебя такая красивая улыбка. Она просто обезоруживает. И Ворону тоже улыбайся. Пусть он видит, что тебе хорошо, что ты счастлив и не зря не отвечал на его звонки. Любой отец желает счастья своему сыну, даже если это пасынок. — Поцелуй меня, тогда улыбнусь. — Шантажист, — ухмыльнулся Максимыч и зацеловал Сашу неторопливо, наслаждаясь его чувственными губами с привкусом кофе, горячим дыханием… — Всё, всё, хватит. Остальное — вечером. Если тебе Ворон никакого срочного задания не даст. — А ты сегодня чем займёшься? — поинтересовался Джокер. — В «Котёл» свой родной пойду. Без меня там наверняка бардак. Так, кто-то обещал улыбнуться, — ущипнул Максимыч парня за кончик носа и получил широкую улыбку в ответ. — Вот так гораздо лучше. Удачи тебе, Саш. Отзвонись по возможности, расскажешь, как всё прошло. — Отзвонюсь. Если жив останусь, — вздохнул Джокер, открывая входную дверь. — Глупости не говори. Всё будет путём, вот увидишь, — заверил Сашу Анатолий.       После визита врача Ворон медитировал на итальянскую пиалу с фруктами. Зелёные яблоки его особенно бесили. Диабет, холестерин, лишний вес, микроинсульт... Весь букет возрастных проблем.       Диета. Ничего жареного, ничего жирного, ничего сладкого, солёного и острого. С такой диетой хоть в петлю. А яблоки, тем более зелёные есть не хотелось от слова совсем. Ещё и алкоголь умеренно надо пить. Вместо любимого коньяка - белое сухое вино пополам с минералкой. С зелёными яблоками содержимое бокала казалось особенно омерзительным. Кислятина с кислятиной.        Радовало только одно - Джокер наконец нашёлся.       "Ну, сейчас я на нём оторвусь! На дебиле этом! - решил Ворон. - Взрослый парень уже, не дурак вроде, но моё терпение постоянно испытывает на прочность. Сколько можно?.."              Врач рекомендовал не нервничать, иначе давление подскочит до небес, а там и до инсульта недалеко. - А как не нервничать-то?! Как не нервничать?! - орал на доктора Ворон. - Материтесь! Стреляйте! Выплёскивайте всю свою ненависть и все негативные эмоции, иначе они будут накапливаться внутри. Насчёт стрельбы я, конечно, погорячился, но почему бы и нет. В лес, на охоту, например... А материться точно надо! Много и вслух. Давно доказано, что у тех, кто много матерится, давление ниже, чем у тех, кто сдерживает эмоции. - Да я и так... Много вроде ругаюсь. - Значит, тогда стреляйте. Повесьте, например, мишень своего врага или человека, который Вас раздражает на сегодняшний день. На ворота повесьте и стреляйте в него. Хоть из травмата, хоть из винтовки, хоть как... Я сам такое пробовал. Помогает. Сразу давление понижается без таблеток.       Ворон задумался. - Это что, мне в Джокера стрелять? Он единственный самый близкий для меня человек в этой жизни. Но иногда хочу его прибить, это факт. - Из-за него приступ с давлением? - угадал врач. - Из-за него. Пропал куда-то. Сам понимаешь... Его и украсть могли, и завалить, и расчленить... - Не накручивайте себя, Вениамин. Ступайте спать. Вот увидите, завтра-послезавтра всё удачно разрешится. Парень молодой. Затусил наверное, телефон потерял... - Время покажет. Спасибо тебе. Всегда умеешь успокоить. - Да не за что. Но диету соблюдайте. Хотя бы неделю. - Постараюсь... - и Ворон прилёг на диван.       "А ведь угадал докторишка! - заметил Ворон. - Нашёлся Джокер. Надо доктору премию дать, а Джокера расстрелять чем-нибудь. Яблоками этими кислыми."