Показалось

      В кабаке под названием "Котёл" день на день не приходился, как говорится: то блеск, то треск, в том числе треск от сломанных во время пьяных драк стульев, то желающие выпить и закусить толпами идут, как китайские туристы, то клиентов почти по нулям. Максимыч давно привык к непредсказуемости количества посещающих его заведение. Сегодня был один из дней, когда "Котёл", забитый гостями под завязку, кипел и дымил. Почти все столики были заняты, а те, что не заняты, забронированы на вечер. Кто-то отмечал день рождения, кто-то просто зашёл согреться коньяком и кофе, а некоторые, вроде Мити и Геры, похоже, решили выпить всё пиво, что было в баре.       Максимыч на автопилоте доработал этот сумасшедший день и доковылял до дома с одной лишь мыслью - в душ, в кровать и спать.       Но едва мужчина погрузился в сладкую дремоту под убаюкивающе барабанящий за окном дождь, как в дверь позвонили. "Да ё-моё, три часа ночи! Кого там чёрт принёс?!" - ругался разбуженный бармен, направляясь в прихожую. Трель звонка между тем всё не прекращалась. - Саш, ты?! - удивился Максимыч, открывая дверь перед Джокером, который качался как юная берёзка в поле.       Сегодня они не договаривались о встрече, тем неожиданнее было появление Саши на пороге квартиры бармена. - А ты кого-то другого ждал? - пьяно улыбнулся парень, от которого пахло так, словно он искупался в бочке с коньяком. - Никого я не ждал. Саша... Пиздец. Я тебя впервые в таком виде наблюдаю. Ты даже в "Котле" за столько лет не нажирался так никогда. Что с тобой? - Всё со мной! Ты со мной, и это - главное! - выдал ответ Джокер и, заплетаясь в ногах, рухнул на пол. К счастью, Максимыч успел, как сумел, поддержать Сашу, дабы его падение было более плавным во избежание серьёзных травм. - Ебать-колотить, - резюмировал мужчина состояние нестояния Джокера, который, судя по всему, потерял сознание. - Да ты-то хоть не лезь, пошла отсюда! - грубо прогнал Максимыч кошку Люську, которая заинтересовалась происходящим и прилегла на пол рядом с Джокером.       Вспоминая весь русский мат, Максимыч начал искать нашатырь, который точно где-то был: не в аптечке, так в холодильнике, не в холодильнике, так ещё где-то... - Да что ж такое-то... Когда надо, хер, что найдёшь! - ругался мужчина.       Наконец пузырёк с вонючей жидкостью выпал из глубин холодильника. Джокера содержимое пузырька отрезвило моментально. Он чихнул, матюкнулся, взглянул на Максимыча ошалело. - Тоша, это чё?! У тебя парфюм новый? - Это я у тебя хочу спросить, это чё?! Ты чего так накидался?       Джокер с трудом приподнялся и присел на тумбочку возле двери. - Херово всё, Тоша. Ворон узнал про нас. Сука, бля... Помнишь, мы в парке целовались? Кто-то сфоткал нас и фотку эту ему показал! Узнаю, кто, придушу нахер! - Да, дела... - вздохнул Максимыч. - А я тебе говорил. Надо сдерживать свои порывы. Но ты же темпераментный. - Я и так сдерживаю. Но получается не всегда. Знать бы ещё, что за падла нас сфоткала...       Максимыч задумался. - А чего тут знать-то? Телец, как вариант. Он в этом парке любит бухать в обеденное время. - Точняк! - согласился Джокер. - Бля, какой же ты наблю...дательный! Охренеть! Я ж Тельца видел там столько раз, но забыл! - Ну, вот. А теперь он увидел нас, - улыбнулся Максимыч. - Ладно, Саш, это не конец света. Ты же понимаешь, Ворон узнал бы всё рано или поздно. - Он орал на меня сегодня, как на последнее быдло! Чем он лучше? Его новой бабе... я даже не уверен, что восемнадцать есть! Курица тупая! А я встречаюсь с достойным, мудрым, роскошным мужиком! - Это ты про меня, что ли? - ухмыльнулся Максимыч. - А про кого ещё?! - Ну, спасибо за комплимент, конечно. Пойдём, роскошный мужик будет тебя кофейком отпаивать. А то вон даже Люська уже захмелела от твоего коньячного перегара.       Максимыч помог Джокеру разуться и добрести до кухни. - Тебе свой кабак скоро открывать. Ты вообще помнишь об этом? Не время бухать по-чёрному. - Помню... Ничего, я приду в себя. Или...в тебя. Завтра приглашения вручу всем лично. Даже Ворону. А Тельцу башку откручу, если это он про нас рассказал. Да, Люська? Открутить башку Тельцову? - спросил совета Джокер у британки, устроившейся на коленях парня и одобрительно заурчавшей в ответ. - Так, Саш, отстань от кошки, давай, пей кофе, трезвей и спать. - От кошки отстать? А к кому пристать? К моему котику? - заулыбался Джокер, встал со стула, покачнувшись, и приобнял любимого мужчину. - Саш, ты где так накидался? - решил всё же выяснить Максимыч. - Тут важнее, не где, а с кем, - промямлил Джокер. - Ну, и с кем?       Парень пробурчал что-то себе под нос, пытаясь дотянуться до печенья на тарелке. Максимыч помог ему, положив половинку крекера в рот Саши. - Спасибо! Я такой голодный и такой бухой! - Я заметил. Так с кем бухал-то? - А ты ревновать не будешь? - А что, есть повод для ревности? - Ну, не знаю... Ты же сам говорил, что ревнуют только неуверенные в себе и в своём избраннике люди. А ты вроде уверенный в себе. А во мне? Короче, я бухал со Шрамом.       Максимычу сделалось неприятно от одного лишь упоминания ближайшего соратника Джокера. Не то, чтоб мужчина чувствовал прямую конкуренцию, исходящую от Шрама, относительно завоевания сердца Саши, но всё же присутствие этого отбитого на голову бывшего (или не особо бывшего?) пацана в жизни Джокера напрягало Максимыча. - Надеюсь, Шрам сегодня не был за рулём, - сдержанно отреагировал бармен на подробности того, как Джокер провёл этот вечер. - Не, ты чего... Я к тебе на такси домчал. И к нему тоже. - Даже так? К нему? - Ну да. Мы у него на хате пили. Не-не, ничего такого не было, ты не подумай. Просто пили, Тош. - Да я ничего такого и не думаю, - не особо искренне улыбнулся Максимыч. По факту он уже начал ревновать, но не показывал вида. - Думаешь, я чую. Ты же в курсе, что у меня со Шрамом было. Но сейчас я только твой, То-о-ша!              Джокер приподнялся из-за стола, обнял Максимыча, точнее - повис на нём, расцеловал его лицо, затем покачнулся и приложился головой об стену. - Ай, бля! Больно! - Ещё бы. Так, Саша! Сядь и не вставай! - А у меня всегда встаёт, когда я тебя вижу, - рассмеялся парень. - Да погоди ты со своими вставаниями, - бармен осмотрел голову Джокера. - Крови вроде нет, но гематома, скорее всего, будет. На вот, держи, - в руку Саши был вложен пакет со льдом. - А с чего ты вдруг со Шрамом так нажрался? Надеюсь, ты ему про нас по пьяни не рассказал? - Не-ет, он про нас не знает пока. Но сегодня всё один к одному. И у него причина была для обильного возлияния, и у меня. Он меня позвал бухать к себе. Его баба бросила перед свадьбой, прикинь. Ну, ты помнишь, молдованка эта, Роксана. И не просто бросила, а деньги у него спёрла. Короче, пиздец. Шрам бухал, как чёрт сегодня, и не пьянел. А меня вот развезло... - Да. Везёт вам на баб, что тебе, что ему, - рассмеялся Максимыч, вспомнив историю, когда одна девушка, с которой замутил Джокер, стырила у него сумку с баблом. - И не говори. Жесть какая-то. За что нам такие бабы? Зато мне с мужиком повезло! Я так люблю тебя! - и Джокер снова начал проявлять свою любовь к Максимычу. Однако, бармен не спешил отвечать парню взаимностью. - Ну, и как? Ты утешил Шрама? - Коньяк его утешил, а не я. Не, ну... он предлагал остаться на ночь, типа, вспомнить прошлое, но я же не остался, я же к тебе приехал! Ты же видишь?! - Вижу. Всё, давай лёд обратно в морозилку уберём, а то ты и руку, и голову отморозишь. До ванной тебя провожу, так и быть. И особо не плещись там, а то упадешь, не дай Бог. - Долго плескаться я точно не готов. Спасибо тебе за заботу, Тошенька, - потянулся снова к Максимычу с поцелуями Джокер. - Саш, хватит, успеешь ещё нацеловаться, зубы сначала почисть! - Люблю, когда ты такой строгий! А что нам... Ну... Насчёт Ворона что делать? Как себя вести? - Саш, мальчик мой, утро вечера мудренее. Завтра подумаем, что и как. А пока пойдём в душ вместе. Так и быть, помогу тебе, пьянице такому. А то упадёшь опять, не дай Бог. - Ого! В душе у нас ещё не было! - воодушевился Джокер.